Великий и могучий покемон

*Кхе       Ноги с трудом держали Трикси. Каждым шагом ее копыта отдавали дрожью. И нет это не от холода или страха. Ее мышцы, те о которых нормальные пони обычно в принципе не задумываются когда ходят , сейчас на последнем издыхании тащили единорожку ... куда то. В обычном состоянии ей хотелось бы просто перестать и уткнуться мордочкой в ближайшую кучу грязи и отдышаться. Но телом сейчас управляли по большей части инстинкты. Мысли пытались придти в норму после потери контроля. Как до такого вообще дошло? Это же был самый нормальный день за все то гребаное время что она была в этом проклятом мире. Что послужило толчком? Странное чувство взгляда от плюшевых игрушек? Тот стремный двуногий что пытался сюсюкаться с ней как с какой то шавкой? Нет все было нормально. Она уже приняла что эти лысые макаки считают себя вершиной мира. А с идиотов нет спроса. С этим можно только смириться и игнорировать пока тем не надоест. Что послужило началом тому что она дала волю хаосу амулета? И как бы Трикси не пыталась найти причину. самым очевидным ответом была ее самоуверенность. Она хотела всего лишь проверить несколько простых чар. Она так давно не пользовалась рогом как нормальная пони, что в спокойной обстановке попросту забыла, ПОЧЕМУ ограничивала себя в магии. Почему искала обходные пути. Но желание к колдовству не отпускало. Она пыталась отвлечься. В номере было всё для того, чтобы ни в чем не нуждаться, дождаться Тимми и попробовать на нем пару экспериментов с аурой. Но нет. Она не могла удержать себя в копытах. Снова. Идея жгла, требовала исполнения. В какой-то момент проскочила мысль: «А обязательно ли мне нужен именно Тимми?» Все двуногие же одинаковые, и их тут много, лови любого и твори что хочешь. И как назло, этот сюсюкающий мужик так и не вернулся. Ну, может, не стоило его настолько грубо вышвыривать? Глупости. Он раздражал. Так что же послужило спусковым крючком? Оплошность? Любопытство? Нет, Трикси просто хотела самоутвердиться. Доказать себе, что не потеряла навыки. И закрытая дверь давала ей необходимый вызов. Обычный физический замок. Как оказалось, был не совсем обычной щеколдой. Просканировав дверь, нашла штук двадцать отдельных механизмов. Тогда ей показалось это интересным. Те пара заклинаний, что она знала, были рассчитаны на отпирание и запирание всего одного скрытого объекта. Ей захотелось модифицировать заклинание. Оставить его таким же простым, не увеличивая объем конструктов, просто задать несколько иные параметры, чтобы открывать любое количество механизмов в указанном объекте. Магия струилась по рогу с легким стоном, все еще слишком больно для чего-то сложнее школьного курса. Но так неописуемо приятно вновь чувствовать ее на кончике рога. Не обычный телекинез, а самую настоящую власть над реальностью, пусть и в крошечном от изначального объеме. Это пьянило. Это требовало выхода! Это требовало того, чтобы другие тоже увидели! Дверь открылась с первого раза. Заклинание было идеально! Даже не взорвалось ничего! А это было редкостью. Трикси была готова плясать от счастья! Ведь ее силы возвращались. И это давала уверенность. Напитывало уставшую от собственной беспомощности колдунью ложным бесстрашием. Что могло пойти не так если немного прогуляться по отелю? Это же ведь был отель? Их же не могли поселить в страшной тайной лаборатории в самом деле? -Дискордовы отродья! Трикси не удержалась, скривив мордочку в отвращении. От пары слов спина начала саднить сильнее.       Она всего лишь хотела выйти на улицу. И было логично отправить лифт в самый низ, не так ли? Всего-то нужно было повторить недавно спроектированное заклинание, и всё! Лифт стремительным экспрессом помчался вниз. А двери приветственно распахнулись, явив перед собой мерзость, о которой Трикси хотела бы забыть. Но должна ли? Если она забудет, то всего лишь сбежит в очередной раз. Нет. Только не после того, что она услышала.       Тонкий обмен то был или подаренная Оленем способность понимать смысл всего подряд. Но эффект был неописуемым. Страдание. Концентрированное. Желания, о которых даже самые ужасные пони из страшилок не будут раскидываться. Набатом били Трикси в голову. Они требовали мести. Желали смерти. Молили перестать чувствовать.       Весь ее напускной контроль той тьмы, что мешал ей быть собой. Что рвался забрать контроль, потушить ее "Я". Словно получив источник пищи, стал разрастаться, был готов, словно вулкан, взорваться и затопить все вокруг собой. Но Трикси держалась. Она шла на зов. На тот единственный, что хотел не смерти. Хотел не мести. Не молил о милосердии. А требовал свободы. В нем еще была воля жить. И Трикси не могла игнорировать зов о помощи. Она шла по коридорам, пропитанным темнейшими эмоциями, которые только могла осознать. Не могла бросить того, кто так напоминал ей ее. Такой же, заточенная в цепях неудач, не сломленная душа, что не теряла надежды на исполнение желания. Когда все вокруг твердило о поражении.       И даже голос Хаоса внутри нее на тот момент затих. Трикси не могла оставить того, кого понимала, когда могла и хотела протянуть копыто помощи, чтобы тот не был обречен на то же, что и она когда-то. У нее был способ освободить кого угодно. Заклинание показало себя с лучшей стороны. И если там так страстно жаждут свободы, она ее им подарит. Никто не должен находиться в таком месте.       Вот где был поворотный момент. Она могла развернуться и убежать. Но была слишком уверена, что справится с чем угодно, несмотря ни на что. В самом деле, хаос амулета не мог пробить ее защиту даже в таком темном месте. Вера в собственную неуязвимость — вот что стало причиной того, что она здесь. Жалела ли она об этом?       Нет. Не совсем. Не после того, что она увидела. Там ее воля дала трещину. Там ее разум окончательно потерял все то, что ценили пони. Там она стала согласна со всем тем, что предлагали сладкие речи Хаоса.       Перед глазами до сих пор стояли фигуры искореженных тел покемонов. До сих пор в нос бил гнилостный запах. Вперемешку с холодным металлом, вживленным в тела явно страдающих существ. На сколько бы те ни были незнакомыми, странными или пугающими. Она уже несколько недель бок о бок прожила с ними. Знала, что у них есть характеры. Видела, что те могут веселиться, слушать, поддерживать, давать советы. Но здесь они словно игрушки в руках дрянного жеребенка. Разодраны и небрежно сшиты, обречены на страдания в колбах, не дающие им ни пошевелиться, ни завершить свой путь. Тут ярче всего она слышала их желание наконец закончить их страдания.       И тут она отчетливее всего слышала голос того единственного, что хотел свободы. Подключенного к кабелям пушистого создания. Точнее, она видела его таким, каким он себя помнил. И одновременно видела его таким, каким он был на самом деле.       Он помнил себя маленьким, свободным. Он любил быть сильным. Любил противопоставлять свое тело камню. Доказывать сородичам, что он лучший. Так знакомо.       Но несмотря на свою твердость, он любил быть частью своего маленького племени, любил сваливаться в пушистую кучу таких же свободных и сильных сородичей, что его ценили.       Таким он помнил себя. Таким он хотел, чтобы его видели. А не тем, во что превратили эти двуногие твари.       Его пушистая шерсть отросла столь длинной, что потеряла всю свою мягкость, свалялась в броню. Его решительный взгляд, полный радости грядущих испытаний, устал. Теперь в нем горит не огонь жизни. Его поддерживает лишь собственная воля, желание обрести свободу, еще раз увидеть солнце. Его маленькое тело выросло. Должно было стать сильнее. Но его подвесили, словно букашку в коллекцию маньяка, на стальные прутья.       Не давая двигаться, его тонкие от бездействия руки и ноги отрезали за ненадобностью. Их заменили сталью. Эта сталь не желала приживаться. Но была теперь частью его. И он ее ненавидел. Ненавидел те руки и ноги, что пришили к нему двуногие. Ненавидел ту новую кожу, что обшила его тело, тот панцирь, в который его заточили. Он так яростно желал свободы, что не замечал, что даже если выберется, все равно окажется в саркофаге железного панциря, который гоняет в нем кровь, который высасывает из него же энергию, чтобы поддерживать жизнь. И лишь воля покемона держала его до сих пор живым.                   Закаленный в боли разум продолжал концентрировать энергию, без устали снаряжая жадный панцирь своей силой. Ведь если он остановится, то последнее, что он увидит, будут эти мерзкие коридоры, заполненные сдавшимися.       Трикси плохо помнит, что было дальше. Тогда она еще была собой, еще не отдала контроль. Она что то говорила. Обещала освободить. Вот только мерзкие твари запечатали его не только механикой. Столько структур магии она не видела ни разу в жизни. Загадка достойная великой и могучей. Уровень переплетения механики и магии впечатлял. разыгрывал азарт. А решение. решение было слишком требовательным. Быть может, будь она в своей лучшей форме ей бы и хватило сил. Но не сейчас когда все что она могла выжать из своего рога лишь жалкую струйку магии. Нужно было больше.       И она знала где это можно было взять. В ее разуме Хаос уже с вожделением ждал ее мольбы. О. Он не просто так замолк хотя мог набатом продолжать рушить ее ментальные барьеры. Зачем было напрягаться когда Трикси сама протянет копыто в сторону тьмы по собственному желанию.       Трикси сморгнула влагу с глаз. остановилась. Всего на секунду. Идти стало практически невозможно. Ноги ватные от усталости и напряжения уже не держали. Лишь потоки магии поддерживали мышцы. После потери себя. Эта ... Эта мерзость высосала из нее все силы. Но ей нельзя было останавливаться. *Фрррк -Еще . Иди дальше!. сказала она в пустоту. Продолжив шагать. Не смотря на то как тяжелая сталь стирает шерстку с боков. «Что было дальше?»       Темнота.       Лишь редкие моменты прозрения, когда ослепленная и опьянённая свободой мерзость решала помучить Трикси тем, что она творит. Страшнее всего было видеть, как она собственным рогом обрывала ниточки жизней сотен и сотен обречённых покемонов.       Ощущать, с каким упоением та мерзость наслаждается её криками и мольбами остановить, показывать. Но раз за разом её вырывали из тьмы небытия, чтобы ткнуть носом в очередное видение.       В конце тоннеля показался блеск. Камни под копытами уже стали различимы без помощи света магии ее рога. И ветер приносил запах свежей травы. Очередной шаг раздался тяжелым эхом по пещере. «Как она вернулась? Что стало ключом? Почему она продолжает идти?»       Она помнит удар. Помнит, как чужое желание и воля к свободе на миг разбил оковы Хаоса.       Она ожидала увидеть новую картину ужаса, новый калейдоскоп крови, огня и смерти. Но перед ней стоял Он. Тот, кто так сильно хотел увидеть солнце.       И насколько было глупо его желание освободить ее от твари, что заточила ее в собственном разуме. Насколько сильно Трикси хотела чтобы он увидел солнце. Бежал скрылся от нее.       Но. Новый удар. Новая картина. И снова за место смертей и крови она видит четкую картинку. Картинку, в которой нет новых ужасов.       Всего пара попыток этой уставшей от заточения макаки дали ей толчок бороться с хаосом внутри себя. Дали силы закричать что есть мочи! Начать бороться за собственное я!       Вновь и вновь перехватывать контроль.       Чтобы наконец увидеть. В полной мере ощутить, что значит снова жить! Не бледной тенью твари, что воспользовалась слабостью ее духа. А самой смотреть в глаза обреченного на вечное пленение существа, куда более целеустремленного, чем она.       Самой нестись в холодном потоке подземных вод. Самой ощущать, как от нехватки воздуха горят легкие, но держаться. Потому что только что, пожертвовав всем, ее решил спасти тот, кто больше всего желал свободы. Пожертвовал своей мечтой вновь увидеть Солнце. И Трикси дотащит его. И Трикси покажет ему Солнце. Потому что так будет правильно. Потому что ей только что показали, что она чего-то стоит. Потому что ради мечты стоит отдавать все силы. *Кха! -Дошли. *Хаа. Ты видишь это !? Трикси остановилась. на этот раз не ради передышки. А чтобы увидеть, что перед ней раскинулись поля. Не тронутые мерзкими машинами двуногих. осененные рассветным светом молодого светила. - Ээй-п, тихо прогрохотала железная туша закованного покемона. - Нет. *Всхлип. Это всё взаправду, консервушка. - Ан-ни? - Да, спасибо, что помог. Если бы не ты, я бы тоже его больше. *Всхлип. Никогда бы не увидела ничего, кроме боли.       Трикси не могла удержать слез. Но сил рыдать не было. Все тело ощущалось ватным, дрожало от напряжения. Если бы ветер дул сейчас хоть немного сильнее, она бы упала. Провалилась в сон. Во что угодно, лишь бы восстановить силы. Она так долго шла. Так долго тащила на себе железного гиганта, просто чтобы показать ему то, чего он так долго желал. Потому что... Потому что... Потому что она чувствовала: так будет правильно. Потому что никто, кроме нее, не сможет это сделать, просто некому. -Х-хиии-л выдыхает железная туша. И Трикси чувствует как освещенная солнечным светом Стальная гробница покемона перестает надрывно гудеть. Как многочисленные дыры и изломанные конечности перестают сиять магией. Постепенно тускнея. -эй! Стой! День же только начался. -... -Нет! ты же можешь ... Еще немного посмотреть! Пожалуйста! -... -ААААА! А ну стоять! Я сказала! Смотри! -... -*Всхлип. Неужели Это было все что тебе нужно? Ты же явно сильнее! Сильнее меня! просто, прошу побудь еще немного. -... Оставшись в очередной раз без ответа, Трикси не могла смотреть, как гаснет свет ее друга. Да, друга. Они были знакомы... Сущие мгновения. Обменялись парой взглядов. Но это была самая крепкая дружба за всю ее... За обе ее жизни. И она не собирается мириться с тем, что мир в очередной раз отбирает у нее то, что она любит, то, что ей положено, то, чего она достойна. И если ей для того, чтобы быть счастливой, нужно вырвать душу друга из лап смерти, она сделает это! «Этой штуке нужна магия, чтобы ты жил. Нужна воля, чтобы подпитывать эту жалкую консерву. Так, значит, Трикси даст магию». «Ее друг устал держать концентрацию, чтобы питать эту хрень. Хочет отдохнуть?» «Так Трикси даст ему эту возможность!»       Рог единорожки загорелся.                                     В глазах начало темнеть.

«Плевать мне не нужны глаза, чтобы знать, что я делаю».

***