Моя истеричка.

      Чимин стоит около раковины и моет посуду, хотя ему совершенно не хочется этого делать. Ему просто нечем занять свои руки. Рядом на кухонной тумбе стоит его телефон, который разрывается от многочисленных звонков. Звонит муж. Видя на дисплее имя Юнги, Чимин недовольно фыркает, ладони его начинают подрагивать от злости, масла в огонь подливает еще и не отмывающаяся от сегодняшней обеденной гречки тарелка. Все-таки не выдержав всего этого, Пак разозленно кинул тарелку вместе с тряпкой с моющим средством в раковины, разбивая первую вдребезги об оставшиеся на дне ложки и, даже не протирая мокрых пенистых рук, берет на руки телефон и злостно отклоняет вызов. Экран погас, но Чим разблокировал свой гаджет, перед этим введя пароль, и увидел 63 пропущенных. Он показательно фыркнул. Пусть помучается. Ему полезно.       Через три секунды вновь раздается звонок, Чимин снова отклоняет. Нечего было игнорировать звонки и сообщения от Пака.       — В следующий раз вовремя возьмешь трубку. — буркнул Чимин телефону, а затем вернулся к мойке посуды, перед этим убрав все осколки и мысленно радуясь тому, что эту тарелку уже не нужно будет отмывать от гречки.       Когда везде на кухне все стало чисто, что несомненно радует глаз Пака, парень все же решил написать еще одно сообщение своему мужу, ведь тот перестал звонить и тем самым стал еще более злить Чимина.

От: Пак Чимин.

Кому: Мин Юнги.

«Я все понял. Можешь мне больше не звонить.»

      Яростно нажав кнопку «отправить», Чимин ехидно усмехнулся и откинул телефон подальше от себя, чтобы продолжать игнорировать звонки. Знает же, что Мин продолжит названивать лишь после того, как прочитает его сообщение. Не в первый раз уже через такое проходят оба. В голове Пака очередной раз загорелась красная лампочка под названием «функция выебать мозг своему мужу активирована». И уж поверьте, эта кнопочка будет работать до последнего издыхания.       Осмотрев с тяжелым выдохом чистую кухню, Пак задумался над тем, чем же ему теперь заняться. Ему слишком скучно, когда же Юнги с работы придет. Тогда ведь будет вдвойне веселее. Не найдя более себе интересного занятия, парень задумался над тем, что вдруг захотел салатик цезарь. И сделает, в холодильнике есть все необходимое, недавно закупался, ведь его дорогой муж буквально два дня назад получил зарплату.       Надев беспроводные большие наушники и включив песни BIBANG, Чимин стал отжигать, громко петь и одновременно с этим жарить курицу. Фанател от этой группы еще с раннего детства, потому все песни знает наизусть.       Пока он занимался своими интересными делами, он и не услышал, как вернулся домой Юнги. Весь раскрасневшийся и растрепанный от сильного ветра на улице. Как никак зима.       Разувшись и скинув с себя пуховик, Юнги направился в сторону кухни, откуда слышалось пение Чимина. Увидев своего мужа за готовкой и в наушниках, музыка с которых была слышна аж до Юнги, стоявшего у проема, Мин улыбнулся. Он понимал, что муженек его дорогой из-за чего-то на него так сильно обозлился, раз не взял трубку даже с 65 раза, но старший сейчас готов сделать все, чтобы его истеричка растаяла у него на руках. И у него получится, оба это знают.       Мин тихой поступью подошел к парню сзади и обхватил своими руками его талию, губами своими прижимаясь к его шее. Чимин остановился в своих движениях, танцах, пениях и готовке и снял с ушей наушники, тем самым перекрывая доступ к своей шее. Пак сдержал рвущуюся наружу хитрую усмешку и состроил обиженную надутую морду, явно не собираясь сейчас разговаривать со своим мужем.       Юнги снял с шеи любимого наушники, открывая себе вновь нежную чистую кожу и начиная ее коротко зацеловывать, и Чимин в это время подумал, что отдался бы, но НЕТ. Раз уж начал, доводим начатое до конца.       — Что-то случилось, родной? Почему трубку не брал? — нежно мурлыкнул Мин, и Чимин от этого сложил губы трубочкой, изо всех сил сдерживая рвущуюся наружу улыбочку.       Упрямо молчит, и Юнги это забавляет.       — Отпустил меня. Я не собираюсь с тобой разговаривать. — Пак схватил грубо руки мужа и сам выполз из приятных объятий.       — Да почему? — улыбнулся Юнги, уже выбешивая окончательно Чимина.       — Да потому! — начал кричать младший. — Трубку не берешь, на смс не отвечаешь. Понял я все, не подходи ко мне больше! — не спеша уходить куда-то в другое место в квартире, яростно выдал Чим и отвернулся, перед этим демонстративно закатив свои глаза. Юнги издал смешок.       — Ну и что же ты понял? — усмехнулся Мин, чувствуя всем своим нутром приближающуюся свою победу.       Пак задумался и снова скрутил губы трубочкой, не зная, что на это ответить. Но через пару секунд раздумий все же выпалил свое коронное:       — Все, что надо, то и понял. — фыркнул младший.       — Ну все, что надо — это что? Я тебя не понимаю вообще, детка. Что происходит?       — Ой все, иди нахер. — выплеснул Чимин и ушел в их с Юнги спальню, показательно громко хлопнув дверью так, что та чуть с петель не слетела и сел на кровать, хитро усмехаясь и ожидать дальнейшего развития сюжета.       По давно еще построенному плану Пака, Мин должен был прийти в комнату и начать доебываться, но этого не случилось ни через минуту, ни через три, ни через пять. Прошло уже 30 минут, а Чимин все сидит на одном и том же месте один одинешенек и сверлит одну единственную точку на полу пристальным взглядом, словно душевнобольной.       В конце концов, когда парню осточертело тут сидеть, ведь ему, видите ли, скучно, он решил все-таки выйти из своего одинокого королевства и добить мужа окончательно.       Тот сидел и смотрел в гостиной телевизор с хитрой усмешкой на лице, и эта улыбка расширилась еще сильнее, стоило Чимину выйти к нему и сесть не рядом с ним на диване, а на кресле поодаль.       — Успокоился? — выдохнул Мин, беря в руки пульт и переключая на другой канал.       Чимин не ответил, он смотрел в упор на Юнги, не отрывая своего взгляда и не собираясь с ним разговаривать. Его план провалился, и во всем виноват Юнги! С самого начала все пошло не так только из-за него! Это возмутительно!       — Почему. Ты. Не брал. Эту. Сраную. Трубку. — отдельно проговорил Чимин, все еще прожигая мужа пристальным взглядом.       — Я был на работе. — улыбнулся снова Юнги.       — Да хоть в коме!       — Успокойся, истеричка.       — Я еще и истеричка? Ты совсем охуел? — Чимин встал с места и вплотную подошел к старшему, мешая тому наблюдать за какой-то ну уж совсем не интересной передачей.       — Да, истеричка, — Мин поднял свою голову и устремил свои хитрые глазенки на любимого, хватая того за запястье и усаживая к себе на колени, — моя истеричка.       После этих слов, Юнги поспешно заткнул рот младшему поцелуем, не желая больше ничего слушать, желая только парня напротив. А Чимин осознал, что он снова сдался, ведь без раздумий начал яростно отвечать, страстно сминая своими губами губы мужа, в то время как хотел пообижаться пару дней и повыебываться.       Что ж, может, в следующий раз и получится все, Пак Чимин.