Разве королю может быть одиноко?

Это майское утро было солнечным и тëплым, приятным и светлым – но на душе Эрета было глухо и пусто. Он беспокойно ходил из стороны в сторону по комнате, судорожно смотря на дверь. Вчера капитан его лейб-гвардии Паффи сообщила, что, возможно, еë гвардейцам удалось выйти на возможного убийцу его брата – и эта новость лишила короля спокойного, да и вообще любого сна. Потому с утра пораньше он уже был в кабинете, не вспоминая даже про остывший чай на столе. Почти два месяца поисков, постоянная тревога, подскакивания по ночам от мыслей о том, что неизведанная магия может дотянуться и до него… Эрет почти отчаялся отыскать виновника. И его можно понять – круг подозреваемых невероятно сужало то, что искали они обладателя магии. Где найти колдуна или ведьму рядом со столицей? Нигде, в этом был убеждён и король, и капитан. По крайней мере, до вчерашнего. В каком стоге сена Сапнап нашёл эту иголку не знал никто из его начальников, и потому Паффи выражала свой «лëгкий» скепсис… Но у Эрета не было выбора. Он хотел ответы. Он хотел хоть какую-то зацепку. – Эрет? Король вздрогнул, выйдя из своих тяжёлых размышлений и дёрганно обернулся к вошедшей Паффи. Она слегка поклонилась по привычке, а затем посмотрела прямо в белые глаза правителя и взволнованно произнесла: – Сапнап вернулся. Тебе пора в тронный зал. То, как шумно Эрет сглотнул, было отчётливо слышно в повисшей тяжёлой тишине. Его пальцы слабо дрогнули от волнения, и едва различимо забегал взгляд. Капитан сделала пару шагов навстречу и осторожно положила руку на чужое напряжённое плечо. – Всё будет хорошо. Не переживай об этом, я могу гарантировать, что прослежу за безопасностью, – по-своему истолковав реакцию короля, успокаивающе отозвалась Паффи, стараясь поймать его взгляд. Но парень точно знал, что не боится, что колдун способен сделать с ним нечто подобное тому, что убило брата. Нет. Эрет испытывал лишь острое, почти болезненное в этот миг волнение. Он не был готов поистине поверить, что через считанные минуты увидит лицо того, по чьей вине пережил, пожалуй, самые кошмарные в своей жизни ночи, полные тревог и слёз. – Я в порядке, – глухо отозвался король, осторожно убирая руку с плеча. – Спасибо за твои старания, Паффи. Мне действительно пора. Он торопливо вышел из кабинета – и чувствовал дрожь в коленях, пока пересекал коридор. Хотелось упасть, но Эрет стиснул зубы, понимая, что не должен показать слабость. Он должен взять себя в руки. Ради брата. В тронном зале пока что было пусто, лишь стража стояла у основных массивных створок. Король юркнул в помещение через одну из менее приметных дверей, и, стараясь идти не так быстро, взошёл на подъём, опустившись на трон с ощутимым облегчением – теперь он хотя бы мог расслабить ватные ноги. Эрет неровно выдохнул, до побелевших костяшек сжал подлокотники, сводя брови. Всего миг – и он сможет наконец выпустить скопившуюся в душе праведную ярость за смерть самого близкого ему человека. Он сможет сорваться, закричать, выплеснуть столь старательно сдерживаемую истерику. Эмоции уже подступали к горлу – и парень слышал глухие шаги в коридоре. Однако когда двери зала распахнулись, и гвардейцы втащили «виновного», король явственно осëкся, мгновенно остывая – Да иду я, иду! Ау, аккуратней, я вам не мешок с картошкой, черти Отцовские! – Девушка шипела, раскидываясь проклятиями в адрес ведущей еë под локти стражи. Висячие овечьи уши то и дело дëргались, то ли от раздражения, то ли в попытке привыкнуть к отсутствию на них тяжëлых серëжек. Гвардейцы остановились со звонким стуком каблуков – тëмный кончик носа преступницы вздëрнулся, когда она громко фыркнула в ответ на это. Вперëд выступил третий – он позволил себе снять шлем и поклонился, чуть растрепав чëрные, по-военному подстриженные волосы. – Ваше Величество, смею утверждать, что мы поймали преступницу. – Еë фиолетовые глаза с узким горизонтальным зрачком быстро закатились. – Она ближайшая и, насколько нам известно, единственная ведьма в округе. Жители не раз говорили, что из-за неë часть леса недоступна для промысла и охоты, а всë из-за диких растений… – Ой-ой, будто крапивой убить можно! У вас будто детства не было и вы еë палкой никогда не били, – скорчила издевательскую мину девушка, и зашипела, когда в ответ на это ей сильнее сжали плечи. Гвардеец, злобно сверкнув на неë глазами, вновь обратился к королю: – Даже несмотря на оказанное сопротивление, нам удалось задержать еë. Прикажете отвести в темницу? Эрет медленно втянул носом воздух, удерживая повисшую в воздухе тишину. Он слишком хорошо запомнил эти черты странного, нечеловеческого почти лица – ведь никогда не видел никого похожего на неë. Полгода назад, когда он был ещё принцем и даже помыслить не мог, что станет полноправным королëм, эта ведьма спасла его, позволила уйти из еë запретного леса и даже залечила. Как бы не хотелось злиться… Это было бы свинским ответом на еë благодарность. – Нет, – наконец, выдохнул Эрет, заставляя гвардейца непонимающе вскинуть бровь. – Отпустите её. И оставьте меня наедине с ней. Все. – Но… – Сапнап, это приказ. Гвардеец сжал губы, но кивнул, махнув своим подчинëнным. Селена надменно фыркнула, когда её плечи наконец отпустили, и она с горделивым видом проводила стражу. Напоследок поймала злобный взгляд Сапнапа – он выругался себе под нос, запнувшись об подножку пленницы. Желание ударить нахалку пришлось подавить, и потому пострадали лишь двери, которые гвардеец сильно захлопнул. Только когда в зале не осталось никого, Эрет не очень по-королевски вскочил с трона и спешно спустился со своей возвышенности, торопливо подойдя к девушке, что уже тоже успела обернуться к нему и сейчас её мрачный взгляд был прикован к правителю. Кажется, и она его узнала. Иначе не объяснить ту цепкость, с которой она оглядывала пышные струящиеся волосы, побледневшее с последней встречи лицо, заглядывала в белоснежные растерянные глаза и без зазрения совести скользила взглядом по его фигуре, заметно остановившись на том боку, где под камзолом был спрятан едва различимый шрам полугодичной давности. – Я надеялась больше тебя не увидеть, – наконец, холодно прошипела ведьма, пронзительно уставившись в чужие глаза. – Но, видимо, зря надеялась. Будто люди знают, что такое «благодарность». – Селена, ради Отца, мне жаль, что это произошло, – спешно начал оправдываться Эрет, – но я не знал, что Сапнап приведёт именно тебя. Если бы я имел представление, я бы… – Как мило, что ты запомнил моë имя, Эрет. Или к королькам не принято обращаться по имени? – язвительно прервала его девушка, даже не желая вслушиваться. – О, простите, если бы я имела представление, кто вы, когда заливала вам бок зельями, то обязательно бы делала это в поклоне. – Прошу тебя, дай мне... – О да, тебе нужно меня просить! – резко плюнула Селена, сделав угрожающий шаг к королю, заставляя его отпрянуть. – Просить, чтобы я не прокляла тебя и всю твою дрянную стражу! Лучше отпусти меня по-хорошему, и может я сделаю вид, что этого не было по старой памяти. Парень готов был поклясться, что в её взгляде так и читалось «одно неверное слово, и я исполню свою угрозу». И ему действительно хотелось отпустить еë, но... – Я не могу, Селена. Он проронил это тихо, но с твëрдостью в тоне, от которой ведьма вскинула уши, будто желая убедиться, что не ослышалась. – Ты… не можешь? – давя каждое слово дрожащим от злости голосом, проговорила Селена, сжимая кулаки до побелевших костяшек. – Если я просто дам тебе уйти, тебя не оставят в покое, понимаешь? – Эрет осторожно поднял взгляд к еë глазам. – Люди будут уверены, что ты виновна, что бы я не говорил. Я не хочу подвергать тебя и твой лес опасности, потому что я правда благодарен тебе за то, что ты сделала! Король видел, что она не успокоилась, но теперь ведьма хотя бы не спешила вновь рычать от ярости. Лишь хмуро свела брови и процедила: – И что ты предлагаешь делать, благодарный ты наш? – Я... Я хотел бы предложить тебе подобие сделки. – Девушка скривила губы и вскинула бровь, и Эрет медленно уточнил: – Но сначала... Ты знаешь, в чëм тебя в принципе обвиняют? – В том, что я нечистая сила из леса? – иронически усмехнулась Селена. – Значит, Сапнап не сказал... – больше себе под нос проговорил парень, а затем громче пояснил: – Дело в том, что тебя считают виновной в смерти короля. – Ты вроде бы ещë живой... – Речь не обо мне, – прервал еë король, и едва слышно сглотнул. – Речь о моëм старшем брате, Фулише... Он погиб полтора месяца назад из-за... Я не знаю, что это, что-то вроде магического растения. Поэтому мы полагали, что убийца – ведьма или колдун... – Шаман, – коротко поправила Селена. – В общем... Ты единственная ведьма в округе, поэтому Сапнап посчитал тебя самой вероятной виновной и... – Я поняла уже. Ближе к твоей сделке, королëк, не испытывай моë терпение. Эрет глубоко вдохнул. – Ты поможешь нам найти настоящего убийцу Фулиша. А взамен, – быстро продолжил он, заметив как Селена приготовилась возмутиться, – я обещаю всë, что пожелаешь. Абсолютно всë, начиная от города во владение и заканчивая... – Ты отпустишь меня и запретишь твоим людям соваться на мою территорию, – прервала ведьма, пристально посмотрев в белые глаза. Король примирительно кивнул. – Я назову почти весь этот лес закрытым королевским заповедником и сделаю всë что в силах закона, чтобы никто не охотился и не гулял там. И, конечно, сниму с тебя все обвинения и запрещу преследовать как ведьму. – Ты что-то недоговариваешь, – проговорила Селена после долгой паузы. – Слишком радужно. Как мне найти убийцу по-твоему? Что если он вообще уже сам сдох? – Мне нужно просто знать, кто это, даже если мы найдëм его уже мëртвым. Я обеспечу тебе все полномочия, чтобы ты могла достать любую информацию, что тебе понадобиться. Но... – Эрет замялся, и девушка мгновенно подняла уши. – Но? – Ты должна понимать, что я не могу на это время позволить тебе уйти. Ты должна быть здесь, при дворе, пока мы не найдëм виновника. Всë же... Мы не настолько знакомы, прости. – Боишься, что ускользну от взора? – криво усмехнулась Селена, а затем вновь помрачнела, пробормотав: – Несколько месяцев взаперти в этом каменном мешке... И это только в лучшем случае... Но я полагаю, выбора в любом случае нет... Она тяжело вздохнула, с неохотой ответив: – Ладно, Мать с тобой... Но если ты хочешь результат, мне нужны мои вещи. Ведьма бесполезна, если не может сварить зелье. – Ты можешь сказать или написать всё, что тебе нужно, и Сап… – Нет-нет, я не позволю твоим псам копаться в моих вещах и особенно в моём доме, – быстро мотнула головой девушка. – Я сама заберу их. Тем более я лучше всех знаю, что и где лежит. – Но я не могу дать тебе уйти одной. Я хочу верить твоим словам, но пойми мои опасения – кто-то должен тебя сопровождать. – Почему бы тебе это не сделать? – вдруг вскинула голову Селена, и её губы исказились в наглой ухмылке. – В конце концов, если ты действительно хочешь найти этого магического убийцу-тупицу, то тоже делай что-нибудь! Я не буду делать всё за тебя как прислуга, знаешь ли. Придётся запачкать свои королевские ручонки, Вашество. Эрет заметно стушевался, словно пытаясь подобрать слова оправдания, но ведьма, уже по этому всё поняв, самодовольно фыркнула. – Дай угадаю, ты испугался за свою шкурку? Боишься, что злая ведьма убьёт тебя и прикопает в лесу? – Она оскалилась, а затем почти спокойно произнесла: – Если так страшно, можешь взять своих дурацких гвардейцев. В конце концов, никто из нас не поднимет мой тигель, а я без него как без рук. Селена показательно звякнула кандалами, выжидающе смотря на короля. Он колебался, и она уже хотела выдать новую колкость, когда парень наконец произнёс: – Ты права. Будь по-твоему – я попрошу Сапнапа и нескольких его людей сопровождать нас. И снять с тебя эти кандалы.

***

– Ты не говорила, что живёшь настолько глубоко в лесу… – пробормотал Эрет, когда очередной кустарник цепанул его за полы мундира, а сапог вновь едва-едва ушёл от возможности споткнуться об сильные древесные корни. – Ровно также, как вы не говорили, что живёте во дворце, Вашество, – парировала Селена; в отличие от многострадального короля, её ветки словно уважительно избегали, и потому она быстро пересекала лес, почти перелетая через корни и камни. Гвардейцы, во главе с уже названным Сапнапом, тщетно пытались поспеть за обоими, пока деревья злостнее всего пытались выколоть им глаза. Сильнее всего лес тормозил замыкающую процессию телегу, и ржание лошадей сопровождало их движение. – Это не одно и то же! И… И вообще тогда некогда было… – словно оправдываясь, отозвался Эрет, айкнув от царапнувшей по щеке ветки. – Кому как, кому как, – хмыкнула спутница. – Как Сапнап вообще до тебя добрался? – Я тогда была не дома, в лесу, даже не на своей территории. Будь я у себя – он бы вернулся к тебе с таким видом, словно его собаки пожевали и выплюнули. – В голосе ведьмы послышались холодные нотки, от которых Эрет передёрнул плечами. – А… А как ты меня дотащила в тот раз? – решил немного сменить тему он, дабы не бесить лишний раз и без того напряжённую этой ситуацией Селену. – Волки помогли. И твой конь. – Девушка остановилась, позволяя королю догнать её, и лишь когда он поравнялся с ней добавила: – Да и ты в целом недалеко был. Ты даже не заметил, насколько далеко в лес забрался? – Во время охоты за таким сложно уследить… – Парень пожал плечами. – Если бы я знал, что попал на запретную территорию, я бы развернулся и уехал, честно. – Верю, – скептично изогнула бровь ведьма. Впрочем, по голосу было слышно – верит она слабо. Однако тему никто не продолжил. Селена махнула рукой, и вновь зашагала вперёд, и, наконец, вскоре вывела Эрета и сильно отставших стражей на заветную поляну. Здесь устроился дом, который король бегло видел более полугода назад – на удивление, запомнился он на порядок больше, чем был на самом деле. Довольно просторную территорию вокруг огородил забор, явно не нужный для защиты, больше для банального удобства: отделить небольшой садик от основной массы леса, к примеру. А ещё на этом самом заборе можно было заметить странные нити, перья, камни причудливых форм, складывающиеся, кажется, в какие-то символы, если долго вглядываться. Но сейчас парень с куда большим любопытством смотрел на строение – низенький, старый и неведомо как не развалившийся от времени дом, который, наверное, куда вернее было скромно обозвать «халупой». Однако… От него словно веяло странной атмосферой своеобразного уюта. Будто бы от деревенского дома бабушки, пропахшего свежим хлебом и молоком, цветами и этим особым запахом летней духоты, что стоял в деревянных домах. – Вашество никогда не видел так близко крестьянский дом? – заметив, насколько долго Эрет водил глазами по зданию, усмехнулась Селена, на что король резко отрицательно качнул головой. – Скорее… С трудом представляю, как он ещё держится. И как ты тут живёшь. – Магия, – беззаботно отозвалась ведьма, направившись к родному жилищу. А лишь затем пояснила толком: – Он не настолько старый, как кажется. По крайней мере, если знать, как вообще выглядят нормальные дома, а не каменные башни твоей обители. – Я знаю, как выглядят нормальные дома… – тихо заметил король, впрочем, не стремясь быть услышанным. Он лишь поспешил было за девушкой, но Сапнап быстро выступил вперёд, догнав Селену первей и прошипев: – Учти, в твоих же интересах не выкидывать никаких фокусов. Король, может, и дал тебе поблажки, но если что-то будет ему угрожать… – Угрожать что-то будет только тебе, σκύλος [skýlos], – прорычала она в ответ, ускорив шаг. Гвардейцу пришлось подавить желание огрызнуться вновь, ведь как раз к этому моменту Эрет нагнал их, подойдя к крыльцу. И тут же отпрянул, услышав злобное утробное рычание из-за двери, и громкий грохот, словно нечто бьётся сотней копыт о деревянный пол или в бессильной ярости раздирает дерево когтями. На миг подумалось, будто бы по ту сторону пробудился какой-то из злобных духов, и через считанное мгновение он вырвется и… – Лю-ю-юси, это я, можешь не беситься! – весело крикнула Селена, и грохот с рычанием затихли мгновенно. – У нас гости, но я сама им разрешила. Дверь толкнули, открывая – тяжело описать удивление на лицах всех пришедших, когда по ту сторону оказалось не чудище, а всего-навсего овца, с серебром на дёргающихся ушках и словно бы каким-то лёгким свечением в шерсти. Она радостно заблеяла, кидаясь к ведьме, позволяя ей обнять себя за шею и потрепать по голове. – Как эта овца умудрилась зарычать?.. – пробормотал Сапнап с явным отвращением в тоне, спешно осеняя себя кругом: движением руки ото лба через правое плечо, взывание к силам Отца. – Потому что Люсинда не просто овца, – прохладно поправила Селена. – Она мой фамильяр. У неё тоже есть магические способности, поэтому она закономерно использовала их чтобы защитить наш дом от вторженцев. – Интересное имя, – подал голос Эрет, желая немного разрядить накалённую обстановку между ведьмой и гвардейцем. Девушка глянула на него с холодной усмешкой, но от пояснений воздержалась. Вместо этого она выпрямилась и вместе со своим фамильяром двинулась в сторону открытой двери – король лишь пожал плечами в ответ на вопросительный взгляд Сапнапа, и поспешил следом, расценив это как довольно недружелюбное немое приглашение. Внутри дом и вправду не казался столь старым, как снаружи. Здесь было не так много места, но каждый сантиметр был использован по максимуму – каждая поверхность была забита вещами, вроде склянок, цветов, венков, перьев, тканей. На паре крючков у входа висел лишь тёмный плащ и плотный, наверняка тёплый балахон. Свет в эту небольшую прихожую проникал через маленькие окошки, и дополнялся маленькими магическими огоньками в железных клетках застеклённых ламп. – Что ж – добро пожаловать в мою обитель ещё раз, королёк. Я сказала бы, чтобы ты чувствовал себя, как дома, но лучше не расслабляйся. Селена бегло обтëрла копытца на сапогах об тряпку на пороге и ловко проскочила вглубь, в ту самую комнату, которую Эрет узнал сразу же: именно тут он пришёл в себя в тот раз. Всë как прежде: ветки, запах леса, котëл и даже лежанка, на которой он пришëл в себя, тут же. – Так, что тебе… – начал раздражённо вошедший следом Сапнап, но осёкся, когда ведьма не только не обратила на него внимания, но ещё и показательно проскакала в комнату, любовно подхватывая и обнимая… пастушью палку. Крепкая, но изящная, из светлого дерева, с привычным крючковатым концом, увешанным разноцветными лентами и нитями с нанизанными на них бусинами, перьями и блестящими камушками. – Люби-имый, как же я соскучилась, – промурлыкала Селена, довольно щурясь. Люсинда также одобрительно бекнула, гордо процокав к хозяйке. – Ты бы ещё засосалась с этой палкой, овца… – брезгливо поморщился гвардеец. – Чем она такая особенная? Тоже что-то магическое? – Конечно! – Ведьма почти возмутилась в ответ на любопытство короля. – Это мой посох, я без него в колдовстве вообще как без рук! Пресекая дальнейшие вопросы, она гордо махнула палкой и указала на вошедших следом гвардейцев, поëжившихся под этим жестом. – Так, давайте, пришли помогать, значит слушайте внимательно! И только попробуйте что-то уронить, оно вас быстрее меня проклянëт! Стражники, явно впечатлившись командирским тоном ведьмы, быстро закивали, а затем, наконец, взялись делать то, зачем пришли: под чутким руководством хозяйки избы выносить разного рода вещи, от одежды до баночек со странным содержимым и связанных пучков (животных…?) костей. Эрет предпочитал не вмешиваться, да и даже от вопросов себя по-большей части удерживал. Сапнап, как бы его это не раздражало, тоже включился в работу грузчиком, пусть и чаще остальных отлынивал, ссылаясь на свой высокий статус. С горем пополам, кряхтя и морща красные от натуги лица, под конец гвардейцы всё-таки вытащили из избушки внушительный тигель, погрузив его на заскрипевшую телегу. Возничий уже нервно перебирал поводья, с трудом представляя, как ему удастся выбраться из леса и не потерять свою ношу где-то среди недружелюбных деревьев. Селена одобрительно хмыкнула вслед последним стражникам, подхватила звенящую от амулетов палку и… – Зачем тебе это? – Сапнап напрягся, и рука его мгновенно потянулась к ножнам на поясе, стоило ему заметить, как ведьма сняла со стены ножны из чёрной кожи, из которых торчала костяная резная рукоять. Она же лишь дёрнула ухом. – Пригодится. – Оружие во дворец ты не пронесёшь, – безапелляционным тоном заявил гвардеец; его каблуки цокнули, когда он сделал к Селене угрожающий шаг, на что она вызывающе вскинула голову. – А что, ты так сильно испугался за свою шкурку, собака? – прошипела девушка в ответ, почти не меняясь в беззаботном лице; только улыбка стала более хищной. – Я исполняю свой долг по защите Его Величества, дрянь, – тихо лязгнул меч, стоило Сапнапу взяться за рукоять и показать небольшую долю блестящего начищенного металла. Он не побрезговал бы им воспользоваться. Люсинда почти зарычала, а Селена мрачно оскалилась, и воздух словно бы накалился, едва не треща от напряжения. Здесь ведьма на своей территории, и никому не спустит с рук такое обращение. – Сапнап! Селена! Их близкую к началу драку прервал Эрет, вернувшись в дом и в пару шагов нагнавший их, мягко, но настойчиво выставляя руки между ними. Оба отступили с неохотой. С ней же Селена успокоила фамильяра, а Сапнап выпустил меч. – Она хочет пронести оружие во дворец, Ваше Величество, – не преминул процедить гвардеец. – Ох, конечно, ведь одного кинжала достаточно чтобы вырезать охрану целого дворца, – съязвила ведьма, вызывающе покручивая в руках ножны. – Я полагаю, это для чего-то нужно, – миролюбиво начал Эрет, и получив кивок девушки, выдохнул: – и в таком случае я не вижу проблемы. Паффи действительно хорошо справляется со своей задачей охранять меня, и один кинжал едва ли будет ей проблемой. Сапнап хотел было возразить, и даже набрал воздуха в лëгкие, но не успел – Селена самодовольно хмыкнула, гордо проходя мимо гвардейца на выход под торопливый цокот копытц Люсинды. – Пожалуйста, не ругайся с ней лишний раз. Мне очень важна еë помощь, – тихо произнëс король напоследок, панибратски положив руку на плечо стражника. Тот стиснул зубы, но кивнул. Снаружи их ждала интересная картина того, как Селена, плюхнувшись рядом с возничим, оживлëнно наставляет его на то, как правильно ехать, и не стесняется излишне дружелюбно хлопать его по спине – так, что тот пару раз почти свалился. Благо, ничем иным дорога назад не запомнилась.

***

Эрет уже успел скинуть тяжëлый мундир и регалии, когда ему дали знать, что Селена хотела его видеть. Было необычно, что у кого-то во дворце есть право вот так бесцеремонно вызывать к себе самого короля, но желание возмутиться пришлось проглотить. Она ведьма, и она пытается помочь. С ней лучше не ругаться. Поэтому парень в одной рубашке быстро пересекал коридоры, припоминая, где он сам же приказал разместить гостью. Одни из гостевых покоев, в которых обычно останавливались вельможи, а сейчас – девушка из леса. Осторожно постучавшись и заглянув, первое, о чëм Эрет подумал, был как раз лес – комнату снова наполнил этот стоячий пряный воздух, похожий на тот, что был в избушке. Наверное, ведьмы всë вокруг себя умели уподобить своему дому. – Мог бы ползти ещë медленнее, – заметила Селена, стоявшая у окна. Она вновь звучала расчëтливо и строго, и от того королю стало почти неловко. – Входи и закрой дверь. – Ты хотела меня видеть? – Он послушно вошëл, и в этот миг ощутил мурашки по коже. Наедине с колдуньей в комнате, гораздо меньше тронного зала, с ближайшим постом стражи в конце коридора, парень отчëтливо различал висящее в воздухе напряжение на грани с тревогой. – Я не верю в твои слова, – без предисловий начала она. – Но ты обещал, что будешь делать всë, что я скажу, если это поможет поискам, так? – Так… – медленно кивнул Эрет, не понимая, к чему ведьма клонит. – Мне нужна гарантия. Я не хочу быть повешенной после своей помощи, мне хватило того, что я оказалась здесь после того, как позволила себе глупость выпустить единожды смертного из своего леса. – Селена, я обещаю… – Нет, – холодно оборвала она. Девушка отошла от окна, и только сейчас Эрет увидел в еë руке кинжал, блестящий хищным голубым на узорном лезвии. Король мгновенно отпрянул, и ведьма отчëтливо видела его хлынувший страх. – Мне нужно нечто большее, чем пустые речи. – Что ты задумала?! – Парень отступил ещë на шаг, напрягшись всем телом: если понадобится, он не постесняется даже ударить девушку. Но та даже не сменилась в лице. – Я хочу, чтобы ты дал мне кровавую клятву. И прекрати вести себя как кролик – я в ловушке куда большей, чем ты, королëк. Ты здесь на своей территории, и правило превосходства хозяина уважает любая ведьма. Эрету, может, и стоило бы не умерять бдительности – но еë голос настолько напоминал сталь в своей уверенности, что он как-то неосознанно расслабил мышцы, впрочем, не отводя глаз от лезвия. – Мы сделаем надрезы на ладонях, и нашей кровью скрепим обещания. Если кто-то из нас обманет или попытается убить другого ради неисполнения условий – то тут же ощутит, какого это, когда действительно кипит кровь. Согласен? Король помолчал лишь мгновение – а после с уверенно кивнул. – Если это залог твоего спокойствия, то будь по-твоему. Селена странно поморщилась и дëрнула ухом, а затем кивнула на ковëр в центре, первой подходя и садясь, подминая под себя юбку. Эрет замялся лишь на пару мгновений, прежде чем сесть ровно напротив. Они на несколько долгих мгновений столкнулись взглядами, словно пытаясь изучить один другого. Но оба были нечитаемы – Селена умело скрывала все свои мысли за холодом в глазах, а белизна короля была безмолвна. Наконец, девушка нарушила их тяжëлую тишину, сорвав с руки перчатку. Ведьма выдохнула, а затем поднесла кинжал к открытой, незащищённой ладони. Только сейчас Эрет смог разглядеть на ней небольшие царапинки и грубую кожу – что-то, чего никогда не найдëшь у изнеженных леди. – Смотри, что делаю я, и сделай то же самое после, – произнесла Селена негромко, прежде чем повысить голос, делая его почти торжественным, но слишком металлическим, чтобы воодушевлять: – Я, ведьмой наречëнная Селена, взращëнная колдовской матерью Софронией, кладу на алтарь всевластных духов кровь и душу свои и клянусь, что не найду покой, пока не отыщу убийцу короля Фулиша и не поднесу его свежую или гниющую голову к ногам короля Эрета. Ορκίζονται [orkízontai]. Прежде, чем она успела произнести последнее имя, кинжал в еë руке словно бы сам дëрнулся, оставляя глубокий след на ладони, рассекая еë по диагонали. Эрет не успел даже встревоженно узнать, как она – не разжимая зубов, Селена протянула оружие королю, сдавив пальцы на его лезвии. Монарх завороженно взялся за мягкую, обитую кожей рукоять, упëр пальцы в гарду, и сглотнул. Он полагал, что не сразу сообразит, что требуется сказать ему, дабы не ошибиться – но стоило приоткрыть губы, как слова полились сами по себе, словно его устами вещало нечто иное: – Я, от рождения наречëнный Эрет, Наследник Солнца и Алый король, кровь от крови Малахитового короля Дрима Безжалостного, кладу на алтарь всевластных духов кровь и душу свои и клянусь, что не найду покой, если не дарую ведьмой наречëнной Селене волю уйти и защиту еë землям за еë помощь в моëм отмщении брата, Золотого короля Фулиша. Ορκίζονται. Серебряное лезвие хищно блеснуло в такт последних слов короля – он стиснул зубы, резким движением расчерчивая ладонь, по линиям которой поползла ленивая кровь. Пальцы Селены сдавили его руку с неожиданной для девушки силой, и Эрет запоздало ответил, сжимая её в ответ. – И пусть Ткущая Сумрак будет свидетельницей нашей клятвы, и пусть Багряная Виночерпия наполнит свой кубок кровью клятвопреступника, – ведьма почти прошипела, её пугающе мрачный взгляд прикован к чужим глазам неотрывно. Место раны словно прижгло, меж ладоней брызнул алый свет, и королю захотелось вырвать руку, но девушка удержала еë вплоть до момента, пока свет не погас, а жар не схлынул. Стоило ей разомкнуть их рукопожатие, как Эрет уставился на ладонь – свежий порез сменился шрамом, не настолько старым, чтобы стать почти незаметным, но достаточно зажившим, чтобы прикосновения не причиняли боль. – Он исчезнет, когда выполнишь клятву, и откроется, если преступишь, – заметив, как пристально парень разглядывает след, спокойно пояснила Селена. Взяв кинжал, который король выронил где-то в середине их клятвы, она как ни в чëм не бывало поднялась, вкладывая его в тëмные ножны. Эрет успел увидеть, что на лезвии нет крови. – Теперь ты спокойна? – уточнил монарх, поднимаясь на слегка подрагивающие ноги. То ли от усталости, то ли от послевкусия магического ритуала, тяжëлый дух которого висел в воздухе до сих пор. – Теперь я не буду оглядываться на тебя, ожидая, после какого моего открытия ты воткнëшь мне нож в спину, – туманно отозвалась ведьма, хмыкнув. Затем оглянулась на Эрета и вскинула бровь. – И чего ты стоишь? Всё, больше не смею задерживать Вашество. – Я лишь… Хотел убедиться, что всё в порядке. Тебе нравится комната? Селена вновь странно дёрнула ухом, прежде чем в лоб спросить: – Почему тебя это так волнует? – Я просто хочу, чтобы тебе было удобно. Ты ведь при дворе как главная помощница в расследовании, а не пленница. – А по тому, что я не могу уйти, так и не скажешь… – криво усмехнулась ведьма, но прежде, чем Эрет успел снова что-то сказать, махнула рукой. – Ладно-ладно, не хочу опять слушать твои оправдания, они уже в глотке. Иди давай, меня всë устраивает тут. Король удержал в груди тяжёлый вздох. Ей нужно было время – и пусть навязчиво билась мысль о том, как его мало, парень кивнул и подошëл к двери. – Доброй ночи, Селена, – проронил Эрет, слегка улыбнувшись ей, прежде чем выйти. Ближайшие дни обещали быть трудными.