Рыба вне воды/Fish Out Of Water

Хисаши уставился на обмякшее тело Изуку, переполненный эмоциями. Он не присутствовал при рождении мальчика, но наблюдать за тем, как он делает первый глоток воздуха, было лучше всего на свете. Слезы текли по его щекам, когда он сжимал руку мальчика, наклоняясь, чтобы поцеловать ее время от времени. Он сделал это! Его ребенок и так был совершенен во всех отношениях, а теперь он стал таким же, как его папа. Им больше никогда не придется разлучаться. Изуку зашевелился во сне, и Хисаши осторожно поправил кислородную маску на его лице. Бедняжке понадобится помощь, чтобы приспособиться к жизни на суше. Ему повезло, что его папа понимал, через что он проходит. Сердце Хисаши сжалось от боли, когда он вспомнил выражение лица мальчика в момент его превращения. Он был таким чувствительным маленьким существом и так глубоко все чувствовал. Вполне понятно, что он запаниковал, когда наступил момент, и попытался все остановить. Но Хисаши знал, что в глубине души Изуку все еще хотел пройти через это. У него разрывалось сердце, когда он смотрел, как его малыш борется и плачет. Но это нужно было сделать. В пылу переживаний его глупый малыш забыл, как хороши будут перемены для них обоих. Он отогнал грустные воспоминания и улыбнулся Изуку. Хотя он надеялся, что мальчик отреагирует лучше, теперь все это того стоило. Перевоплощение прошло успешно. Новые ноги мальчика были тонкими и сильно побитыми после перехода, но Хисаши надеялся, что они быстро заживут. Он месяцами смотрел детские видео и не мог дождаться, когда научит своего малыша ходить! Темно-зеленая чешуя Изуку также сменилась бледной, веснушчатой кожей. В сухом воздухе его зелено-белые волосы оказались кудрявыми и пушистыми. Хисаши с трудом удержался от того, чтобы не прикоснуться к ним. Он покрутил один из белых локонов между пальцами, любуясь прекрасным цветом. Когда Изуку достаточно окрепнет, чтобы сидеть, он сможет наконец отбелить оставшиеся зеленые пряди в волосах. Хисаши не мог вывести мальчика на публику, пока его волосы не станут такими же белыми, как у него. Тогда, увидев их вместе, люди сразу бы поняли, что они родственники. Переполненный волнением, он вытащил свой телефон и сделал еще один снимок спящего Изуку. Его фотопленка уже была полна фотографий его ребенка, но кто мог винить его, когда Изуку был таким невыносимо милым? Он мягко улыбнулся картине. Лицо Изуку обрамляли мягкие кудри, а его пижама с акулой была милее, чем он мог себе представить. Он подобрал для мальчика целый гардероб и не мог дождаться, когда сможет нарядить его во все наряды, которыми запасся. Было приятно видеть его таким расслабленным, особенно потому, что рыбка всегда был таким беспокойным. Хисаши любил его очаровательные хмурые взгляды, но сейчас ему просто нравилось смотреть на спокойного, спящего Изуку. Он провел пальцами по щекам мальчика, слегка касаясь россыпи веснушек. Изуку дернулся от прикосновения и издал тихий стон. У Хисаши перехватило дыхание, и он начал нежно гладить волосы Изуку. Это действительно происходило! Глаза мальчика открылись, все еще затуманенные болью. Хисаши с облегчением увидел, что радужки его глаз осталась все того же яркого зеленого цвета. Он знал, что никогда не устанет смотреть в эти глаза. Они были так похожи на глаза Йоичи. – С возвращением, маленький изумруд, – сказал он, наклонившись, чтобы прижаться лбом ко лбу Изуку. Мальчик вздрогнул от этого прикосновения, и Хисаши быстро отпрянул назад. – О нет, тебе все еще немного больно? Изуку попытался заговорить, но издал лишь сухой кашель и схватился за горло. Хисаши сочувственно прищелкнул языком. – Извини за это, малыш. Аппарат искусственной вентиляции легких немного поцарапал тебе горло. Но хорошая новость в том, что он тебе больше не нужен! У тебя прекрасная, здоровая пара легких, которые прекрасно работают. Чтобы проиллюстрировать свою точку зрения, он потянулся и снял кислородную маску. Рыбке это было не нужно сейчас, когда он проснулся. Ясность вернулась в глаза Изуку, когда маска была снята с его лица. Он быстро попытался подняться в постели, но упал с болезненным всхлипом.  – Успокойся, – говорил Хисаши. – Все, что тебе сейчас нужно, это отдых. Ты хочешь пить? Изуку непонимающе смотрел на него. Хисаши рассмеялся, вспомнив, что русалкам не нужно пить. Конечно, Изуку не был знаком с понятием жажды! — Прости, я забыл, что ты никогда раньше не пил, – усмехнулся он. Он взял с тумбочки чашку с водой и поставил ее перед Изуку. Мальчик тут же откинул голову, поджав губы. – В этом нет ничего плохого – пообещал Хисаши. – Людям нужно регулярно пить воду. Это то, к чему тебе придется привыкнуть, когда ты будешь в человеческой форме. Он осторожно повернул голову Изуку и, удерживая ее на месте, поднес чашку к губам.  – Ну же... только маленький глоток, пожалуйста? – убеждал он. – Я уверен, что твоё горло пересохло и болит. Глоток воды может облегчить боль. Изуку мучительно сглотнул и настороженно посмотрел на чашку. После долгого мгновения он приоткрыл губы и позволил Хисаши влить немного воды в рот. Он тут же разразился приступом кашля, лицо покраснело, и он захлебывался. Хисаши быстро поддержал его и потер спину, проклиная себя. Изуку, должно быть, инстинктивно вдохнул воду, вместо того чтобы проглотить ее. – Прости, рыбка, это была моя ошибка, – извинился он. – Вода должна попадать в желудок, а не в легкие. Потребуется некоторое время, чтобы привыкнуть к этому. Даже люди иногда делают это случайно. Изуку просто наклонился вперед и жалобно кашлял, зажмурив глаза. Через мгновение он рухнул обратно на подушки, тихо хрипя. – Мы попробуем ещё раз позже, – Сказал Хисаши, отставляя чашку. – Бедный малыш... Тебе не очень-то приятно было просыпаться, да? Изуку лишь бросил на него взгляд и, фыркнув, отвернулся. Хисаши усмехнулся и взъерошил ему волосы. Это был тот мальчик, которого он знал и любил! Он откинулся в кресле и наблюдал за Изуку. Он знал, что любопытство мальчика в конце концов возьмет верх, и хотел посмотреть, что он будет делать дальше. Конечно же, Изуку в конце концов выпрямился, опираясь на подушки. Его взгляд опустился на нижнюю половину тела. Его новые ноги были укрыты толстым мягким одеялом, скрывающим их от глаз. – Хочешь взглянуть? – предложил Хисаши. Прежде чем Изуку успел ответить, он откинул одеяло, обнажив новые конечности. Мальчик издал придушенный вздох и попытался откинуться в сторону, но ему с трудом удавалось управлять собственным телом. Его глаза расширились, когда он уставился на свои ноги в пижаме и босые ступни.  Не удержавшись, Хисаши наклонился вперед и пощекотал ступни Изуку. Он невольно хихикнул, отдернув ногу. – Смешно, да? – поддразнивал Хисаши. – И посмотри на себя! Ты уже можешь двигать ногами. Это очень впечатляет. Он на мгновение отстранился и позволил Изуку сфокусироваться на своих ногах. Они медленно начали подергиваться, когда он напрягал незнакомые мышцы. Его выражение лица выражало болезненную сосредоточенность. Хисаши быстро запечатлел этот момент, а Изуку укоризненно посмотрел на него. — Перестань, — прохрипел он. – Но ты такой милый, когда сосредоточен! – возразил Хисаши. – Мне нужно задокументировать твой первый день на поверхности. Кстати говоря, ты наконец-то сможешь есть человеческую пищу! Я приготовил кучу блюд для пробы, чтобы ты мог попробовать все новые лакомства.. Изуку бросил на него сердитый взгляд и скрестил руки на груди. – Я хочу морских ежей.. Хисаши немного сдулся при этой просьбе. – Но ты уже знаешь, какие они на вкус. Люди готовят еду такими интересными способами! Существует так много различных ингредиентов, рецептов и... – Морские ежи. Хисаши резко вздохнул, но в его голове вспыхнула озорная идея. Он мог бы дать Изуку свежего морского ежа и посмотреть, как тот понравится ему в человеческой форме. – Хорошо, но только потому, что это твой особенный день. Я сейчас вернусь с ежами. Но в следующий раз я сам выберу блюдо. Изуку смотрел на него в шоке, явно не ожидая, что Хисаши удовлетворит его прихоти. Он подавил ухмылку, поднимаясь на ноги. Сырое, колючее лакомство не будет таким же вкусным для человеческой формы Изуку. Но иногда рыбке приходится учиться на собственном опыте. Это будет забавное воспоминание, над которым они смогут посмеяться в будущем. — Никуда не уходи, – пошутил он, пересекая комнату. Изуку был слаб и измотан после трансформации. Хисаши сомневался, что ему хватит сил даже на то, чтобы перевернуться. ... Как только дверь закрылась, Изуку сбросил одеяло с кровати. Он не знал, как долго Хисаши будет отсутствовать, и не мог позволить себе терять ни минуты. Неизвестно, когда навязчивый тритон снова оставит его в покое. Странная тяжесть в конечностях замедляла его движения, но страх подстегивал его. Он поднялся на руках и посмотрел на свои слабые, не реагирующие на движения ноги. Ходить должно быть сложно, но он должен был решить это быстро. Он потянулся вниз и подтянул ноги так, что они свесились с кровати. Ощущение, будто тысячи иголок пронзили странные конечности, и он зашипел от боли, когда ноги запульсировали. Изуку перегнулся через край, поставив ноги на пол. Делать было нечего. Ему пришлось сделать решительный шаг.  Он сделал выпад вперед, пытаясь поставить свое тело в вертикальное положение, как Хисаши. Его колени мгновенно подкосились, и он рухнул на пол. Не дрогнув, Изуку поднялся на ноги, поддерживая вес своего тела дрожащими руками. Дверь была так близко. Он просто обязан добраться до неё! Он начал карабкаться по ковру, морщась, когда волокна впивались в его бледную кожу. Все ли люди были такими чувствительными? Как им удаётся что-то делать в этих неудобных телах? Его ноги бесполезно волочились за ним, замедляя его своим мертвым весом. Конечности были неловкими и неудобными. Они не держались вместе, как хвост. Наоборот, казалось, что они пытаются двигаться в совершенно разных направлениях. Но сейчас он не мог об этом беспокоиться. Его путь к отступлению наконец-то доступен! Изуку дотащил себя к двери и потянулся вверх, пальцы потянулись к ручке. Мышцы болезненно напряглись, но ему удалось потянуть за ручку и толкнуть дверь. Она была не заперта. Радуясь победе, Изуку растянулся в незнакомом коридоре, задыхаясь от адреналина. Не теряя ни минуты, он пополз вперед, используя руки, чтобы двигаться по коридору. Не имело значения, куда он попадёт, лишь бы подальше от Хисаши. Он не мог вынести еще одного мгновения объятий. Тритон позволил ему страдать и просто ожидал, что он примет это? Ни за что. Движимый мрачной решимостью, он обогнул угол и столкнулся с чем-то твердым. Препятствие отскочило назад, и хриплый голос закричал: – Какого черта? Изуку вытянул шею вверх, отшатываясь назад так быстро, как только мог.  На него уставилась пара испуганных красных глаз.