Победитель по жизни.

Автор извиняется перед читателями за задержку и очень просит на него не обижаться. Надеюсь глава вам понравится^^       В палате №26 застыла напряжённая атмосфера. Бел молча приподнялся, выбравшись из объятий Франа и удостоив злобным взглядом пришедшего. Наконец сев и поправив Франу одеяло, Бел обратил внимание на то, как незнакомец нервно сжимает какой-то пакет и раздражённо смотрит на него в ответ. «Необычная причёска, однако, да и что с цветом глаз у этого парня? И что значит это его „мой‟?» — Именно такие вопросы и посещали Бельфегора.       Продолжалась эта сцена недолго. Первым не выдерживает Бел:       — Не смей игнорировать поставленные мною вопросы. Кто ты и чего тебе надо? — произнёс Бел шёпотом, всё же разбудить мирно спящего Франа он не хотел. Но незнакомец не торопился афишировать свою личность, видимо, задумавшись над чем-то своим.       — Как я вижу, правдивы слухи о том, что вы не очень терпеливы, принц вилосский. Я Диего де Лука, всего лишь навсего отец этого маленького и бесстыжего оболтуса, думаю, пояснять, зачем я здесь, нет более смысла. Но мне всё же интересно, что думала сделать столь знатная особа с Франческо, находясь рядом с ним на неприлично близком расстоянии, — ответил так называемый отец, улыбаясь. Бел понимал, что этот Диего что-то скрывает, но не мог понять, что именно.       — Удовлетворяй свой интерес сам, я не обязан перед тобой отчитываться, — оскалился Бел, не уступая в этом знаменитому чеширскому коту.       В комнате вновь повисла тишина, прерываемая тихим зевком Франа.       — Ну, раз так, то... — Не закончив предложение до конца, Диего, бросив пакет на пол, подошёл к открывшему глаза Франу. Схватив его за голову, приподнял, оттолкнув при этом Бела, и стал пристально рассматривать Франа на предмет наличия засосов. И его не волновало то, с каким взглядом смотрел на него Бел, да и удивлённый взор Франа от поисковой миссии не отвлекал. POV Франа.       И что здесь происходит? Учитель-то что здесь делает? К чему столь пристальный взгляд к моей скромной персоне? И где Бел?       — Может, отпустишь мою многострадальную головушку и наконец объяснишь, в чём я успел провиниться, раз ты удосужил меня своим визитом? — закончил я.       Но Мукуро — он и в Африке Мукуро, это я к тому, что он никогда меня не послушает и сделает всё наоборот. Что, в принципе, и случилось. Меня нагло проигнорировали, не переставая вертеть моей головой. Хотя в этом вся его натура. Делать всё наоборот и вопреки чьему-либо мнению — девиз этого человека.       Я давно общаюсь с ним, и знаете, что я считаю для меня самым опасным в этом человеке? Так это опеку, обращённую именно ко мне. Не стоит думать, что Мукуро бегает за мной с платочком, утирает мне нос и звонит, чтобы поинтересоваться всё ли со мной в порядке. Ничего подобного. Этот человек постоянно измывается надо мной, подбивает порой на совершение всяких пакостей с ним во главе, порой излишне требователен, но самым страшным моментом является заботливость, которая никогда не заканчивается ничем хорошим. До сих пор с ужасом вспоминаю ту его попытку меня накормить... А началось всё с банального... Flashback       Сегодня Мукуро позвал меня к себе в гости, как он выразился, позаниматься с вредным прогульщиком дополнительно. Отказать ему я не мог, это чревато печальными последствиями.       И вот, сидя у него на кухне и распивая с ним чай, я битый час слушаю его нытьё по поводу и без, вместо обещанных мне дополнительных.       — Фран, я говорил тебе, что ты всё больше и больше становишься похож на анорексика? — отвлёк меня Мукуро, когда я в очередной раз задумался о смысле своей жизни.       — Да, говорил, и не раз. Но я не анорексик, просто телосложение у меня такое~. — Действительно, в который раз он заводит разговор на эту тему? Ой, как-то недобро загорелись его глаза. Сваливать, чёрт, надо сваливать!       — Фран, я недоволен тем, что ты спокойно миришься с этим. И, раз сам ты ничего не хочешь предпринимать, то я о тебе точно позабочусь. Начнём с того, что тебя надо хоть как-то откормить. Ты иди в гостиную, а я пока приготовлю что-нибудь. — Мамочка родненькая... Кто-нибудь, спасите меня! Этот человек совершенно не умеет готовить! Совершенно! Убедить. Его срочно надо убедить в безуспешности его затеи. — Фран, и не пытайся меня отговорить, я всё решил, а ты марш отсюда, отвлекаешь только, — добил меня Мукуро, надевая фартук.       Конец. Окончательный и бесповоротный. Я, смирившийся со своей участью, иду в гостиную, наслаждаясь, возможно, последними в своей жизни глотками воздуха. Но, как говорится у русских, перед смертью не надышишься. Так вот и я сейчас ощущал что-то подобное. Зато помру смертью храбрых, на отделанных под мрамор столах. И вот буквально через час ко мне выползает Мукуро, явно довольный собой.       — Я там всё закончил, мой руки и можешь приступать к дегустации, — улыбаясь, произнёс Мукуро. Я же угрюмо поплёлся в ванную. Оттуда уходить совсем не хотелось, но меня уже зазывали с кухни, требуя, чтобы не копошился. И вот я стою на кухне перед этим самым столом, на котором стоят две тарелки. Я сглотнул. То, что на них находилось, даже едой назвать нельзя.       — Итак, это суп с фрикадельками и овощное рагу, — поочерёдно указывая то на одно блюдо, то на другое, повествовал Мукуро. — Ты ешь, ешь, не бойся. Я ради этого случая позвонил и попросил совета у Бьянки, слышал от кого-то в учительской, что она готовит неплохо, — закончил он, уставившись на меня. Чёрт. Он ведь с самого начала хотел именно откормить (читаем отравить) меня своей стряпнёй. Ну а как ещё тогда объяснить его подготовленность? Да и сам он ни за что не будет есть свою стряпню. Но всё же через час я всё это осилил. Ещё через час меня увезла скорая, с подозрением на острое пищевое отравление. Как результат, полмесяца провёл в больнице. Благо, что выжил. End Flashback       — Хьюстон, у нас проблема. Фран, вернись уже из своих иллюзий в мир реальный и ответь на поставленный вопрос, — тряс меня Мукуро. Аре? Вопрос? О, и Бел тут.       — Какой вопрос? — На меня смотрят, как на идиота.       — Он и не слушал, — произнёс Бел так, словно диагноз поставил.       — Фран, это правда, что ты надумал уехать в Вилас? — серьёзно спросил Мукуро. Упс... Вот кто и должен был узнать об этом решении последним, так это он.       — Ну да, надумал...       — А обсудить со мной это ты и не собирался, да? — прервал меня Мукуро. — Ты чем думал, когда соглашался? Сколько раз можно... — Дальше я, не слушая, просто обнял его. Обычно этот приём с ним срабатывает... Что-то холодом повеяло.       — Я, вообще-то, всё ещё здесь, — напомнил о себе Бельфегор. Так вот ты откуда, холодок...       — Так извольте обделить нас своим вниманием и покинуть наше общество, — ответил Мукуро.       — Диего, а не много ли ты берёшь на себя, смея приказывать принцу? — прошипел Бел.       — Аре? Бел, при чём тут мой отец? — вмешался я.       — Ку-фу-фу, ты чего, Фран, отца не узнал? — И при чём тут мой отец? Внеочередная шуточка от Мукуро...       — Аааа... Я всё понял. Бел, этот человек не тот, за кого себя выдаёт. Его настоящее имя — Рокудо Мукуро, и он — искусный лжец, предводитель злобных адских созданий, носящий среди них прозвище «ананасовая фея», а также учитель истории в моей школе, — вразумил его я. — Бел, этого человека даже детектор лжи не берёт, — дополнил я и получил по голове от Мукуро.       — Фран, что ты там про ананасовых фей говорил? — спросил Мукуро, грозно смотря на меня. Зная, что ждёт меня в будущем, я жалостливо прокряхтел и посмотрел на Бела. Спаси же меня, благородная твоя морда...       — Хм... Так значит, ты ему не отец. Фран, прекращай к нему прижиматься уже. Достало в край. Одно дело если отец, другое — левый мужик. — Говорит левый мужик, который сам лезет ко мне обниматься постоянно. Ну, я мальчик послушный, а значит сделаем, как того желает Его Благородие.       Мукуро было собирался что-то сказать, но у него зазвонил телефон, и он отошёл в дальний угол палаты. В это время ко мне подошёл Бел, схватил меня за лицо так же, как и Мукуро в начале этого спектакля. Он на несколько минут замер в этой позе. И, как только Мукуро подошёл к нам снова, совершил то, чего от него я в принципе и ожидал. Да, да, этот придурок коронованный специально подождал учителя и, как только он вернулся, внаглую стал меня целовать. И нет бы мне проявить целомудрие и оттолкнуть его, так нет же, прижался к нему и ответил. И мне чертовски это понравилось. Когда мы всё-таки оторвались друг от друга, я был похож на варёного рака, ибо смущение нарастало в геометрической прогрессии, Мукуро же просто стоял, разинув рот.       — Фран, он что, эм... твой парень? — И, видимо, взяв себя в руки, он задал, пожалуй, самый напрашивающийся вопрос.