Благими намерениями

      Тяжелая поступь и жуткое давление темной стороны Силы. Да, это определенно он. За нами пришел именно он.       — Уходите, — прошептала я, положив руку на меч.       — Мы можем вместе… — полузадушено сказал падаван.       Я посмотрела на них. Один рыцарь, два падавана. Итог моей нынешней «вылазки». Джедаи, спасенные из лап Империи.       — Нам с ним не справиться. Но со мной он… поиграет, — вымученно улыбнулась я. — Убирайтесь живо!       Я знаю, что они уйдут. Сила подсказывает мне. Три одаренных легко разберутся с штурмовиками, а затем сядут на корабль.       Галактика большая. Прочесать все Неизведанные Регионы Империя не сможет. Они спасутся. Палпатин не найдет не их, не новый Храм Джедаев.       Вот только я не смогу уйти. Я хороший медик и посредственный боец, мне не совладать с самим лордом ситхов. Я погибну.       Но в этом есть свой плюс — Империя меня не сломает и не вытащит информацию. Скажи мне кто в прошлой жизни, что я буду искать плюсы в собственной смерти — ни за чтобы не поверила.       Но раз уж я пережила одну смерть, — простите за невольный каламбур! — нет смысла бояться.       Погибнуть от руки Избранного на планете-свалке в Далекой-Далекой Галактике. Не самый худший исход.       О наконец-то он! Великий темный лорд. Точно такой же шлем и плащ, но совсем другая броня. Более легкая и изящная.       Неудивительно, это доспехи, а не костюм жизнеобеспечения. Дарт Вейдер молчит. Но на меня давит его Сила, руки вспотели, колени, задрожали, в животе возник ледяной комок.       — Ты не торопишься, Энакин, — как можно спокойнее сказала я.       Он молчит. Пресловутого дыхания у него нет, как и протезов вместо конечностей. Моя работа. За что боролись, на то и напоролись.       — Сдавайся, ты знаешь, тебе не выиграть этот бой, — тихо, но веско произносит закованная в черный доспех фигура.       — Загнанная в угол вомп-крыса дерется отчаянно, — улыбнулась я, активировала световой меч и встала в защитную стойку.       Теперь белое лезвие светового меча отделяло меня от Вейдера. Стало немного легче.       За шлемом этого не видно, но я уверена, что он улыбнулся.       Энакин гораздо сильнее меня. Во всех смыслах. Мне его не победить. Но мне нужно лишь потянуть время. А для этого надо выбить его из колеи.       — Как жена, как дети, Эни? Шми, наверняка, не нарадуется внукам, — с улыбкой произношу я.       Рука Вейдера дрогнула. Только поэтому мне удалось увернуться от удара.       — Сенатор Амидала отошла от дел и посвятила всю себя детям. Это ты настоял или Палпатин? — блокируя удар, спросила я.       Силовой толчок. Меня отбрасывает на добрый десяток метров. Мне с трудом удается устоять на ногах.       — Умолкни, — спокойно сказал Вейдер, но продолжил с яростью: — ТЫ не имеешь права произносить их имена!       — Я имею полное право. Ведь только благодаря мне они живы, — зло усмехаюсь я, бью Силой в ответ. Безуспешно.       Вейдер рывком преодолевает разделяющие нас расстояние. Присесть, пропустить над головой клинок. Сделать быстрый выпад в пах.       Без толку. Доспехи темного лорда защищают и от бластеров, и от световых мечей. Нужно бить по сочленениям, но их Вейдер бережет.       — Из-за тебя погиб Оби-Ван. Ты! Убила! Его! — волна ненависти и злобы просто отшвыривает меня в сторону.       Так похоже я все-таки вывела его из себя. Это плюс. Теперь я точно умру в мучениях. Это все-таки минус.       — Нечего сказать?! Нечего?!!!       — Но я хотя бы не служу его убийце, — тихо произношу я.       Энакин взрывается градом ударов. Прямо как на нашей первой тренировке. До войны клонов оставалось несколько месяцев, я решила действовать. Но не ожидала, что Избранный решит выбить пыль из наглого падавана, подбивающего клинья к его мастеру.       Как давно это было. Пять лет назад.       Блок, парирование, контратака.       Многие считают, что Соресу пассивный стиль боя, но это не так. Настоящий мастер создают у противника иллюзию того, что он отдал инициативу, но ведет бой сам. Действуя от обороны, адепт Соресу навязывает противнику свои правила игры.       Вот только Оби-Ван не завершил мое обучение, мастером этого стиля я не стала.       Я пропускаю удар, нога взрывается болью. Но мне удается в последний момент увернуться и блокировать следующий.       Белое лезвие сталкивается с красным.       Жемчужину крайт-дракона мне подарил Энакин. Это был его трофей с Татуина. Как он его получил Избранный умалчивал.       Энакин меня не любил, но хватило пары разговоров о видениях, чтобы Скайуокер навострил лыжи на родную планету.       Это заставило Оби-Вана напрячься, и он провел со мной предметную беседу. По результатам которой очень вежливо и дипломатично послал меня в далекое эротическое путешествие. Мол, юна ты и неопытна, дар предвидения еще не освоила, так что не смущай моего падавана. Смысл его слов был такой.       Тогда я в сердцах сказала, что пусть он вспомнит меня, когда его падаван вырежет целое племя таскенов. И пусть он еще раз вспомнит меня, когда герцогиню Мандалора убьют из-за одного рыжего сноба.       Удивительно, но магистр принял мои слова близко к сердцу. И уже через сутки эта парочка отправилась на Татуин.       Назад вернулся радостный Энакин и крайне смурной Кеноби.       После этого Оби-Ван взял надо мной шефство, а своему падавану устроил настоящий ад на тренировках. Когда Энакин стал рыцарем, Кеноби взял меня в падаваны.       Я разрываю дистанцию и швыряю в Дарта Вейдера окружающий мусор. Он взмахом руки отбрасывает его в сторону.       — Это все из-за тебя! Из-за твоих предсказаний!       — Да-да, все только из-за меня. Только я во всем виновата, — тяжело дыша, говорю я. — Я само зло во плоти, а ты весь в белом и сияешь, Эничка.       Меня сжимают невидимые тиски. Трещат кости, я кричу от боли.       Неожиданно давление ослабевает.       Я без сил падаю на колени.       — И что ты скажешь теперь, падаван? — с интересом спросил Вейдер, поигрывая моим клинком.       Я лишь сплевываю. Правда, не слюну, а кровь. Медленно встаю на ноги.       — Будешь дальше драться или сдашься? — сухо спросил Вейдер, вставая в базовую стойку для ДжарКрайта.       «Я думала, что все изменила. Спасла мать Энакина, рассказала о своих «видениях» Кеноби. И вот к чему все привело…» — мелькает мысль в голове. Оби-Ван, узнав о скорбном будущем джедаев, начал действовать. И это очень не понравилось Дарту Сидиусу.       Кеноби заманили в ловушку. Гривус, Вентресс и целая армия охотников за головами после долгого боя убили магистра.       Узнав это, Энакин сорвался и бросил свой легион. Он нашел выживших, порубил всех на куски. Он убивал медленно, жестоко и со вкусом. Они выли от боли, просили о пощаде. Но Избранный был неумолим.       После этого, Скайуокер сделал «правильные» выводы, обвинил в смерти своего мастера Орден Джедаев в общем, и меня, в частности.       Догадайтесь кто помог ему додуматься до этого?       Назначение Энакина магистром вместо Кеноби только усугубило ситуацию. Он счел это банальной взяткой и попыткой заткнуть рот. Ненависть Скайуокера запылала, как тысяча солнц.       Только память об Оби-Ване спасла меня от гнева Скайуокера, если бы не это, я отправилась бы вслед за исполнителями. Палпатин хорошо поработал с будущим учеником!       Я рискнула, поставила все фишка на зеро, пришла к Энакину. Нет, не молить о прощении, но рассказать о беременности его жены и связанных с этим рисках.       Многое могло измениться, но Падме Амидала была для Энакина превыше всего. Он, я и Асока тайно вывезли ее с Корусанта на Набу. Там я помогла местным докторам в приеме родов. Пришлось помучиться, но бывшая королева выжила, а дети родились здоровыми и крепкими. Мне тогда показалось, что все наладиться. Что я смогла что-то изменить.       Ни хрена.       — Видел бы тебя твой мастер, — прошипела я, вытаскивая из-за пазухи запасной клинок. Зеленое лезвие столкнулось с белым и красным.       Этот меч я подобрала с тела Асоки в Храме. Ее Энакин убил лично, когда его Владыка отдал приказ 66.       Я облажалась по всем фронтам. Сразу после родов Энакина срочно вызвали на фронт, а нас с Асокой оставили в Храме.       Я не знала, что мне делать. Пытаться найти «ниточки» приготовлений Кеноби или идти сознаваться Высшему Совету, надеясь, что в этот раз они не наломают дров?       Штурмующие Храм клоны поставили точку в моих размышлениях.       — Чем он тебя купил? — прошипела я, уклоняясь от демонстративно-медленных ударов ситха. — Чем?!       Дарт Вейдер неожиданно ответил:       — Будущим. Для меня, моей жены и моих детей. Джедаю этого не понять.       Силовой толчок снова отбросил меня в сторону.       — Я сохраню тебе жизнь и отпущу, если ты скажешь мне, где они… — спокойно сказал Вейдер, подходя ко мне.       — Кто?       — Мастера, рыцари, падаваны и юнлинги. Все, кого ты вывела по секретным ходам во время штурма.       — Глупости. Откуда мне знать про секретные ходы под Храмом, магистр Скайуокер? — сплевывая кровь, спросила я.       Вейдер никак не прореагировал на мою подколку. Жаль, мне сейчас нужна веселая нарезка падавана.       Кеноби мне о них рассказал. Давным-давно. Просто на всякий случай. К сожалению, на этом наши общие приготовления закончились. Я была слишком глупа, чтобы просчитывать все варианты. А Кеноби просто слишком поздно обо всем узнал…       Полсотни Одаренных бежали из Храма без денег и припасов. Бежали в неизвестность.       Чудо, что мы вынесли с собой одного из раненных мастеров, который знал где находятся тайники Ордена на черный день. Это позволила нам не сдохнуть в первые месяцы.       — Тогда куда направились спасенные тобой джедаи? Где ваш Храм?! Кто вами руководит?! Йода?!       Ага, конечно. Была я в гостях у старого гоблина на болоте, пожрала жучков у вредного пенсионера. Нашу шайку любимый «главком», послал к банте под хвост. Дескать, после фиаско с Палпатином не может руководить, выживайте сами, ищите новые пути, я вам только помещаю.       Мерзкий зеленый карлик!       С трудом встаю на ноги. Пытаюсь принять базовую стойку.       Одно движение, белый световой меч отрубают мою правую руку. Чей-то громкий вопль. Наверное, мой. Удар молнией, я падаю на землю, скорчившись. Вейдер отбрасывает мою конечность и сейбер Асоки в сторону.       Еще один удар. Уже в плечо левой руки. С виду пустяковая рана, но как же больно…       — Сдавайся, тебе не победить, — опустив меч, произносит Дарт Вейдер. В его голосе нет ярости и злобы, наоборот, он какой-то добрый. Даже сочувствующий. — Жизнь и свобода в обмен на информацию. Или сделка, или Инквизиторий. Мы все равно все узнаем.       — Жаль, что Оби-Ван погиб, — слова шли с трудом, их приходилось выдавливать из себя. — Он бы отрубил тебе руки и ноги, и оставил умирать в лаве. Это бы произошло после того, как Шми сдохла на Татуине, а ты задушил собственную беременную жену. Жаль, что я все это предотвратила.       Вейдер на долю мгновения замешкался. Лишь на какую-то долю. И этого времени мне хватило, чтобы притянуть клинок к себе. Ситх легко уворачивается от прилетевшего из-за спины светового меча. Вот только цель не он.       Мгновение и жизнь одного джедая-неудачника оборвалась.