Глава 8. Подсчет тел
9 сентября 2023 г., 21:40
Сауль сидел на маленьком стуле, удерживаемый двумя охранниками на месте. А напротив распласталась на столе его напарница, к которой были подключены щупальца, обращенные к нависавшей крайней нижней точке Бога-Машины.
— Мы разберем твою напарницу на части, — разглагольствовал Тьюлис. — И тогда Бог-Машина сможет понять логику отщепенцев. Поэтому участь Беатрис уже предрешена и не должна тебя беспокоить.
— Ты думаешь, что знаешь, что меня беспокоит? — посмотрел исподлобья Сауль. — Твоя система понятия не имеет, о чем я думаю! Эта хренотень украла мою жизнь! Ты — урод, который пометил меня и моих друзей мишенями для уничтожения! И больше ты не будешь рушить жизни людей.
— Это не я разрушаю жизнь, — Тьюлис встал между ним и Беатрис. — Враг не я, а ты. Ведь это ты думаешь, что у тебя есть выбор. Ты думаешь, что ты в состоянии контролировать судьбу. Но ты и себя-то не знаешь. А вот она, — обернулся Тьюлис и показал на Беатрис, — прекрасно знает, кто ты. А вот ты, к сожалению, не знаешь. Ты — тот, кто на давление отвечает жестокостью.
Сауль вспомнил, как опередил Коке в борьбе за жизнь.
— Ты — прирожденный убийца, — озвучил вердикт Тьюлис.
— Ты не прав, — отрезал Сауль. — Не прав и все тут. Это был не я.
— Разве нет? Но ты ведь здесь — и это отличное доказательство! Ты играешь роль в новой пьесе, придуманной «Ангелами Меркурия». Ты правда считаешь себя героем? Спасителем человечества? Лидером тех, кто сокрушит несправедливую систему? Она придумала для тебя фальшивую басенку.
Беатрис продолжала мучиться, пока из нее высасывали все силы. Сауль попробовал вырваться, но его удержали на месте.
— Зачем она попросила новый прогноз? — продолжал рассуждать Тьюлис. — Ты знаешь, чем все заканчивается по итогу?
— По итогу система сломается, — сообщил Сауль.
— Не просто система. Мир сломается. Но ты не обязан мне верить. Ведь кто я такой? Простой грешный смертный. Ты лучше спроси у Бога-Машины.
— И не тяни, — добавила азиатка. — Мне вот тоже стало очень интересно.
Сауль поднял глаза и посмотрел на переливающееся дно суперкомпьютера.
— Бог-Машина, что будет, если загрузить прогноз в твою систему? — задал самый важный вопрос Сауль.
— Да что ты на него пялишься, — Тьюлис схватил за шкирку неудавшегося лидера революции и потащил его к монитору, находившемуся у стены. — Ты читай, читай вслух!
Сауль поправил края куртки. Тьюлис отошел в сторону, но охранники не сводили глаз с пленника. Сауль опустил глаза и принялся смотреть на выведенную на экран инфографику и дашборды.
— Вырастет количество жертв от насильственных конфликтов, — зачитал Сауль. — Массовое вымирание ожидается спустя пятьдесят лет. Конец человеческой цивилизации состоится через девяносто восемь лет.
Сауль посмотрел на корчившуюся в мучениях Беатрис. Неужели она все знала?!
— Но почему? — непонимающе тряхнул головой Сауль. — Почему именно я?!
Тьюлис разочарованно покачал головой, получил флэшку от азиатки и бросил ее себе под ноги. А затем раздавил ее каблуком туфли.
— Так закончилась история восстания, — философски заметил Тьюлис.
Сауль не мог простить Беатрис своего разочарования. А Тьюлис не стал терять времени, развернулся и отдал приказ своим шестеркам уходить.
— Пойдемте, нужно посмотреть, как адаптировал полученные данные разум Бога-Машины, — приказал Тьюлис.
Охранники развернулись и пошли за ним. Один из охранников взял Сауля за плечо, а затем швырнул вперед.
— Беатрис! — протянул руку несостоявшийся лидер революции. Но лишь зачерпнул ею воздух.
Напарница умирала на его глазах, а он ничего не мог сделать. Охранники подняли пушки и наставили на Сауля, требуя, чтобы тот пошел за Тьюлисом.
*****
Сауль остался вместе с напарницей. Он порывался драться, и Тьюлис раздраженно дал отмашку, разрешив обоим революционерам провести последние минуты своей жизни вместе. Сауль сидел на стуле, когда азиатка вернулась, немного раздраженная. — Ты пропустил отличную беседу, красавчик, — подмигнула она неудавшемуся лидеру революции. А затем подошла к сотруднику Тьюлиса, работавшему с планшетом. — Как успехи? — Остались последние сектора памяти. И в данных царит бардак. Ни схемы шифрования, ни порядка расположения данных — ничего из этого я не вижу. — Да чтоб вас всех! — выругалась азиатка. — Похоже, и тут профессионалы закончились. Я сама из нее выкачаю все данные и получу вожделенный чип. Азиатка села подле Беатрис и скорчила гримасу ненависти. — Не смотри на меня так, будто я твой палач, — прошипела наемница. В ее глазах появились маленькие черточки, а сама она впала в транс, подключаясь к системе взлома данных. — И за что же ты держишься? — произнесла риторический вопрос азиатка. — Ого, да тебе еще и чип вживили поддельный. Личный, который нельзя переиспользовать! Вот черт! Ее последние данные — это воспоминания. — Что за воспоминания? — подошел Тьюлис к наемнице. — Расскажи мне. — В них она одна. Смотрит на раскинувшийся с высоты птичьего полета город. Больше ничего. Тьюлис саркастично усмехнулся. Видимо, большой босс не любил, когда его дурили. — Ты, — обратился он к Саулю. Неудавшийся революционер поднял голову. Тьюлис широким шагом направился к нему, по пути забрав у одного из охранников пистолет. — Ты много времени пробыл с ней. Она назначила тебя лидером. Она рассказала, где находится ключ от ее модифицированного чипа? Рассказала, где находятся все остальные отщепенцы? Сауль промолчал, и Тьюлис выстрелил поверх головы, слегка оглушив бывшего морпеха. Но тот не моргнул и глазом. — Твоя система наблюдала за всеми моими решениями с самого детства. И ты все еще думаешь, что если бы я что-то и знал, то сказал бы? — усмехнулся Сауль. Тьюлис приставил пушку ко лбу лидера нерожденной революции. Но Сауль лишь смотрел в глаза своему мучителю и не отводил взгляда. И он не выдержал первым, отвел взгляд и убрал в сторону пистолет. — Не буду я марать о тебя руки, — Тьюлис подозвал охранника и передал оружие ему. — Убейте его. Тело бросьте к другим мертвым мятежникам. Сауля рывком подняли два охранника и повели к левому углу комнаты. И как бывший морпех ни вырывался, держали его крепко, не давая ни шанса на освобождение. — Таков твой план? — усмехнулся Тьюлис. — Ты хотела настроить одного человека против мира? Результат плачевен. Заканчивай, — отдал он приказ охраннику с планшетом. — Сотри все, что осталось. — Не смейте! — отчаянно попробовал вырваться Сауль, но и в этот раз у него ничего не вышло. Огоньки, пробегавшие по корпусу Бога-Машины, замерцали сильнее. Беатрис застонала от нестерпимой боли. Ее буквально выворачивало наизнанку. Воткнутые в ее тело провода заполнились светящимся веществом, побежавшим к потолку. Это и были, скорее всего, собранные данные, в таком ужасно-странном визуальном оформлении. Беатрис закричала, отчаянно, протяжно. А на Сауля навел дуло пистолета один из охранников. Вот все и закончится, в одну минуту. Данные ушли в Бога-Машину, и Беатрис затихла. А следом погасли огоньки машины. — Что случилось? — Тьюлис вырвал планшет у сотрудника. — Произошел скачок напряжения, — ответил подчиненный. — Но система в порядке. — А она? — Жизненные показатели отсутствуют. Сауль прикрыл глаза. Вот и все. Конец истории. Но вместо этого он услышал звук рассекаемой клинком плоти. Открыл глаза — и не поверил увиденному. Азиатка рассекла охранника, собиравшегося его убить, надвое. А затем она вспорола животы тем, кто держал Сауля. — Что ты такое творишь? — взъярился Тьюлис. — Я не из тех, кто просто так подчиняется, — ответила азиатка. — Я разочарован. Ты ведь не получишь такой вожделенный чип, — развел руками Тьюлис. — Ты ведь его просто спалил вместе с ней, — азиатка кивнула в сторону Беатрис. — Ты нарушил уговор. А репутация дороже денег. — Я не слишком удивлен твоему предательству. Убейте их обоих, — отдал он отмашку остальным охранникам. Вдруг свет замерцал. Кто-то попытался взломать системы жизнеобеспечения здания, иного объяснения у Сауля не было. А когда свет погас, то раздался звук коротких очередей, ведь охранники пытались не попасть в босса. Но вскоре все звуки стихли после того, как послышался лязг стали, крушившей кости. И вскоре воцарилось абсолютное безмолвное молчание. Свет резко вернулся. Азиатка стояла в центре зала, и капли крови стекали по ее клинку. Кроме нее лишь Сауль остался на ногах, а не скорчившимся на полу. Азиатка его пощадила или же пришла на помощь? — Почему ты мне помогаешь? — спросил Сауль. — Изъян в чипе, который я планировала удалить. Мне вживили сочувствие к безнадежным делам, — ответила азиатка. — И когда подключилась к ее воспоминаниям, то поняла ее мысли, — она скосила взгляд на Беатрис. — Я поняла, почему она выбрала тебя. И оставалась верна этой мысли до самого конца. — Она выбрала меня за мою способность к жестокости, — покачал головой Сауль. — Вовсе нет, — азиатка подошла к нему. — Признаю, ты совершал ужасные вещи. Но и благородно поступал тоже. Она выбрала тебя не из-за жестокости. Она выбрала тебя из-за способности делать правильный выбор. В памяти Сауля всплыли кадры из службы в армии. Они разбили лагерь в одном из занятых городов. Командир отдал приказ организовать ночное дежурство, а в остальное время — спать и набираться сил. Но у одного из солдат было другое мнение. — Да и пофиг, — сказал он. — Мы освободили этот город и заслуживаем награду. Что с этими цыпочками делали богатые ублюдки? Весь отряд дружно рассмеялся. — Они же военная добыча, — продолжил подстрекать солдат. И среди девушек, тесно жавшихся друг к другу, было много подростков. И в одной из молоденьких девочек Сауль разглядел черты Беатрис. Только более угловатые, подростковые, но… тем не менее, это была она! — Вы же благодарны спасателям, не так ли? — подошел солдат к девушкам. — Никто не увидит, так что можете не стесняться… Сауль встал между ними и солдатами. Он даже отстегнул шлем, показывая свое бесстрашие. — Если мы будем вести себя как те богатые ублюдки, то чем мы лучше них? — нахмурившись, спросил Сауль. — Тебя кто спрашивал? — выкрикнул кто-то со стороны. Сауль обернулся назад и увидел затравленный взгляд Беатрис, который придал ему решимости. — Расходимся! Нам дали приказ спать, кроме одного дежурного. Мы должны вести себя как паиньки, если не хотим в ночи быть зарезанными, — пригрозил Сауль. Сауль хлопнул говорливого солдата по плечу и первый пошел к лагерю. Остальные солдаты потянулись за ним. Позади раздались вздохи облегчения. Воспоминание оказалось запоздалым. Если бы Сауль только раньше вспомнил, то это бы многое ему объяснило… А в итоге Беатрис умерла, думая, что он разочаровался в ней. На глаза неудавшегося лидера революции навернулись слезы. — И какой выбор ты сделаешь сейчас? — спросила азиатка. — Этот выбор он не может сделать, — прошипел Тьюлис, поднявшийся на четвереньки. — Даже сейчас Бог-Машина работает против вас! — Ты уверен? — Бог-Машина, вызови армию сюда! Я ранен, мне нужна помощь! Сауль переглянулся с азиаткой. А Бог-Машина над их головами давно уже не мерцал. — Бог-Машина! — звал Тьюлис. — Ответь мне! Тьюлис беспомощно озирался по сторонам. — Что произошло? — произнес он вникуда. — Произошел конец действия твоего прогноза, — ответила азиатка. — Будущее человечества напишут другие. Ты еще так и не понял? Теперь твой Бог-Машина подчиняется ему. Тьюлис прикрывал руками рану и смотрел снизу вверх на новых правителей мира. — Теперь ты стал отщепенцем, — резюмировала азиатка. — Тебя отключили от системы, как раньше ты отключил своего брата. — Но как ты получил доступ? — Тьюлис повернулся к Саулю. — Ты дал доступ ему, — усмехнулась азиатка, — ведь именно ты пустил разум Беатрис в Бога-Машину. Доступ Новозаветного Бога-Машины был последним воспоминанием перед тем, как ты обнулил Беатрис. — И ты оставишь будущее в его руках? Ведь технология могла бы послужить и тебе! — выкрикнул Тьюлис и сморщился от боли. — Я рад только оттого, что будущее не в твоих руках, — признался Сауль. — Ну и правда, а почему бы и не в моих?! Или в чьих-то еще. — Но ты тут не главный! У тебя нет выбора! Ты — всего лишь опасный социопат, который при менее гуманном прогнозе просто сдох бы на войне! Я сумел дать тебе подобие жизни! — Нет. У меня есть выбор, — Сауль с благодарностью посмотрел на Беатрис. — Она подарила его мне. И остался последний шаг для завершения революции. Сауль отошел от Тьюлиса и подошел к вновь переливавшемуся Богу-Машине. — Бог-Машина, выполнить последнюю команду! — распорядился Сауль. — Нет! Нет, не смей! — умолял Тьюлис. Точно так же, как в свое время Сауль умолял его пощадить Беатрис. — Сотри себя! — приказал Сауль. — Нет, стой! Остановись! Машина загудела, а ее создатель лихорадочно просил остановить запущенный процесс, но тщетно. Переливавшиеся огни забегали в припадке, а затем конвульсии разом стихли, и лампочки на корпусе машины погасли навечно. — Она дала мне выбор, — смотрел с нежностью на свою напарницу Сауль. — И другие люди тоже его заслуживают. Тьюлис упал на пол и застонал. Но Саулю было ни капельки его не жаль. Сделавший свой выбор лидер революции бросил прощальный взгляд на Беатрис и направился к выходу из здания «Турбато корде». — Ответь, прошу, как все исправить? — шептал в бреду Тьюлис. — Прости меня, брат… Ответь, прошу… Сауль вышел из здания, и шепот за спиной окончательно стих.*****
Наружу Сауль вышел в сопровождении азиатки. Они поднялись на полукруглую ложу, выступавшую над главным входом. — Ты сказала, что Тьюлис обещал тебе чип. Что я могу сделать для тебя? — спросил Сауль. — Я видела одну из самых крутых технологий, суперкрутой военный чип и… пожалуй, мне не хватает духу примерить на себя что-то такое. Я понятия не имела, о чем просила, — пожала плечами азиатка. Она протянула руку для пожатия. — Меня зовут Мисаки. — Сауль. Очень приятно, — пожал ее руку лидер революции. — И что дальше? — Будем менять мир. И не будем взваливать свою задачу на плечи машины. В отдалении что-то прогрохотало. Столп света устремился в небо. А затем взрывы снесли верхние этажи многоэтажек. — Будет непросто, — произнесла Мисаки, в чьих глазах появились отблески пламени. — Но самое классное то, что в этом мире мы можем стать, кем угодно. — Но склонности-то никуда не денутся. — Да, может быть, я поставлю себе военный чип помощнее. Или мне поменяют «Ангелы Меркурия» на тот, что был у Беатрис. Просто сейчас это уже неважно. Может, пришло время пересмотреть приоритеты, кто знает?! Может, моя одержимость технологиями была запрограммирована Богом-Машиной? — приподняла бровь Мисаки. — Да, я понимаю, о чем ты говоришь. Что ж, пожалуй, пришло время узнать, какие мы на самом деле. Город горел, очищаясь. Без прогноза, без управления человечество выживет, но первое время точно будет чувствовать себя потерянным. Никто не покажет тебе нужную роль и не выдаст сценарий. Придется доходить до всего своей головой. Может, не будет и никаких алгоритмов, как мечтал Коке. И жизнь станет сложнее и многограннее. Но в одном Сауль был уверен: и через двести лет человечество будет существовать, продолжая свое развитие и бег по витку прогресса.
