Ягодный пирог

В раструбе, напоминающий зев кровожадного цветка венериной мухоловке, сидела связанная Катя. Она очнулась словно ото сна, и её глаза округлились от страха. Окутывающие тело девочки верёвки, настолько плотно прилегали к телу, что не давали ей даже шанса пошевелиться. Туго сидящий кляп, лишал Катю любой возможности позвать на помощь и полностью заглушал все её возможные крики или другие звуки. Школьная форма была насквозь пропитана её собственной кровью, так же как и весь механизм мясорубки. На её теле было несколько царапин и ушибов, полученных в ходе насильственных ударов. Правый висок девочки кровоточил и испачкал нежную белую кожу её лица и приносил ей сильную боль. Катя могла лишь тихо хныкать и мычать. — Тоша, скорей сюда. — испуганно крикнул Ромка, забираясь на стальное устройство. Его руки потянулись к девочке, но Антон вскрикнул, чтобы тот остановился. — Не трогай её. — О чём ты говоришь? Неужели ты не хочешь её спас… — на лбу мальчика выступила испарина. — Ты можешь сделать хуже и включить механизм. — голос Антона звучал грубо из-за, уже завладевшего его тело, поганого чувства, страха. — Отойди подальше, пока мы не поймём, как работаешь эта штука, чтобы вытащить Катю, не навредив ей. — Д-д-да… ты прав. — стараясь ничего не задевать, Рома спрыгнул с мясорубки, чуть не упав. За всю дружбу с маленьким бандитом Антон впервые видел его настолько испуганным и растерянным. Ноги мальчика дрожали и почти не давали ему твёрдо стоять на земле. Глаза бегали по помещению, пытаясь смотреть куда угодно, кроме мясорубки, чтобы не видеть Катю внутри. Мозг Петрова лихорадочно соображал и пытался найти более верный способ, чтобы поступить в ситуации с Катей. Он подошёл ближе, чтобы рассмотреть механизм огромной мясорубки. Сложность состояла в том, что одна из верёвок, которой была зацеплена одноклассница, поглощена жерновами, отчего она крепко была прицеплена к механизму и делало любое неловкое движение, фатальным. Единственное, что может помочь, убрать ту верёвку, а затем вытащить Катю. — Дай мне нож, Пятифан. Дрожащими потными руками, Рома вытряхнул нож из кармана своих брюк. — Держи, но что ты хочешь? Рома впервые даже не пытался как-то подшутить над своим товарищем, как он всегда делал. Он находился под впечатлением от ситуации, что, кажется, даже движения давались ему с трудом. — Мне нужно залезть внутрь. — Антон двинулся вперёд, но был схвачен за капюшон куртки и оттянут назад. — Шутишь, что ли, Тош? — Рома почти кричал на него в попытке образумить. — Мы не можем оставить её здесь. — Он сбросил руку Ромы со своей одежды и подошёл ближе к устройству. Истощённая Катя умоляюще смотрела на нас. Её глаза были красными из-за непрекращающихся слёз. — Ну скажи мне, Тоха, — Рома схватил Антона за плечо, пытаясь удержать того на месте. — ну ты же блять не идиот вроде и не хочешь, чтобы вас двоих перемололо на фарш. — Отойди в сторону, я посмотрю как можно её обесточить. Он попросил Рому отойти, чтобы тот случайно не сделал какую-то глупость, которая могла включить механизм. — Может, мы взрослых позовём? — спросил Пятифанов, смотря на Антона с другого конца комнаты. — Тихонов тут точно помог бы и мы… — На это нет времени. — быстро отрезал Антон, опускаясь на колени около проводов. — да и где вероятность, что мы найдём гараж снова, когда вернёмся с подмогой? — А Бяша? — вспомнил он рассказ товарища. — Он же видел гараж два раза. — И не забывай, что только чудом, он остался жив. Руки Петрова потянулись к настенной розетке на 220 вольт и осторожно отсоединили большую штепсельную вилку мясорубки от питания. — Вроде выключил, помоги мне забраться туда. — Т-т-т-ты уверен, Тош? — переспрашивать Ромка в надежде, что Антон поступит иначе. — Давай. Использовав Рому, он забрался внутрь мясорубки, едва помещаясь там с Катей. Смирнова лишь промычала что-то в кляп, когда увидела Антона и несмотря на свои ограничения, двинулась в его сторону. — Лучше не шевелись. — приказным тоном сказал Антон, принимаясь разрезать верёвку, которая и прикрепляла Катю почти намертво. Нож Пятифанова был заточен достаточно сильно, что Рома разрезал верёвку практически за пару секунд. — Теперь мы можем её вытащить, — Петров выпрыгнул из внутренних механизмов на выступ. — подсоби. Рома залез к нему и раздался щёлкающийся звук. Видимо, он задел ногой одну из кнопок устройства, коими была усыпана панель. Но ничего не произошло. Мясорубка молчала и не издавала признаков жизни, что сильно успокоило и их, и связанную Смирнову. Мы приблизились к Кате с двух сторон и схватили её за предплечья. Её тело было не больше 40 килограмм и двум мальчикам, не составила труда поднять её. Когда они опустили её на землю, Антон и Рома, тяжело выдохнули, а сама Катя облегчённо прохрипела что-то в ответ. Дрожащий Рома сел на пол и прислонившись к стене позади, закрыл глаза руками. Он до сих пор не отошёл от увиденного и в его голове, наверное, прокручивалась другая, более кровавая и жестокая вариация того, что могло произойти с Катей, оставаясь, она в той злосчастной мясорубке для скота. Подойдя к однокласснице, которая всё ещё не имела возможности говорить и двигаться, Петров попытался разрезать тугие верёвки, как можно осторожнее, чтобы не задеть её нежную кожу и не добавлять ещё больше ссадин. Сейчас её тело, казалось, даже более истощённым и измученным, чем когда она находилась внутри. Несмотря на то что она была уже в относительной безопасности синие глаза до сих пор, были заполнены слезами, текущими по её щекам. В первую очередь Антон разрезал верёвки на её затёкших ногах и руках. Как только её руки были освобождены, она схватилась за кляп, быстро снимая его. — Антоша. — до этого нежный голос, Кати был надорван. Вероятно, она охрипла, постоянно пытаясь звать на помощь. Девочка обняла его, так крепко, как только могла, цепляясь за его одежду. Антон мог только представить, какой ужас Катя могла испытать за эти несколько дней, что она сидела здесь. Небольшая неприязнь мальчика к ней, совершенно растворилась, оставив место, только жалости и волшебному облегчению. Даже такая язвительная выскочка, как она, не должна была быть похищена и убита кем-либо, думал Петров. Им с Ромой ещё предстояло узнать от Кати, кто мог похитить и сделать это с ней. — Катя, что с тобой случилось? — тихий голос Ромки продолжал дрожать. — Кто тебя сюда притащил? Катя ответила ему лишь поворотом головы в разные стороны, который, скорее всего, означал, что она ничего не знает или не хочет говорить сейчас. Оно и понятно, после всего того, что пережила девочка, она вряд ли захочет вспоминать всё в подробностях, чего, вероятно, от неё попросит Тихонов со своими коллегами. — Нам нужно поскорее уходить. — в попытке успокоить, Антон продолжал обнимать молчаливую Катю. — тот, кто принёс сюда Катю, может вернуться. — Эт верно, Тох, — он встал на ноги и подошёл к двери. — погнали, чего вы стоите? Взгляд Антона пробежал по гаражу в попытке найти одежду Кати. Но не найдя ничего похожего, он отодвинулся от Кати, которая всё ещё с силой цеплялась за него и снял свою куртку. Она ничего не говорила, пока мальчик натягивал на неё свою куртку, лишь всхлипывая протягивала ему руки. Рома поделился с ней своей шапкой, осторожно водрузив её на ушибленную голову. Когда мальчики пошли вперёд, Катя остановилась, протягивая руку Антону. Он молча взял предложенную руку и потянул девочку к выходу. — Идёмте, никого пока нет. — шёпотом сказал Рома, оглядывая местность. — Спасибо, Антон. — хриплый голос Кати был даже тише шёпота. — Ты в безопасности, Катя. — ответил ей Антон, крепче сжимая её ладонь.