It's not me

Февральский колкий воздух окутывает город, но в машине бизнес-класса тепло и уютно. На улицы Сеула уже давно опустились сумерки, и фонари зажгли свои огни, освещая всё тёплым жёлтым светом. Уставшего после рабочего дня Хосока раздражают бесконечные сигналы машин. Час пик. И именно сегодня, когда он специально закончил все свои дела пораньше, чтобы добраться до дома к определённому времени, торчит в пробке уже сорок минут. Что бы ни случилось: ураган, землетрясение, конец света — ему совершенно плевать. Он должен успеть сходить в душ и, накинув на себя мягкий махровый халат, устроиться перед монитором ноутбука со стаканом обжигающего горло виски. Невозможность сдвинуться с места делает всё ещё более раздражающим. Личный водитель, который, собственно, и допустил эту ситуацию, тоже нервничает. Это отчётливо заметно по его пальцам, постукивающим по рулю, и витающему в салоне напряжению. В зеркало заднего вида Чон наблюдает, как тот беззвучно ругается одними губами. Прекрасно понимает парня, ведь тот может и получить за то, что заранее не выстроил маршрут. Не узнал, по какому пути можно спокойно добраться до дома, избежав возможности застрять среди сотни машин. Интересно, что его так отвлекло от рабочих обязанностей? Хосок хмыкает и бросает взгляд на Ролексы, показывающие без пятнадцати девять. К десяти часам ему нужно быть уже дома. Так как ровно в это время сможет, наконец, лицезреть его. Того самого безликого, чьё тело выучил до миллиметра. Идеальные изгибы, родинку и даже небольшой шрам на бедре. Каждую среду и воскресенье вебкамщик под ником «Baby J» проводит свои горячие, возбуждающие до скрежета зубов эфиры, которые Хосок не желает пропустить, какими бы делами ни был загружен. — Чимин, если я не попаду домой хотя бы к половине десятого, ты лишишься всех выплат за этот месяц, — спокойным тоном заявляет Хосок своему водителю. — Я вас понял, господин Чон, — слабо кивает Пак и прикусывает нижнюю губу, глядя по сторонам в поисках места, чтобы перестроиться на другую полосу. Но всё везде намертво забито машинами. Ранее Чимин был работником самого обычного такси и знает улицы этого города, как свои пять пальцев. Именно на этой автомобильные пробки — редкое явление, и он, будучи уверенным в том, что никаких проблем не возникнет, даже не проверил маршрут. Конечно же, остаться без заработка Чимин не желает. Привыкший к более менее хорошей жизни, не хочется в чём-то себя ограничивать. Тем более он и его брат обеспечивают себя сами. Поэтому Пак, повернув руль немного вбок, в сопровождении кучи недовольных сигналов, а также отборного мата, умудряется нагло перестроиться и, наплевав на всё, нарушая правила, пересекает две сплошные, разворачивая машину в обратном направлении. — Мы сейчас практически час стояли в этой нескончаемой пробке, чтобы развернуться и поехать назад? Надеюсь, ты не планируешь занять очередь заново? — усмехается Чон, поглядывая на время. — Нет, господин. В трёхстах метрах отсюда есть съезд на объездную дорогу. Возможно, там будет какой-то поток. Но не думаю, что мы застрянем. — Ты же помнишь? К половине десятого — это крайний срок. — Да, господин, — кивает Чимин и давит сильнее на педаль газа. Хосоку очень нравятся послушные люди. То чувство, когда ему подчиняются — самое прекрасное и вызывает дрожь в кончиках пальцев, стоит кому-то склонить покорно голову или уступить в чём-либо. Смотреть немного свысока и подчинять — это то, что любит Чон. Другого вида данного чувства он не знает. Кажется, и не стремится узнать. Со своими подчинёнными он холоден и строг. Но справедлив. Конечно же, он не собирается лишать водителя полностью всех выплат. Возможно какой-то процент, чтобы в следующий раз тот ответственнее подошёл к своей работе. Пак Чимин — молодой парень, которому Хосок сам предложил работу, и тот лично возит его уже восемь месяцев. Идеальный работник. Пунктуальность и ответственность — главная черта водителя. Никогда не пререкается. Всегда выполняет свою работу на отлично. Внешние данные тоже превосходны, что не могло не привлечь внимание Чона изначально. Иной раз, когда хочется просто по-человечески отдохнуть с друзьями, без всяких рабочих лиц и охраны, которая мозолит глаза, Чон идёт в самый обычный клуб или бар выпить самого обычного пива. И по завершению такого расслабляющего вечера он вызывает самое обычное такси. Естественно, в сопровождении охраны, что плетётся за автомобилем. Так вот, в один из таких дней Хосока подвозил до дома симпатичный таксист, внешность которого он запомнил очень хорошо, что странно. Даже когда приехал домой, в душе смыл с себя налёт тяжёлого дня и лёг спать, на следующее утро помнил его лицо. Хоть и видел в полумраке салона. Черты настолько въелись под веки, что казалось, прикрой он глаза, увидит лицо молодого таксиста вновь. Мысль позвонить в контору этого такси и спросить о водителе проскакивала, но он не настолько был увлечён, чтобы заниматься подобным. Судьба. Знаете, что это такое? Это когда Хосок отдыхает в баре с друзьями, отпустив своего водителя, чтобы потом вызвать такси, а за ним приезжает тот же человек. Темноволосый парень с кольцами в ушах, пухлыми губами, аккуратным носом и идеальной линией челюсти. Засевший в голове образ предстал перед ним явью. Так что в этот раз Чон шанса не упустил. Сунул таксисту визитку, одарил самой очаровательной, немного пьяной улыбкой и попросил связаться с ним в любое время. С поставленной задачей водитель всё же справляется. Буквально через двадцать восемь минут чёрный, отполированный до зеркального блеска мерседес с затемнёнными стёклами въезжает на территорию особняка Чон Хосока — владельца крупной сети шикарнейших пятизвездочных отелей в Корее. Остановиться в таком месте могут далеко не все состоятельные люди, что уж говорить про обычных работяг. Среди постоянных клиентов Хосока есть личности с довольно известными именами — иностранные артисты или же владельцы крупных корпораций. Рейтинги отелей зашкаливают, персонал вышколен. Всё самое лучшее и престижное достаётся тем, кто всё-таки попадает в число постояльцев. Сегодня у Хосока состоялась важная встреча с коллегой в одном из его владений. Подписание договора и ужин, которые он так не любит. Эти сквозящие наигранностью улыбки, отрепетированные речи для того, чтобы его рука взяла ручку и оставила след на белой бумаге. Всё это так ненавистно. — Молодец, справился. Похвально, — одобрительно кивает Хосок и снова смотрит время на наручных часах. — Завтра жду тебя на полчаса раньше обычного. — Хорошо, господин, — еле заметно приподнимает уголки губ Чимин и мимолётно бросает взгляд в зеркало заднего вида, замечая ответный на себе. Стоит только покинуть салон автомобиля, как у входа Хосока уже ждёт дворецкий. На его лице привычная улыбка, руки почтительно сложены на уровне живота. Молодой человек принимает у мужчины пиджак и слегка кланяется. Ванна, которую попросил подготовить для него Чон, остаётся проигнорированной. Из-за этой грёбаной автомобильной пробки ему бы успеть принять простой горячий душ. Что, собственно, Хосок и делает. Кофе тоже готов. Но горький аромат, что разносится по всему первому этажу, там и остаётся. Ведь Чон и это вечернее удовольствие пропускает. Прихватывает в баре бутылку виски, стакан и направляется в свои апартаменты. Оформленная в тёмных тонах комната с приглушённым освещением — любимый стиль Хосока. Минимальное количество мебели. Огромная кровать посередине, панорамное окно с видом на роскошный бассейн, домашний кинотеатр и ещё один мини бар прямо возле постели. Устроившись поудобнее, Чон наполняет стакан виски до половины и залпом выпивает всё. Шипит и громко выдыхает, когда обжигающая жидкость попадает внутрь. Ноутбук уже давно включён. Время 21:54. Ещё шесть минут и появится он. Сегодняшний поздний вечер обещает быть интересным и горячим, так что Хосок даже ёрзает на месте от нетерпения. 22:00. Уголок губ ползёт вверх в ухмылке, и курсор мыши оказывается на мигающем красном кружке. Один слабый клик. Чон видит знакомые очертания и тело, на которое падает лишь свет от монитора. Тихий голос приветствует всех зрителей. В нём слышатся игривые, почти мурлыкающие нотки. — Мальчики, сегодня хочу вас побаловать новой игрушкой, — парень по ту сторону экрана достаёт небольшую нить из шариков, диаметр которых постепенно увеличивается от начала, и крутит ими перед камерой, заставляя покачнуться. — Говорят, эти бусы потрясающе стимулируют простату. Хочу попробовать их вместе с вами. Как идея? Хосок недовольно скалится, потому что видит, как в углу экрана ноутбука один за другим появляются восторженные комментарии тех, кто сейчас смотрит стрим. Естественно, они все в предвкушении. Baby J давно не баловал их новыми игрушками. Последнее время это были обычные вибраторы, в которых менялись только длина и форма. Чаще всего тот использовал простые, гладкие либо максимально похожие на настоящий член. И ещё Чон заметил, что парень любит приходить на стрим уже полностью подготовленным, с анальной пробкой, и сразу переходит к делу. Но иногда, когда донаты радуют вебкамщика, тот растягивает себя на камеру. Благодаря именно Хосоку все наблюдают за тем, как парень по-особенному играет с собой. Ведь это он переводит на счёт кучу денег. Это от того, что ему нравится слышать, как Baby J стонет. Как просит кого-нибудь приехать и помочь ему, пока тонкие пальцы шаловливо скользят по коже. Конечно же, это часть игры, и тот всего лишь дразнит зрителей стрима, подбивая к большей активности. Ведь никто не знает, ни кто он, ни тем более, где живёт. Но эти просьбы, мольбы и хныканье делают того таким беззащитным, таким податливым и желанным, что даже голова кружится. Зрители определённо заводятся не на шутку. Как и сам Хосок. — И, кстати, забыл сказать, если вы будете щедры этим вечером, то в следующий раз я захвачу с собой вибрирующие шарики, мощность которых вы будете регулировать сами. Знаете ведь каким способом, да? Вижу в сети моего самого преданного поклонника. Без тебя я бы не начал представление. Ты же хочешь увидеть? Нет, такое Хосока не устраивает. Он не намерен делить такое соблазнительное зрелище со всеми этими хитрыми мордами, которые наслаждаются шалостями на трансляции за его счёт. Поэтому уже активно стучит пальцами по клавиатуре. Hope: «Я заплачу в три раза больше, чем обычно, если ты покажешь это только мне.» — Посмотрите, какой собственник. Хочешь лишить других такого интересного представления? — вебкам модель устраивается перед камерой удобнее, играет с бусами, перекатывая небольшие по размеру шарики между средним и безымянным пальцами. Hope: «Хочу, чтобы это было только для меня. В пять раз.» Хосок сжимает кулаки, еле сдерживается, чтобы не дописать: «Что бы ты сам целиком и полностью был только для меня».

🪶🪶🪶

Весь такой важный, в дорогом классическом костюме, Чимин едет в такси домой после тяжёлого рабочего дня. Ему, конечно, предлагали комнату в особняке, но Пак не захотел оставлять брата, с которым они снимают жилье. Да и, к счастью, квартира находится буквально в десяти минутах езды от гаража, где Чимин паркует рабочий мерседес. Скинув с себя пиджак и бросив ключ на комод, Пак сообщает брату, что он уже дома, крикнув в глубину квартиры. Ответа, как обычно, не следует. Тот либо увлечённо играется в наушниках, уставившись в монитор, либо… увлечённо играется. Покачав головой, Чимин плетётся на кухню, хочет заварить себе чай. В планах ещё сходить в душ и как следует расслабиться. Но сперва звонок другу. Спустя несколько долгих гудков слышит в динамике громкую музыку на фоне. — Эй, чувак! Тебя уже выпустил из плена твой секси босс? — весёлый и бодрый голос по ту сторону заставляет улыбнуться. — Тэ, ты же сказал в прошлую пятницу, что ни ногой больше в клуб. — Я? Что-то не припоминаю. — Как обычно, — смеётся Чимин. — А ты с кем там? — С коллегой по работе, — специально выделяя эту фразу, говорит Тэхён. — Серьёзно? Долго ты будешь мне это припоминать? — Всю жизнь, чувак… Всю жизнь, — тянет Ким. — Подгоняй к нам, если силы в тебе ещё остались. — Я тебя хотел позвать ко мне. Сам я точно уже никуда не выберусь. — Не сегодня, бро. У меня тут вечерочек намечается, — игриво мурчит Тэхён. — Знаешь, кто тут? — Джихён? Да ладно, Тэ. Он же в прошлый раз отшил тебя. — Это было в прошлый раз, — цокает языком друг. — Сегодня он от меня никуда не денется, — очень самоуверенно продолжает он. — Смотри, не переусердствуй, — громко смеётся Пак. — Ладно, удачи тебе. В следующий раз увидимся. Расскажешь потом, как всё прошло. — Окей, бро. На связи. Короткие гудки стихают, и Чимин бросает телефон на декоративную подушку. Сам следом падает на мягкую поверхность, тяжело выдыхая. Руки и ноги расслабляются, повиснув с края узкого дивана. Чимин ощущает, как они гудят от усталости. Сегодняшний мимолётный взгляд босса отпечатался в подсознании, и теперь эти тёмные, словно омут, глаза не отпускают. Уже на протяжении нескольких месяцев Чимин не может отрицать того факта, что Чон Хосок — его работодатель, его начальник, его босс… нравится ему. Но кто такой Пак Чимин? Он может лишь мечтать и запоминать каждый брошенный в его сторону взгляд. Перед глазами внезапно всплывает тот день, когда сидел на этом же месте и крутил в руке визитку, что Хосок сунул ему, когда тот работал в такси. На вопрос: «Почему я?», ведь Чон уволил из-за него опытного водителя, получил ответ: «Потому что ты мне понравился». Именно эти слова тормозили Чимина. В смысле понравился? Он что, кукла? Или, быть может, шлюха в борделе? А может, Хосок просто коллекционирует миловидных людей вокруг себя?.. Но прикинув, сколько может зарабатывать у такого солидного на вид мужчины, всё же решился и набрал номер, указанный на визитной карте. Тэхён — лучший друг Чимина и отныне бывший коллега по работе, конечно же, немного расстроился. Они дружат ещё со школы. Долгое время работали вместе. Но Ким искренне рад за друга. Хоть и прилетают периодически обиженные фразочки, Чимин прекрасно знает, что это не всерьёз. Видятся они реже, но дружба от этого не рушится. Подобное радует обоих. Просто времени на совместные посиделки остаётся не так много. Вспомнив про практически остывший чай, Чимин берёт телефон, нехотя поднимается и, шаркая тапочками по полу, возвращается на кухню. Открыв ленту в инстаграм, первое, что он видит — это новые фото брата. Усмехается и нажимает на сердечко. На часах 21:55. Чимин слегка прикусывает нижнюю губу и вспоминает о том, что совершенно вылетело сегодня из головы. Сделав последний глоток, ставит чашку в раковину и направляется в свою комнату. Щёлкает дверной замок, оставляя Чимина наедине со своими фантазиями.

🪶🪶🪶

Hope: «Давай тогда ты будешь показывать мне всё приватно. Все прелести я за хорошую плату буду смотреть сам.» — Это интересное предложение. Я подумаю над этим и озвучу своё решение на следующем эфире. А сейчас… наслаждайся, милый. Лица парня не видно, но в игривой интонации Хосок слышит улыбку и представляет перед глазами его лицо: возможно, у этого вебкамщика пухлые губы, тёмные волосы… Всё, как любит Чон. На мгновение вспомнился образ собственного водителя. Тот ведь внешне как раз соответствует вкусу Хосока. Видимо, поэтому вспоминает похожие черты лица, рисуя в воображении то, каким может оказаться Baby J. Гораздо приятнее, когда ты можешь представить, как приоткрываются пухлые губы за миг до того, как между ними вырвется стон. Погрузившись в эти размышления, Чон пропустил момент, когда парень на экране уже развернулся, представляя взору всем зрителям своё разработанное розовенькое колечко мышц и красиво изогнутую спину. И стоит ему начать медленно погружать в себя первый шарик бус, застонать тихонько, как Хосок возвращает внимание к экрану и ухмыляется. — Ах… помните? Дальше только если вы этого хорошенько захотите… Мне так хочется почувствовать их все в себе. Помогите же мне… — томно тянет парень по ту сторону и поглаживает себя по ягодице, сжав упругую половинку пальцами и оттянув её для лучшего обзора. Он удерживает первые два небольших по размеру шарика внутри, позволяя остальным бусам покачиваться от малейшей смены положения. Сегодня Хосок не хочет пропустить ни единого мига, ни краткого стона или дрожания ног вебкам модели от возбуждения. Но это последний раз, когда за его счёт все наслаждаются зрелищем. Взяв в свободную руку телефон, вводит уже знакомые цифры и сумму. И когда на экране появляется оповещение о переводе денег, все начинают благодарить в комментариях щедрого зрителя. А Чон злится и сжимает челюсти. На его виске на секунду появляется венка, выдавая степень раздражения. Hope: «Это мой последний перевод в общий стрим. Дальше только мне. Я буду платить ещё больше.» — Какой серьёзный дядя. Милый, ты умеешь уговаривать… — сладко мурчит Baby J и крутит задом перед экраном, а оставшиеся блестящие от смазки бусы свисают, повторяя его движения. Оттянув ягодицу чуть сильнее, так, что места соприкосновения пальцев и кожи даже белеют, вебкамщик неспешно водит вокруг входа пальцами. Подцепляет ближайший шарик, чтобы немного потянуть, показывая край того, который уже внутри, но сжимается со вздохом, не позволяя выскользнуть. Дразнит зрителей стрима, посильнее оттопыривая зад. Видно, как его бёдра вздрагивают каждый раз, стоит повторить манипуляцию. Достаточно помучив себя и тех, кто за ним наблюдает через монитор, аккуратно обхватывает третий шарик и начинает проталкивать его внутрь, придерживая подушечкой пальца. Но элемент игрушки входит не сразу, ведь нужно растянуть и себя, и удовольствие, чтобы звон кошелька с «донатами» участился, показывая, на что готовы зрители ради большего. Третий шарик чуть больше предыдущих, однако такое даже на руку, входит туже, хорошо растягивая стенки. Когда бусина погружается в него полностью, заставив прерывисто простонать, стример тут же дёргает её обратно, вытаскивая достаточно резко. Это провоцирует новый, более громкий стон. И теперь по кругу: вталкивает внутрь бусину, следом за ней ещё одну, чтобы крайнюю вытащить, развлекая голодные взгляды. Действия этого парня не заставляют долго ждать. Кровь приливает к щекам и не только, так что рука Хосока тянется к налившемуся возбуждению. Проскользнув под полы халата, обхватывает член ладонью и неспешно начинает водить вверх-вниз сжатым кулаком. Не отрывает взгляда от округлых ягодиц. Жадно наблюдает, с каким удовольствием стример погружает в себя уже достаточно крупный шарик, слушая высокие стоны.

🪶🪶🪶

— Во сколько ты вчера вернулся домой? — мямлит Чани с набитым хлопьями ртом. — Прожуй, а то тебя не понятно, — улыбается Чимин, заваривая себе чай. — Без малого десять, я был уже дома. — Да ладно тебе, — специально чавкая, продолжает парень. — Я сегодня до утра в клубе. Помнишь, организовывал программу? Так вот, сегодня приедут четыре диджея и будут устраивать баттл. Будет весело. Пилоны будут тоже заняты, — игриво продолжает Чани. — Тэхён по-любому не пропустит сегодняшнюю ночную тусу. И Джун тоже там будет. Такое событие своего заведения он не пропустит. Кстати, Тэ снова Джихён отшил. Так что он в депрессии, — смеётся Чани. — О боже, пусть найдёт другую жертву, — он поворачивается к брату и играет бровями. — А быть может, Джун там будет не ради зрелища? — Чимин, отвали, а? — закатывает глаза Чани. — Да что? Бедный парень. Уже второй год на тебя дрочит, а ты его во френдзоне держишь, — делая глоток чая, улыбается Пак. — Он не в моём вкусе, — парень слегка кривится. — И вообще, кто бы говорил. Сам то что? Руку на своего биг босса качаешь, — снова лезет в пачку хлопьев и приподнимает брови. — Окей, 1:1, — Чимин берёт телефон в руки, который оповещает о входящем сообщении. — Ты чего так рано подорвался? — Я ещё не ложился. — Понятно. Весь день будешь пухнуть. — Не завидуй, — качает головой Чани и показывает брату язык, на что тот цокает. — Я к вам позже присоединюсь. У меня сегодня работа, а потом вроде как мини отпуск. Хосок уезжает из Сеула. Но что-то мне нездоровится. Так что посмотрим. — Неужели? Мы тебя подлечим, братик. Оторвемся по полной! — О да! У меня в планах как следует… выспаться, — сжимает кулаки Чимин и поднимает над головой. — Я наберу тебя после работы.

🪶🪶🪶

Припарковав мерседес у самого входа, Чимин, не поворачивая головы, боковым зрением замечает, как Хосок выходит из особняка и задерживается возле дворецкого. По спокойному, расслабленному выражению лица того Пак понимает, что босс с утра в духе. Думает, как можно так идеально и бодро выглядеть в половину седьмого утра? Бросает взгляд в зеркало заднего вида и быстрым движением руки поправляет выбившуюся прядь волос за ухо. Тыльной стороной ладони вытирает капельки пота, собравшиеся на лбу и над верхней губой. Температуру Чимин так и не измерил, думая, что утренний недуг — это всего лишь из-за нехватки сна. Но он сам виноват. Вместо того чтобы сладко сопеть после рабочего дня, развлекался, заперевшись в комнате, играя с интересной игрушкой. Представляя вместо резины горячий венистый член своего босса. Тряхнув головой и отогнав воспоминания прошедшего приятного вечера, Пак мельком смотрит в сторону входной двери — там уже никого. Вертит головой и взглядом ищет хозяина особняка. Затем, мысленно стукнув себя ладошкой по лбу, выходит из машины, ускоренным шагом обходит её и открывает заднюю дверцу, виновато опустив голову. Но Хосок, несмотря на то, что ему пришлось подождать, пока водитель выполнит свои рабочие обязанности, ничего не говорит. Видимо, действительно настроение у него сегодня хорошее. Чон, как и обычно, одет с иголочки. Белоснежная рубашка, галстук, идеально сидящий на нём классический приталенный костюм, а поверх — чёрное драповое пальто, по длине чуть выше колен. Тёмные, как смоль волосы уложены назад. Запах его дорогого парфюма, заполнивший салон автомобиля, заставляет Чимина мысленно растекаться по водительскому сидению. Как же хочется приблизиться к этой манящей шее и уткнуться носом, глубоко вдыхая головокружительный запах. — К отелю «Euphoria», — тоном не терпящим возражений произносит Хосок. Чимин молча заводит машину и плавно трогается с места, выезжая со двора. Погода пасмурная, поэтому в это время на улице темнее и гораздо прохладнее. Пак включает печку мощнее, чтобы прогреть хорошенько салон. Его босс не любит, когда душно. В жаркие дни в машине должно быть свежо. Но в холодные — Хосок не желает мёрзнуть. Потому Чимин старается хорошенько контролировать температурный режим в салоне автомобиля. Ещё во дворе особняка Хосок мельком, но подметил бледное лицо своего водителя. Нездоровый вид Чимина беспокоит его. Поэтому Чон всю дорогу бросает короткие взгляды в зеркало заднего вида, цепляясь за взмокший открытый лоб парня. — Тебе нездоровится? — не выдержав, задаёт вопрос Хосок. — Всё нормально, господин, — быстро отвечает Чимин, начиная немного нервничать. — Ты можешь взять больше выходных. — Спасибо, господин. У меня есть несколько дней, пока вас не будет в городе. Я буду в порядке к вашему возвращению. — Если тебе нужны будут дни, просто попроси. Я же не изверг. Здоровье моих подчинённых должно быть отменным, иначе начнутся неприятности и ошибки. — Спасибо, господин, — тихо отвечает Пак, хотя ему хочется смущённо улыбнуться. Но он не может себе этого позволить. Голос босса привычно холодный, но в нём всё же чувствуется беспокойство. Необходимость такого раннего визита в отель возникла по причине того, что одному из важных гостей на поздней вечеринке не понравилось отношение обслуживающего персонала. Но Хосок прекрасно знает своих работников и, собственно, того, от кого поступила жалоба. Важный человек, владелец нескольких портов в Корее. В узких кругах всем известны привычки и поведение этого мужчины. Старый развратник не впервые отдыхает во владениях Хосока, и каждый раз что-нибудь да происходит. На этот раз не понравилось то, что молодая и красивая официантка из ресторана не составила ему компанию в номере люкс и оскорбительно выразилась в его сторону, облив дорогой костюм соком. Требования были невелики: уволить хамку. На это Хосок отреагировал спокойно, сказав, что обязательно накажет официантку за её неподобающее поведение. Предварительно просмотрев камеры, убедился, что вины девушки там действительно нет: тот облился соком сам. И как обычно главная задача этого человека была в привлечении к себе внимания. Хосока морально выматывают подобные ситуации. Время уже близится к девяти часам утра. Хочется горячего кофе и скинуть, наконец, с себя это пальто. — В офис, — просит Чон, съезжая по сидению, забывая о том, что костюм может помяться. Выдыхает, откидывает голову назад и прикрывает веки. От поступающих звонков, пусть и за пределами его кабинета, но в зоне слышимости, жуть как болит голова. Отвечать на них — не менее раздражающее действие. Разговаривать, решать какие-либо рабочие вопросы надоедало с каждым днём всё больше и больше. Но Чон, доказав своему отцу, что он не «бестолочь, которая в этой жизни ничего не добьётся», действительно построил всё это вокруг себя собственными руками и упорным трудом. С нуля. Ему никто не дал денег на первоначальное развитие. У него не было никогда рядом человека, который бы поддерживал его. Который выслушивал бы нытьё или даже был жилеткой. С которым можно было завалиться в ночной клуб и запить алкоголем все проблемы, думая, что те улетучатся. Всё как у нормальных людей. Каждое знакомство заканчивалось непониманием или отвращением. Ещё со школы Хосок начал замечать в себе странности сексуального влечения. Не к девушкам, а к парням. Из-за этого боялся полноценно общаться и заводить друзей. Ну а в университете так и вовсе — несчастная безответная любовь. Сегодня именно тот день, когда хочется расслабиться и отдохнуть от работы, от этих навалившихся внезапно мыслей. На часах стрелка почти дошла до пяти минут одиннадцатого, а Хосок всё ещё в офисе. Он отпустил Чимина в семь часов вечера. Тому всё равно нездоровится, и Чон переживает за своего водителя. Поэтому решил, что ему нужно как следует отдохнуть. Сам думает сходить в клуб, выпить холодного пива. Возможно, кого-нибудь выцепить на вечер. Долгожданный стрим уже завтра. Но напряжённое тело требует разрядки. На этих мыслях он хватает с вешалки своё пальто и, достав телефон из кармана, чтобы вызвать такси, направляется к выходу из здания.