Первый раз

Прохладный воздух проникал в комнату через приоткрытое витражное окно, донося до затуманенного разума звуки улицы. Кавех любил слушать улицу: неразборчивые разговоры людей, проходящих под окном, лай собак, завывания ветра — все это действовало на еле думающую голову вдвойне успокаивающе, помогая хоть на минуту забыть обо всех делах. Глянув на часы, показывающие почти полночь, он устало вздохнул. Последнюю неделю он работал над гигантским проектом, который беспощадно сжирал все его желание жить. Он совсем бы пропал без Аль-Хайтама, который всячески подбадривал полумертвого от усталости Кавеха. Но накопленный стресс все же угрожал вылиться в истерику, чего архитектор совсем не хотел перед самым дедлайном. Осталось чуть-чуть, он справится. Воспрянув духом, он продолжил усердно чертить, раздражённо стирать и вновь дорабатывать. Спустя полтора часа, окинув взглядом проделанную работу, он решил, что, пожалуй, на сегодня сделал достаточно. И не найдя в себе сил даже на то, чтобы встать, уснул прямо за столом. Таким и застал его Аль-Хайтам, вошедший к нему в комнату, едва перестав слышать шорохи и вздохи — Кавех попросил оставить его одного на пару часов пока работает, и порядочный Хайтам не входил в его кабинет весь вечер. — Вот дурак, — беззлобно прошептал Хайтам, беря обмякшее тело на руки, — Закрылся и работает весь день, а потом ходит еле живой... Донеся Кавеха до спальни, он аккуратно уложил блондина в кровать, перед этим осторожно отцепив от пшеничных волос бордовые заколки. Вернувшись в спальню после душа, Хайтам застал Кавеха, лежащего боку и крепко обнимающего подушку. Его волосы беспорядочно разметались по ней, прикрывая лицо парня. Секретарь аккуратно убрал прядь волос парня за ухо и лег рядом с ним, накрывая их обоих одеялом и погружаясь в сон.

***

Аль-Хайтам проснулся от щекотного дыхания в районе ключиц. Приоткрыв глаза, он увидел Кавеха, лежащего на его груди. Блондин закинул ногу на бедро секретаря и улыбался во сне, обнимая его плечо рукой. Хайтам улыбнулся Кавеху в ответ, умиляясь его тактильности в сне: — Кави, просыпайся. — Ммм... — протянул названный. — Кави... вставай. Время, между прочим... — он потянулся к телефону, — ...девять утра доходит. Архитектор открыл глаза и недовольно посмотрел на Хайтама. — Доброе.. утро... — зевая протянул блондин. — Доброе.. Хайтам поцеловал Кавеха в макушку, бодро встал с постели и пошёл на кухню ставить чайник. Через минуту в дверном проёме показался сонный Кавех. Тихо подойдя к Аль-Хайтаму, он обнял его со спины за широкую талию, прижавшись щекой к плечу. — Это ты меня вчера в спальню отнёс? — Конечно, не мог же я тебя там оставить, — ответил Хайтам, — Спину беречь надо, да и спать со мной куда лучше, чем на столе, правда же? Лукаво улыбнувшись, он повернул голову к смутившемуся Кавеху. Тот посмотрел на него снизу вверх, затем уткнулся носом в его спину и тихо шепнул: — Дурак...

***

Несмотря на спокойно начавшееся утро, Кавех уже в обед чувствовал себя таким же пустым и разбитым, как вчера вечером. Он тупо пялился в чертежи невидящим взглядом вот уже пятнадцать минут. Никаких идей. Никаких мыслей. Проект сдавать через два дня. От нагнетающих мыслей в груди разрастался отвратительный ком тревоги. За окном шел дождь, ещё сильнее нагнетая на уже порядком расшатанное моральное состояние. «Я так устал»‎, — мелькнуло в голове. Телефон пиликнул от сообщения. Заказчик. Блять. Пишет, что возникли форс-мажорные обстоятельства и нужно срочно заканчивать проект, крайний срок — сегодняшняя полночь. Очень, блять, во время. У него есть двенадцать часов. Всего лишь двенадцать гребанных часов. Он не успеет. Не успеет. Не сможет. Не справится. От мыслей кружилась голова. Недосып, стресс и усталость сделали свое дело, до жути обострив восприятие чувствительного Кавеха. От безысходности хотелось рыдать — возразить заказчику нельзя — слишком влиятельный человек. Кавех потеряет свою репутацию, расторгнув контракт. Выхода нет, нужно работать. Но силы... Их совсем не осталось. Жгучие слёзы отчаяния потекли по щекам. Ему нужна была помощь, он не справится сам, тем более сейчас. Архитектор, слово под гипнозом, медленно встал из-за стола и неуверенной походкой вышел в гостиную. Кавеху нужен он. Расплывчатым взглядом он увидел его, сидящего на тахте. Секретарь внимательно читал очередную книгу. Хайтам заметил Кавеха, только когда тот вплотную подошёл к нему. Подняв взгляд, Хайтам увидел страх в блестящих рубиновых глазах. — Кави... что случилось?? — испуганно спросил он. Блондин пытался сказать, но у него не получалось. Едва он открывал рот, в попытках сказать хоть что-то, его тут же накрывали рыдания. Не в силах говорить, он уронил лицо в ладони и присел на корточки. Он сидел, закрыв лицо тонкими пальцами и рыдал. — Так, так.. Ну иди сюда, — Хайтам нежно-нежно-понимающе посмотрел на него и протянул руки к любимому. Тот, вложив влажные от слёз ладони в теплые руки, медленно поднялся. А затем его утянули в тёплые объятия сильные руки. — Тами, я так устал, — он уткнулся носом в плечо в секретаря, — Я так сильно устал... Слёзы продолжали литься водопадом, руки дрожали а сам он прерывисто всхлипывал. — Кави... я рядом. Я с тобой. Я понимаю, ты устал. Все хорошо. — Аль-Хайтам притянул парня ближе, — Поплачь, тебе пора дать волю слезам. Они долго сидели молча. Хайтам гладил Кавеха по голове, пока тот водопадом слёз изливал ему душу. Кавех отчаянно хватался за тепло секретаря и в тишине слышались его тихие всхлипы.

***

Архитектор поднял на Хайтама виноватый взгляд опухшими глазами. — Прости... Я... Не должен был, — хрипло прошептал блондин, отводя глаза в сторону, — Ты, наверное... занят был.. а я тут со своими проблемами опять... Извини.. — Кави, посмотри на меня, — блондин покорно поднял взгляд на изумрудные глаза, полные любви. Хайтам опустил ладони на щёки Кавеха и продолжил: — А теперь послушай меня. Кави, я люблю тебя. Люблю тебя любым — радостным, злым, плачущим, с проблемами и без — любым. Мы в отношениях, и раз оно так, то твои проблемы — наши проблемы. Я выслушаю и поддержу тебя. Даже если ты просто будешь рыдать, я пойму и буду рядом. Ты должен понять, что плакать — нормально и перестать извиняться за это. Я помню, как ты боишься плакать при ком-то. Ты не слабый, Кавех. Люди рано или поздно устают и выгорают, даже я. И я благодарен, что ты доверился мне, показав свои слёзы. Я ценю это. Я считаю тебя очень сильным. Кавех смотрел в изумредные глаза широко распахнув глаза, приоткрыв рот, и не дыша. «Что?» — пронеслось в голове, — «Что он говорит? Он не врёт?..» — его столько раз винили за слабость, что всё сказанное секретарем казалось его личным сонным бредом. — Хайт.. — голос сорвался, — Ты не врешь, Тами?.. Хайтам, до этого внимательно изучавший эмоции в рубиновых глазах, вдруг потянулся к блондину и поцеловал покусанные губы. — Нет Кави, не вру. Это было так приятно. Для Кавеха это значило даже больше, чем признание в любви. Какой же Хайтам хороший. Он и не знал, что этот, казалось бы, безэмоциональный камень на самом деле такой нежный и любящий. Блондин думал об этом, все сильнее осознавая, как же сильно он любит этого человека. — Спасибо тебе... — тихий всхлип, — Спасибо, что ты есть в моей жизни. Хайтам улыбнулся, после чего мягко припал к губам Кавеха, поглаживая большим пальцем его щеку. — И тебе спасибо, что ты есть у меня, — проговорил в самые губы архитектора, а потом запустил руку в его волосы на затылке, притягивая к себе для нового, длинного и успокаивающего поцелуя. Спустя минуты утешающих ласок, Хайтам мягко отстранился и всё же спросил: — Так, что же в итоге произошло? Кто тебя так обидел? — Ммм... — разнежившийся Кавех поморщился от неприятных воспоминаний. — Я понимаю, что ты, скорее всего не хочешь об этом говорить, но очевидно, что у тебя есть проблема, требующая решения и нам нужно с ней разобраться. Вздохнув, Кавех шепнул: — Хорошо.

***

— Хм, я так понимаю, возразить заказчику никак?, — спросил Хайтам. — Никак... — На какой стадии у тебя проект? — Я сделал процентов семьдесят примерно, но чтобы доделать, у меня совсем нет идей, вдохновения и сил... Я так устал и голова почти не соображает, а урезанный дедлайн совсем меня добил, — он опустил голову на плечо любимого, обвивая руки вокруг широкой талии. — До срока сдачи осталось десять с половиной часов, — Хайтам в своем репертуаре — я думаю, этого более чем достаточно для тебя. Но сейчас ты истощён и устал, поэтому я предлагаю тебе сходишь в душ, поспать часик, потом можем выйти на лёгкую прогулку? Освежишься и уже с новыми силами продолжишь работу. Останется у тебя целых восемь часов, а я, если что помогу тебе чем-нибудь — парень погладил ухо архитектора, — Ну, как тебе идея? — Звучит замечательно, — выдержав паузу, он, приподняв голову к уху секретаря, прошептал, — Хайтам, ты такой хороший. Блондин поцеловал его в щёку, а затем опустился на любимое место на плече, вдыхая аромат секретаря. — Хайтам, — Кавех поцеловал изгиб сладкой шеи, — Можно я прямо на тебе посплю? — Можно, — он улыбнулся, — Давай только приляжем поудобнее. Прислонившись к низкому бортику тахты, и опираясь спиной на стену, младший подложил подушку под поясницу и потянулся к сидящему на коленях Кавеху. — Иди сюда. Блондин подался вперед, утыкаясь лбом в излюбленное плечо Хайтама и приобнимая его. — Я тебя люблю, — тихо послышалось сверху. — И я тебя.. тоже.. очень люблю. Уже через пару минут блондин тихо сопел, а Аль-Хайтам в это время нежно поглаживал его волосы и спину руками.