наконец он вернулся.

полупустующая комната, полностью пропахшая сигарным дымом казалась такой родной и одновременно такой далекой, словно это место никогда и не было полноценным домом. домом, где парни были вместе. ах, это такой покой. конечно, скар понимал, что влюбляться — та ещё чушь, особенно для почти известного музыканта, ей-богу, но все-таки, что-то заставляло его передумать, когда в поле зрения появлялся его милый сяо. спокойный и такой уравновешенный сяо. якша не просто парень, а самая настоящая мечта, так о нём отзывался скар. но сейчас его нет — парень был вынужден отъехать на некоторое время к отцу в другой город за несколько тысяч километров, дабы сорвать хоть немного денег на совместное проживание — оба из мальчуганов ещё не были совершеннолетними, поэтому, работать попросту не получалось. скар еле-еле сводил концы с концами, ожидая парня уже на протяжении пары месяцев. — где ж тебя черти носят? - в очередной раз выдыхает странник, докуривая последнюю сигарету, скромно валявшуюся прежде на подоконнике. для сяо будет не лучшим подарком то, что по возвращению он снова будет чувствовать дым сигарет. сколько бы тот не просил своего до жути упрямого бойфренда хотя бы курить в окно, тот все кивал головой, да только ничего не выполнял, словно специально выводя сяо из себя. но тот и не был против. казалось даже, что ему было попросту всё равно, однако, зачастую сяо отбирал у скара окурок и попросту выбрасывал в окно, отчего тот все усмехался, но ничего не говорил. они оба могли понять друг друга без слов. как будто так и положено судьбой. а ещё скар припоминал , какими нежными были вечера, когда обладатель окаин цвета охры приятно тянет к себе, заставляет вливаться в сладкий поцелуй с привкусом фильтра от сигарет, когда к щекам приливает кровь, заставляя их розоветь, чувствовать каждое прикосновение на бёдрах, шее, щеках, каждый нежный и аккуратно сделанный укус, словно высеченый камнем рисунок клыков на бледном теле , когда зелёная макушка находится сверху, сжимая ляжки в своих руках и управляя ими, словно собственными, и одновременно заставляя бабочек в животе вспархивать, вздрагивая от накатывающей эйфории и оттягивать нижнюю губу парня, поддразнивая. когда ночью гуляли по набережной, глядя на звезды, словно два идиота. когда скар посвящал тысячи текстов своей любви, своему сяо. где же сейчас такой важный сердцу человек? почему его нет рядом? тёмную макушку терзали неблагоприятные мысли, словно стало слишком поздно, чтобы вернуться назад, словно сяо уже не вернется. музыкант написал ещё тысячи горьких песен о своей любви, дабы показать любимому после. но что, если такового не случится? как раз, сяо не отвечает ему на сообщения уже несколько недель. осознавать это так противно, и одновременно так печально. скар безмерно скучал, и не скрывал это. ему лишь оставалось ждать того самого дня, того самого звона ключей, что раздался из подъезда, снаружи двери, что распахнулась. в квартиру вошел сяо, попутно оглядывая местонахождение своего возлюбленного. — я вернулся, - тихо молвил юноша с зелёной макушкой, прижимая любимое тело к себе спустя долгое время. — я так скучал, - шептал на ухо скар, после осуществляя свою «тактильность»: оставлял следы укусов на теле старшего, а тот лишь отвечал, дразня. наконец он вернулся.