Наследие скифов

Ник сидел в отцовской лаборатории и гипнотизировал взглядом медный акинак, лежавший на столе. «Интересно, какая история у этого клинка?» — подумал парень. Дверь с тихим скрипом распахнулась, и в помещение, тяжело опираясь на посох, вошел Рейстлин. — Практикуешься, брысик? — спросил он, потрепав сына по плечу. — Не-а, — честно признался тот, продолжая неотрывно смотреть на скифский клинок — Пап, какая история у этой вещицы? Ведь явно же не новодел. — Спроси у него сам, — улыбнулся Маджере. Ник нахмурился. «У кого спросить? У акинака? Может, мне еще у ясеня или у тополя судьбой поинтересоваться? Вдруг чего ответят?» — подумал парень, пряча усмешку в ладонях. — Бестолочь ты, брысик, — тепло улыбнулся заметивший реакцию сына Рейстлин. — сожми рукоять в руке и закрой глаза. Выполнив требуемое, молодой Маджере откинулся на спинку стула и мысленно спросил: «Кто ты? Расскажи о себе? Покажи, что видел!» Рукоять медного клинка нехотя нагрелась под пальцами, откликаясь на призыв, а в следующую секунду перед глазами Ника вспыхнуло видение. Молодые люди сидели у ночного костра и пекли картошку. Уставшие, вымотанные за день, они все же светились от счастья. — Народ, а давайте нашу, историческую, про скифов? — вдруг сказал кто-то. Раздался дружный одобрительный гул, перешедший в нестройный хор: — Там за Танаис-рекой, за рекой Скифы пьют-гуляют! Э-эй! Потерял грек покой, грек покой, Скифы пьют-гуляют. Э-эй! Потерял грек покой, грек покой, Скифы пьют-гуляют. Э-эй! «Что за бред? — подумал Ник — кажется, студенческая практика историков. А акинак при чем?» Будто отвечая на его вопрос, студиозы из видения разошлись на полную катушку и начали вопить во все горло: — Мой товарищ — акинак, акинак! Конь да лук с колчаном. Э-эй! Пропадешь ты как дурак, как дурак, Коль не будешь пьяным. Э-эй! Пропадешь ты как дурак, как дурак, Коль не будешь пьяным. Э-эй! «Дурдо-о-ом!» — простонал про себя Ник и выпустил из рук акинак, не в силах больше сносить эту пытку для ушей. — Ну как? Увидел что-то? — поинтересовался отец, когда Ник открыл глаза. — Скорее услышал то, от чего мои уши запросили пощады, — усмехнулся парень и махнул рукой в ответ на недоуменный взгляд родителя. — Ты обедать идешь? — поинтересовался Рейстлин и пошел к двери. — стынет все! — Иди, я догоню, пап, — кивнул Ник. Стоило седовласому чародею прикрыть за собой дверь, как на губах парня заиграла шальная улыбка. Он взглянул на акинак и тихо замурлыкал себе под нос: — Там за Танаис-рекой, за рекой Скифы пьют-гуляют!