Актёр погорелого театра

***

      Неделя, по истечении которой Фэнг отработал в сумме часов девяносто, закончилась наконец удовольствием и предвкушением отдыха.       Съёмки стали всё чаще, тренировки с мистером Примо жёстче, а выходные реже.       Фэнг пресекал себя на нытьё тем, что он знал, на что шёл и именно этого стоило ожидать, но простого недосыпания, нехватки сил и времени никто не отменял. Он же не сверхчеловек.       В гримёрке было душно, и голова от этого кружилась ещё сильнее. Расфокусированный взгляд был направлен в одну точку, но даже так Фэнг с трудом подмечал какие-то детали помещения.       За последнее время он всё чаще видел актрису с громким именем Лола, которая приехала несколько дней назад, и каждый раз ему казалось, что смотрела она на него, как минимум, с презрением. Даже в ответ она не здоровалась.       Вчера они столкнулись в коридоре, и на её лице сияла такая кислая мина, что Фэнг шарахнулся и от страха рассыпался в извинениях, но та лишь фыркнула, а потом пробурчала: «общайся со мной на "вы", щенок" — и ушла.       Фэнг, в абсолютной растерянности, простоял ещё пару минут на том же месте, пытаясь одновременно переварить передозировку яда за месяц, и понять, что он сделал не так.       К концу дня пришёл к выводу, что она просто фанатичка своей профессии и более того, действительно может крутить людьми так, как захочет. У неё было много власти. Это стало ясно ещё тогда, когда она куда ближе, чем по-дружески чмокнула Базза в щеку.       Эль-Примо как-то сказал ему, что чем усерднее он над собой работает, тем сильнее начнёт ощущать свой рост над другими, кто ради себя делать ничего не хочет. И ощущение это должно быть приятным. Лола, видимо, его смаковала, старалась распробовать, как можно лучше. И, честно говоря, Фэнг восхищался этим. Хотя будь у неё более сносный характер – цены бы ей не было.       В выходные Фэнг решил устроить себе дни сурка: провалялся в кровати всю субботу. Отложил выданный недавно сценарий подальше, чтобы не попадался на глаза, включил телек и поочерёдно смотрел что-то, и спал. К концу дня надоело.       Валяться весь день на одном место приятно, спору нет, и отлично помогает восстановить силы, но так же ужасно утомляет. К вечеру у него заболела спина, а руки зачесались что-нибудь сделать. Поэтому он решил, что прогуляться на следующий день будет неплохой идеей.       Баннеры с собственным лицом его преследовали. Они словно были на каждом шагу. Но, если честно, их было не так уж и много. Всего десяток на весь огромный, густонаселённый город, но взгляд так и норовился зацепиться за один из них. Работа преследовала и в выходные.       Несколько раз его узнали.       Фэнг тяжело вздохнул. Почти жалобно застонал, но вовремя себя остановил: вокруг было многолюдно.       Прохладный ветер приятно продувал всё тело через расстегнутую куртку, самые живучие листья, которые всё ещё не опали с веток, тихо шелестели над головой, а солнце, что всё ещё висело в зените, сладко припекало.       Фэнг направлялся в гифт-шоп, чтобы... чтобы просто было с кем поговорить. А Колетт никогда не против этого.       – Фэнг! – сзади послышался звонкий окрик и частые шаги. Фэнг обернулся и увидел летящую на него Колетт. Легка на помине.       Она подбежала ближе и, оттолкнувшись от земли, прыгнула на него с объятиями. Крепко обвила шею руками и прижалась к щеке Фэнга своей щекой.       – А я как раз к вам шёл, – Фэнг приобнял её, чтобы не упала, и легко посмеялся. – Давно не виделись.       – А-то! Ты весь в работе, – Колетт опустилась на тротуар, ловко маневрируя между кустами у бордюра, – даже не заходишь к нам.       – Найти бы мне время хотя бы на сон, – Фэнг измученно хмыкнул. – Тогда бы я с удовольствием потратил его на вас.       Колетт солнечно улыбнулась во все тридцать два зуба и потянула Фэнга за локоть.       Они вместе шли к магазинчику, переговариваясь. Фэнг успел нажаловаться ей на то, как много в последнее время съемок, какая змеюка эта Лола, но кое-что всё таки умолчал.       Базз после случившегося ни разу не упоминал это, не намекал на какое-либо повторение, но успешно испытывал терпение Фэнга, неоднозначно на него посматривая. Иногда слишком близко наклоняясь к его лицу, с очевидным контекстом приобнимал за плечи, создавая впечатление, будто хвалил. А однажды на фотосессии для рекламного плаката, на котором Фэнг был в рубашке, расстегнутой сверху на две пуговицы, он недовольно окликнул его, подошёл и расстегнул рубашку почти полностью, незаметно проводя горячими пальцами по обнажённой коже груди и живота. Фэнг смертельно смутился, думая, что дальше работать так же сосредоточенно он не сможет. И оказался прав. Но фото Баззу всё равно понравились. Вспомнив это, Фэнг вновь ощутил прилив стыда.       Колетт жизнерадостно о чём-то тарахтела, пока Фэнг плелся рядом, слушая в пол уха. Магазин ни капельки не изменился за то время, пока Фэнга здесь не было. Даже Эдгар был тем же хмурым и не приветливым парнем.       – Кстати! – воскликнула вдруг Колетт. – Сегодня вечером же будет вечеринка у Леона. Он сказал приглашать всех, кого мы знаем, чтобы народу побольше было. Пошли с нами?       Фэнг удивлённо посмотрел на неё, медленно переводя взгляд на Эдгара. По лицу его было видно, что он до чёртиков недоволен тем, что Колетт рассказала про вечеринку.       – Ну я...       – Давай! Ты же актёр! Я уверена, большая часть приглашённых тебя знают и будут очень рады!       – Да я как-то... – Фэнг напряжённо и испуганно смотрел на Эдгара, который по выражению лица был готов на убийство в ту же секунду.       – Фэнг, пожалуйста! – Колетт сложила ладони в просящем жесте и зажмурила глаза.       – Ну... Хорошо, – Эдгар за стойкой недовольно фыркнул и уткнулся обратно в телефон, – только я зайду не надолго.       – Как скажешь.       – Ещё бы надолго... – тихо пробурчал Эдгар.       Фэнг досадно поджал губы — он действительно хотел пойти развеяться, но присутствие Эдгара, который, мягко говоря, не испытывал огромного желания дружить с ним, напрягало.       Особенно, когда он смотрел так кровожадно.

***

      Дорога к загородному дому, где и проводилась вечеринка, заняла около двадцати минут, но Фэнгу поездка показалась нескончаемой.       Но то, как выглядел арендованный дом, перекрыло всё недовольно: двухэтажный, разложившийся на пару сотен квадратных метров, усыпанный украшениями, словно пряничный домик. Его треугольная крыша упиралась в густой, вставший туман, сквозь который просачивался разноцветный свет гирлянд, а широкий балкон со стульями, тянулся от одного края до другого, прикрывая панорамные окна, с лёгким тюлем, закрывающим открытые двери.       Фэнг перепрыгнул через лужу, обошёл пару кочек, обросших мхом, и встал перед короткой лесенкой, ведущей к выходу.       Внутри играла музыка, мерцал свет, и в окнах мельтешили вытянутые тени людей.       – Классно, да? – неожиданно под ухом раздался голос Колетт, которая заговорщицки смотрела на Фэнга из-под прикрытых век.       – Ага...       Она уверенно подхватила его под локоть и повела внутрь, где во всю кипело веселье.       В доме было тепло, несмотря на то, что окна и двери нараспашку были открыты, хотя погода оставляла желать лучшего. Гости танцевали, громко смеялись, пили и ни секунды не сидели просто так.       Фэнг повернул голову в сторону и столкнулся со взглядом Эдгара.       – Не спрашивай как я согласился на это. – Эдгар закатил глаза и, засунув руки в карманы, прошёл вглубь, скрывшись в толпе.       – Колетт! – из кучи людей, играющих в твистер вылезла темноволосая девушка, – Погоди-ка... – она наклонилась к ней, подозрительно поглядывая на Фэнга, – Это же?..       – Ага, – Колетт горделиво кивнула, тоже посмотрев на Фэнга.       – Да ладно?! Фэнг? Тот, что в "Иллюзии" снимался? – девушка поражено распахнула глаза и уставилась на Фэнга. Он неловко кивнул.       Девушку, как оказалось, звали Биби, и она увела Фэнга в эпицентр всего действа.       Пару минут она очень эмоционально рассказывала о том, как сильно ей понравилась "Иллюзия", о том, какой Фэнг классный актёр и что кинематографу его очень не хватало. Фэнг польщённо улыбался, чувствуя, что он действительно двигался, а не стоял на одном месте.       Компания, что разбрелась по разным углам и комнатам, стянулись к их кругу. Все оживлённо рассказывали о том, какие фильмы им нравятся, какой талантливый режиссёр, под чьим началом работает Фэнг. Некоторые предполагали в каких картинах стоило бы сняться Фэнгу, но он отнекивался, мол, это зависит совершенно не от него. По крайней мере пока. Пара человек даже сделали с ним фото.       Через полчаса Фэнгу всучили пластиковый стаканчик. Принюхавшись, он понял, что это сок вперемешку с каким-то алкоголем. Сначала он с недоверием повертел его в руках, думая, стоит ли. Но после всё-таки решил, что на трезвую голову ему здесь делать нечего.       Музыка с течением времени становилась громче, людей прибавлялось, а алкоголь каким-то волшебным образом не заканчивался.       Фэнг порядком вымотался от столь оживлённо обсуждающей его толпы. Поэтому принял меры и решил ретироваться как раз на тот балкон, который приметил, когда приехал. Если его конечно ещё не облюбовали.       Голова слабо кружилась, тело казалось тяжелее, чем обычно и, подняв себя по лестнице, Фэнг на секунду остановился, чтобы сделать глубокий вдох.       Комната, в которой и был выход на балкон, оказалась спальней. Вдоль стен плотно растянулись горшковые растения, пара кресел-мешков, в которых, по виду, кто-то недавно сидел, коробки от пиццы, которые, видимо, решили сложить сюда, и куча пустого пространства. Кажется, идеальнее места для всей активности и не найти, но гости решили иначе.       На балконе виднелся лишь один узкий, вытянутый силуэт. Фэнг махнул на него рукой и вышел на свежий воздух. Втянул как можно больше вечернего воздуха и краем глаза решил посмотреть, кто же всё-таки стоял рядом.       Ох...       Это был Эдгар.       Его лицо не выражало привычного недовольства и раздражения. Оно было расслабленно. Эдгар легонько улыбался уголками губ.       Пальцами он медленно сжимал сигарету, что густо дымилась, и время от времени длинно затягивался.       Через несколько минут Эдгар обратил внимание на Фэнга.       – Только не говори, что мистер-шило-в-заднице устал. Ни за что не поверю, – медленно и вкрадчиво сказал Эдгар, а затем вновь затянулся.       – Ну, значит не поверишь, – улыбнувшись, сказал Фэнг. Ему было в новинку разговаривать с Эдгаром и не выслушивать неоднозначные фразы, за которыми были спрятаны оскорбления. – Я устал.       Эдгар выгнул тёмную бровь и вновь отвернулся.       Они простояли пару минут в полной тишине, убаюканные тихим сопение леса. А после паузы Эдгар достал из кармана металлическую коробочку и, подойдя к столику, сел за него. Фэнг заинтересованно наблюдал за тем, как Эдгар вытаскивал квадратик из пергамента, укладывал его между валиками в этой самой коробочке, положил светлый кусочек, видимо, ваты и достал из кармана небольшой пакетик.       Эдгар вдруг остановился и вопросительно посмотрел на Фэнга.       – Будешь? – он всё ещё не поднял голову, смотрел из подлобья.       – Я не курю...       – А это и не сигареты.       Фэнг хотел что-то сказать, но так и застыл с раскрытым ртом, пытаясь понять, что именно ему предлагают. Алкоголь, ударивший в голову, ещё не успел рассосаться, хотя он был на прохладной улице.       – Ну...       – Давай. Ты же устал? Вот и расслабишься.       Фэнг тяжело сглотнул, протягивая руку и забирая у Эдгара готовую самокрутку. Тот расслабленно ухмыльнулся и принялся делать вторую. Пока Эдгар был занят, Фэнг недоверчиво разглядывал серо-коричневый пергамент, чёрные листья внутри. Он покрутил её, сжал пальцами и для надежности понюхал. Пахла она табаком.       В голове смешалось ощущение того, что это неправильно, он толком и не понял, что ему дали. Но желание узнать было сильнее, хотя цену новым знаниям он примерно не мог представить.       Фэнг почти собрался отказаться и уйти обратно в дом, но Эдгар закончил со своей самокруткой и достал из кармана зажигалку. Чиркнул колёсиком и поднёс к кончику папиросы, сжатой между губами.       Эдгар сквозь толщу табака и фильтр втянул воздух, и тлеющий кончик засветился, словно лазер. В нос ударил запах горечи, когда он выдохнул дым, а потом протянул Фэнгу зажигалку.       Он неумело поджёг сигарету, боязливо поднёс ко рту и для вида сжал её губами. Фэнг не торопился затягиваться, всё ещё обдумывая, а надо ли.       – Давай же. Не трусь, – с вызовом поторопил его Эдгар.       Фэнг выдохнул, вставая на низкий старт, и затянулся. Неглубоко, чисто попробовать.       На языке осел горький привкус, а нëбо будто покрылось мерзкой плёнкой. В горло ударил едкий дым, и Фэнг зашелся в кашле под смех Эдгара.       Вкус был мерзким, обволакивающим весь рот, казалось, что кусали за кончик языка.       – Ну как? – спросил Эдгар, посмеявшись.       – Ну и гадость...       Фэнг облизал сухие губы, чувствуя тошнотворный вкус, и вновь через силу затянулся.       Постепенно становилось не так противно. Пепел догорающими искрами падал на землю, разбиваясь об неё на тысячи искорок. Ветер казался уже не таким холодным. Фэнг действительно освежился, и когда самокрутка дотлела, он отшатнулся от перил и сделал шаг в сторону выхода. И понял, что на ногах он стоит с огромным трудом.       Перед глазами повисла мутная пелена и Фэнг не мог понять: от алкоголя или это всё-таки тюль, который висел здесь.       В ушах до боли громко зазвенело, язык онемел, а руки двигались без его ведома. Комната поплыла из стороны в сторону, принимая разные формы, вытягиваясь и сплющиваясь. Фэнг широко раскрыл глаза насколько смог и потер их костяшками пальцев, но с досадой обнаружил, что не помогло. Он будто находился в самой дальней комнате, куда музыка почти не доносилась. Или в глубоком-глубоком сне.       Фэнг, спотыкаясь об невидимые препятствия, подошёл к дивану и плюхнулся на него лицом вниз. Всё кружилось, заплеталось в необычные фигуры, которые на трезвую голову он даже представить не смог бы. Лёгкие залило густым, тяжёлым гудроном и слепило все в груди в один ком.       В кармане вдруг завибрировал телефон. Фэнг мысленно послал звонившего куда подальше, но он не унимался. Кажется, он звонил не первый раз, но время текло так быстро и одновременно медленно, что различить какой по счету звонок и как долго он продолжался, было нереально.       Фэнг всё-таки перевернулся на спину и вытащил телефон из кармана. Цифры и буквы на экране потекли, как щепки на воде, превратились в не читаемые закорючки, и, в душе не понимаю, кто это, он ответил на вызов и поднёс телефон к уху.       Звуки вокруг смешались в единую какофонию, а по ту сторону трубки кто-то высоко верещал. Так громко, что Фэнг выпрямил руку, не слушая, что скажут дальше. Пробубнил, что устал и швырнул телефон на пол, рядом с диваном.       Вечеринка превратилась в адский хоровод, в котором картины, вазы, ковры и пёстрые стаканчики кружили вокруг него.       Фэнг закрыл глаза.       Думать было невозможно.       Перед глазами вытянулся знакомый силуэт.

***

      Базз, успев за день разгрести кипу документов, разобраться со сценаристами по поводу раскадровки фильма и перекусить один раз, с облегчением выдохнул, когда стрелка на часах наконец остановилась на двенадцати.       Он устало захлопнул папку с документами одной рукой, швырнул её на край стола и встал с кресла.       Шея ужасно затекла. Голова гудела, а глаза слезились после постоянной чёрно-белой ряби печатного текста. Но совсем скоро он будет дома, что сравнимо с праздником.       Базз размял плечи, надел пальто и, выключив свет, вышел из кабинета. Воздух в коридоре свеж и лёгок, в отличии от его кабинета, в котором он вязкий и спёртый.       Внизу его ждала Лола. Она держала в руках сумку и небольшую стопку бумаг. Подойдя, Базз смазано поцеловал её в щеку, обнял за талию и направился в сторону выхода.       Очередной день, точно такой же как и другие, закончился.       Машина Базза одиноко ждала их на парковке, окружённая лишь фонарным светом. Стоило лишь Баззу достать ключи, как телефон в кармане разорвался вибрацией, от которой Лола вопросительно на него глянула.       Ему звонил Фэнг.       – Да? – Базз ответил, в ответ смотря на Лолу, которая недовольно скрестила на груди руки. – Куда мне приехать?       – Что? – шёпотом вспылила Лола, хмуря тонкие брови и разводя руки в стороны.       – Скоро буду.       Базз, откровенно говоря, заëбано вздохнул. У него в соображениях был дом, ужин и постель.       – Что опять? – серьёзно спросила Лола, закипая.       – Нужно съездить до ателье, где мы недавно костюмы заказывали. Кое-что уточнить.       – А без тебя вообще никак?       – Нет, никак. Я вызову тебе такси.       – Я с тобой съезжу.       Базз сжал руки в кулаки. Ни одна мышца его лица не напряглась, но в голове успели пролететь тысячи оправданий.       – Нет, Лола, ты не поедешь со мной, – ответил он, сжимая челюсти. – Ты итак сегодня сделала очень много и пора бы тебе наконец отдохнуть.       Лола фыркнула и, отвернувшись, облокотилась на дверь машины.       Такси приехало через несколько минут и, проводив Лолу, Базз нашёл нужный адрес на карте и поспешил выехать.       Ему вдруг стало волнительно перед встречей с Фэнгом. Не волнительно – страшно. Он сам в возрасте Фэнга любил подобные мероприятия и по-своему опыту знал, что на них может происходить.       Базз давил на газ изо всех сил, будто это поможет ему разогнаться ещё быстрее, и нервно стучал пальцем по рулю на светофорах.       Нужный дом мелькнул за деревьями, проглоченный туманом. Его было почти невозможно разглядеть, поэтому Базз выскочил из машины прямо посреди тропинки и, переступая через лужи, направился на источник шума.       Внутри царил бардак, половина гостей уже спали без задних ног где попало, а те, кто ещё не успели, были в хлам. Они еле различали, что происходит, и вели несвязные беседы друг с другом.       Проигнорировав чей-то недовольный выкрик, Базз быстрым шагом обошёл гостиную, кухню. Заглянул в ванную и после направился к лестнице. На втором этаже всё выглядело более цивильно. Людей почти не было, украшения всё ещё висели на своих местах, лишь кое-где был разлит алкоголь.       Базз нашёл Фэнга в большой комнате, лежащим на диване. На вид с ним всё было в порядке. Просто он тоже был ужасно пьян. Базз присел перед ним на корточки, отодвинул указательным пальцем чёлку и приложил ладонь ко лбу. Кожа у Фэнга была горяченная, щеки красные, а губы влажно блестели.       Базз на секунду подумал, что не прогадал, когда сказал Фэнгу в отеле, что никто из его партнёров не был и близко таким красивым, но через долю секунды мотнул головой и потряс Фэнга за плечо.       Тот никак не отреагировал.       – Ого, сам режиссёр Базз пожаловал, – сзади раздался сиплый, низкий голос. Базз обернулся и увидел темноволосого юношу в чёрной одежде.       – Ты его друг? – не церемонясь и не растрачивая времени на приветствия и знакомства, спросил Базз.       – Типа того.       – Что он пил?       – Да то, что и все.       Базз прикусил губу изнутри, сдерживая порыв прикрикнуть, но Фэнг вдруг зашевелился. Он потëр ладонью глаза и тяжело поднялся на локти.       Его мутный взгляд плыл по комнате и когда остановился на Баззе, Фэнг слишком энергично для пьяного человека сел.       Базз мучительно долго сверлил его взглядом, думая, что с ним делать. Дома Лола, ночевать на работе негде, а оставаться тут он вообще не рассматривал как возможный вариант.       Парнишка ретировался, и Базз, проводив его взглядом, положил руку Фэнга себе на плечо и поднял на ноги. Фэнг что-то отрицательно простонал, и Базз понял, что вести его так будет очень тяжело, поэтому подхватил под колени и поднял на руки.       – А ты приставать не будешь? – спросил Фэнг, когда Базз уложил его на заднее сиденье машины.       – Не буду, – Базз посмеялся, закрыл дверь и, обойдя машину, сел за водительское место.       – Тогда я никуда не поеду.       Базз удивлённо посмотрел на него через плечо и взорвался смехом. Надо же как.       Фэнг уснул буквально в ту же минуту.

***