Пустота

      — Наруто ты готов? это будет больно — я лежал перед Кагуей с оголённым торсом, её руки же в свою очередь нависли над моим животом. Идея Кагуи "бесконечного" накапливания чакры была в том, что печать на моём животе должна была остаться после смерти Курамы, и проверив мы убедились в этом, далее нужно было увеличить объём этой печати в несколько десятков раз и сделать так, чтобы она накапливала чакру. Кагуя уверила меня, что это ей под силу, но также она сказала что это будет больно, очень больно.       — У нас нет выбора, делай, я уж как-то да стерплю — Честно сказать, я думал она преувеличивает с уровнем боли.       — Я начинаю — Кагуя поставила руки на мой живот, на её лбу активировался риннешаринган и она начала менять мою печать.       Преувеличивала ли она с уровнем боли? Нет, однозначно нет, можно сказать что она наоборот преуменьшала. Я чувствовал невыносимую боль, всё моё тело словно полыхало ярче солнца, я чувствовал словно горят мои руки, ноги, даже внутренние органы. Далее к этому чувству прибавилось чувство будто всё моё тело протыкают тысячи кунаев. А самое печальное я не мог вырубиться, Кагую специально не давала мне вырубиться, так как это могло закинуть меня в мой внутренний мир, а там она непосредственно и работало, она сказала что моя душа может пострадать если это произойдёт. Всё что мне оставалась это просто терпеть боль, благо жизнь меня этому научила, так что сжав зубы, хорошо что в них заранее была положена тряпка из платья Кагуи, я стал дожидаться пока она закончит работать над моей печатью. Терпеть мне пришлось по ощущениям вечность,на деле, как мне потом сказала Кагуя, прошло чуть больше десяти минут. И наконец закончив она убрала руки с моего живота, села рядом с моей головой и поставила её на свои колени.       Она молчала, я с закрытыми глазами ждал от неё каких-либо слов, но она молчала, моё тело до сих пор горело, не так сильно как раньше, но горело, моё тело всё-ещё "протыкалось" кунаями, хоть и не тысячью. Но мне было плевать на боль, всё своё внимание, всю свою концентрацию я тратил на уши, чтобы дождаться от неё слов, но она молчала. Не выдержав я, прилагая все усилия всё-же открыл глаза, правильнее будет сказать приоткрыл, и что я увидел своим мутным взором? Печальное лицо женщины, её взгляд был направлен на меня, но было стойкое чувство будто-бы она смотрела сквозь меня.       — Скажи хоть что-то — Наконец не выдержал я — обрадуй меня — я сглотнул — или огорчи, только, пожалуйста не молчи — Знаете, когда вы заперты в бесконечно маленьком и бесконечно большом пространстве на бесконечное большое время с одним единственным человеком, и он молчит, бывает даже страшнее, чем если-бы он кричал от истерики. В особенности если этот человек пытался реализовать единственный ваш шанс сбежать из этого бесконечного "ничего".       — Наруто — наконец слова сорвались с её губ, а взгляд стал осмысленным — мы здесь заперты навечно — из её глаз скатились слезы — я не смогла, я пыталась, но твоя печать, её нельзя изменить, она, она связана с твоей душой, изменение печати приведут к твоей смерти — она плакала, не рыдала, а плакала, на рыдания у неё не осталось ни физических, ни моральных сил. Наруто смотрел на Кагую Оцуцуки, прародительницу чакры, сильнейшего обладателя чакры, которого он знал, и это сильнейшее существо плакало, не от боли, не от страха, а от отчаяния. И от вида как она плачет, его душа сжималась в тисках страха, неужели он, восемнадцатилетний юноша, что ещё не успел познать мир, не успел влюбиться, достигнуть своей мечту, юноша что не смог отомстить заперт здесь навечно, ведь эта тюрьма работала иначе, чем обычный мир, здесь могла пройти тысячи лет, а в реальном мире лишь мгновение или чуть больше.       Хоть в этом пространстве отсутствовало понятие времени, но внутренние часы Узумаки могли, хоть и с огромной погрешностью, подсказать сколько времени прошло. И вот, те самые часы подсказывали что с момента слов Кагуи уже чуть больше двух часов. Они сидели в тишине, Оцуцуки перестала плакать час назад, и сейчас бессмысленно смотрела в лицо Наруто, хотя, едва ли можно сказать что она смотрела в лицо юноши. Наруто научился читать эмоции людей по глазам ещё в детстве, многие жители деревни строили добродушную физиономию, а затем уведя беззащитного, доверчивого и ищущего заботы взрослых мальчугана от глаз людских долой, подвергали избиениям или издевательствам, но Наруто понял, даже самый искусный обольститель, не может подделать взгляд, в людских глазах всегда есть чувства, это может быть радость, страх, злость, всегда, даже в момент глубочайшего эмоционального кризиса в глазах людей видно отчаянье и безысходность, но в глазах Кагуи нельзя было увидеть ни одно, из известных Наруто чувств, ни отчаянье от заточения, ни безысходность от отсутствия возможности выбраться, ни даже капельки безумия, что могли бы возникнуть, по мнению Наруто, от сложившихся обстоятельств у любого разумного существа. Очи женщины смотрели в лицо юноши, и одновременно взирали в никуда. Знаете, человек удивительное существо, и несомненно в Кагуи тоже было много человеческого, человек готов был падая с обрыва, схватить одну единственную травинку, и искренне верить, что она удержит его как прочная верёвка, его мозг не давал думать по другому, ведь зная что даже схватив её ты умрёшь, человек потерял бы всякую волю к жизни, и умер бы от отчаянья, даже не успев упасть со склона. И в мире Кагуи этой соломинкой был Зецу, она верила что он спасёт её, освободит, её мозг поддерживал волю к жизни посредством Зецу, но вот теперь, Зецу нет, нет недежды, нет спасения, есть только вечная, гнетущая пустота. Мозг не понимал, что дальше, как жить, он тысячи лет питался одной лишь надеждой, поддерживая рассудок, а теперь надежды нет, и теперь мозг думал, как не сойти с ума.       Что-же чувствовал сам юноша, молодой, с мечтой стать Хокаге, с мечтой стать героем, недавно почти достигнутой, но оказавшегося в заточении, длиною в столько раз прожитой ныне жизни, во сколько представить юноши и сам не мог. Мог ли юноши сейчас чувствовать отчаянье? возможно, обречённость? наверняка, но все эти негативные чувства вытеснялись чем-то более мрачным, более зловещим и несомненно чем-то более древним - ощущением полной душевной пустоты. Зло возникло когда человек начал совершать добро, обречённость являет себя свету, когда гибнет надежда. Но вот пустота, она была всегда, до добра, до зла, она есть и она будет, и вот одну из форм этой пустоты ощущал юноша.       Кагуя — юноша нашёл в себе силы первым заговорить спустя два часа тишины и с первыми словами он поднял свою руку, приблизив ладонь к лицу женщины и вытер её слезы - я не знаю что думать, что чувствовать, я не знаю, в душе моей желает воспылать надежды свет, но тухнет он, едва не разгоревшись, от слов твоих гнетущих — Наруто сам не знал, почему сказал это так поэтично, просто он захотел и сказал — Я знаю суждено пробыть здесь веки-вечные — Наруто взглянув в глаза Кагуи, своим самым ободряющим взглядом, из всех возможных, но юноша знал, глаза не врут, и его глаза не исключение, он сделал то, что получалось у него лучше всего в жизни, Наруто улыбнулся, скрывая боль, за радостным выражением лица - Кагуя, если суждено запертым пробыть мне вечность здесь, я лучше буду ждать чего-то, чем плакать и рыдать, ведь всегда что-то происходит, так устроен наш мир, и я буду этого чего-то ждать. — Наруто знал, то что он сказал, не имела особого значения, его цель больше походила на глупость, чем на что-то действительно стоящее, но он знал, что предпочтёт даже эту глупость, чем выберет "ничто", он верит в то, что говорит, и эта вера даёт сил, даёт сил душе его не умереть.       Она удивилась когда Наруто заговорил, ей казалось что прошло мгновенье, как она озвучила те страшные слова, что всё, конец, но она знала, что прошлое несколько часов, и она перестала рыдать, она начала просто существовать, возможно, если бы юноша не отвлёк её, она бы так и осталась сидеть с его головой на коленях, и взглядом смотрящим в никуда. Рука что стёрла те оставшиеся слезы, на её щеках, что она поленилась убрать, к удивление женщины придала ей сил, знать что вечность заперт, но хотя-бы не один, не в одиночестве давала сил. Вот что действительно поразило женщину это слова Наруто, те слова, что должны были зажечь и в ней искру надежды, и к удивлению самой Кагуи, они действительно смогли отозваться в её душе, нет, она знала что слова Наруто обман, что и он сам мало верит в них, но была в этом юноше какая-то сила, особенность, он умел придавать людям сил, когда сам готов упасть и умереть, и даже фальшивая улыбка Наруто умела ободрять, она сама начала понемногу верить что это не конец, что есть ещё что-то, что сможет вытащить их, спасти. Человек, что ищет свет в тьме, увидит даже зажжённую спичку за километр. И вот мозг Кагуи, что отчаянно искал надежду, нашёл её, или его, Наруто, ей ничего не оставалось, как просто поверить в то, что верит он, просто чтобы "быть".