Счастливы вместе

Очередной кошмар, холодный пот, стекающий по спине и липкие простыни душат её. Окно нараспашку, глубокий вдох и бешено колотящееся сердце. Лиза думает, что это должно пройти. Так сказали врачи. Диагноз не приговор. И справка, на которой размашистым почерком выведено четыре буквы, всего лишь дурацкая бумажка. У нее таких куча. ПТСР. Да, мать очень постаралась, притаскивая домой в хлам пьяного мужика, который в последствии превратил Лизину жизнь в ад. Она хочет то будущее, о котором мечтает каждый день. Каждый день, когда глотает таблетки, в попытках облегчить душевную боль, когда закусывает костяшки рук, только бы не кричать от воспоминаний, разрывающих мозг. Когда наконец не выдерживает и сама приходит в стерильно чистую палату с немногочисленными пожитками. Тяжелая атмосфера комнаты и приглушенные вопли соседки, постепенно смолкающей под действием успокоительного, давят на неё. Сбегает на свежий воздух, находит пустую лавочку во внутреннем дворике и садится на неё, обнимая колени руками. Прикрывает глаза, краем уха слышит шорох неподалёку. Неохотно поворачивает голову, поглядывая в сторону источника шума. Замечает высокую блондинку с сигаретой в зубах. Та стоит, непринужденно опираясь на ствол дерева, чиркает зажигалкой и ворчит, когда очередной порыв ветра задувает слабый огонь. Предплечья рук плотно замотаны в белоснежные бинты, футболка с нелепым принтом и кепка с Человеком-пауком. —Чего пялишься? — лениво переводит взгляд на Лизу, делая первую затяжку. —Ничего. — демонстративно отворачивается. —Меня Крис зовут. —Лиза. —Приятно познакомиться. — спиной чувствует ухмылку девушки. —Не скажу, что взаимно.

***

Голова кружится, но сейчас ей это даже нравится. В состоянии овоща она может ни о чем не думать, не анализировать и выкинуть нахуй все то, что терзает её так долго. Накачать пациента транквилизаторами до света в конце туннеля обычная практика здесь. Да и в принципе везде, где она была. Порядок одинаковый. Либо ты выплываешь сам и держишься на поверхности, либо топишься до конца, идёшь на галлюциногенное дно, блаженно выпуская последние пузырьки ясного рассудка. Андрющенко еще не определилась. Она точно знает, чего хочет, но не уверена в том, что она может. Туманность и неопределённость давят на мозг похлеще препаратов, но девушка упорно задвигает всё подальше, накладывая сверху большой болт. Ответственность сейчас не на ней и Лиза бесцельно шатается по отделению. Вновь натыкается на новоиспеченную знакомую. Крис сидит на подоконнике, свесив ноги в открытое окно. Опять курит. —Какая встреча...— хрипло тянет та, и надрывно кашляет, когда дым попадает не в то горло. Лиза молча залазит рядом. Крис больше ничего не говорит, только изредка нервно подергивает ногой и украдкой смотрит на девушку. Медленно выпускает никотин из легких, едва заметно ёжится от пронзительного ветра. Она снова сидит в одной футболке и шортах, открывающих вид на сбитые колени. Лизе хочется сказать, чтобы та одевалась теплее, на улице давно не май месяц. Осень вступила в свои права, и золотой сентябрь сменил промозглый и сырой октябрь, срывающий остатки листьев с деревьев. Резкие капли дождя и пронизывающий до костей ветер тому подтверждение. —Захарова, бинты менять! — кричат из другого конца коридора. —Ну, мне пора, — странная ухмылочка и лёгкое прикосновение к плечу выводят Лизу из ленивого потока мыслей. Она сонно кивает и провожает взглядом чуть сгорбленную фигуру. Вопреки нежеланию заболеть, остаётся сидеть возле открытого окна до наступления темноты.

***

Они чаще видятся. Кристина будто намеренно ошивается возле её палаты. Лиза делает вид, что не замечает, но каждый раз ждёт её появления и радуется, когда беспокойную соседку переводят в другую палату. Уговаривает медсестру позволить Захаровой переехать на свободное место и прячется за холодным "не ожидала тебя здесь увидеть". Кристина все понимает. И Лиза узнаёт, что та ненавидит курить, но любит заполнять дымом бесполезные пустые часы, проведённые здесь. Любит честных людей и ненавидит бинты, из-за которых ужасно чешутся порезы под ними. Узнает, что им обеим нравится проводить время вместе. Захарова закрепляет свои слова осторожным поцелуем и Лиза тонет в ощущениях. Её первое настоящее прикосновение. Робкое и нежное. Перемешивается с теми грубыми, жадными и мокрыми. Мерзкими. Отпихивает девушку от себя. Кристина, кажется, умеет читать мысли. Без лишних слов выходит из палаты и курит вдвое больше обычного. Лиза находит её продрогшую на той самой лавочке и крепко обнимает. Ласково перебирает светлые пряди, вылезшие из хвоста. Крис тоже обнимает её. Перебирается к ней на кровать во время очередного кошмара и шепчет на ухо разные глупости, вытирая слезы и бережно прижимая к себе трясущееся тело. Они спят в обнимку, сплетаются в беспорядочный комок из тел. Становятся одним целым. Отпустят друг друга и задохнутся. Но дышать становится ещё труднее, когда Андрющенко сообщают о скорой выписке. Она тихо заходит в палату, лишнее движение и разрушит иллюзию спокойствия. Но та разваливается на части моментально, когда девушка замечает взгляд Захаровой. Может и вправду телепат? Лиза обещает приезжать к ней каждый день, времени у неё полно. Обещает забрать девушку с собой, без неё она уже не сможет. —Я здесь останусь. — слышит тихий разбитый голос и готовится сыпать аргументами, но следующая фраза бьёт наотмашь. —Лиз, шестой раз за год. Я не справлюсь там. Андрющенко только глотает слова, долго смотрит на чужие руки. Кончик безобразного шрама уходит глубоко под бинт и Лиза плачет. Явно что-то пошло не так, потому что успокаивать сейчас должна она, а не её. Но все равно продолжает громко всхлипывать, утыкаясь куда-то в шею. Чувствует горький запах сигарет, потертые грубые ладони, так нежно гладящие её по волосам в эту минуту. Несправедливость ебанного мира. Почему именно они? Почти кричит, рвет голосовые связки, а на деле стоически задирает подбородок и выходит за ворота ненавистного места.

***

Лиза сдерживает обещание. Возвращается сюда каждый день. Они подолгу валяются на кровати и Андрющенко рассказывает о учёбе в универе, о том, что устроилась на работу и там же нашла лопающегося от глистов котенка. Забрала его домой и теперь спит с Чернышом. Кристина смеётся, хочет увидеть того, кто забрал сердце ее дамы. Лиза шутливо пихает девушку локтем в бок. Детские перепалки заканчиваются, переходят в объятия и тягучие поцелуи. Кристина хочет, чтобы это продолжалось вечность. Насильно отрывает себя от невозможных губ. Прощание выходит болезненным. Как и обычно. Ночь, утро и еще половина дня сводят с ума, ровно до следующего визита. Новость о выписке Захаровой приводит Лизу в неописуемый восторг и та судорожно помогает собирать вещи, мысленно составляя список дел, которыми необходимо заполнить все пробелы. Теперь они всегда будут вместе. Кристина лишь недоверчиво хмурится и незаметно чешет бинты, после каждого всплеска радости. Не выдерживает и оттаивает под натиском горящих глаз. Все будет хорошо. Главное, поверить в себя. В них.

***

Андрющенко спешит домой. В последний миг залетает в переполненный автобус, распихивая локтями людей вокруг. Она жутко устала за сегодня, но почти не обращает на это внимания. Лиза уже предвкушает уютный теплый вечер, ароматный запах запеченной индейки, мурлыкающий Черныш, путающийся под ногами, счастливый взгляд и касания. Их так много, что она хочет окунуться с головой и не выныривать желательно никогда. Выбегает на своей остановке, попутно чуть не сбивая женщину с ног. Та недовольно кричит ей вслед, но Лиза бежит дальше, на ходу звонко рассыпаясь в извинениях. Квартира встречает хозяйку холодом и жалобно мяукающим котом. Лиза чешет его за ухом, а сама настороженно осматривается. Видимо Крис переутомилась и заснула, забыв закрыть окно. Проходит на кухню, замечая приготовленный ужин на столе и полную пепельницу окурков на подоконнике. Неприятное чувство отдаётся внутри лёгкими покалываниями. Кристина бросила курить с тех пор как её выписали. Закрывает окно и медленно разворачивается. В ванной тоже горит свет. На цыпочках подбирается и прислушивается к звукам за дверью. —Крис, ты там? — пытается совладать с дрожащим голосом. — Я захожу. Кровавые разводы на белом кафеле моментально бросаются в глаза. Вся ванна в крови. Окровавленное лезвие. Руки. Тело. Неестественно бледная Захарова. Розоватая вода заливает пол, мочит ноги и все остальное, когда Лиза бросается к Кристине, судорожно падая на колени. —Нет, нет, нет...— хлопает ту по щекам, пытается нащупать пульс, дрожащими пальцами набирает номер скорой, попадая по клавиатуре с пятого раза. Не может выговорить ни слова, язык становится невероятно тяжелым, будто в рот насыпали песка и зашили с внешней стороны. Мир стремительно вращается, расплывается и Лиза не успевает за его движением. Отделяется от тела и наблюдает за руками, которые подбирают с пола острое лезвие. Это не так сложно. И кажется, будто совсем не больно. Резкое движение и она плывет. Закрывает глаза и откидывается на бортик. Ей так хорошо.