Часть 4
3 октября 2023 г., 19:12
Омерзительный гнойный запах, перемешанный с затхлостью и металлическими нотками крови, заполонил все лёгкие. Безжизненные тела лежали неподвижно, и редкие из них напоминали целого человека: кто-то был изуродован, кто-то разодран на несколько частей, кому-то перед смертью «повезло» потрогать свои внутренности — возможно, повезло больше тем, кого просто сожрали заживо. Некогда светлый и чистый колледж напоминал уголок апокалипсиса в разгаре разрушения, где мы выступали в роли жертв, и чем дальше я пробиралась, тем больнее становилось идти. Душа, как булыжник, свалилась мне в ноги вместе с сердцем, запутывая непослушные конечности в узел. Кажется, я даже упала несколько раз, а рядом на земле, то и дело, я видела знакомые лица и силуэты.
— Именно эту картину ты так старалась забыть? — сзади раздался мягкий мужской голос, немного отрезвляя меня.
— Что? — я не сразу поняла, что стою где-то вдали, как будто за ширмой, наблюдая за всем со стороны. Но я же только что была в самом центре событий?
— К счастью, это лишь сон, моя дорогая, — он дальше разговаривал со мной. Я попыталась взглянуть на него, но никого подле себя не увидела.
— Кто ты? Покажись, — голос звучал надломлено, потеряно, а глаза всё пытались найти хотя бы тень, чтобы мозг не подумал, что он сходит с ума.
— Ты потом вспомнишь. Пока что я лишь голос в твоей голове, — мужчина загадочно усмехнулся. — Ты ведь, согласилась помочь мне, ради них, — он продолжил тихонько усмехаться, пока я металась в непонимании, а взгляд всё время возвращался к мёртвым товарищам, которых я больше никогда не увижу.
***
Я резко открыла глаза, встречаясь с мраком ночи. Тело оцепенело, не позволяя даже дёрнуться, как будто меня настиг паралич, а когда меня немного попустило, тело покрыл холодный пот и я услышала стук сердца в звенящих ушах и сжатых висках. Понадобилось, наверное, минут двадцать, чтобы прийти в себя. Это был просто кошмар! Я аккуратно пошарила рукой по кроватной тумбочке, ища кнопку выключателя светильника. Когда тёплый, жёлтый свет разлился по моей комнате, стало как-то полегче. Ощущение реальности стало понемногу возвращаться. Я присела на край мягкой кровати и уставилась в зашторенное окно, всё ещё переворачивая в голове недавнюю картину. Чувства были не из прекрасных, но ещё больше негатива доставил этот посторонний в моём сне. Я так и не увидела его лица, даже силуэт помню отдалённо, если вообще его видела. Я точно не знаю его, но говорил он так, будто я ему душу продала. Если я вообще могу вспомнить о чём мы говорили? Даже обрывки его фраз понемногу растворялись в сознании, как будто там ничего и не было. Запомнилась лишь его удовлетворённая и по-злодейски тёплая усмешка. Я поднялась с насиженного места и пошла в сторону балкончика, натянув по дороге шёлковый халат. Была бы моя воля, вообще голой бы вышла — даже ночью было так жарко, что можно задушиться. Однако, природа ночью дарила некоторую свежесть. Здесь, находясь в горной местности, воздух ощущался чистым — это было одним из преимуществ наших колледжей. Они всегда строились где-то отдалённо от пыли и грязи города, в тишине и умиротворении. Спокойствие ночной атмосферы разрезал звонок моего телефона. Пришлось вернуться в душную комнату, где всё также одиноко горел светильник, а рядом с ним распинался динамик смартфона, на экране которого высветилась фотография Эри. — Да? — что ей могло понадобиться в такое время? — Ребекка-сан, я вижу у вас горит свет. Можно мне войти? — я озадаченно подошла к двери, в щели которой и правда пробивались золотые отблески лампы, и открыла её. — Что-то случилось, Эри? — она положила трубку и посмотрела на меня слегка сонными глазами. Кажется, она вообще не ложилась спать. — Бессонница замучила. Да, и мы с Итадори засиделись немного за просмотром фильмов. Он рассказывал, как Годжо его так тренировал, а потом предложил показать парочку, которые ему понравились, — тренировал просмотром фильмов? У этого парня явно интересный подход к обучению. — Проходи, — я пригласила малышку к себе. Эри быстро устроилась в кресле напротив моей кровати, на которой аккуратно сложилась я в сидячей позе. — Потом я возвращалась к себе и решила немного побродить. Смотрю, у вас свет горит, решила зайти. Побоялась стучать, чтобы не разбудить, — а звонок на телефоне меня бы не разбудил? Я постаралась сдержать лицо, чтобы не заржать в голос. — Тебя что-то беспокоит? — кажется я скрутилась ещё больше, пытаясь взглянуть на её полуопущенное личико. Что-то мне на сердце стало вдруг неспокойно. — Директор молчит и не отвечает на наши вопросы. Мы недавно обсуждали, что будет, когда вы очнётесь, ведь, по логике, мы должны были уехать ещё после обмена, — я, если честно, так глубоко об этой поездке не думала. — Что с нами будет дальше? — Мы с Дрэйком ещё это не обсуждали. Он меня так и не навестил, когда я очнулась, — и кстати, странно, что его до сих пор не было видно. — Я не хочу уезжать, — её голос предательски дрогнул, как и задрожало её тело. Она что, плачет? — Эй, милая, — я встала с кровати, садясь к ней в ноги, и взяла её за руки, — не нужно так расстраиваться. Никто не должен видеть твоих слёз, помнишь? — я с улыбкой вспомнила, как я учила её, ещё будучи совсем маленькой, быть сильной и всегда улыбаться.***
Дрейк привел её к нам: маленькую розовощёкую худышку с большими заплаканными глаза и горячим сердцем. Дядь сказал, что нашёл её одиноко сидящей около какой-то местной забегаловки. Она громко плакала и усердно вытирала текущие ручьём слёзы и сопли. Когда он подошёл к ней, девчушка тут же кинулась ему в объятия, бормоча что-то о том, что её все бросили, а он уже понял, что не сможет её отпустить после такого, тем более, что она оказалась одарённым ребёнком. Я присела на корточки, чтобы быть на одном уровне с ней. Мне было уже шестнадцать, поэтому мы сильно отличались в росте. Так как я часто помогала Дрэйку в делах и была его самой выдающейся и «любимой» ученицей, он посчитал нужным, чтобы я первая познакомилась с девочкой. — Привет, малышка! — я протянула к ней ладонь для рукопожатия. — Я Ребекка, а как тебя зовут? — она стояла и смотрела на мою руку, не зная, что делать. — Я Эри, — её тонкий голосок дрожал. Мне показалось, что она сейчас вот-вот расплачется. — Приятно познакомиться, Эри, — одинокая слезинка скатилась по её щеке. — Если хочешь поплакать, то возьми меня за руку, — я протянула ладонь ещё ближе. — С поддержкой плакать проще. Я заберу твою грусть, а взамен никто не должен увидеть твоих слёз. Мы же девочки, и должны дарить красивую улыбку этому миру, — я ей мило улыбнулась, а Эри сжала мою руку своей маленькой ладошкой, в которой было столько силы, о которой она не догадывалась. Кто бы мог подумать, что теперь она всегда будет грустить только со мной и держать мою руку так, как будто я её настоящая семья.***
— Я знаю, просто, — Эри рукавом смахнула влагу с лица, пытаясь собраться с мыслями, — мне здесь понравилось. Ребята такие классные и добрые. Мне не хочется снова возвращаться в наш маленький особняк в это дурацкое одиночество, — она гневно ударила подлокотник кресла, выражая накопившиеся эмоции. — А как же Наоки? Рю? Акио? — Я их люблю, но, — Эри втянула носом воздух, — мне не хватает общения и какого-то разнообразия. Хочется немного простора и побольше свободы, а здесь, мне кажется, для каждого есть плюсы, — её карие глаза, снова такие большие и заплаканные, уставились на меня с великой надеждой на светлое будущее. — Ты ведь тоже нашла себе нового товарища, — она это про кого? — Товарища? — я невольно усмехнулась. Кажется, я подозреваю, кого она имеет ввиду. — Учитель Годжо. Вы с ним вроде нашли общий язык, — ну да, если наши появления вместе можно так назвать. — Эри, — я погладила её кисти большими пальцами, — я постараюсь сделать всё, чтобы вы были счастливы и не одиноки. Только, пообещай мне кое-что? — мой взгляд зацепился за неё. Если честно, я только сейчас поняла какая она уже стала взрослая — все они. — Не забывай, что мы все: я, Наоки, Акио, Рю, Дрэйк — самые близкие друг другу люди, и что бы ни случилось — мы всегда будем вместе. — Конечно, Ребекка-сан, — она просияла вся с ног до головы и бросилась ко мне в объятия. А я сидела и обнимала её, думая о том, что я тоже не хочу возвращаться назад. Мне это место стало любо, хоть, и пробыли мы здесь совсем немного. Этой суматохи и мельтешения тел не хватало всем нам. Хотелось вновь почувствовать жизнь. Да, и мои ученики стали действительно радостнее за последнее время, что не могло мне не греть душу. Я готова была на всё, лишь бы это мгновение было вечностью. — Останешься у меня, малышка? — кажется, она начала засыпать прямо на моём плече. Вымоталась бедняжка. — С радостью, — мы вместе забрались под одеяло, засыпая в обнимку. У меня не секунду сложилось ощущение, будто я обнимаю собственную дочь. Это было приятно. На следующий день мы встали как две сонные мухи. Ребята страсть как начали переживать, куда пропала Эри, а меня уже вовсю искал Дрейк, который был опять недоволен моей, как он говорил, безалаберностью. Негоже учителю спать до обеда, видишь ли, за что я получила обязательный подзатыльник, ведь, он так соскучился по мне. Хороший способ выразить свою любовь, надо запомнить. А вот кипы бумаг и документальной волокиты меня совсем не обрадовали и не подзадорили. Я вообще подумывала вернуться в больничный корпус. Лучше было, когда я лежала пластом на кушетке. Директор мне тщательно объяснял, что произошло за это время и что мне нужно будет сделать, а я играла в голове с обезьянкой в барабаны, потому что вообще не соображала, о чём он говорит. Бумаги заполнять я тоже начала, если честно, чисто по инерции — куда тыкалось. Я-то надеялась на душевную беседу о том, как он волновался, а этот бесчувственный болван лишь ждал, когда меня сможет загрузить. — Вот же ж, зараза, — я тихо цыкнула языком. — Ты про работу или про меня? — но большой ему поклон — Дрэйк не оставил меня и сел мне помогать. — Можно я промолчу? — я саркастически улыбнулась. — Молчать нужно было изначально, — наставник ответил мне тем же тоном. Соскучился точно. Это вызывало у меня улыбку, как у дурочки. — Ребята говорят, что им тут понравилось, — я не отрывалась от нудной писанины, но решила, что сейчас удобный момент всё обсудить. — Мне, честно признаться, тоже тут комфортно. — Это Годжо Сатору так постарался? — я укоризненно подняла на него взгляд. Вот же, засранец — ждал же момента подколоть меня. На его роже это так и зияет. — А у вас как с директором Ягой? Вместе ещё не живёте? — в меня тут же прилетел клочок бумаги, прямо в лоб. Я схлопнула большой и указательный палец друг с другом, вокруг которых на секунду образовались заговорённые круги оранжевого цвета — и бумажка отлетела обратно, уже в лоб моего наставника, правда, вес у неё был уже как у камушка. — Ты сжульничала, — недовольно просидел директор, потирая ушибленное место. — Я девочка — мне можно, — я важно сложила руки под грудью. — Расскажешь мне, что мы планируем делать дальше? — Изначально, я бы уехал, как можно быстрее, отсюда. Нам дорога была закрыта и уже давно, ты же знаешь, — ещё бы, я сама со скрипом соглашалась на всё это. — Однако, мы обговорили этот вопрос с Масамичи и старейшинами, пока ты была «в отпуске», — куда же без великих старейшин? У меня невольно дёрнулся глаз. — Они выразили своё согласие, если мы вдруг захотим остаться здесь, — эти стариканы ещё на что-то годны. — Вот так, просто? — не верится, что обойдётся без каких-либо «но». — Но, — я же говорила, — им не слишком нравится твоё близкое общение с Сатору. — Может, мне ещё перед ними отчитаться с кем я сплю? В этом плане их всё устраивает? — я итак тише воды, ниже травы. Пусть посмотрят мне прямо в задницу, если им так не имётся. — Ребекка, — ну вот, он накуксился, — я согласен остаться, только если ты не принесёшь нам проблем. — Проблем? Если ты не заметил, я вообще не высовываюсь. А уж, если смотреть дальше, то только я их пытаюсь решить, а не создать. Просто, вопрос только в том, что для тебя «проблема»? — или для «них». — Ты прекрасно знаешь, что не для меня. Я не могу пойти против воли «верхушки», — он посмотрел на меня долгим изучающим взглядом. Мне показалось, что было в этом что-то, чего я не могла уловить раньше. Кажется, будто он хотел бы мне что-то сказать, но не мог, в силу обстоятельств. Я решила предложить ему свой вариант решения этой проблемы. — Не хочешь обсудить это с Наоки? — я знаю, что ты что-то задумал, учитель. И тебе нужно об этом рассказать, но ты же никогда не покажешь себя с «плохой» стороны ни перед кем, хотя, что значит «плохая сторона» — для меня всё ещё загадка. — Я встречусь с ней позже, — отлично, значит, я была права. Что же ты задумал, дядь? — Хорошо, а я, с вашего позволения, продолжу работать, ага? — конечно, мой тон подозревал то, что хотела я совсем не этого, но что же поделать. — Сильно не напрягайся — я не хочу, чтобы тебе стало плохо, — меня так прикалывает, когда этот хмурый и серьёзный мужчина начинает таять — это выглядит до забавного мило. — По всем показателям я здорова. Хватит относиться ко мне, как к хрустальной розе, — я попыталась состроить из себя сильную и независимую мадам, но забота моих родных меня безмерно наполняла тёплыми чувствами до краёв моего существа. Улыбка сама растягивалась до ушей. — А кроме нас больше некому, — он навис надо мной и поцеловал в макушку, после оставляя меня в кабинете одну. Могла бы я назвать его своим отцом? Возможно. Этот мужчина со мной возился почти столько же, сколько я себя помню. Воспитывал, присматривал, наставлял и защищал — все его старания сделали из меня ту, кем я сейчас являюсь. Со своим гадким характером я бы вряд ли стала хорошим человеком. Хотя, я иногда задаюсь вопросом, а правда ли я хороший человек? Не все свои поступки я могу назвать правильными, но положительные герои не обязательно делают всё правильно, верно? В размышлениях о положительных и отрицательных качествах я даже и не заметила, как просидела за работой добрые несколько часов. Большая часть накопившегося объёма была выполнена. Видимо, Дрейк подразгрёб некоторую часть за меня, чтобы я не напрягалась. Шикарный мужчина — лучший в моей жизни! — Чего так лыбишься? — я подняла голову и встретилась с алым взором моей старшей ученицы. Я и не заметила как она вошла. — Рада вернуться в строй, — девушка присела напротив меня, развернув стул боком, чтобы было удобно опереться. — Ты это в кипах бумаг поняла? Лучше бы на тренировке свои силы проверила, — она устало выдохнула. — Вы уже соскучились? — ехидная улыбка озарила моё лицо. Я поняла намёк Наоки — видимо, давно им никто задницы не надирал. — Ещё бы! С новыми друзьями, конечно, весело, но мне не хватает хорошей взбучки, — она чуть смущённо заправила прядь за ухо. — Друзьями? — я облокотилась подбородком на руки, заговорщицки придвинувшись поближе к девушке. — Ну да, — её взгляд нервно опустился куда-то вбок, а потом поднялся на меня. Зрачки активно расширялись и сужались, выдавая активную мозговую деятельность. Она о чём-то переживает? — Как у тебя дела? — Хорошо, — я придвинулась чуть ближе, опираясь на предплечья. — Наоки? — Да? — она чуть отодвинулась от меня, стараясь держать вальяжную позу, но твёрдая напряжённая спина не давала ей сделать расслабленый вид. — Ты переживаешь, — это было утверждение, ведь, я точно знала, что моя привычная Наоки так себя не ведёт в обычной жизни. — Ты хочешь что-то мне рассказать? — вопрос отказа не подразумевал. Моя ученица с минуту что-то обдумывала. Её метания читались на татуированном лице, и рисунки не помогали это скрыть. Она была явно чем-то взбудоражена, но такое настроение мне было ещё незнакомо. Не могу вспомнить, чтобы видела её такой когда-либо. Это так перемены на неё повлияли? — Мы давно не проводили время вдвоём, — она наконец решилась заговорить, — как раньше. «Как раньше» в данном случае означало нашу совместную работу. Каждый развлекается и расслабляется, как может, но Наоки удовлетворение приносили наши редкие задания, где мы обсуждали все волнующие душу моменты за тихим изгнанием проклятий. И так как это был слабый уровень, наши «походы» были довольно спокойными и расслабленными, что позволяло в неспешном темпе делать своё дело и потратить лишнее время вдали от остальных ненужных там людей. — Хочешь на задание? — а я ведь ещё не успела узнать этот момент. Наверное, если мы остаёмся здесь, нам наконец-то можно будет взять что поинтереснее. — Если есть подходящее, я была бы очень даже «за», — Наоки просияла в один миг. Видимо, мы и правда давно не общались. — Решено! — я весело хлопнула в ладоши. — В ближайшее время мы едем с тобой изгонять проклятия, — я, по правде сказать, тоже горю желанием размять затёкшие косточки. Давно я не развлекалась как следует. — Отлично! Тогда до встречи, Ребекка, — и она тоже поспешила меня покинуть. — Нужно, наверное, закругляться, — я сладко потянулась, что аж раздался хруст позвоночника. О, одно из самых приятных чувств на планете. — Да, стоило бы, — в дверном проёме показалось вновь знакомые лица. — Сёко, — вслед за ней показалась уже поднадоевшая белобрысая голова, — и Сатору, чёрт тебя подери, — нет, я не была против него злобно настроена, просто, вокруг меня так часто ещё никто не мелькал. — Ты не рада меня видеть, куколка? — он, как всегда, бесцеремонно занял всё пространство, усаживаясь своим подтянутым красивым задом на мои бумаги. — А я что-то заскучал, — парень смотрел на меня сверху вниз, одаривая игривой улыбкой. — Я шла проведать тебя, — Иейри, кажется, и вовсе не обращала внимание на этого болвана, как будто мы были вдвоём — я оторвала взгляд от возвышающейся надо мной фигуры и развернулась к девушке, — а он увязался следом. Как самочувствие? — Всё хорошо, — я ответила сходу, но после задумалась, — наверное. — Наверное? — рыжая сложила руки в карманы, внимательно наблюдая за мной. — Вчера вечером накрыла сильная усталость, а потом мне приснился кошмар, чего обычно не происходит, — я закусила губу. С чего это вдруг меня так взбудоражило? — Возможно, у тебя просто стресс. Я тебе дам успокоительное, чтобы расслабиться, — если честно, я и правда, как на иголках. Несмотря на довольно спокойное настроение, тело было как струна: натянутое и скрипучее — но я считала, что это просто недосып. — Могу и я помочь, — Годжо замурлыкал где-то возле моего уха, вызывая некоторое раздражение, ибо его было слишком много. — Можешь, — я лукаво улыбнулась, развернувшись к нему лицом, но оказалась слишком близко — я почти глядела сквозь повязку, — сходи и принеси то, что скажет Сёко, а мы выпьем чаю, пока будем тебя ждать. Озадаченность на лице парня нужно было запечатлеть на камеру. Его в миг вытянутая мордашка мне быстро вернула весёлое настроение и вызвала смех, который тут же вибрацией прошёлся в груди. Иейри тоже улыбнулась. Мой настрой ей явно понравился. — Держи, Сатору, — она протянула небольшой листок, на котором написала название лекарства. — Это найдёшь в кабинете первой помощи, — маг с энергией взял протянутый листочек. — Хорошо, но с тебя тогда желание за услугу, Бекка-тян, — он сунул руки в карманы брюк и направился к выходу. — Что? — когда я хотела возмутиться по поводу «платы» за свою шутку, Годжо уже и след простыл. Какой быстрый! — И правда, пошёл, — Сёко достала из кармана пачку сигарет неизвестной мне марки. — Кажется, он к тебе расположен — это хороший знак, — она вытянула аккуратно толстую сигарету и подтянула к губам. — А вы давно дружите? Кажется, ты его хорошо знаешь, — Иейри подожгла фитиль и глубоко затянулась — смотрелось это очень привлекательно. Сёко вообще очень красиво выглядела: нежное лицо, мягко выражающее эмоции, тонкие страстные губы, выдыхающие густой дым, идеальная кожа, на вид мягкая и шёлковая, яркий цвет волос, от которых пахло мёдом, жасмином и табаком, изящная сочная фигура, облачённая в медицинский халат, и тонкие пальцы с аккуратным маниюкюром — вся она была какой-то отчуждённой, но манящей. Я невольно загляделась на неё, стоящую и с какой-то печалью глядящую в окно. — Давно. Я действительно его неплохо знаю, — она мило улыбнулась, после делая ещё одну затяжку. — Кажется, тебе он доверяет, поэтому я тоже. — А я уж надеялась, что приглянулась тебе, — я не удержалась от глупой шутки, которая, к слову ей понравилась. Иейри мне была по душе. Я её знала совсем немного, но мне почему-то хотелось стать с ней ближе. Возможно, я бы хотела, чтобы она стала моей подругой. Почему-то, это кажется правильным и нужным мне. Я бы хотела с кем-то поделиться своими переживаниями, как девочка. Хочется женской поддержки, но подружек моего возраста у меня нет, и свою энергию я только отдаю своим ученицам. Меня эта роль полностью устраивает, но мне тоже иногда нужен совет со стороны. По правде, у меня и друзей-то одного возраста не было давно, лишь какие-то мимолётные знакомства, когда я сбегала от всех, чтобы отдохнуть, но это совсем не то, что мне было нужно. — Может быть, — Сёко загадочно улыбнулась, туша сигарету об мою мусорку. — Заждались? — в помещение вновь ворвалась подавляющая энергия Сатору. Я, если откровенно задуматься, только недавно поймала себя на своих ощущениях рядом с ним. Его сила была велика, и не только по словам остальных шаманов. Она ощущалась физически, качая лёгкой волной воздух вокруг. Возможно, если находиться с ним слишком часто, это ощущение теряется из-за привычки, но мне, как новому члену этого колледжа, было это незнакомо, поэтому его присутствие немного даже давило. Интересно, наверное, ходить вот так, не пряча свой талант? Нам это чувство уже давно было чуждо. — Принимай несколько капель перед сном и утром, — Иейри вручила мне тёмно-коричневый бутылёк. — Как попустит, можешь прекратить приём. — Спасибо, — я спрятала его в карман школьной куртки. — Я пойду, — девушка попрощалась с нами, оставляя наедине. — Какие планы дальше? Директор Яга осёкся, что вы хотите остаться здесь, — Годжо умел мягко намекнуть, что он уже всё знает. Его нос суётся буквально везде. — Дрэйк сказал, что старейшины не против — мы бы и действительно этого хотели. Ребята так точно, — я невольно вспомнила ночные слёзы Эри, и сердце пропустило удар. — А ты что об этом думаешь? — кажется, он спрашивает конкретно о моём мнении. — Это хорошая идея. Я буду рада, если мои ученики будут чувствовать себя комфортно. — А ты чувствуешь себя комфортно? — кажется, он раскручивает меня на более подробный ответ. Ждёт откровенностей? — Пока не определилась, — я устало вздохнула. Я была бы рада сказать, что здесь всё изменилось, и я чувствую себя свободно, но это было бы вранье. Да, мне здесь более комфортно и весело, но напряжение никуда не ушло. Особенно, после встречи с Ёшинобу. Во мне всколыхнулись все негативные чувства, и они не покидают меня по сей день. Я чувствую, что не должна сидеть на месте, а когда успокаиваюсь, начинают лезть навязчивые мысли о том, что я делаю недостаточно и не должна вовсе забываться. И это не даёт мне покоя. Хотя, компания тут и правда приятная — это скрашивает все ощущения. — Предлагаю, чтобы узнать все ощущения и раззнакомиться, отметить ваш переезд всей дружной компашкой, — он начал громко кричать и скакать по всему кабинету. Как меняется его настроение — мне всё ещё непонятно. — Отличная идея! — надо тоже иногда включать «весельчака». Кто если не я? Ну, и не Годжо. — Договорились! В конце недели соберёмся — я скажу где, — произнёс он командным голосом и вылетел за дверь. — Чмоки-чмоки, пока-пока! — это я уже услышала в глубине коридора, наблюдая за удаляющейся тушкой этого взбалмошного мага. Что же, если нам дадут задание недалеко — мы, как раз, вместе с Наоки вернёмся к концу недели. Нужно попробовать что-то выпросить пока есть время. Заодно смогу с ней обсудить то, о чём хотел поговорить Дрейк. Кажется, события складываются так, как нужно. Хочется надеяться, что преград на пути не встанет, а наши новые начинания принесут только положительные результаты. В конце концов, мы этого заслуживаем. Я хочу в это верить. Наконец, кабинет остался в тихой долгожданной пустоте. На улице светило закатное солнце, а воздух наконец остыл и бил приятной прохладой по носу. Я шла, прогуливаясь медленным шагом, по каменным дорожкам уже нашего нового дома. Думаю, вопрос нескольких дней, когда Дрейк оформит всё, что нужно. И я была этому рада. Вся жизнь начинала играть какими-то новыми красками, и мне было очень интересно, что же нас ждёт дальше. И уже как минимум, здесь было не так одиноко. Однако, я ни на секунду не забывала о нашей мести…
