Воображаемый друг Димы.

Мы сидели за столом в прихожей, это был новый год, гостей пришло довольно-таки много: родственники, друзья, знакомые. Все, кому хочется нажраться на чужие деньги. Я сидела возле наряженной ёлки, пила алкоголь, мой муж обсуждал с друзьями поход в бар. Тёща и свекровь говорили о своих делах, иногда даже ссорились, но особо не сильно. У них в целом хорошие отношения, не считая редких перепалок. Моя дочь, которой уже 12, стояла возле окна, упираясь руками на подоконник. В один момент разговор зашёл до именно нашего с Виталиком, — моим мужем, прошлого, спрашивается: почему именно наше? Не известно. — У вас раньше сын был, ты, Светка, говорила, что он «трагически погиб», а почему? — задал вопрос один из приятелей мужа. Я пыталась как-нибудь отнекиваться от рассказа истории, уходила в уборную, мол: «стало плохо», выходила на балкон покурить, но это не могло длиться вечно. Без моего согласия муж ничего не говорил, слава Богу. Наконец, я решилась рассказать. Я, конечно, знала, что добром это не кончится. Меня будут осуждать, будут говорить, что я ненормальная, как и Виталик… Сами попросили, так что, принимайте.

***

Рассказ.

***

Был сын у нас, Дима. Весёлый мальчик, не любит сидеть на месте, оптимистичный довольно. Но проблемы свои у него уже имелись. Он не мог отыскать себе друзей. Подходил в дет. саду к ребятам, знакомился, но все его посылали «куда подальше», и так продолжалось пару лет. Он даже не хотел ходить в садик из-за этого, он считал себя ненужным и лишним в обществе. Я пыталась узнать причину, но без толку. Виталик тоже ломал голову, ходил даже разбираться, правда не знаю зачем. Детей чужих же не поменять. Диме приходилось ходить в сад. Мы не могли оставить его одного в квартире. Денег на няню не хватало, наши с мужем родители живут не так уж и близко. Однажды, когда я забирала сына домой, он вылетел из здания таким радостным. Я никогда его не видела настолько довольным, даже интересно стало, спрашиваю, пока мы идём до дома: — Что такое? Ребята захотели с тобой дружить? — я даже подумала, что Виталик смог как-то достучаться до детей. — Да, я нашёл его! Я его назвал «Дымок»! — Назвал? У него нет своего имени? Он из твоей группы? — Да, у него не было имени. И он сейчас стоит рядом со мной! Я поморгала глазами и посмотрела ещё раз на Диму, снова я никого не увидела. — А где он? — Ну во-от же, смотри! — он остановился, повернулся и указал пальцем в воздух, — Вот он! Тогда у меня появилась догадка: может у него воображаемый друг? Я знала, что это не очень-то и нормально, но приняла это положительно и подыграла ему: — О, добрый вечер, Дымок, я — мама Света, рада знакомству. Дима тогда обрадовался, он подумал, что я «его» вижу, и что я с «ним» подружилась. Мы дошли до дома, Дима, как самостоятельный мальчик, пошёл в комнату переодевать вещи. Я пошла к Виталику, который сидел на диване, и рассказала ему всю ситуацию. Он молча кивнул и что-то начал искать в телефоне. — Мам! Помоги! — крикнул Дима мне. Я пошла к нему в комнату, жили мы тогда в квартире, не то что сейчас. Дима позвал меня, чтобы я убрала его вещи, предназначенные «на выход». Пока я это делала, он говорил со своим другом. — Дымок, правда круто у меня в садике? — потом он обратился ко мне, — Мам, а завтра мне не надо туда? — Нет, не надо, а что? — Просто Дымку там понравилось, он хочет туда! — Ну, может он пойдёт один? А потом придёт, когда нагуляется. — Не-ет, он один потеряется! Не пущу его! — заныл Дима. Я убрала вещи и ушла за дверь в комнату и закрыла её, начала слушать, что он там говорит с невидимым другом: — Что говоришь? Зачем мне нож? От таких слов я перепугалась. Что может сделать сын с ножом? — Хлеб резать? Зачем? — молчание. — А-а-а, чтобы маме было меньше делать?! Мне стало поспокойнее. Но всё равно, мысли про нож, даже если это для помощи, меня пугали. Так проходили дни за днём, у Димы мысли становились мрачнее с каждым разом. Один раз он попросил у мужа купить ему пистолет, настоящий. Мы понимали, что это могли быть лишь детские мечты мальчика, ведь он, как и другие, любит данную тематику, но, — он начал просить именно после того, как нашёл себе «друга», это странно. Спустя месяц после того случая, я решилась сделать шаг. Я сказала Диме: — Дим, может мы твоему другу купим дом и он туда съедет? — Нет! Я буду скучать по нему! — он заплакал. — Он мой единственный друг. «Единственный друг… — раздалось у меня в голове, я призадумалась. — А правда, не могу же я отнять его друга.» Я ушла, оставив Диму в покое. Это было самое глупое решение, и то, о чём я жалею до сих пор.

***

Сделав небольшую паузу, я отпила алкоголя из бутылки. — Ну, что дальше? — спросила моя дочь, которая, кстати, ничего не знала о том случае. Я даже хотела передумать рассказывать дальше, так как для меня было это очень трудно. Все взгляды направлены на меня. Я не могла отказать и продолжила:

***

Спустя время, когда Диме исполнилось семь и он пошёл в первый класс, мы с Виталиком переживали насчёт него. Он может завести нормальных друзей и забыть про своего «Дымка», или же… Отказаться от людей и уйти в себя. Он отказывался от того, чтобы его провожали до школы, отказался в помощи с уроками, ведь у него был Дымок, который, по словам Димки, ему помогал во всём. В один день Дима вернулся домой, муж был на работе, ему нужно было задержаться. На одежде сына была кровь, а на лице слёзы. Я сразу же начала расспрашивать у него. — Что случилось?! Расскажи быстрее! — Д… Дым… — он заикался. — Он заставил меня… заставил меня… у-убить моего одноклассника… н-ножом. «Заставил убить одноклассника? Ножом? Дымок заставил? Но он же воображаемый. Значит… Дима сам принял это решение. Он точно не здоров!». Как только я подумала об этом, в доме выключился свет. Вернее… только в нашей квартире. — Дымок злится. — тихо сказал Дима. — Он в последнее время злой… Наверно из-за того, что я о нём рассказываю. После этих слов, мне уже не сильно верилось, что он воображаемый. — Дымок хочет сделать что-то плохое! — крикнул сын. — Что плохое? — заволновалась я, хотя и знала, что это было лишь совпадение со светом. Не успев Димка ответить, как я почувствовала запах гари и лёгкий дымок, который шёл с спальной комнаты. Потихоньку вонь усиливалась, до меня сразу дошло в чём дело. Мы горим! Я приказала Диме: — Беги за мной! Я начала бежать вон из квартиры, чтобы потом вызвать пожарных. Я выбежала в подъезд за порог квартиры, дверь захлопнулась. — Мама! — сын пытался открыть дверь, попутно бил по ней. — Дымок закрыл дверь! Я не могу выйти! Помоги! Я принялась долбить дверь и попутно реветь, тогда мне было очень тревожно… Я даже не могу подобрать слова, чтобы описать какого это. Нас с сыном отделяла чёртова дверь, которую я не могла выбить. Дима остался наедине с Дымком и пожаром. — Дима! — тогда, от паники, я не соображала, что делать. — Дима! Отзовись, сыночек, пожалуйста! Ради бога! Сына… — сквозь дверь начал просачиваться дым. Я упала на колени и закрыла лицо руками. Пожар распространялся со скоростью света. Мне никто так и не ответил. Тогда я поняла, — это конец. Моё сердце билось с бешеной скоростью, я не хотела потерять своего сына таким образом… Да и вообще не хотела! Когда я додумалась вызвать пожарных и скорую, было уже слишком поздно. Сына нашли лежащим на полу, его живот вспорот, органы наружу, горло перерезано… «Дымок! Будь ты проклят! Ты отнял у меня самое важное… » — кричала я у себя в мыслях. Дальше я позвонила мужу, и рассказала всё.

***

— Конец, — сказала я, вытирая слёзы с лица. На меня смотрели странно. — Надо было сразу избавляться от этого «Дымка»! — крикнул один из дружков Виталика, — Эх ты! Дура ты, Света! Виталик влепил ему пощёчину. Я расплакалась и убежала с зала на кухню…