Ты у меня одна…

В последнее время я довольно часто ел сгущенку с хлебом, как мы любили делать это с Олей. Наверно так я на подсознательном уровне выражал свою тоску по дому. Я и в самом деле очень скучал по своей маленькой сестренке, все время думал как она там. За это время она тоже успела подрасти и пойти в школу. С того момента, когда я впервые пришёл в гости к Полине, в нашей семье произошли небольшие изменения. Родители ссорились меньше, в их отношениях наступило состояние, сравнимое некой апатии, или же можно назвать это перемирием. Хоть дети и не прекращали пропадать, Олю со временем все же стали выпускать из дома, ведь невозможно так долго быть в полной изоляции. В конце концов ей нужно было идти в первый класс, что и произошло когда стукнул 7 день рождение нашего маленького лучика света. Сейчас она уже во втором классе и ей в самом деле полюбилась учёба, возможно роль в этом сыграло то, что она слишком долго была абстрагирована ото всех и всего. Если в классе и есть самый любознательный ученик, так это наша Оленька, ведь столько вопросов, сколько задаёт она вряд ли мог выдумать кто-то ещё. Мы всегда провожали и встречали сестренку после школы, если не получалось у папы или мамы, это безусловно делал я, и это никогда не обсуждалось, ведь мне трудно было представить, что она совсем одна будет идти через этот треклятый лес. И сейчас просто не могу выкинуть из головы мысль, что я оставил свои обязанности, особенно защиту Оли. Да, в последнее время все пропажи утихли и жизнь в поселке понемногу устаканилась (насколько это было возможно), ибо в ином случае я ни за что не оставил бы сестру совсем одну. Но проблема в том, что в жизни есть ещё куча всего, от чего её можно оберегать. Даже от маленькой царапины, которую она могла получить, счесав коленку или локоть. И чувство вины накапливается где-то в закромах моей души, постепенно срастаясь в тяжелый, плотный и тугой узел, который я мог развязать лишь вернувшись обратно домой. Зайти в дом, с повинной свалиться на колени и просить прощения у всех за эту глупую выходку. Мама бы кричала, даже разрешив папе разок влепить мне подзатыльник, но вот Оля... я боюсь думать о том, что мой побег разбил маленькое сердечко и затушил единственный солнечный лучик в своей жизни. Как бы она не капризначала, этот ребенок словно второе солнце на этой земле и... что тут говорить. Когда я наконец осознаю и пойму что натворил, сколько всего разрушил... смогу ли я собрать осколки? Склеить? Починить? К сожалению, работает это только с вещами. Последние несколько месяцев прошли немного суматошно, но мы стараемся справляться со всеми проблемами, что могут появиться на пути. Я начал работу в детской художественной школе, но остаток лета не был таким насыщенным, как начало сентября. Сначала у меня было всего 4 группы и учитывая, что занимались они пару раз в неделю и в разное время, этого было на самом деле маловато, но я успел обнаружить для себя очень талантливых ребят, взял на заметку все слабые места и пробелы, что хотел бы подтянуть и даже немного расписал учебную программу. Мне изначально казалось что таким занимается директор или его заместитель, но как оказалось многие дела, которые вообще могут появиться, идут в руки любому сотруднику, кто мог бы сделать все быстро и качественно. Принять новых учеников, заполнить бумажки с данными учеников, починить что-то, мыть палитры, держать класс в чистоте, складывать на места все принадлежности, в общем-то иногда и расписание составлять, в мои обязанности входило также делать холсты: я брал оправу, растягивал ткань и накладывал на рамку, прикрепляя степлером. Ценным экземпляром были круглые холстики, они чаще получались маленького размера, но работы которые рисовали ребята получались в разы атмосфернее. Рамки я часто также делал сам, благо у нашего брутального начальника-бандита есть инструменты да и в конце концов, это творческое место, рисование здесь не единственное, чему можно поучиться. К работе с детьми тоже надо было привыкать. Дети разные, у каждого свой характер, но когда у тебя есть младшая сестра или брат, ты в целом начинаешь лучше понимать и других детей, их потребности и переживания, автоматически проще становится заботиться о них, ведь ты уже много лет это делал. Главный же плюс в том, что я был готов слышать от детей самые странные или неприятные, хоть и правдивые вещи, ведь дети зачастую честны с окружающими и могут говорить то, о чём думают на самом деле. - Лизочка, какое у тебя сегодня настроение? Хорошее или прелестное? - - Ответ ужасное есть? - она смотрела на меня тогда невероятно скучающим взглядом - - Нет...- - Тогда хорошее. Мне тогда всё же удалось поднять ей настроение, я сделал для неё несколько птичек оригами, немного окрасил их красками и в перерыве мы вышли на улицу, чтобы пустить их в небольшой ручеек, который несло вдоль дороги после дождя. - Мы недавно купили новый шкаф!- радостная новость думал я - - Вы решили сделать ремонт? - - Нет, просто папа изменил маме с тетей которая живет на 10 этаже и мы съехали на другую квартиру. А там шкафа не было- Я правда не знал что ответить на это, и смог только выдавить самую дурацкую улыбку, которую возможно было... И все равно они все безумно милые. Каждый раз когда они искренне радуются своим успехам и говорят что хотят рисовать ещё лучше, а в их глазах пылает этот огонёк азарта и безудержной мотивации, я всегда на грани того, чтобы пустить слезинку. И когда я стал таким сентиментальным? Хотя я всегда таким был. Чего не скажешь про нашего замечательного директора. Он конечно всегда хорошо и с теплом относится к малышам, но что за делишки он крутит под прикрытием художественной школы мне стоит только догадываться. Всегда в хорошем настроении, при параде, всегда в работе и часто куда-то ездит, мы как сотрудники регулярно отчитываемся о проделанной работе, кратко и по делу, много болтать он не любит. Первые недели он откровенно присматривался ко мне и тому как я работаю, но похоже его все устроило. Хотя откуда мне на самом деле знать что он думает. _____ Помимо работы в детской секции, мы частенько выбирались в свободное время в парк, где я ставил небольшой мольберт и рисовал прохожих, желающих получить простой портрет. Полина со всем своим невероятным очарованием завлекала людей. Цель на самом деле даже не столько в заработке, сколько в сборе портфолио на будущее, в моих планах поступить в художественное училище, получить официально свой диплом и остаться в этой профессии. И все бы ничего, но недавно мне пришло одно очень странное письмо, а нашел я его в своём рюкзаке. Когда кто-то успел положить его туда? "Антон Петров, Я хочу заказать у тебя портрет. Улица Бурденко, 25, подъезд 7, квартира 56, 8 этаж. 17 вечера. Приходи." Кто это, откуда знает меня... Неделю я думал стоит ли идти. Может произойти все что угодно, но мне там будто медом намазано, просто сгораю от любопытства. Хочу узнать кто это и как письмо попало ко мне, тем более прямо в мою сумку. Предчувствие знаменовало нечто плохое и неприятное, тревога съедала изнутри, но интерес победил. Ничему жизнь меня не учит... мало такого в поселке было, а я снова на те же грабли. Но может все не так уж и плохо, как нарисовал мой боязливый разум. В назначенный день я приехал по указанному адресу, со всеми своими принадлежностями. Полине я сказал, что иду на вечернее занятие. Многоэтажка в общем и целом ничем не отличалась от той, в которой жили мы. Только здесь будто все равно все было по-другому. Слишком красиво - просто невероятное количество цветов, в пасмурный и дождливый день, который начал лить еще несколько дней назад, этот район будто ни капли ливня и не видел, ярко светит солнце и на перебой поют птичьки. Выглядит даже как-то неправдоподобно... Пройдя домофон, мне вдруг подумалось, что здесь стоит просто гробовая тишина, никто не ходит, не шумит, не слышно соседей... только солнечные лучи пронизывают своим светом лестничные пролёты, подсвечивая маленькие пылинки, которые неспеша витают в воздухе. Я подошёл к нужной квартире, и обнаружив вполне себе не запертую дверь, несмелыми шагами зашёл внутрь. Если попробовать описать то, как обставлена эта квартира, я бы наверно сказал минимализм: минимум мебели, причем никаких вещей нет ни на столе, ни на тумбочках, мне казалось что если открыть сервант, он тоже будет наполовину пустым. Обычно жилая квартира наполнена всякими хозяйскими предметами, будь то оставленная где-нибудь газета, расчёска или кофта. Но эта квартира пустует одинокая и заброшенная, несмотря на чистоту. Понятия не имея, что делать дальше, я все же решил поставить мольберт и разложить всё. Вдруг это на самом деле не глупая шутка и кто-то скоро войдёт в эту дверь? В какой глупой ситуации я сейчас нахожусь - чья-то чужая квартира, к тому же открытая(!), приперся с красками, карандашами и холстом, абсолютно не представляя кого вообще буду рисовать. Чего блть? - Извини что заставила ждать, сладенький, - голос из-за спины окатил меня ледяной водой, и готов поклясться, я бы узнал этот чертов голос из тысячи других женских голосов, но моя уверенность в этом рухнула, стоило лишь обернуться на звук. Передо мной стояла молодая девушка, как мне показалось старше меня, с ярким, огненно-рыжим цветом волос, светлой кожей, алым приятным румянцем, и ярко голубыми глазами, с некоторыми вкраплениями оттенка коричневого цвета у самого зрачка. На ней был легкий кроваво-темный пиджак из бархата, который облегал легкий летний платок, юбка развивалась на уровне её колен. - Прост..т...тите? - мое волнение можно было учуять за километр, но всё же увидев перед собой обычную девушку, страхи понемногу утихали, - - Ой, да, не с того я начала. Меня зовут Аня и это мне нужен портрет от замечательного молодого художника, - она протянула мне руку и я мягко пожал её, несколько минут недоумевая, что мог бы ей ответить. Полная растерянность и безысходность. - Да, я получил твою весточку. Здесь все уже готово, можем пока определиться каким ты видишь свой портрет - глубокий вдох и выдох. - Я не совсем определилась, но думаю я буду сидеть вот здесь, немного поверну вот в ту сторону, - она поставила стул, села и показала как это могло бы быть, - - Мне кажется тебе лучше смотреть сюда, тогда будет больше солнечного света и лицо на бумаге будет просто сиять, - - Как скажешь. Можешь поправить мне волосы или одежду, как тебе кажется лучше. Или позу, - Немного поразмыслив я подошёл и убрал с одной стороны волосы за спину, а с другой наоборот выпустил несколько волнистых прядей вперед. Мой взгляд упал на её глаза и нос наполнился запахом мандарин, шоколада и словно петард. Я кажется схожу с ума, но сколько раз будучи в поселке я чувствовал такие сочетания? Это просто бред какой-то. - У в..вас хорошие духи... - только после того как сказал, я решил подумать о том что именно сказал, - - Мы с мамой иногда любим делать их сами, - - Ничего себе, здорово, - Расчертив небольшой набросок, я взял краски и начал рисовать большие пятна, чтобы обозначить основные цвета, откуда падает свет и наметить расположение фигур и предметов. - Можешь немного приподнять подбородок? - - Так? - - Не совсем, секунду, - Я подошёл и осторожно, едва касаясь обеими руками ещё щек, приподнял голову, оставив в нужном положении. Прошла всего секундочка, но мне казалось она смотрела на меня так, будто видит насквозь. - Вот так лучше, - Я снова принялся за свою работу, но сказать что её взгляд был тяжелым и невероятно проницательным, это ничего не сказать. Каждый раз когда колыхалась шторка из-за легкого сквозняка, или солнце выглядывало и снова пряталось, мне казалось что её глаза переливаются золотистым цветом, что будоражило и тревожило одновременно. Но она абсолютно постоянно оставалась невозмутимой, и практически не двигалась. Уже больше 40 минут прошло, а у неё даже не появилось желания подвигать лодыжкой. Или я просто такой неусидчивый и мне не понять? - Антон? - - Да? - - Сколько тебе лет? - - 15, - - Божечки, такой молодой и уже такой талантливый, - - Откуда тебе это известно?, - - Я часто видела, как ты рисуешь в том парке, - теперь я совсем ничего не понимал. Неужели не заметил бы девушку с такими пламенными волосами? - Ни разу не видел тебя там, - - Дурачок, ну конечно не видел. Я никогда не подходила к тебе так близко, - - Почему? - - Ко мне нужен немного другой подход. А ещё не хотела смущать твою прекрасную девушку, - - Не уверен что причина в этом... - - Неужели? К сожалению не могу рассказать пока не нарисуешь портрет, и возможно если мне понравится, я все тебе скажу, - ехидная улыбка промелькнула на её румяном лице. Делать было нечего. Я продолжил свою работу, ведь в первую очередь я здесь за этим. Обстановка по прежнему была непонятной, полная тишина, нет шума за окном или от соседей, с этажей, будто вся многоэтажка и улица просто опустели. Голубые глаза бывшей незнакомки по-прежнему иногда сверкали золотистым цветом, причины чего я также не мог понять. Прошло почти полтора часа, но она стойко держалась не производя никаких движений. - Ты не устала? Можем сделать перерыв, - - Люди такие непоседливые и напрочь лишены какого-либо терпения, - - Говоришь так, словно ты не человек, - чувство, словно я всё же знаю кто эта девушка, становилось сильнее с каждой фразой, которую она произносила, - - Ахах, умора, ну конечно же я человек... просто люблю рушить ярлыки, - Выносите меня отсюда семеро... что происходит? Мой взгляд на несколько секунд задержался на этой девушке и она заметила моё волнение и полное недоумение. - Какой ты милый, когда волнуешься. Успокойся, на самом деле что-то вроде "профессиональных привычек". Я много лет занималась народными танцами и гимнастикой, а ещё пробовала себя в балете. А там все очень жёстко, меня часто заставляли стоять в одной позиции, которую я делала плохо, чтобы хорошенько её запомнить, - - Ого, и сколько тебе было лет? Я не думал что хореографам можно так жестоко обращаться с учениками, - - Ещё как можно. Я начала заниматься со 2 класса. Это довольно жестокая сфера. Помню когда на народных танцах мы учились делать прыжки, наша преподавательница ставила палку, через которую мы должны были перепрыгнуть, - я внимательно слушал её, перейдя на время к рисовке её волос и окружающих предметов, чтобы дать ей небольшую фору рассказать свою маленькую историю, - И когда прыжок на одну высоту был окончен, она ставила палочку ещё выше, и ещё, а потом снова завышала, и если у нас плохо получалось, этой же палкой мы получали небольшие шлепки по ногам. Я никогда не слышал таких рассказов, и не имел знакомых, занимающихся танцами, по крайней мере если и знал, то мы просто не общались, и такое для меня было удивительным, хотя на самом деле возмутительно применять подобные методы. - Это непрофессионально со стороны вашего учителя, - - Зато очень эффективно. Понимаю твоё возмущение, но я решила что это все равно принесло мне пользу или немного закалило мой дух, ахах - она легко и непринуждённо говорила об этом, от чего мне даже сделалось немного стыдно. Такая хрупкая и будучи совсем маленькой девочкой, долгие годы упорно работала стиснув зубы. Также молча, я продолжил портрет. Спустя время он уже был готов и я ждал что скажет на это Аня. Больше всего мне сейчас хотелось куда-нибудь спрятаться, как это делала Оля, когда боялась Бабая или совы за окном. Но этого сделать мне не было дозволено, я смиренно ждал комментария по поводу проделанной работы. Если ты сам доволен своим творением, то больше шансов что и заказчик будет доволен. Надо делать вид что так и должно быть и все будет хо... - Это просто потрясающе! Как я и хотела, - - Правда? - - То что я и представляла себе! Спасибо огромное, - - Ты хотела рассказать почему пришла именно сюда. Как твоё письмо ко мне попало? И почему ни разу не подошла в парке? - я надеялся что все же получу ответы и мне уже было все равно на оплату портрета, так, что из всего перечня вопросов, этот я пропустил. Она вдруг подошла критично близко и в нос вновь ударил запах конфити, мандаринок и это просто до боли знакомый аромат. Я думал что прямо сейчас её глаза зальются ярким желтым цветом, а тело обрастет рыжей шерстью, из под платья вылезет хвост. Но ничего из этого не произошло, глаза по прежнему оставались голубыми, а бледную кожу лишь освещал предзакатный свет из окон. Пугал меня не сам факт того, что это произойдёт, а то что я мог этого хотеть... - Твоя девушка не любит рыженьких. Поверь на слово. А не подходила, потому что хотела получить прекрасный портрет в тишине и спокойной обстановке. Вот и всё. Это наверное не то, что ты хотел бы услышать? Она забрала со стула свой легкий светлый платок и накинула обратно на плечи, и уходя сказала: - Проверь сумку, сладенький,- Не успел я что-то ответить, как её и след простыл. Внутри сумки я снова обнаружил записку и довольно крупную сумму денег. Опять оно чудом попало туда, хотя вещи всегда были у меня на виду. - Оставь портрет в гостиной, под ковриком ключ, закрой дверь и положи его обратно. Теперь ты знаешь цену своим прекрасным работам. Как можно доверять ключ незнакомому человеку... мало будет сказать что я уходил домой со смесью самых разных странных эмоций.