Статуя Капитана Серебриголовых Стражей

«Мороз крепчал». Если бы он был посредственным писателем, коих в Белобоге было гораздо больше, чем того требовалось, то именно с этих слов он начал бы свой сегодняшний рассказ. Серебриголовые стражи, словно прикованные псы, скалили зубы за непроницаемыми шлемами, но повинуясь приказу, оставались на местах, сжимая ружья. Поднимаясь по ступеням Форта Клипоты, Сампо насмешливо улыбался и низко кланялся, специально задевая носками начищенные ботинки. Зеле, шедшая позади, напряженно молчала. Броня уже даже не здоровалась. Дело принимало серьезный оборот, если самая благочестивая дама начинала опускать всякие формальности, хотя, быть может, это было влиянием Воллерей. — Ну, в чем весь сыр-бор? И я опять не наблюдаю вашего главного… — он оглянулся по сторонам. — Знаете, даже успел заскучать! — Я сомневаюсь, что ты в этом как-то замешан, — Броня быстро взглянула на Зеле, — но если тебе что-то известно, то прошу незамедлительно сообщить. На миг на лицо мужчины пара темная тень, но та быстро сменилась вальяжной ухмылкой. — Увы, мне ничего, совершенно ничего об этом неизвестно! А вы что, уже не даете своим служащим отпуска? Мало ли, устал бегать за мной день и ночь, да и на передовой дел хватает. Знаете, у него все тело в шрамах! Удивительно, ходит ведь весь завернутый, как капуста. Мягкие черты лица новоиспечённой Хранительницы исказились от раздражения. Девушка, расправив подол платья, развернулась к витражному окну и повторила уже громче и чётче: — Тебе что-нибудь известно, Сампо Коски? Господина Ландау нет уже как месяц. — Ой, а время то быстро летит… Думаю, почему последнее время мне так спокойно живется? — Будь тут Сервал, она бы тебе уже глотку перегрызла, — шепнула ему бывшая подопечная, ощутимо больно сжав его предплечье. — Броня, он правда ничего не знает. Сампо переминался с ноги на ногу и что-то шипел себе под нос, косясь на гордую фигуру Хранительницы. Вся в свою мамашу. Такая же упрямая и непоколебимая. Сколько бы вы ей ни повторяли, она будет стоять на своем. Полезное качество для высокопоставленных господ. Может они с этим рождаются? У него, конечно, тоже была гордость, но это было совсем другое. Заключенная в фривольных жестах и быстрых взмахах клинков. У него был только один идеал, а остальное он считал глупостью человеческой натуры и присущим ей стремлением во всем искать смысл. Его гордость вовсе не мешала ему посещать Флот Клипота по неразумным прихотям новоиспечённой Хранительницы. Гордость же новоиспечённой Хранительницы застилала ее взгляд пеленой долга, не давая увидеть очевидную для всех истину. Бурной расследовательской деятельностью они тут занимаются. Конечно. — Свободны. — И что? Так каждый день теперь будет? Говорю же! Ничего не знаю!

***

— Вас вызывает Верховная Правительница. Завтра, к шести часам, — Вас и Броня Рэнд стоявшие в одном предложении казались неуместными, особенно из-за того, что под этим «Вас» подразумевался никто иной, как Сампо Коски. Повторять это из раза в раз казалось еще странней. — О, Сама Верховная Правительница хочет видеть такую скромную личность, как я, — произнес он, не отвлекаясь от натирания клинков. — Какой же повод? — Не знаю, — сквозь зубы процедила она, затем развернулась и незамедлительно ушла, не забыв напоследок хлопнуть дверью. Наташа вздохнула и, подперев голову рукой, с материнским разочарованием в глазах посмотрела на сидевшего в ее клинике беззаботного наемника. Защищала всех обитателей подземья, как родных птенцов, даже Сампо, несмотря на то, что он родом вовсе не отсюда. Клипота знает, что он забыл в Подземье и почему взвалился на плечи именно ей. Кукушонок, не иначе. — Не забирают под арест, а вызывают! Наташа, это же честь! — Ты так когда-нибудь добегаешься. Зеле тебя и так выгораживает, как может. А ты ей только проблем добавляешь. — Я никогда ее об этом не просил! Будучи малявкой, увязалась за мной, а теперь негодует. Наставник по оружию оказался простым мошенником. Горе то! Ой горе! — он смахнул невидимые слезы. — Кстати, последнее время я ничего незаконного не делал! Все в пределах той книжонки, которую мне вручила Госпожа Рэнд. — Конституция, Сампо. — Да-да! Она самая! Наташа захлопнула толстый медицинский журнал и потушила последнюю лампаду. Преступник, сидевший в ее клинике, растворился в густой тьме. К сожалению, у меня много дел! Передайте мои извинения Верховной Правительнице! Я немного устал от этих свиданий, так что если я пропущу парочку, ничего не будет, верно? Но так как интуиция Сампо Коски поистине великолепна, поспешу заранее ответить на все предвиденные вопросы. Нет, я не знаю, что случилось с малышом Геппи! Нет, я к этому не причастен, хотя я бы с удовольствием увел его от вас всех мнительных и угрюмых. Уверен, что он просто откисает в какой-нибудь таверне. Переработки, знаете ли. Эх, работяга… С уважением, Ваш верный слуга Сампо Коски. P. S. Если будете зачитывать это Сервал, попрошу вас подкорректировать некоторые моменты, чтобы письмо выглядело более формально. P. S. S. Пожалуйста. Для закрытой мастерской в ней было удивительно шумно, но Пела оставалась невозмутимой. — Может, он правда где-нибудь «откисает»? — она сделала какую-то пометку в своем блокноте и нахмурилась, когда стол пошатнулся от удара чужого кулака. — Он взрослый, Сервал. — Настолько взрослый, что забыл про службу и решил исчезнуть на месяцок-другой? Пела, не смеши меня! Он только и думает, что о работе! И этот ещё… Я уверена, это Коски. Запудрил ему голову, а потом, как это с Коски бывает, оставил брата у разбитого корыта! Пела оторвалась от блокнота и выразительно изогнула бровь. — Что?! Что ты на меня так смотришь?! Я ведь говорила ему не связываться с ним! «Сестрица, пожалуйста, не лезь в мою жизнь! Сестрица, это не твое дело! Сестрица, я понимаю твои опасения!» Дурень. Пела издала короткое «о», когда смысл слов Сервал до нее наконец-то дошел. Над линией, что связывала между собой имена Гепарда Ландау и Сампо Коски, рядом с пометкой «вражда» появилось небрежное сердце. Обычно она рисует такие, когда составляет сюжет для своих будущих произведений, но в этой истории все было несколько запутаннее.