Детективное агентство "Анна и её духи". Новое поколение -2. История первая.

Чёртовы вишни! До них ведь еще два месяца, их днём с огнём не сыщешь! Что они у него из головы не идут? Штольман сердито повернул руль Мустанга, подъезжая к дому. Фибоначчи укоризненно взглянул на него. Такую езду он не приветствовал. Всё ведь так хорошо было! Вкусно поужинали, долго говорили с вкусно пахнущей Ульяной, потом везли её домой. Зачем же теперь нервничать? А Виктор как раз и нервничал оттого, что аромат вишни, который теперь мерещился ему постоянно, заполонил весь салон. Наваждение какое-то! Телефон на подставке засветился и бешено заорал. Витя скривился еще сильнее. Он специально поставил эту мелодию, чтобы заранее настроить себя на общение с тем, кто звонит. Сегодня сил у него не было. Возрождение прочно придавило своей золотистой дымкой серый Петербург, и возвращаться в современность не хотелось. Виктор сбросил звонок. Он знал, что завтра его мозг будет выеден с помощью чайной ложечки до скрипа, но сегодня у него будет передышка. Фибоначчи коротко взлаял, и Штольман сжал зубы. - Знаю я, знаю, - буркнул он. - Просто не хочу сейчас. Да и вообще, сколько можно? Пёс вздохнул и с трудом улегся на сиденье, поглядывая на хозяина снизу вверх. - Не смотри на меня, - попросил Виктор. - Однажды это закончится, я же тебе обещал. Вольфшпиц фыркнул, и Штольман недовольно на него покосился. - Раз обещал, значит, сделаю, - повторил мужчина, отгоняя от себя мысли, что до этого момента обещание так и осталось только словами. Поставив машину на стоянку, Виктор и Фибоначчи направились к дому. Зудящее ощущение между лопаток заставило Штольмана остановиться и осмотреться. Фибо поднял шерсть на загривке и зарычал. Витя вдруг явственно ощутил досаду того, кто за ним наблюдал? Не ожидал, что он будет с собакой? - Эй! - крикнул Штольман, которому всё надоело. - Выходи! Хватит прятаться! Где-то неподалеку замер человек. Даже дышать перестал, так почудилось Штольману. И этого он не ожидал. Ну что же, значит, нужно организовать ночь разочарований на полную катушку. - Я знаю, кто ты! - проговорил Виктор. Фибо взглянул на него с интересом. - Так что нет смысла прятаться. Постояв пару секунд и прислушиваясь к окружающей атмосфере, Штольман убедился, что под ложечкой не сосет и между лопаток не свербит, и пошел домой. Фибоначчи гордо вышагивал на поводке, полагая, что именно он своим рычанием сделал всё дело. Дыбить шерсть больше не хотелось, можно было наконец идти домой и получать все блага цивилизации, включая центральное отопление, пуховый лежачок и собачье печенье. Инокентьева встретила Штольмана и Фибоначчи на лестничной клетке и очень обрадовалась, когда Фибо тявкнул, приветствуя его. - Фибушка, лапушка, - гладила пса женщина. - Ты меня снова любишь, красавчик ты мой? - Любит, любит, - улыбнулся Витя, глядя, как Фибоначчи облизывает руки Ираиды Аркадьевны. - У вас все хорошо? - Да, да, Витюша, - махнула женщина, наглаживая вернувшего ей расположение пса. - Всё хорошо у нас. Всё спокойно! - Мы тогда пойдем, день сегодня был тяжёлый. - Конечно, конечно, - закивала женщина, поправяляя лиловую чалму. - Отдыхайте. Витя кивнул и вошёл в квартиру. Фибоначчи понюхал воздух и последовал за ним. У обоих хватило сил только на то, чтобы привести себя в порядок перед сном, добраться до кровати и упасть на неё. - Спокойной ночи, - пробормотал Штольман, чувствуя, как во рту густеет пряный вишневый вкус. Наваждение, он же говорил. Фибо что-то пропыхтел и заснул, вытянувшись на своей подушке. Ульяна во сне сидела на ветке вишни и бесстыдно поедала лопающиеся от сока ягоды. На поясе у неё висел бидончик, полный круглых бордовых бусинок. Рыжие волосы развевались на ветру, губы алели от съеденных вишен, серые глаза лучились светом. Одета Ульяна Вершинина была по-летнему: в шорты и хлопковую маечку. Даже во сне Штольман почувствовал, как температура подскочила на пару градусов. Ульяна была ослепительна. - Ты ведь ничего не знаешь, - сказала она, улыбаясь. - Ты ведь не знаешь, что это ради тебя. Ты ничего не знаешь ни обо мне, ни о самом себе. А что будет, если узнаешь? Хочешь, чтобы всё поменялось? Решишься? Сделаешь шаг? Хочешь вишенку? - задала она последний вопрос и взяла хвостик ягодки в рот. Солнце затопило всё вокруг. Жара стояла невыносимая...