Пороги вечности

      Если до мировой войны Геллерт ещё сомневался в том, что магглов нужно остановить любыми средствами, то после того, как он принял участие в боевых действиях, привлечённый появлением большого количества обскуров, знал это точно. Химическое оружие, снаряды, сравнимые с десятком взрывных заклинаний, пулемёты — складывалось ощущение, что весь маггловский прогресс заточен исключительно на изобретение новых, ещё более летальных средств вооружения. Люди вокруг умирали миллионами, порождая разрывы реальности и магических тварей, рядом с которыми дементоры — детишки в песочнице. Если в начале войны прикомандированные к войскам маги даже сражались между собой, то сейчас они всё чаще объединялись, чтобы противостоять возрастающей угрозе. Орды инферналов уже никого не удивляли, а разожравшиеся на халявной некротической энергии всевозможные тёмные ковены росли как грибы после дождя.       — Геллерт! — к медитировавшему в дальнем окопе волшебнику подбежал посыльный. — Срочно в штаб, командующий рвёт и мечет!       Геллерт неспешно поднялся и лёгкой трусцой побежал, стараясь не высовывать голову наружу. Излишне самоуверенные маги, считающие Протего универсальной палочкой-выручалочкой, защищающей от всех на свете пуль, закончились ещё в четырнадцатом году. Примерно тогда же закончились и те, кто считал хорошей идеей пользоваться аппарацией вблизи поля боя.       — Гриндевальд! — рявкнули на него, как только он вошел в штабной бункер. — Где тебя только черти носят, позволь мне спросить? Разведка доложила, что в десяти километрах от нас замечены дети Каина, — Геллерт застонал. Для полного счастья им не хватало тут только вампиров. — Мы не знаем, из какого они клана и какого хера они здесь забыли, поэтому ты берёшь свой отряд и идёшь это выяснять. Вопросы?       — Никак нет, сэр! — единственный вопрос, который был у Геллерта, это «Какого хера опять мы?», но задавать он его не стал. Всё равно пошлют.       Первое, что увидел Гриндевальд, подходя к лесочку, в котором предположительно скрывались вампиры, — это ещё один отряд волшебников А во главе отряда был…       — А, рыжий, это ты, — скучающим тоном протянул Геллерт — Не знал, что ты оторвался от своих пробирок с драконьей кровью и решил заняться наконец чем-то полезным. Какого драккла вы тут забыли? Это операция Тройственного союза.       — Гриндевальд, — скрипнул зубами Альбус. — Я бы тебе сказал, на чём именно я вертел твой Тройственный союз, но среди нас дама.       — Да? Семнадцать лет назад тебя это не останавливало.       — Ни слова больше о моей сестре! Ты не достоин даже упоминать о ней!       — Ой-ой, как же всё запущено, — Геллерт отошёл чуть в сторону, чтобы никто не перекрывал ему линию возможной атаки. — Кажется, кое-кто начал верить в собственную ложь, а, Альбус?       — Не смей! — прорычал Дамблдор, но тут его накрыло плотной струёй воды из палочки стоящей рядом волшебницы. Сражаться с мокрым, нахохлившемся Альбусом было как-то глупо, и Геллерт чуть-чуть расслабился. Но не настолько, чтобы не отразить струю воды, летящую уже в него.       — Пока вы тут лаетесь, Баали уже завершают ритуал! — волшебница ткнула пальцем в сторону леса, откуда начало веять чем-то жутким. — Так что если вы не хотите разбираться с очередным злоебучим демоном, засуньте свои амбиции и обиды в жопу. За мной!       Настроение Гриндевальда скакнуло резко вниз. Из всех вампирских кланов им повезло столкнуться именно с демонологами, а создания Бездны, кроме всего прочего, отличались ещё и плохой восприимчивостью к человеческой магии. Даже вид опешившего Дамблдора не прибавил ему веселья.       — Насчёт Баали — это точно? — кинул в спину уходящей волшебнице Геллерт.       — Да. Вы идёте? — пообещав себе по возвращении оторвать голову начальнику разведки, Геллерт начал раздавать указания своим бойцам.       Рыжему и бесстыжему!       Это ж как часто надо пиздеть, чтобы самому поверить в собственную ложь? Поведай мне, друг ты мой сердечный, как часто ты рассказываешь байку про злобного колдуна Гриндевальда, убившего твою сестру, и зачем? Неужели у тебя нет другого способа привлечь девушку? Знай, жалость не лучшая основа для хоть каких-либо отношений.       Для тех, кто в танке (или не читал мои предыдущие письма), я повторюсь — Ариана жива. Не спрашивай, как я это узнал (хотя бы потому что я всё равно не отвечу), но это я могу сказать со стопроцентной точностью. Впрочем, судя по твоим действиям, на собственную сестру тебе решительно накласть.       P.S. Знатно мы всё-таки разделали этих кровососов.       P.P.S. А та волшебница явно не прочь с тобой поразвлечься. Или кроме странных моральных взглядов ты принял ещё и целибат?       С наихудшими пожеланиями,       Геллерт Гриндевальд