По ту сторону жизни

      Стоя в коридоре возле дверей ведущих в покои Амрита, Амала то и дело перебирала пальцами и всеми силами пыталась не показывать своих подлинных эмоций.       Только не здесь. Не при чужих…       Одному лишь Богу было известно, чего стоило Амале стоять гордо подняв голову пока в душе творился хаос. Её Махардж, смысл и любовь был на грани… Амала не было глупа и прекрасно понимала, что из-за незаживающей раны её возлюбленный умрет, однако когда на её глазах Амрит потерял сознание, Амала поняла насколько сильно боится того мига, когда очи возлюбленного навеки сомкнуться…       — Врача! Срочно! — неистово кричала несчастная, едва заметив как из-за жара её Махарадж потерял сознание.       И вот теперь стоя по ту сторону двери, Амала молилась и просила сделать так, чтобы Господь позволил ещё немного им побыть вместе. Ей хотелось хотя бы ещё ра почувствовать тот трепет чувств от одного лишь взгляда, вновь ощутить разряд от лёгкого касания.       Он не мог сейчас умереть! Они ведь даже не попрощались…       Звук открывающейся двери вывел Амалы из мыслей. Резко обернувшись, Мала взглянула на врача и тут же застыла в ужасе, увидев скорбь на его пожилом лице.       — Мне жаль! — последнее, что услышала Амала прежде чем земля ушла у неё из-под ног.       Потеряв грань между жизнью и смертью, она никого не видя на своём пути, оттолкнула старца и зашла в покои возлюбленного, где увидела лежащего, бледного Амрита с закрытыми глазами.       На ватных ногах добравшись до кровати, Амала едва сдерживая слёзы взглянула на своего жениха.       — Махарадж, — сквозь слёзы произнесла она, — Проснись! — перешла на шёпот, — Молю! Ты клялся, что нас ничто не разлучит! Махарадж!       Коснувшись холодной кожи и окончательно осознав, что её любимый мёртв, Амала рухнув на колени истошно закричала.       — Ааааааа, — сорвалось с уст несчастной.       Ей было абсолютно все равно на прибежавших людей. Плевать на их удивлённые взгляды и приободряющее слова. Плевать…       — Нет! Не трогайте меня! — властно кричала Басу, когда Риши и Кир попытались поднять её с колен.       — Мала… — как можно более мягко проговорил Киран, однако девушка не позволила.       — Я сказала: не прикасайтесь ко мне! — сквозь истеричные слёзы кричала она, пока её сердце покидало тело и отравлялось вслед за возлюбленным.       Она больше никогда не услышит его смеха, не коснётся бархатистой кожи, от которой по телу проходился сильнейший разряд, не почувствует рядом сладкий запах вишни…       — Махарадж… — проговорила несчастная прежде чем потерять сознание.

***

      Кромешная тьма и непрекращающийся сильный гул, что сводил с ума, на удивление стал стихать. В то время как давящий мрак понемного рассеивался, позволяя видеть.       Первым, что бросилось на глаза, это небольшая и загрязнённая улочка, которая была почему то пуста.       Где я? — первое о чем успел подумать он, прежде чем увидеть яркую вспышку от фар.       Застыв на месте от неожиданности, мужчина сжал глаза и мысленно подготовился к боли.       Секунда, пять, десять.       Ничего…       Открыв глаза, мужчина обернулся и удивлением посмотрел вслед удаляющейся машине.       Как такое возможно?       Не понимая и все ещё находясь в немом шоке, мужчина увидел на полу довольно большую лужу. В обычные дни он непременно бы прошёл бы мимо на обратив никого внимания, однако сейчас, что то невидимое тянуло его к луже. Будто в ней были все ответы.       Сделав шаг, затем другой, он оказался подле скопления воды. Наклонившись, мужчина посмотрел на своё отражение и тут же обомлел.       — Нет! — сорвалось с его уст.       С неверием смотря на себя, Амрит коснулся груди на которой была большая рана покрытая гноем. Едва увидев не зажившее ножевое ранение, Дубей мгновенно все вспомнил.       Похищение Амалы, предательство дяди, удар по груди ножом, и страх в глаза Махарани за его жизнь…       Я умер, — с горечью осознал Амрит, которому стало ясно почему машина минутой ранее не сбила его.       Если это действительно забвение, то почему он здесь? А не в чистилище? Сколько времени миновало с момента гибели? Год? Два? Может и вовсе сто? Едва вспомнив о времени, Амрит до скрежета сжал зубы поняв, что все эти годы его возлюбленная жила без него.       Своенравная Басу с жаждой жизни, как она справилась? Не плакала ли над его телом? Не позволила ли другим увидеть свою слабость.       — Махарани, — невольно слетело с губ, отчего Амрит тут же улыбнулся.       Как же давно он не мог ощущать себя человеком. Порой казалось, что в скором времени он и вовсе забудет своё имя…        Но, почему все пропало? Как он вообще оказался среди живых?       Решив во всем разобраться, Амрит хотел было отправиться первым делом в свою резиденцию, да только не знал, цела ли она вообще?       От моральной усталости прикрыв глаза, мужчина представил в голове свой бывший дом, где он провёл лучшее время, когда же открыл с удивлением отметил, что находился в своём бывшем кабинете.       Прекрасно поняв, что с лёгкостью телепортировался, Амрит усхмехнулся. Правда улыбка быстро исчезла с его лица, стоило Дубею увидеть за своим столом Риши. Смиренно сидя на стуле, парень без особого интереса рассматривал важные для культа документы.       Не сильно он изменился. Значит прошло не так много времени — пронеслась догадка.       Наблюдая за младшим братом, Амрит отметил, что он за это время Риши сильно изменился. Нет, не внешне. Взгляд, вот что отличало юношу от прежнего Риши. Его взгляд более не был пустым и отрешённым, с нотками страха. Теперь же очи младшего Дубея выражали уверенность и лёгкую усталость.       Видя, как Риши подписывает очередной важный документ, Амрит сжал зубы, ибо лишь только сейчас понял, что он сидел тут будучи главой культа.       Только почему он возглавлял культ, а не его Махарани?       Решив во всем разобраться, Амрит отправился на поиски возлюбленной.       От одной мысли, что он сможет вновь увидеть лик возлюбленной, сердце, которое по идее было мёртво, начало трепетать. Пройдя сквозь двери, Амрит немедля стал искать любимую.       Пройдясь по всей резиденции и не найдя Амалу, Дубей разозлился пуще прежнего.       Где она?       Неужели они что то сделали с его женщиной? Если так, то он их даже с того света достанет и уничтожит!       Где же ты Махарани? — подумал Амрит, после чего яркая вспышка ослепила его глаза.       Не выдержав столь яркого света, он прикрыл очи, когда же разомкнул веки удивлённо стал осматриваться, ибо находился в неизвестном для себя месте.       В небольшой комнате, по габаритам схожим с его кабинетом, кроме дивана и круглого стола со стульями ничего не было. Обветшалые обои, старый ковер, яркость которого стёрлась со временем, и небольшая люстра создавали ощущение бедности и жалости.       Увидев подле дивана небольшое окошко, Амрит хотел было подойти, для того, чтобы убедиться, в том, что находился он не в Индии, да только услышав звук приближающихся шагов замер. Буквально через несколько секунд в комнату вошла уставшая девушка с потухшим взглядом, в которой мужчина признал…       — Амала, — с неверием проговорил он, наблюдая за сломленной и покинутой возлюбленной.       От былой уверенности и дерзости ни осталось и следа. Глаза в которых пылал огонь, теперь были пусты. Густые и шелковистые волосы, которых он так сильно любил гладить были собраны в незамысловатую причёску, ну и конечно же вместо дорогого сари, на Амале была обычная кофточка и брюки.       Попивая горячий кофе, она уселась на диван и стала смотреть в окно, дабы хоть немного отдохнуть после тяжёлого дня. Расположившись поудобней, Амала поставила стакан с горячим напитком на край, после чего обхватив руки ногами опустила голову. Не в силах больше быть сильной.       Увидев впервые слабую и сломленную возлюбленную, Амрит невольно отвернулся, ибо не хотел и не мог видеть её такой.       Госпожа его сердца и Бенгалии не должна была жить в этой ужасной квартире. Он желал чтобы она правила за них двоих, а в итоге он гниет в могиле, а она в ненавистном Лондоне.       Черт возьми, как же он желал коснуться её, прижать к себе и насильно подняв подбородок уверить, что все будет хорошо.       Сделав несколько шагов вперёд, жрец оказался подле возлюбленной. С нежностью взглянув на покинутую Амалу, он приподнял руку и провёл по волосам, в надежде, что она, что то почувствует, однако увы…       Сказать по правде, Амрит даже не знал, что удручало его больше, невозможность касаться любимой, либо видеть как ей плохо, и не быть способным ей помочь.       От гнетущих мыслей жреца отвлекли едва слышимые шаги. Оставив руку на волосах Амалы, он напряжённо посмотрел на дверь и тут же обомлел увидев маленькую девочку трёх лет.       Стоя возле входа в комнату малютка с чёрными как смоль волосами и необычайно красивыми глазами цвета изумруда смотрела сквозь Амалу, напряжённо сжимая своего плющевого медвежонка.       Честно? Амриту казалось, что уже ничего кроме плачущей Амалы, не способно его расстроить, однако смотря на маленькую красавицу, мужчина готов был выть от безысходности ибо в её чертах видел себя.       Сомнений не было, это была его дочь…       От одной мысли, что Амала узнала о беременности после его гибели, Амрит готов был рвать и метать. Его Махарани, через что только ей пришлось пройти…       Черт возьми, а ведь он обязан был быть рядом, видеть рождение малышки, быть с ней первые дни жизни, во время неуклюжих шажочков и первого слова…

***

      Сидя на диване, Амала то и дело погружалась в воспоминания, где была счастлива. Это было столь давно, что порой Басу казалось, что и вовсе никогда она не испытывала счастья. Казалось бы, что все закончилось хорошо. Её спасли, Вимал был побеждён, однако потом…       На этих мыслях, губы девушки затряслись и она быстро встряхнула головой дабы убрать непрошеные слёзы. Нет! Сколько можно? В течении четырёх лет не было бы и дня, чтобы она не лила горьких слёз. Не вспоминала бы своего Махараджа. Его взгляда, голоса и запаха…       Сказать, что ей не хватало Амрита, это ничего не сказать. Душа девушки умерла вместе с любимым, однако увы, тело лишить жизни она не смогла из-за того, что буквально через некоторое, когда Амала решилась на суицид чудо образом узнала, что находится в положении…       — Мама! — неожиданно раздавшийся голосочек дочки вывел Амалу из мыслей.       Быстро взяв себя в руки, она подняла голову и с улыбкой пострела на дочь.       — Почему ты встала? Сейчас три часа ночи принцесса, нужно поспать.       — Кто этот дядя? — проигнорировав слова матери произнесла малышка, указательным пальчиком ткнув в воздух.       — Какой дядя? — вмиг посерьёзнев и вскочив со своего места спросила Амала, однако никого не обнаружив успокоилась.       Натянув улыбку, Амала хотела было взять дочурку за руку и отнести в кроватку, да только слова сказанные малюткой не на шутку удивили и даже можно сказать напугали девушку.       — Что ты сказала? — тяжело дыша спросила Амала, смотря в пустое пространство возле дивана.       — Он страшный мама, — прижимаясь к Амале повторила малышка, — У него на груди ужасная рана, и когда я пришла дядя гладил тебя по голове. Неужели ты не видишь?       Сказать, что Амала была удивлённа, это ничего не сказать. Подступивший ком к горлу не позволял ничего произносить, ну а пугающее осознание охватывало с ног до головы. Неужели это то о чем она подумала?       — Махарадж? — наконец прошептала она, и тут же осеклась поняв, что мало того, впервые за четыре года произнесла это слово вслух, да и к тому же по всей видимости сошла с ума раз решила, что дочь видит призрака…       Услышав как возлюбленная зовёт его, Амрит тут же ей ответил, однако увы Амала ничего не слышала. Точно также как и дочь. Малышка лишь вцепившись в маму наблюдала за его попытками доказать Амале, что он на самом деле здесь.       И о чем я только думала. На что надеялась? Глупо — подумала Амала, решив все же утром записаться к психотерапевту.       Взяв дочку на руки девушка уверенным шагом направилась в сторону выхода, чем разозлила Дубея.       Выругавшись и поняв, что потерял последний шанс связаться с Амалой, мужчина со всей силы ударил по дивану, отчего он тут же издав скрип отодвинулся в сторону.       — Мама! — вскрикнула малышка, и указав на Амрита добавила, — Дядя злится.       Резко обернувшись, Амала сердце которой отплясывало чечётку поставила ребёнка на пол и взяв её за руку прошептала.       — Амрит, это ты? — секундная тишина и со стола с грохотом слетела её чашка с кофе.       Прикрыв рот рукой дабы не закричать, Амала всеми силами пыталась не рухнуть на колени от нахлынувших чувств: страха, неверия, эйфории и радости…       — Не бойся, дядя не злой! — взглянув на дочь, прошептала Амала, голос которой трясся от эмоций и нервов.       Через силу улыбнувшись дочери, Амала за долю секунды подошла к окошку, и взяв с подоконника белую бумагу и ручку поставила на стол, дабы удостовериться, в том, что она не сошла с ума.       — Если это правда ты, — даже не веря, что разговаривает с воздухом проговорила Басу, — Напиши как ты меня называл.       Затаив дыхание, и взяв дочь за руку, Амала с неверием наблюдала за тем, как ручка медленно поднялась со стола и стала «царапать» лист.       Махарани — гласил ответ.       Прикрыв рот рукой, Амала всеми силами держалась дабы не заплакать. Только не здесь, не при малышке! Не для того, она столько лет храбрилась при малютке, чтобы потом разрыдаться подобно слабой и никчёмной дурочке.       — Мама! — потянув Амалу за руку произнесла малышка, после чего указав пальчиком на Амрита добавила, — По щеке дяди течёт слеза.       Это была последняя капля…       Потеряв контроль над эмоциями Амала позволила обжигающим слезам вырваться наружу.       Как же ей хотелось увидеть его. Прижаться и сказать как сильно она скучала. Как каждый день мечтала проснуться в его объятиях и услышать голос…