Детективное агентство "Анна и её духи". Новое поколение -2. История первая.

Когда стекло стало матовым и скрыло от Штольмана Ульяну Вершинину, он с облегчением вздохнул. Её взгляд будто лазером выжигал на его щеке огненный узор, так что стало легче. — Что с твоей машиной, Виктор? — спросила Стэлла, снова делая ударение на последнем слоге. Витя с трудом сдержал раздражение. — Попытались угнать, не смогли, — пожал он плечами, присматриваясь к стеклянной фигурке, пригодной к швырянию в стену. — С нашей парковки? — изумилась женщина. Штольман неопределенно повел бровями, не желая углубляться в эту тему. Он и сам полагал, что очень уж странно было прилагать такие усилия, чтобы добраться до его Мустанга под камерами и рядом с охранниками, но обсуждать это он был не намерен. Нужно было всё обдумать. — Что творится, Бог ты мой! — протянула Стэлла, рассматривая Штольмана. Он сегодня был не такой, как обычно. Не такой непробиваемый, что ли? Смутное ощущение, но ей отчего-то не понравилось то, что она заметила. — А у вас что опять за пух и перья? — спросил Виктор. Стэлла вздохнула и села на стул перед его столом. — Белоусов хочет взять нас на полный цикл, — пояснила она. — Вообще на полный, не только на SEO и PAW. Скоринг, АБС, CRM, блокчейн, матрицы, продвижение на всех платформах, всё по полной. Семен готов подписать всё разом, я тоже думаю, что это просто прекрасное предложение, а вот Миша уперся и говорит, что мы и демку едва откатали, их отдел провисает, а тут такие объёмы! В общем, не согласен он на такой контракт. — Полный цикл? — нахмурился Витя. — Очень странно. — Да что странно-то? — вспылила глава пиар-отдела. — Что вы заладили на пару с Мишей? Значит, презентация наша прошла отлично! Он ведь нас изучил вдоль и поперек, и его всё устраивает! Зачем эти лишние метания? — Это-то и странно, — криво улыбнулся Виктор. — Человек выкупает банк, весьма сомнительный банк, надо сказать, с тенденцией к снижению производительности и прибыли. Желает он, чтобы его приобретение заиграло новыми красками, привлекло как можно больше клиентов, а полновесный контракт он заключает не с проверенной в банковской среде фирмой, а с нами. Репутация у нас что надо, но мы до этого момента не работали конкретно с банками. А тут полный аутсорсинг! Пока мне это не слишком понятно! — Это деньги! — поджала губы Стэлла. — Деньги и влияние! Нам нужно двигаться дальше! Штольман грустно улыбнулся про себя. Ох, как он не любил это женское «двигаться дальше». Наелся он его до тошноты. Никогда он не понимал вечной погони за несбыточными высотами, вечного бега за неведомым завтра, которое никогда не превращается в сегодня. Штольман ценил настоящее. Слишком уж оно было хрупко и быстротечно, чтобы им разбрасываться. В дверь постучали. По абрису за матовым стеклом Виктор узнал Ульяну. Узнал, сел прямее и решил, что даст решительный отпор Возрождению в любом его проявлении. — Войдите! — проговорил Штольман, собирая волю в кулак. Стэлла посмотрела на него с подозрением. Дверь распахнулась, лимонный свет коридорных ламп хлынул в кабинет Виктора, создав гало вокруг Ульяны Вершининой, стоявшей в проёме. Вокруг её головы вспыхнул нимб, лицо расцветилось всеми оттенками розового. Мадонна Грандука. Когда Штольману было лет десять, это полотно произвело на него такое же впечатление, какое Ульяна сейчас. Сходство было поразительным. От красоты перехватывало дыхание. — У меня возник вопрос! — проговорила Мадонна, превратившись (но не до конца) в жительницу северной столицы двадцать первого века. — Могу ли я с вами посоветоваться? — Разумеется, — прочистив горло, проговорил Штольман. Стэлла была крайне недовольна. Она еще поговорит с Виктором по поводу субординации и стиля общения. Да и с новенькой тоже. — Не могли бы вы зайти ко мне после того, как решите ваш вопрос? — попросила женщина, поднимаясь с места. — Конечно, — кивнула Уля, подходя ближе. Именно этого она и добивалась.