с вечера застолье, поутру похмелье.

Осколки от четырёх разбитых бутылок водки разбросаны по полу. На небольшой сцене каким-то образом оказались гадальные картишки. Запах свечей стоит во всей небольшой комнате большого клуба. Ровно три дня назад Лина и Влад резко осознали, что экстрасенсам живётся уж слишком скучно. Многие заводят ссоры, а вокруг кишит сплошное непонимание. Ребята пришли к выводу, что им следует это изменить. Абсолютно всех участников шоу они созвали в специально забронированную для них комнату в дорогом клубе. — Толик любит пить водку с пола? — С нотками издёвки вопрошала Марьяна, наблюдая за тем, как разбивается вдребезги четвёртая бутылка водки. Влад улыбается, делая музыку ещё тише, чем прежде. Он усаживается перед ведьмой на корточки, и все замирают. Пьяные Александр и Олег начинают аплодировать, из-за чего каждому Лина даёт сильный подзатыльник, но чуть не валится с ног. Учитывая то, сколько она выпила, такие резкие подъёмы и удары были готовы свалить девушку с ног. Словил её Дмитрий, не позволяя теряться. — Толик любит пить водку с пола, а я люблю танцевать на осколках. Станцуешь со мной? — Протягивает свою руку парень, когда дверь распахивается, и ребятам сообщают, что через десять минут их время подойдёт к концу. В углу комнаты находились те, кто умели находить общий язык с алкоголем. Эти люди наблюдали за раскрывающейся перед ними картиной с неподдельным интересом. — Вика, думаешь, станцует? — Спрашивает одна из членов компании – Надежда Эдуардовна, поднося свой бокал к бокалу в руках Райдос. Ведьма, в свою очередь, лишь пожимает плечами, наблюдая за коллегами. На её лице нет никакого выражения, а разум свободен. Никто бы не мог понять по этой женщине, о чём она думает и какие чувства испытывает. Послышался звон бокалов. Виктория отпила содержимое, облизав губы. Такой мелкий жест, который уже не раз наблюдался за ней в моментах, когда её взор сосредоточен на Марьяне. Тишина прерывается удивлёнными вздохами Константина, Виктории, Надежды и, ещё не до конца опьяневшего, Дмитрия. Череватый и Романова снимают обувь и начинают танцевать вальс на осколках. Оба старательно терпят боль, пока на полу появляются всё новые капли крови. Лина, застывшая в руках Дмитрия, удивлённо хлопает ресницами, но не издаёт ни звука. Вовремя окончился музыкальный плейлист. Сквозь такую тишину вновь вошёл молодой парень, который уже через пять минут должен был принимать комнату. Обойдя самых пьяных, он подошёл к компании, состоящей из троих экстрасенсов, объясняя, что их друзей следует отсюда забирать. — Друзей.. — словно насмехаясь, повторяет слова Виктория. Парень не собирался покидать комнату, пока все не уйдут. Некоторое время женщина сверлила администратора недовольным взглядом, пока Константин не положил свою ладонь на её плечо, заставляя повернуться и обратить на него внимание. — Шепсы на мне. — кратко бросает он, похлопывая женщину по плечу, после чего отходит к толпе ребят. — Хочу забрать Димку. — говорит Надежда и, как только слышит от Виктории: "Валяй", добавляет: — Лину тогда тоже, раз уж они объятий не размыкают. — и исчезает из виду. Некоторое время Райдос стоит неподвижно с бокалом шампанского в руках. Тащить пьяных Влада и Марьяну ей вовсе не хотелось. Осушив содержимое, она вновь ощутила прикосновение к плечу. — За Владом приехала жена, поэтому он не на тебе. — с долей зависти тведит Гецати. — Везёт. У нас с Надькой по двое, а тебе только Марьянка досталась. В ответ на это женщина пожимает плечами, а потом наблюдает за тем, как Костя силой выталкивает Александра и Олега из комнаты. По видимому, им предстоит долгий путь. Со стуком поставя бокал на стол, Виктория проходит к Марьяне, которая шипит от боли, но пытается обуть свои длинные каблуки. Ведьме приходиться сесть перед ней на корточки, помогая справиться с застёжкой. — Как расстегнуть, так ты можешь, а застегнуть – слабо? — Усмехается Райдос, протягивая руку помощи. Марьяна встаёт на ноги, чуть пошатываясь, но не принимая никакой поддержки. — Я сама могу дойти. — возмущённо отвечает Романова, на ватных ногах шагая к выходу, ощущая, как кровь стекает с ран. — И не сомневалась. — коротко говорит Виктория, замечая очередную вспышку гордости женщины. В телефоне она что-то быстро набирает, идя за шаманкой. Стоит им только выйти на улицу, как там, у самих дверей, стоит такси. — Нам сюда. — говорит ведьма и, пока Марьяна не успевает опомниться, садит её в машину. Половину дороги приходилось слушать слова Романовой о том, что ей надо домой. Благополучно проигнорировав всё, Вика оплатила такси и вышла, вытаскивая за собой коллегу. Прозвучало ещё немного недовольств от шаманки перед тем, как они вошли в уютную квартиру ведьмы. — А муж твой где? — Был первый вопрос гостьи, как только она переступила порог дома. — В командировке. — уклончиво ответила ясновидящая, не желая трепать эту тему. Разбувшись, она прошла в дом, указывая знакомой путь к спальне. — Ляг там на кровать и жди меня. — Я не буду с тобой спать. — недовольно произносит женщина, заставляя Вику остановиться. Хозяйка дома оборачивается и строго смотрит на Марьяну, понимая, что по-другому на неё не подействовать. Из-за боли в ногах она, действительно, на носочках шагает в указанную комнату, оставляя за собой небольшие капли крови. Сама хозяйка заходит с медицинской аптечкой спустя несколько минут. Она распологается у ног Романовой, осматривая все оставшиеся после танца порезы. Шаманка шипит и тихо вхлипывает, когда ведьма обрабатывает её раны атисептиком. Когда бинты были наложены, Райдос подходит к шкафу и бросает длинную футболку прямо в руки Марьяне, а сама уходит в душ. — Ты не думаешь, что мне тоже нужно принять ванну? — Принимай ванну такой, какая она есть. — Виктория издаёт тихий смешок, прорабатывя в голове формулировку её гостьи. Пока та не успела ответить, ведьма объясняет: — Во-первых, ты пьяна; во-вторых, я наложила тебе бинты. — И мне будет больно их снимать. — на выдохе ворчит женщина, зажмуривая глаза. Её одежда уже висит на кресле, а сама она переодета в футболку Виктории. Пока хозяйки не было, шаманка укрыла себя одеялом, не желая покидать постель. — Почему-то ты не думала о боли, когда танцевала на стекле. — замечает Райдос, из-за чего Романова расплывается в самодовольной улыбке. — Вик, скажи мне, сколько раз я уже признавалась тебе в любви? — Задаёт вопрос шаманка, подползая ближе к женщине. — Не считала. — как ни в чём не бывало, отвечает она, обращая всё своё внимание на Марьяну. — Раз десять точно. — заливается звонким смехом коллега, из-за чего хозяйка квартиры буквально перестаёт её понимать. — Я люблю тебя. Райдос хмурит брови. Все прошлые "признания" были лишь тогда, когда Вика что-то делала для Марьяны. Тогда она бросала такие слова на ветер. Также как и Косте, как и Владу, как и Лине. Сейчас это было слишком неожиданно. — У тебя есть шанс показать мне, как ты меня любишь. — решает сказать Виктория, чтобы наконец-то понять женщину. Конечно, её смущало пьянство, но это был шанс. Единственный шанс узнать всё. И тогда их губы сомкнулись в поцелуе. Романова не выпускала Райдос, придерживая женщину за подбородок одной рукой, пока другая поглаживала щёку. Сердцебиение обеих значительно усиливалось. Шаманка не желала медлить. Игнорируя лёгкие пощипывания в стопах, она стянула к краю кровати ведьму, устраиваясь у её бёдер, раздвигая ей ноги. — У нас есть мужья.. — тихо пытается напомнить Вика, однако сама, всё ещё в ступоре, не отстраняется. Её ночнушка резко задирается. — Марьяша.. — произносит она, и эти слова, кажется, подталкивают Романову к большему. Женщина, не церемонясь, не слушая слова ведьмы, отодвигает ткань её трусов. Пальцами она отодвигает складки влагалища, открывая себе лучший вид на клитор, после чего уверенно засасывает его. Играясь языком, она то отпускает, то вновь берёт его. Вика старается издавать как можно меньше звуков, чтобы её не слышали соседи, однако, когда оргазм готов подступить, её тело содрагается, а из уст вырываются громкие вскрикивания. Шаманка быстро входит тремя пальцами в женщину, сразу же сгибая их. Тут же вокруг пальцев всё сжимается. Марьяна ликует, когда, отпустив Райдос, может насладиться тем, как та выгинается в постели. Тело всё ещё дрожит, а стоны постепенно становятся тише. Дыхание приходит в норму, пока коллега одаривает шею и ключицы тёплыми поцелуями. — Люблю тебя. Сильно. Только тебя. — произнесла шаманка, падая на кровать, укладываясь рядом с женщиной. Накрытые тёплым одеялом ведьмы заснули, просыпая всё время до самого полудня. На следующий день Вика не решалась говорить о событиях ночи, видя вялое состояние Марьяны, боясь, что она ничего не помнит. Они обе сидели на кухне и молча пили зелёный чай, пока гостья первой не произнесла: — Я сумела показать, как люблю тебя?