Адвокат Дьявола

— Мне кажется я даже знаю зачем тебе это нужно. — тихо проговорила Лавгуд, переплетая пальцы собственных рук. — Хорошо. Драко Малфой давно ведет бизнес связанный с артефактами. После того как его мать стала овощем без воспоминаний о большей части своей жизни, он понял, что единственный способ оградить ее от всего этого — увезти как можно дальше, чтобы никто не воспринимал Нарциссу Малфой прежней и не путал и без того поврежденную память. Но для этого ему нужны были большие деньги. Те артефакты что были у его семьи забрало правительство при обыске, но Люциус успел спрятать ценную информацию по их созданию. И спустя время Малфой-младший нашел их и стал создавать простые артефакты, продавая их. Начиная с уровня «Е», или артефактов общего применения. Сейчас поговаривают он занимается созданием артефактов уровня А1. — Это все хорошо, — прервала ее Гермиона. — но разве у него не должны были изъять информацию об их изготовлении, если знали что его отец где-то ее прячет? Как у опасного преступника. Для подавления возможного восстания. Полумна сжала челюсть и глубоко вздохнула. Как будто ей очень не хотелось делиться этой информацией. — Видишь ли, Гермиона, сначала никто не воспринимал сынка Малфоев в серьез. А потом, он ведь не только для личного использования простых магов изготавливает артефакты. Чисто гипотетически, — она показала кавычки руками. — уровень А1 может весьма широко применяться. Шестеренки завертелись в голове адвоката с неимоверной силой. Так вот оно что, не потому ли сам Министр Магии за него попросил? Какой артефакт он мог приобретать у Малфоя? Или их связывает история другого рода? Было совсем не понятно как эти две параллельные пересеклись так, что один просил выручить другого. И могли ли они найти общий язык? Может и не было никакого шантажа, как думала Гермиона? Или был? Углубившись в собственные мысли, она совершенно потеряла нить разговора. Полумна же, заметив это, из солидарности к старой знакомой приостановила рассказ, наслаждаясь едой. А когда Грейнджер соизволила опомниться, та просто улыбнулась. — Продолжу. По той информации, что витает в более секретных кругах. Малфой сумел собрать вокруг себя настоящих профессионалов своего дела. У них действительно целая лаборатория по производству всяких штук. Помимо этого он часто отправляет приличные суммы во всякие благотворительные организации и еще чаще об этом рассказывает. Скиттер у него уже взяла порядка пятнадцати интервью. Один из моих информаторов рассказывал, что Малфой потихоньку подминает под себя рынок. Пытается стать единственным. Говорят, он недавно встречался с близнецами Уизли. — Хотел их привлечь? — Не знаю. Этой информацией со мной пока не поделились. Но то, что Малфой расширяет свое влияние — очевидно. Он работает аккуратно и красиво. До последних дней все было гладко, но под него кто-то копает. — Что ты имеешь ввиду? — нахмурившись, спросила Гермиона. — Ты не единственная обращаешься по поводу информации на него. Некто тоже ее ищет. Уже давно. — Полумна сделала большой глоток чая. — Знаю, что у него есть неприятности. Довольно большие. Но полагаю, он сам тебе о них расскажет. — Надеюсь расскажет. Гермиона быстро анализировала полученную информацию. Ей надо было успеть задать вопросы, пока не пришла ее очередь отдавать информацию. — Скажи, а ты знаешь что у него с личным окружением? — Друзей у него немного. В основном старые знакомые со школы. По типу Паркинсон, Забини. С Ноттом у них не складываются отношения, есть какой-то конфликт. Если тебя интересуют романтические отношения, то их нет. Расставшись с Асторией, он больше ни с кем не встречался продолжительное время. — Кто копает под него спрашивать бесполезно? — У тебя сейчас нет такой информации, которая бы сравнивалась с этой по стоимости. — подмигнула Лавгуд. — Теперь твоя очередь. Я и так уступила тебе, начав рассказ первой. — Знаю. Улыбаясь, Гермиона поделилась информацией о том, что глава отдела магического правопорядка вот-вот будет снят с должности из-за скандала с синтетическим наркотиком, который пока что старательно прикрывали от попадания в прессу. Что суд с ним состоялся вчера и его защищал один из лучших адвокатов его же отдела. Но защита была выстроена провально и оправдания не случилось. Теперь бывший глава будет всеми оставшимися силами удерживать информацию от прорыва в сми, иначе его действительно уничтожат. Эта информация могла стать неплохим рычагом давления для Лавгуд. Что-что, а информацию в собственных целях она умела использовать как никто другой. — Что ж, считай за эту информацию ты расплатилась. — подытожила Полумна. — Ты была права, когда говорила что меня это заинтересует. Следующей новостью жду откровения про Министра. — Тогда мне должно от тебя понадобиться что-то чрезвычайно важное и секретное. — Посмотрим. Обменявшись рукопожатиями, девушки покинули кафе и разошлись в разные стороны. Гермиона поймала такси для возвращения домой и тщательного обдумывания разговора с Малфоем. А Полумне предстояло разобрать разбитую мебель и поискать рычаги для мести своему недоброжелателю. У нее уже было несколько подходящих кандидатур, оставалось только остановить выбор на ком-то одном.

***

Живоглот приветственно потерся об ноги хозяйки, радуясь ее возвращению. Привычные пять минут ласк прямо у двери ознаменовались громким мурчанием пушистого. Перевалившись на бок, кот подставил живот для массажа мягкими руками Гермионы. Привыкшему к прогулкам по большому замку Хогвартса, ему было безумно скучно в, относительно тех размеров, небольшой квартире. А потому внимания хозяйки требовалось в разы больше. Прикрыв большие желтые глаза, Живоглот продолжал мурчать чуть поддергивая задними лапами. Небольшие ноготки приятно почесывали нежную кожу на животе, выписывая неведомые узоры. И так могло бы продолжаться дальше, если бы не громкий стук в дверь. Гермиона быстро вскочила на ноги и подхватила волшебную палочку, которую для удобства выложила на тумбочку, пока гладила кота. Живоглот недружелюбно зашипел на дверь, принимая боевую стойку. Вместо того, чтобы задавать типичный для этой ситуации вопрос, Грейнджер взмахнула палочкой и быстрым движением начертила в воздухе нужную руну. Руну обнаружения. За дверью находился один человек, а значит уже было проще. — Живоглот, иди в комнату. Я разберусь. — прошептала Гермиона. Снова раздался нетерпеливый стук в дверь, еще громче чем предыдущий. Кот немного порычал в знак протеста, но все-таки подчинился, гордо удаляясь в спальню. Однако, у самого прохода он еще раз обернулся. Живоглот давал понять, что в случае чего, он побежит защищать свою хозяйку. Он готов и ждет. Отойдя от двери и приготовившись уклоняться от удара, Гермиона резко распахнула входную дверь. Стоявший за ней, отпрыгнул в сторону, скрываясь в коридоре. — Чокнутая! — крикнул знакомый бархатистый голос. — Параною выключаем, я не собираюсь тебя убивать. Даже на дуэль не рассчитываю. Грейнджер моментально вспомнила обладателя этого голоса. Глубоко вздохнув, она опустила палочку. — Малфой. — подтверждение собственных мыслей в слух. И вот он, возникает в ее дверном проеме. — Мы договаривались о встрече на несколько часов позже и точно не у меня дома. Так что… — Обстоятельства изменились. — оборвал он. — Мы должны начать работать раньше. Сейчас. Прямо сейчас. — Твою ж… — проворчала Гермиона. Однако, названного гостя внутрь впустила. Как только захлопнулась входная дверь, в коридор, стуча когтями по паркету, вылетел кот. Поднятый трубой хвост отнюдь не указывал на дружелюбный настрой. Неуклюже завернув, он на полной скорости влетел в Малфоя, выпуская когти тому в ногу. — Блять! — заорал от боли парень. — Убери своего зверя от меня! Слегка ухмыльнувшись, Гермиона продлила страдания своего клиента еще на несколько секунд, а затем отозвала кота. Тот послушно вынул когти, отошел к хозяйке и уселся на пушистый зад, рассматривая гостя. — Чего он так пялится? — залечивая рану на ноге, спросил Драко. Они уже переместились в гостиную. Живоглот так же оставался возле хозяйки, напротив Малфоя. Разглядывал его своим кошачьим взглядом и как будто о чем то думал. — Он просто оценивает тебя, не обращай внимания. Иначе он решит, что ты боишься. — не поднимая глаз от своих записей, проинструктировала парня Гермиона. — Мне нужна минутка, чтобы я понимала что я хочу спрашивать. — Разговора с Лавгуд было недостаточно? Или не успела проанализировать? — Что прости? — задрав бровь, Гермиона перевела взгляд на Драко. — Ты следишь за мной? — А ты действительно думаешь, что Лавгуд только с тобой обменивается информацией? Поверь, если бы это было так, ее влияние было бы куда более ограниченным. Я был уверен, что ты не упустишь момента использовать ее знания, а потому поделился с ней информацией в обмен на ваш сегодняшний разговор. Гермиона захотела хлопнуть себя по лбу. Неужели это так очевидно? И может стоит уменьшить частоту разговоров с Полумной. Но в слух она этого говорить не стала. — Раз ты такой умный и подкованный, зачем тебе моя помощь? Еще и через Министра. — Ну во-первых, если бы я пришел к тебе в офис и попросил лично, ты бы выгнала меня, даже не став слушать. — когда Гермиона открыла рот, чтобы возразить, Драко поднял руку вверх, призывая дослушать. — Не перебивай. Дело не в том, что меня обвиняют в преступлении и я не тяну на роль милашки Поттера. А в том, что я Драко Малфой. — Мне плевать на твою фамилию. — огрызнулась Гермиона, вставив свои пять копеек. — Моя фамилия сейчас вряд ли значит больше чем пустой звук. Я не про это. Я про… — Ну все, заткнись. — теперь руку вверх подняла Грейнджер. — У тебя информация о деле на словах или ты подготовился? — Даже не хочешь дослушать? — Нет. — Может вторая причина по интереснее? — Плевать. — вздох. — Мне нужна информация. О деле. Вместо слов, Драко вложил в руки адвоката зеленую папку. Как по-слизерински. Погрузившись в буквы и слова, Гермиона старательно запоминала детали. Будто она в последний раз видит эту папку и больше ей никогда не удастся этого прочесть. В деле было сказано, что пару недель назад было найдено тело Астории Гринграсс. Рядом лежала ее палочка, последним заклинанием которой было режущее заклятие. Но оно не было непростительным. Такое простое диффиндо, оказалось для нее смертельным. Две глубокие раны на руках. Тело нашла старшая сестра девушки, проснувшись утром. По ее показаниям, Астория долго не выходила на завтрак, а когда она вошла в ее комнату, было уже поздно. Дафна указывала, что у Драко и Астории были старые истории из-за которых они не ладили и что помолвка была разорвана не случайно. Она не верила в самоубийство сестры и просила наказать виновника. Когда в дом приехали авроры, чтобы обыскать его, Дафна указала, что из комнаты сестры пропал кулон, подаренный ее родителями на поступление в Хогвартс. Дельфин усыпанный мелкими бриллиантами. — Какие улики у них были для того чтобы обвинить тебя? Его желваки заходили на скулах. — В старом доме, в поместье они нашли тот самый злосчастный кулон. Закусив краешек губы, Гермиона снова пробежалась глазами по написанному в папке. А затем по своим записям относительно Малфоя, что успела сделать до встречи с Полумной. Далее переплетая это с рассказом старой знакомой. Когда она обратила внимание на него, она увидела небольшой надлом в его маске. — Я этого не делал, Грейнджер. — прошипел он. — Тогда откуда кулон? — моментально спросила Гермиона. Обычно она не вела дела так. Она готовилась, обдумывала и приходила уже с готовым ответом. Но с ним все шло не по плану. Снова. — Да я блять понятия не имею откуда этот чертов кулон у меня. Я даже ни разу не видел его на Астории. — облокотившись на спинку дивана, пробормотал Драко. — В деле сказано, что она его очень любила и подарили ей его в детстве. — Я тебе говорю, она ни разу его не надевала. Когда мы с ней встречались на своей гребанной шее она носила только черный чокер с кружевом и мелкую цепочку состоящую из переплетенных нитей с бриллиантами, но без ебаного дельфина. Я бы обсмеял ее, если бы увидел это, будучи подростком. Гермиона вздрогнула, когда тишина стала слишком ощутимой. Сглотнув, она сделал вид, что обдумывала сказанное. — В деле действительно прикреплена только колдография маленькой Астории с этим украшением. Если они не смогут предоставить доказательства того, что она действительно его носила, мы сможем оспорить данное показание. Драко громко выдохнул. Это прозвучало как надежда. «Давай, спасай меня, Грейнджер»