— И это всё, что ты можешь мне ответить?..

- Собираешь вещички, чтобы поскорее уехать, Грейнджер? – я вздрогнула. - Малфой, неужели обязательно неожиданно входить в мою комнату? – сказала я, оборачиваясь. Хорёк стоял, скрестив руки на груди, и на его лице была фирменная снисходительная улыбка. - Не отвечай вопросом на вопрос. - Я вообще тебе отвечать не собираюсь. Он тяжело вздохнул. - Грейнджер, будь хоть немного повежливее со мной. - Да, я собираю вещи, чтобы скорее поехать домой. Доволен? - Поедешь к Уизли? – скривил он лицо. - Нет. – Сказала я, еле сдерживая гнев. – Поеду домой. К родителям. Всё? - К ним вернулась память? Я не знал об этом. Малфой. Ты не представляешь, что ты сделал сейчас. - Убирайся. Из. Моей. Комнаты. – Процедила я сквозь зубы. - Ты действительно думаешь, что я послушаю тебя? - Если ты сейчас же не уйдёшь, клянусь, Драко, я убью тебя! – крикнула я. - Как страшно,- усмехнулся он,- умираю от страха. Грейнджер, я собираюсь уйти только потому, что не хочу… - он запнулся. - Что, оправдание придумать не можешь? – хмыкнула я. - Здесь атмосфера занудства, вгоняющая в тоску. Никаких оправданий,- сказал Малфой и вышел из моей комнаты. На моём лице появилась дурацкая улыбка. Никогда не думала, что Драко Малфой заставит меня улыбаться. - Рождество! Каникулы! Это так чудесно! – восклицал Рон, от чего я проснулась. Я не стала открывать глаза, пытаясь вернуть ушедший сон. Склонив голову набок, я вздохнула. Не очень – то удобно спать в сидячем положении. - Потише, Рон,- шикнул Гарри,- Герми разбудишь. – Я еле сдержалась, чтобы не поморщиться. Сколько ещё раз нужно ему повторить, что не надо так меня называть? - Гарри, ты не забыл мантию – невидимку? – снова заговорил Рон. Я внимательнее прислушалась. Спать уже не хотелось. - Нет, не забыл. И, да, Рон, мы больше не будем следить за Гермионой. – Что? Они за мной следили? - Гарри, сколько раз тебе объяснять,- прошипел Рон,- Малфой явно наложил на неё заклинание того, чтобы она влюбилась в него! - Рон, мы следили и за ней, и за ним,- простонал Гарри,- и, как мы выяснили, он ничего ей не подмешивал и никакого заклинания не накладывал. - Но Гермиона не могла… - Рон, могла. - Послушай, Гарри, как она могла?! Как она могла сама поцеловать его?! Как наша Гермиона могла целоваться с мерзким тараканом?! Это было последней каплей. - Так, вы оба! – вскочив с сиденья, крикнула я. – Вы оба – два идиота! Мало того, что придумываете какие – то безумные теории, так ещё и следите за мной! Как можно быть настолько глупыми?! Делайте задания на каникулы сами! Я ухожу! Счастливого Рождества! – и я, взяв свой чемодан, Живоглота и сумку, выскочила из купе, со всей силы захлопнув дверь. Я побрела по вагону в поисках Джинни, которая находилась в другом вагоне. Я ещё никогда так не разочаровывалась в людях. - Гермиона, не беспокойся. Всё наладится,- сказала Джинни, когда мы вышли из поезда на платформу 9¾ . - Ага, конечно,- мрачно ответила я. Знакомая рыжая макушка мелькала вдалеке, но я старалась не обращать на это внимания. Оказавшись на маггловской платформе, я увидела своих родителей, которые внимательно всматривались в толпу. - Счастливого Рождества, Джин,- улыбаясь, сказала я. - И тебе Счастливого Рождества, Гермиона,- Джинни в ответ обняла меня и прошептала на ухо: - Я поговорю с этими разгильдяями. Попрощавшись с подругой, я направилась к своим родителям. - Солнышко! – воскликнула мама, увидев меня, и я тут же влетела в её объятья. Крепко обняв своих родителей, я пыталась что – то сказать, но у меня выходило только улыбаться во весь рот и еле сдерживать слёзы. - Гермиона, ты не помнишь, ездили ли мы в Италию? – спросил вдруг папа, когда мы сидели в гостиной. - Ездили, пап,- ответила я. - Печально, что мы этого не помним,- проговорил он,- всегда мечтал там побывать. Ком в горле вот – вот мог вырваться наружу в виде слёз. Память моих родителей была восстановлена – они вспомнили меня, всё, что со мной связано – но не полностью. Некоторые моменты совместной жизни моих родителей исчезли из их памяти навсегда. Как, например, их свадебное путешествие в Италию. Рождество приближалось, и я снова сближалась со своими родителями. Я пробыла дома три дня, и мне пришло письмо только от Джинни, на которое я с радостью ответила. - Так, Гермиона, убери муку,- под руководством своей мамы я готовила праздничный пирог. Ну, по крайней мере, пыталась это сделать. – Достань сахар. Вдруг в дверь позвонили. - Я открою! – послышался папин голос, и мы с мамой не стали отвлекаться. - Гермиона, это к тебе! – снова послышался его крик и мы с мамой, переглянувшись, направились к входной двери. Неужели два разгильдяя – идиота пришли, чтобы извиниться? Но это были не они. Это был Драко, чёрт его подери, Малфой. - Какого чёрта ты тут забыл?! – вырвалось у меня. Он натянул свою фирменную ухмылку на лицо и выглядел… безупречно. Черный пиджак и брюки, белая рубашка и лакированные туфли. И волосы, идеально причёсанные. “Даже Малфой выглядит лучше, чем ты, Гермиона”. Серые шорты, футболка такого же цвета, которая была мне большая; старые, изношенные тапки, волосы, собранные в хвост и фартук. С нарисованным на нём розовым слоником. - Гермиона! – возмутилась мама. - Здравствуйте, миссис Грейнджер,- надоедливый слизняк подошёл к моей маме и поцеловал её руку. Ах ты гад. Воспитанный, вежливый, аристократичный гад. Я закатила глаза. - Мистер и миссис Грейнджер, мне нужно срочно поговорить с Гермионой. Понимаете, мы – старосты школы и нам стоит обсудить некоторые деловые моменты. - Я не могу, я зан… - Да, конечно, разговаривайте,- лучезарно улыбнулась мама,- Гермиона, проводи гостя к себе в комнату. - Но, мам… - Гермиона! – шикнула она. – И, боже, сними фартук! Стянув с себя фартук, и тяжело вздохнув, я поплелась наверх. Малфой следовал за мной. Когда мы вошли в комнату, я тут же плюхнулась на свою кровать, и уставилась на Хорька. - И, чего ты пришёл? - Как невежливо, Грейнджер,- сказал он, рассматривая фотографии, которые висели на стене. – О, это первый курс, не так ли? Поттер тут на лягушку смахивает. - Малфой, не отходи от темы. - Я пришёл поговорить о делах,- сказал он, обернувшись. Он прожигал меня взглядом, но смотрел в одну точку. Куда – то ниже моего лица, ниже моей шеи, ниже… Ох, чёрт. Я же без бюстгальтера. Я тут же покраснела и уставилась на свои руки. Лак на мизинце левой руки несильно облупился, а на среднем пальце правой руки уже и половины лака нет… - Грейнджер,- проговорил он. Я подняла глаза и он – ох, чёрт! – сидел на моей кровати. Напротив меня. Близко. Чересчур близко. Запустив свою руку в мои волосы, он притянул меня к себе и поцеловал. Другой рукой он обнимал меня за талию, и я не смогла сопротивляться. Я ответила на его поцелуй, обхватив его руками за шею. Он же тёплый. Мерлин, какой же он тёплый. - Грейнджер.. – выдохнул он, целуя мою шею, и запуская руку под футболку. Он прошёлся пальцами вверх по моему животу, продолжая целовать меня. “Надеюсь, Гарри и Рон не следят сейчас за мной, иначе они просто взбесятся”,- подумала я и хмыкнула. Малфой вдруг отстранился и сказал: - Что смешного? - Ничего. - Тебе смешно? Тебе смешно сейчас? Что ту такого смешного? - Ничего. Успокойся, Малфой. - Скажи мне, что смешного, Грейнджер. - Ты невыносим,- вздохнула я. – Хорошо, я скажу. Рон и Гарри следили за нами, укрываясь под мантией – невидимкой, и знаю обо всём. Увидев это сейчас – точно убили бы нас. - И, по – твоему, об этом надо думать именно сейчас? О том, что подумал бы Уизли. - Малфой, ты что, ревнуешь? - Насколько помню, я уже отвечал на этот вопрос. Улыбнувшись, я потянулась к нему за поцелуем. Но стук в дверь прервал мои манипуляции. Резко вскочив с постели, я открыла дверь. Там стояла моя мама. Я вышла из комнаты. - Гермиона, мы с папой пойдём, прогуляемся,- заговорила она. - Мама! – вполголоса простонала я. - Удачи, солнышко,- сказала она, чмокнув меня в щёку. – Он милый. - Мама! Вернувшись в комнату, я наткнулась на обжигающий взгляд Малфоя. Я, молча, села на кровать. Малфой взял меня за руку. И мы сидели. Молча. В тишине. Я никогда не думала, что тишина будет настолько уютной.