На стороне ангела

– Что пишешь? – Джон склонился и поцеловал меня в висок. – Дневник. – О! Тебе не хватает диалога со мной? Мы что-то упускаем? – сразу всполошился Джон. – Нет. Другое. Мне не хватает Яся с его мудростью, и я пытаюсь имитировать его присутствие. Джон нахмурился. Но подошёл к вопросу практично, а не эмоционально. – Значит, мы едем в Норвегию! Я улыбнулся. Думаю, будь я послушным и молчаливым мальчиком, то муж бы закатил мне сцену ревности, но я таким не был. Я не молчал там, где чувствовал напряжение или дискомфорт. Это касалось как секса, так и отношений. Поэтому Джон предпочитал не эмоционировать, а решать вопросы деньгами. Как сказал однажды его дед, милейший человек, кстати: – Проблема, которую можно решить деньгами, не проблема, а расходы. А иметь деньги на расходы – замечательно! В данной ситуации частный самолёт и снятый на берегу неприветливого моря дом стали тем, что позволило Джону сменить картинку за окном и немного отдохнуть от дел, а мне – обнять близкого мне человека. Ясь был ошарашен и рад, Милорадов злился, доставляя этим мне удовольствие, Джон был счастлив воочию увидеть те места, которыми однажды любовался на фотовыставке. – Как ты им так управляешь? – за бокалом вина после ужина спросил Ясь, кивнув на заснувшего в кресле Джона. – Он показался мне жёстким человеком. Мы сидели перед камином на диване. Милорадов демонстративно привалился к Ясю с левого бока, давая понять, что этот мужик занят. Но мне не нужен был Ясь в этом самом смысле. Мне нужен был не мужчина, а друг. – Следую твоим советам. – Это каким? – удивился Ясь, а Милорадов навострил уши. Господи, он иногда ведёт себя как подросток. Как я в свои шестнадцать. – Их было много, – улыбнулся я. – Но я выделил три базовых идеи: живи настоящим, любовь придёт, чтобы её узнать, надо научиться любить себя. – Иди ты! Всё это дал тебе я? – Ясь смешно почесал голову, и Игорь шлёпнул его по руке. Ясь бессознательно поймал карающую длань и поцеловал в самую серединку. – Ага, – кивнул я и подмигнул прислушивающемуся Игорю, что злобно пытался вырвать руку из лапы Яся. – Мы же просто разговаривали... – А с чего ты решил, что мудрость и участие требуют усилий и душевного надрыва? Достаточно просто уметь любить. Ты это умеешь. – Все умеют! – не согласился Ясь. Ну да.. Только вот в этом вопросе каждый судит по себе. Неудивительно, что Ясь верит в это чувство так искренне. – Любить – да. Проявлять и дарить любовь – нет. – Неужели я такой мудрый? – спросил Ясь у Милорадова. Тот закатил глаза, но признал: – Иногда до отвращения, но да! – Так тебе со мной повезло, оказывается? – Ещё как, – выплюнул Игорь и поднялся. – Вы можете и дальше философствовать, а я спать! Ясь извиняюще посмотрел на меня и пошёл за Милорадовым как привязанный. Я усмехнулся, отставил бокал и тихо подошёл к Джону. Он сладко спал, приоткрыв рот. Тронул пальцами скулу, от чего муж вздрогнул и заозирался. – Ты уснул, – сказал я и поддался тянущей на себя руке, усаживаясь ему на колени. – Устал за эти дни. А тут так тихо, спокойно. Прилететь сюда было хорошей идеей. Джон запустил руки мне под свитер, цепляя соски подушечками пальцев, зарождая желание. – Я очень благодарен тебе, что ты не ревнуешь. – Ревную, – признался Джон, уткнувшись мне в шею. – Но я понимаю, что это непродуктивно. – И обидно! – Моя ревность проистекает не из недоверия к тебе, мой ангел. Это скорее зависть к тому, что я не единственный близкий тебе человек. – Но люблю интимно-близко я именно тебя, – напомнил я, потираясь губами о шелковистые волосы, пахнущие тонко дорогим парфюмом. – Это возносит меня на небывалую высоту. Осознание, что именно мне досталось такое счастье. Я ведь не сплю, Ансель? – Не спишь. Джон вздохнул и вжал меня в себя до хруста. Я хмыкнул и поправил придавленные им крылья.