Что есть счастье? (2 version)

День за днём Юля пропускала занятия в училище, что было для неё чем-то несвойственным, выходящим из ряда вон. Раньше она крепко-накрепко цеплялась за каждый новый материал и зубрила его вплоть до бессонницы. Приходила на лекции самой первой, страшась опоздать. Сейчас же она впала в настоящую апатию. Не хотелось ровным счётом ничего. Она коротала поглощающее её одиночество, свернувшись калачиком на кровати. Работу Ефимова тоже забросила, не посчитав нужным появиться там даже после нескольких звонков, предупреждающих об увольнении. Вновь чувство беспомощности овладело ею и она ничего не могла с этим поделать. Сказать по правде, даже не пыталась. Бонусом к остальным переживаниям, не переставая терзающим душу девушки, прибавилось чувство вины перед Мишей. Она снова и снова прокручивала в голове тот момент, как он швырял Макса в стену, а после обеспокоенно смотрел ей в глаза, еле держась на ногах. Как она вместо то, чтобы сказать «Спасибо», сбросила его руки со своего лица. Юля вспоминала это с каким-то мазохистским наслаждением, нарочито делая себе всё больнее. Первое время Лиза не обращала внимания на поведение подруги, считая, что ей необходимо отлежаться и прийти в себя после пережитого, так сильно подкосившего её события. Но, наблюдая за тем, как Юля неделями не вылазит из-под одеяла и на все предложения выйти на улицу, подышать свежим воздухом хоть немного, упёрто вертит носом, Цвиркунова поняла, что нужно что-то делать. Последней каплей стало то, что Юля абсолютно полностью отказалась от еды. Лиза села на кровать подруги и положила руку ей на плечо. — Надо оно тебе целыми днями дома чахнуть? — Да. — донеслось из-под подушки. Лиза поняла, что нужно определённо менять бытие подруги и, уперев руки в бока, начала диктовать приговор. — Значит так, ты сейчас идёшь в душ, приводишь себя в порядок и мы идём гулять в центр. — Цвиркунова опередила дальнейшие пререкания. — И отказы не принимаются. После долгих, упорных уговоров, Лизе всё же удалось вытащить подругу на улицу. Завидев, как она щурится и нервно прикрывает слезящиеся глаза руками, рыжая усмехнулась: — Как крот прямо. Из норы вылезла. — Мне в моей норе гораздо лучше было. Чёрт меня дёрнул тебя послушать… — обречённо выдала Юля. — Парни, кстати, нового гитариста себе в группу нашли… — перевела тему Лиза. — Уж не Багирову-ли? — поинтересовалась Юля, оглядывая оживлённую улицу. — Не-е-ет… — протянула девушка. — Я же говорю «Гитариста». Настя к ним пока только в доверие втирается, всё к Мишке липнет… Юля резко остановилась. — Это ты сейчас к чему клонишь? — её тон резко погрубел. — Ни к чему… — Цвиркунова взяла её под руку и ускорила шаг. — Братца моего, недотёпу откуда-то выискали. Представляешь, он, оказывается, всё это время был их одногруппником! Ефимову заметно удивило высказывание подруги. — Какие-же вы родственники, если не знаете даже, что в одно училище поступили? — Общее у нас с ним только фамилия и отчество. Больше меня с этим занудой ничего не связывает. — Лиза заметно погрустнела. Заметив это, Юля решила поступить также, как она — перевести неудачную тему в другое, более мирное русло и завела непринуждённый разговор об открывшемся недавно магазине одежды. Саму девушку это не интересовало, но таковы были её принципы — уметь поддержать любой разговор на любую тему, пусть даже иногда противоречившую её собственному мировоззрению. — Юль, а ты в училище вообще собираешься возвращаться? Про тебя уже все спрашивают в группе… — Цвиркунова остановилась напротив доски объявлений. — Н-да? И кто же там так обо мне печётся? — девушка увлечённо рассматривала меню. — Да есть один тип… — Лиза, еле сдерживая улыбку, поспешила уйти подальше от подруги. — Коза… — Юля ухмыльнулась, догадавшись об очередном намёке подруги. Настроение постепенно поднимало градус и девушки, периодически отпуская шутки, гуляли по заполненным битком улицами. Словно специально питерское солнце решило порадовать жителей города и светило так ярко и тепло, что казалось, будто лето и не заканчивалось пару недель назад. То было бабье лето. Есть ещё неделя, чтобы успеть насладиться тёплым сентябрём, скоро его за руку уведёт октябрь и займёт своё законное место. Юля любила осень. Была в ней своя атмосфера, в которой девушка находила для себя гармонию. Особенно прекрасен был осенний закат. Ефимова часто представляла себя умиротворённо лежащей на песчаном пляже у берега моря, в лучах постепенно уходящего за горизонт солнца. Волосы ласково трепал прохладный ветерок, вызывающий, порой, волну мурашек, заставляющих поёживаться. Но все эти мелочи меркли перед прекрасным. Непринуждённую беседу прервал неожиданный всплеск воды, которая тотчас окатила девушек с ног до головы. Они проходили мимо мужской части общежития, которое не могло похвастаться хорошей репутацией, там часто случались различные инциденты. Мало того, группа студентов, проживающих там же, была замечена в продаже запрещённых веществ между собой. Именно мимо этого места с дурной славой суждено было пройти девушкам. Лиза незамедлительно начала осыпать угрозами любителя постирать вещи в солнечный пятничный денёк, Юля же молча смотрела на мокрую футболку с изображением любимой группы. Качество печати было настолько плохим, что лица кумиров мгновенно расплылись, но, увы, не в улыбке, а по всей ткани. Вспомнив, сколько денег она отдала за эту вещицу, девушка подняла внушительного размера булыжник и швырнула в окно. После, схватив подругу за руку, помчалась, что есть мочи до ближайшего переулка. Лиза то и дело выкрикивала, что тот самый негодяй гонится за ними и ничуть не отстаёт, тем самым заставляя подругу всё больше ускоряться. Ноги остановились сами по себе у, словно специально укрытой от всего мира, подворотне. Лиза сразу юркнула внутрь и присела, чтобы завязать мокрые, уже далеко не белые, шнурки, которые всю дорогу мешали поспевать за подругой. Юля же, казалось, вообще не устала и сейчас стояла, облокотившись на стену, наблюдая за шагающими мимо них прохожими. — Ты ходила в какие-то секции? — пытаясь отдышаться, спросила Лиза. — Нет. Разве что в школе бегать любила. — Юля улыбнулась. — Всегда пятёрки по стометровкам были. Она опустила глаза на свои мокрые, потемневшие джинсы. Обе штанины были безнадёжно запачканы в грязи. — Домой пойдём по солнышку, высохнем. Главное, чтоб грозы не было… — словно прочтя её мысли сказала Лиза. В опровержение её слов зазвучал гром. Глухо, издалека, но то было верным знаком того, что царствованию солнца на небе пришёл конец. Юля усмехнулась, глядя на то, как капля за каплей стремительно падают на асфальт. С момента той самой драки, после которой всё лицо Миши было больше похоже на месиво, прошло почти три недели и все боевые ранения у парня успешно зажили. Единственное, что изменилось в его итак необычной внешности — это отсутствие четвертого по счету зуба. Теперь Горшок, как и хотел, стал походить на упыря. Особенно это сходство было заметно, когда он просыпался утром, с лохматой головой и с бодуна. Сейчас же они с Андреем благополучно ушли с лекции ненавистной ими Лилии Ивановны. Она раздражала, казалось, всех. Даже, порой, своих коллег. Неопрятная внешность, сварливый характер и вечные придирки всегда и всех отталкивают, с этим не поспоришь. Но в добавок к, уже перечисленным недостаткам, входил известный не многим шантаж. Женщина ставила ультиматум — либо деньги, либо неуд. Пока что это относилось только к тем, у кого была плохая успеваемость и ни Миша, ни Андрей в число несчастных не входили, но всё равно предпочитали прогуливать занятия. — Долбанная скряга! Представляешь, Шурику за день три неуда влепила! — негодовал Князь. — Ей Богу, доберётся до меня, я молчать как он не стану! Обо всём её начальству доложу, вылетит оттуда как сопли в платочек! — Да чё ты завёлся-то, ё-мое! Саня сам разберётся, большой мальчик уже. — Миша попытался утихомирить друга. Парни направлялись в «Там-Там», путь к которому лежал через неприметную подворотню, которую условно принято было считать аркой. Дождь по-маленьку намеревался намочить их, но они этого совершенно не страшились. Как говорил Князев: «Не сахарные», на что Миша всегда вспоминал случай, как тот залетел к нему домой посреди ночи, мокрый насквозь, со словами: «Миха! Я серёжку намочил, а мне только ухо прокололи! Чё делать?». Дело оказалось пустяковое. Князь не поскупился и купил себе серебряную серьгу, которой, как известно, дождь не страшен. Дождь вскоре превратился в нешуточный ливень и парням пришлось ускориться, чтобы не намочить новейшее приобретение Миши — компакт диски его любимых «Рамонес». Узнав о их поступлении в продажу, да ещё и с большой скидкой, парень прожужжал все уши Андрею, прежде чем, наконец, совершить покупку. И, разумеется, сейчас он совсем не рассчитывал мочить свою прелесть. Потому, не смотря перед собой, забежал в арку и сразу же налетел на кого-то, тут же повалившись наземь. — Блять! Чё за проходной двор, ё-моё! — он опёрся на руки, телом всё ещё лежа на неожиданном спутнике. Разглядев его лицо, он понял, то была спутница. Юля почти сразу нащупала что-то инородное, лежащее как к стати у неё под рукой. Подняв диски, она помахала ими у лица не смотрящего под ноги олуха, которым оказался Горшок. Парень даже не обратил на них внимание, неотрывно глядя на неё. Либо он так давно не виделись, либо в ней действительно что-то изменилось. В её взгляде. Он больше не прожигал его насквозь, будто потеплел. Совсем немного. И пока Мише этого было достаточно, чтобы улыбнуться во все далеко не тридцать два зуба. Удивившись такому жесту, Юля впервые обратила внимание на его улыбку. Необычную, такую же как и он улыбку. У него всегда не было зубов, или ему их Макс тогда выбил? — Юль, дождь ещё сильнее стал, уже не вариант идти… — пришедшая Лиза стала как вкопанная, лицезрев картину интересного характера. — А как же Мишка? — коварно улыбнулась она. В полумраке девушка не могла разглядеть лица парня, что нависал над подругой. Когда же он поднял на неё озадаченный взгляд, она ошарашено выпучила на них глаза. — Мих, ну ты как всегда, бросил меня одного, бедолагу… На произвол судьбы… — Андрей сразу наткнулся на кого-то. После, признав девушку, в которую за малым не врезался, стоял с глазами по пять рублей. Неожиданно послышался смех, который вскоре подхватила вся компания. Горшок, наконец-то, удосужился встать с девушки. — Ты не ударилась? — всё ещё опасаясь холода с её стороны, спросил парень. Юля мотнула головой и обратилась к подруге, которая уже во всю ворковала с улыбающимся Андреем. — Накаркала? Домой мы теперь при лучшем раскладе к вечеру попадём. — Ну и пусть так. Моя душа жаждет приключений! — засмеялась Лиза. — И романтики… — невзначай добавил Андрей. Горшок тем временем судорожно искал тему для разговора с Юлей. Ему первый раз за всё время их знакомства предоставилась возможность пообщаться с ней и, наконец, нормально познакомится и он не собирался её упускать. — Чё мы тут стоим-то, ё-моё. Пошли, может, в «Там-Там»? — парень увидел перемену в лице Юли и поспешно уточнил: — У нас там база репетиционная. Отдельно от всего этого… Веселья. Глаза Лизы загорелись, казалось, их пламя в одно мгновение могло высушить все лужи на улицах. — Пойдёмте! Мне очень любопытно вашу музыку послушать! Андрей накинул на неё свою куртку и, прежде чем выйти из укрытия навстречу стене из дождя, спросил: — А поэзию любишь? — Обожаю! Особенно романтическую. С довольной улыбкой Князь, взяв свою бестию за руку, вышел прямо под дождь. Пара быстро добежала до двери репетиционной базы ребят, даже не оглядываясь на друзей. Юля уже предвкушала, как окончательно промокнет, прежде чем дойти до заветного места, когда Горшок неожиданно указал в параллельную сторону от клуба. — Там крыша, почти не промокнем. — Почему же они так не пошли? — Юля посмотрела на дома, рядом с которыми было узкое пространство, куда не попадала вода. — Князь у нас особо умом не блещет. Тем более в присутствии девушек. — Я убедилась уже. — Ефимова усмехнулась, вспомнив выходку парня в кафе. Горшок, видимо, догадался, о чём она подумала и, засмеявшись, выставил руку, пропуская её вперед. Рядом идти не получалось, потому парень шёл следом за девушкой, наблюдая за тем, как она озирается по сторонам, словно ребёнок, оказавшийся в незнакомом месте. Шли они не больше пяти минут, но Миша уже успел погрязнуть в своих фантазиях и вскоре врезался в резко остановившуюся девушку. Он выглянул из-за её спины, ища объект, привлёкший внимание Юли и наткнулся взглядом только на внушительного размера лужу. — Намокнуть боишься? — поинтересовался парень. В ответ на его слова, девушка постаралась сделать максимально широкий шаг, с искренним намерением перешагнуть ненавистную лужу, которая по размеру больше походила на приличное озеро. Но, как всегда бывает в глупых комедиях, не рассчитала и приземлилась ровно посередине водоёма, хорошенько обрызгав парня. Горшок, сдерживая смешок, уставился на её разочарованное лицо. — И на хрена я тебя под крышами вёл? — усмехнулся Миша и тоже вышел за предел крыши. — Ошиблась в расчётах, переоценила длину своих ног. С кем не бывает? — уловив грусть в лице парня, девушку посетила догадка. — А ты, полагаю, хотел меня героически перенести через это озеро? — Были мысли. — Миша смущённо отвел взгляд. — На счёт озера я гиперболизирую, конечно, но глубина тут и правда не маленькая. — сказав это девушка всё же вышла из лужи и направилась к двери уже знакомого клуба. Горшок, пытаясь понять значение незнакомого ему слова, поплёлся за ней, позабыв о том, что его новенькие диски давно промокли. Дверь перед Юлей отворилась и перед глазами предстало узенькое помещение, стены которого были увешаны плакатами различных рок-групп и, разумеется, рисунками Князя. Кругом были нарисованы рожи, казавшимися не страшными, а скорее смешными, дружескими карикатурами. Аппаратура, небрежно разбросанные провода, и куча листов бумаги со словами и аккордами песен. Здесь царила особенная, творческая атмосфера. Лиза уже во всю зачитывала Андрею свои зарисовки и совершенно не была смущена внезапным появлением запоздавших друзей. Князь, в общем-то, даже и не заметил их прихода, его взгляд был сфокусирован лишь на своём объекте обожания. Миша указал Юле на диван, рядом с Андреем, а сам сел напротив, взяв в руки гитару. Ожидая, когда кончится творческий вечер Цвиркуновой, парень тихо перебирал струны в поисках мелодии. Муза последнее время не радовала его своим визитом, да и вдохновение, чего греха таить, давненько к нему не захаживало, но сейчас что-то понемногу наклёвывалось и по мере появления мелодии, Горшок осознавал, что настоящая муза и причина его вдохновения, волнения и, чёрт возьми, идиотских бабочек в животе сидит напротив него и старательно развешивает на спинку дивана свою мокрую джинсовку. Парень улыбнулся своим мыслям. — Невероятно, изумительно! У тебя талант, огонёк! — Князь восторженно смотрел на девушку снизу вверх. — Да ладно, тебе… Смущаешь меня… — покраснев, Лиза села рядом с подругой. — Хочется уже ваши песни послушать! Да, Юля? Юля засмотрелась на гитару в руках Миши, потому ответила не сразу. — А кое-то у нас не такой уж и скромный, каким кажется… — ухмыльнулась Лиза. — О чём ты? — Юля непонимающе уставилась на неё. — Пялишься на Мишку без всяких стеснений… Удивляешь… Горшок улыбнулся и даже отложил гитару. Было интересно, что на это скажет Юля. К щекам прилил румянец, а глаза запылали гневом. — Я рассматривала марку гитары. Ещё раз ты скажешь что-то подобное, будешь спать с вахтёршей. Рыжая подняла руки в знаке капитуляции. Выждав небольшую паузу, Горшок постарался перевести тему, дабы снизить градус напряжения между девушками. — Андрюх, давай вчерашнюю твою сыграем? Как её там? — Верная жена. — ответил Князь и направился к своей гитаре. Голоса парней сливались как нельзя удачно. Тембры были разными, но каждый из по-своему красив. Играли они также мастерски, как и пели. Обстановка разрядилась благодаря шуточному спору парней на счёт песни «Сосиска». Князь с пеной у рта утверждал, что она достойна быть в их будущем альбоме. Горшок же негодовал и твердил, что песня полная чушь и петь её он не собирается. — А кто тебя просит её исполнять? Я без лысых справлюсь! — Лысый ты у нас после армейки домой пришлёпал, а вот у меня такой практики не было. — усмехнулся Миша, вспоминая славные времена, когда по приезде, Андрея шутливо поддразнивали шариком. Горшок улыбнулся воспоминания и похлопал друга по плечу. — Ладно, сосиска так сосиска. Довольный Князь принялся наигрывать мелодию, то и дело меняя изначальные аккорды на другие. В конечном итоге парень плюнул и решил, что допишет песню в одиночестве, так как играть при девушках, одна из которых ему была крайне симпатична, ему было немного неловко. Заметив перемену настроения друга, Горшок пораскинул мозгами и его осенила догадка. Андрюха засмущался! Да когда такое было-то? Чтобы уверенный в себе на все двести процентов, мачо с серьгой в ухе, наличие которой заставляло его задирать подбородок ещё выше, стеснялся играть при девушках? Миша, в отличие от своего дружка, который любил часто подшучивать над ним и иногда ставить в неловкое положение, был намного более понимающим. И, видя поведение Андрея, не стал акцентировать на этом внимание, наоборот, вновь ловко перевёл тему и решил поинтересоваться у девушек их музыкальным вкусом. — Мне «Мираж» очень нравится… «Комбинация» ещё… — мечтательно начала Лиза. — Ну попса, короче… — разочарованно перебил Горшок. Взгляд его обратился к Юле. — А ты что слушаешь? — В основном метал… «Ария там», «Чёрный кофе»… — глядя на внимающий взгляд Миши, девушка продолжила. — Из зарубежного «Раммштайн» очень люблю, «Найтвиш», «Скорпионс»… Тяжелое что-то, вообщем. Какое-то время Миша сидел молча, прибывая в сильнейшем удивлении. Потом случился всплеск и парня прорвало. — А панк рок? Ты знаешь, что такое панк рок? — Началось… — Князь прикрыл глаза рукой, хотя в данном случае было бы уместно проделать тоже с ушами, потому что с панк рока, Горшок уже перешёл на анархию. Дискуссия продолжалась не долго. Горшок, к своему сожалению, ничего не добился и не привил девушке любви к панк року, а уж тем более к анархии. Раздасованно он махнул рукой и достал пачку сигарет, отвернувшись к окну. Юля на дух не переносила запах табака и воротила от него нос. Вот и сейчас едва почуяв едкий запах, пулей вылетела за дверь, не оставив никому ни минуты на раздумья. Лиза направилась за ней, оставляя парней молча переглядываться. Ефимова стояла, обхватив себя руками, под маленьким козырьком, по правде сказать это было не так уж и необходимо, ливня уже не было, дождь постепенно стихал. Настроение, видимо, у неё было совсем паршивое и Цвиркунова была намерена узнать, что послужило тому причиной. — Всё ещё дуешься на меня? — спросила рыжая, став рядом. Юля мотнула головой. — Не люблю, когда курят. Да и спор этот… Будь он не ладен. — Мишка не обиделся, точно тебе говорю! — немного подумав, девушка добавила: — Я обещаю, что больше не буду подкалывать вас. Юля бросила на подругу взгляд, полный изумления. — Чем я заслужила такое счастье? — Ну я же вижу, что тебе неприятно. — вздохнула Лиза. — Больше не буду. Мы же подруги? Цвиркунова распростёрла руки для объятий. Подумав, Юля всё же приняла их, хоть и с неохотой. Только сейчас девушки почувствовали, что на улице было не так уж и тепло. Вечерело. Солнце потихоньку махало рукой на прощание и проваливалось за горизонт. — Дождь кончился, Андрюх. — неожиданно Горшок приоткрыл дверь и высунулся на улицу. — Вы чё, замёрзли? — удивлённо спросил парень, глядя на девушек. После этих слов Юля отпрянула от подруги, осознав, что обнималась с ней дольше положенного. Смутившись, девушка зашла назад в помещение за своей безнадёжно мокрой джинсовкой. — Миш, а что с Андреем? — тихо спросила Лиза, убедившись, что Князь её неслышет. Горшок недоумённо выгнул бровь. — Странный какой-то… Молчаливый… — пояснила девушка. — Хандра осенняя. Он то на ушах скачет, то, вот сидит букой. — парень посмотрел на загруженный вид девушки. — Не заморачивайся. Лиза вздохнула и направилась было за Андреем, но тот опередил её, открыв дверь и чуть не заехав ей по лицу. — Андро, ты ей чуть нос не сломал! Ты бы дверь с ноги не открывал, ё-моё… Князь тотчас обеспокоенно бросился к девушке, тысячекратно извиняясь. Горшок же прокручивал в голове их с Юлей спор, ему очень хотелось верить в то, что когда-нибудь она всё же проникнется симпатией к его увлечениям, а, может и к нему самому. Стоило Ефимовой выйти, как парень преградил ей путь. Юля не спешила говорить с ним, отделывалась лишь молчаливым, сердитым взглядом. Но для Горшка этот взгляд был вовсе не суровым. Их разница в росте была очевидной: Юля еле доставала макушкой ему до плеч. Оттого и её выражение лица казалось парню забавным и он улыбнулся. — Что смешного? — поинтересовалась Юля, увидев улыбку на его лице. Девушка обратила на неё внимание во второй раз. Его улыбка была… Специфической. По правде говоря, увиденное не привело девушку в восторг, скорее наоборот, но сообщать об этом парню она, разумеется, не собиралась. — Ты, это самое, не обижайся… Я против твоего метала ничего не имею, просто панк рок это такая тема… — Горшок осекся, боясь опять начать спор. Глядя на обнимающуюся парочку рядом с ними, парень, боясь передумать, решился и выпалил на одном дыхании: — Можно до дома тебя проводить? Юля посмотрела на него снизу вверх. Миша смущённо чесал затылок и отводил глаза. Сейчас он не был похож на беззаботного панка в косухе, с гитарой в руках. Он был словно провинившийся школьник, потупивший глаза в пол и так страшащийся услышать отказ. Разве панки-анархисты могут быть такими? Подслушав их разговор, Лиза быстро взяла дело в свои руки. — Ребят, мы с Дюшей зайти кое-куда хотели… Идите без нас. Князь с хитрецой посмотрел на девушку, уловив суть её затеи. — Догоним, если что. Миша благодарно улыбнулся друзьям, а Юля с укором посмотрела в сторону подруги, на что та подмигнула и поспешила удалиться, взяв за руку Андрея. — Пошли? — Горшок посмотрел на девушку, отдернув себя, чтобы не протянуть ей руку. Это движение не ушло от внимания Юли и она усмехнулась. — Пойдём. — подумав, девушка добавила: — Может, погуляем где-то? Осточертело дома сидеть. Горшок ещё больше засветился от счастья. Не сговариваясь, они пришли к парку. Петляя по дорожкам, Мише удалось разговорить свою спутницу и вскоре она уже посмеивалась с его шуток, что для Горшка было в сто раз лучше комплиментов его внешности. Он не мог насмотреться на её улыбку, она согревала его в этот холодный осенний вечер. Юля не планировала тратиться на всякого рода аттракционы, но Миша уболтал её и затащил в кабину колеса обозрения. Вид был завораживающий. Мокрый, продрогший от дождя город, постепенно зажигал огни домов. Они казались маленькими пятнышками с огромной высоты. На тёмном, почти чёрном небе постепенно вырисовывались синие облака и блестели звёзды. Время хотелось растянуть как можно больше, сидеть в безмолвной тишине, наблюдая за красотой, которая окружала, даже обволакивала их. Приковывала взгляды и держала клешнями, не позволяя отвести глаза. Восторгаться, насыщаться. Сейчас казалось, что они были вовсе не в обычной жизни, а в каком-то другом, космическом измерении. Юля любовалась звёздами, а Миша любовался её сияющими глазами.