«Огонёк»

Теплый летний вечер, когда все проблемы кажутся далёкими и совсем мелкими. Вечер, когда хочется смеяться с ничего и кружиться в танце, пока не упадешь на теплый пол совсем без сил. Именно в такой вечер, за маленьким столиком сидела удивительной красоты девочка. Ее длинные рыжие волосы свободно спадали по плечам, иногда попадая в глаза, отчего девчушка тут же пыталась их сдуть, отчего ее курносый нос, усыпанный веснушками, смешно морщился. Но девочка ни на секунду не отвлекалась от своего занятия, считая его вселенско важным делом, которое точно требовало завершения этим прекрасным летним вечером. Чем же таким маленькая Кетти занималась? О, она рисовала огонек. – Пора спать, дорогая, – чья-то рука нежно опустилась на хрупкие плечи девочки, но та лишь на секунду подняла взгляд небесно-голубых глаз, чтобы встретиться с изумрудными, смотрящими с нежностью и бесконечной любовью. Старшая сестра выглядела измотанной и поникшей, но несмотря на это, села на краешек детского стула, чтобы заглянуть под руку сестрёнки, но та молниеносно прикрыла его своей детской ладошкой, возмущенно выдохнув. – Нельзя смотреть на незаконченные работы, – важно произнесла Кейтлин, пытаясь отпихнуть сестру, на что та лишь звонко рассмеялась, не желая в этот раз поддаваться своей малышке. А поэтому лишь сгребла в объятия, уткнувшись холодным носом в шею ребенка, отчего та заверещала. – Хватит-хватит-хватит! Я все поняла! – сдалась девочка тоже обхватив тонкими ручками тело своей Элли, перебравшись к ней на колени, а та начала медленно укачивать Кетти. Смех сменился тишиной, ведь печальные мысли не давали покоя, заставляя двух сестер прижаться друг к другу как можно сильнее, будто это могло уберечь их от расставания. Взрослая жизнь никого не щадит, ни младшую, которая практически потеряет самого дорогого человека, ни старшую, которой теперь точно придется становиться взрослой. – Закончи работу завтра, хочу с тобой провести этот вечер, – произнесла Элизабет, кладя подбородок на рыжую макушку. – Нет, тогда будет поздно, – заупрямилась девочка, с неохотой отпустив сестру, она взяла в руки листок. А потом, коротко посмотрев на него и улыбнувшись, протянула сестре. Огонек. На листке, красными и оранжевыми карандашами был нарисован огонек. То, над чем так старательно сидела Кейтлин, оказалось ничем не примечательным рисунком, не отличающимся от множества других поделок девочки. – Ты теперь взрослая, тебе будет тяжелее сохранять свой огонек вот тут, – и Кетти положила ладошку прямо в середину груди сестры, которая смотрела с непониманием. – Огонек?..– слишком потеряно это прозвучало. – Огонек, – ничуть не раздражаясь из-за непонимания сестры, серьезно кивнула девчушка, – У каждого из нас есть свой огонек в груди, он помогает нам мечтать и радоваться, смеяться и сиять. Просто со временем из-за того, что люди вырастают, огонек гаснет, и люди становятся грустными, они больше не умеют мечтать и радоваться. Я подумала, что нарисую тебе твой огонек, так он всегда будет в тебе гореть, и ты никогда не забудешь меня и наши радости! В глазах маленькой девочки стояли слезы, ведь она изо всех сил верила, что это поможет! И ее сестрёнка никогда не станет такой, как все грустные взрослые, ее сестрёнка всегда будет светить, словно огонек. Девушка снова опустила взгляд на детский рисунок, который значил слишком многое. «Ее огонек» – А ты? И себе тогда нарисуй, чтобы он тоже не потух, пока меня не будет рядом, – шепотом из-за срывающегося голоса, произнесла Элизабет, но в ответ прозвучал только смех. – Ты такая глупенькая, Элли, мой огонек никогда не погаснет, ведь я всегда буду видеть звёзды, как же можно погаснуть, когда смотришь на такую красоту? – слишком глубокие фразы говорил этот ребенок, ребенок который умел видеть звёзды. Ребенок, чей огонек не погаснет никогда. – Он всегда будет со мной, я буду смотреть на рисунок и вспоминать о тебе, моем маленьком большом человеке, – притягивая сестру в объятия, рассмеялась Элизабет, понимая, что как бы сложно ни было в этой взрослой жизни, она никогда не погаснет ю она будет светить для девочки которая видит звёзды. – Да бегу я, бегу, мам, – раздражённо ответила девушка, садясь на свою кровать и окидывая свою комнату взглядом. Плакаты любимых групп, стопки старых школьных тетрадей, чемоданы. Да уж, насколько эта самая "взрослая жизнь" может быть утомительной. Экзамены, поступление, не понимая чего вообще хочется от этой жизни. А ведь десять лет назад, казалось, что сестра уезжающая из дома на учебу, будет такой свободной. Детская наивность границ не имеет. – Ну ты долго ещё? – Кейтлин подняла голову, которая до этого была прикрыта руками и увидела силуэт прекрасной светловолосой девушки, которая стояла в дверном проёме, скрестив руки на груди и улыбаясь. Но улыбка была не радостной, скорее озабоченной и слегка печальной. Перед ней сидела ее любимая сестра, которой тоже предстояло нелегкое время. Короткие рыжие волосы, были по обычаю собраны в хвост, никакие прыжки не торчали – лак намертво фиксировал все. А любимые Элизабет веснушки были замазаны тональным средством. Уставший глаз серых глаз смотрел раздражённо, будто бы говоря, чтобы обладательницу очей не трогали. – Молчание знак согласия, – прошла внутрь комнаты скорее молодая женщина, нежели девушка. Она села рядом с сестрой на кровати, где когда-то давно спала сама. Она могла представить насколько сейчас страшно и одиноко ее малышке. – Помнишь твой историю про огонек? – после недолгого молчания начала разговор старшая из сестер, ничуть не удивившись, когда в ответ на вопрос, Кетти только махнула головой. Только протянула листок бумаги сложенный в несколько раз. – Когда-то, одна маленькая девочка, которая умела видеть звёзды, рассказала мне про огонек который есть в каждом из нас, просто со временем взросления он затухает и мы про него забываем. А ещё забываем про мечты и радости жизни, – Элли не смотрела на сидящую рядом девушку, только на рисунок созданный детской рукой для нее. Сколько всего за эти годы произошло: первая любовь и разочарование в ней, первая настоящая работа, а не учебное задание, страх перед будущим. Но каждый раз Элизабет смотрела на огонек и вспоминала каждую свою мечту, каждую маленькую радость, и все становилось проще. Она не дала погаснуть огоньку, никому не позволила его затушить, он всегда будет гореть в ней, до самого последнего дня. – Даже не думала, что ты его сохранила, я уже и забыла, – рассмеялась Кейтлин, глядя на все это. Только сейчас она вспомнила, как пришла ей в голову эту мысль, как спешно она, будучи глупым ребенком пыталась успеть нарисовать огонек. Много же воды утекло. И воспоминаний. Она совсем забыла свой огонек и сейчас, приложив к собственной груди руки, уже не ощущала его тепла, она потеряла свой огонек! Он потух ещё много лет назад, когда сама девочка ничего не заметила, она забыла про мечты и радости. Она забыла про свою искру… – Нет, он все ещё есть в тебе, – будто прочитав мысли, мягко произнесла Элли, обнимая дрожащую от страшного осознания сестру, по щекам которой катились слезы. Несколько раз провела по столь любимым рыжим волосам, а после уткнулась, как когда-то в далёком детстве, носом в шею сестры, – просто его присыпали пеплом этих лет. Я знаю как тяжело было тебе взрослеть, что ты даже перестала видеть звёзды, помнишь, как ты любила их раньше? Я знаю, что эта любовь никуда не делась, просто сидит и ждёт, пока ты снова посмотришь на светила, которые греют нас своим холодным светом. И вот, перед глазами женщины снова появилась та самая девчушка, которая не любила заплетать волосы и говорила всем, что веснушки это поцелуи солнышка. В глаза сидящей девочки снова могли отражаться звёзды. «Вспомнила. Она все вспомнила». – А что теперь будет дальше? – шепотом поинтересовалась девушка, прижимаясь к сестре всем телом, зная, что скоро они снова разлучатся. – Дальше? Долгая и красочная жизнь наполненная множеством радостей, которые потом превратятся в прекрасные воспоминания, которые будут подпитывать твой огонёк. «Моим огоньком всегда была ты» И неважно, кто из сестер подумал так, каждый нашел свой огонек.