холодные поцелуи с привкусом крови.

снег жалобно хрустел под их ногами, а холодный ветер развивал тёмные волосы, обдувая багряные щёки. совсем запыхались, но не останавливались ни на мгновение, будто бы боясь разорвать связь между друг другом и потеряться в сумеречной, холодной мгле. — я хочу подарить тебе вечность, фрэнки! — кричал юноша впереди, жадно поглощая морозный воздух. — а я хочу подарить тебе февраль, джерард! — слышалось где-то позади почти что задыхающимся голосом. тёмная и невысокая фигура тихо прогуливалась по ночному кладбищу. луна возвышалась над ним, позволяя таким существам, как он, наконец укрыться в её холодных объятьях, освещая всё вокруг. морозный ветер тихонько игрался с чёрными, как смола, волосами, будто бы котёнок с клубочком. но так же "котёнок" не упускал из виду открытые участки мёртвого тела, заставляя их покраснеть и потерять свою былую нежность. оливковые глаза небрежно оглядывали местность, иногда заостряя внимание на каких-то старых и потрёпанных годами могильных плитах. любопытство вампира привлекла необыкновенная "постройка". взору мальчишки открылась статуя ангела, совсем заросшая цветами и в некоторых местах покрытая плесенью и мхом. где-то были отклоты кусочки потемневшего мрамора. но всё же можно было разглядеть былую красоту одного из чистейших существ, если придерживаться библии. вампир опустил голову вниз к ногам и увидел табличку, что замело снегом. присев, белоснежная рука потянулась к могильной плите, смахивая серебристое покрывало таившее от него имя покойного. — линда айеро.. — шёпотом произнёс мальчик, вглядываясь в годы жизни. — вечная память тебе, любимая мама и жена. — голос дрогнул, а смолистые брови стали ютиться у самой переносицы, будто выражая сострадание родственникам погибшей матери. ещё с минуту джерард смотрел на могильную плиту, будто ища в ней что-то. некогда живое сердце тихонько шелохнулось и парень поднял голову на ангела. — пошлёшь ли ты мне ангела?— будто вопрошал у статуи вампир. — достоин ли подношения твоего божественного? дара всевышнего? — и монолог мог длиться ещё час и даже два, но где-то позади послышался хруст снега. не успел он оглянуться как перед ним стоял тот самый ангел. взору его был открыт миловидный юноша, который был чуть ниже его ростом и с таким уставшим, но спокойным лицом. орехово-карие глаза поглотили джерарда целиком и полностью, прямой нос пронзил мёртвое сердце насквозь, заставляя ожить ради него, веснушки, напомнившие звёзды, прожгли в нём сотни дыр, а утомлённая улыбка добила его окончательно. вампир влюбился. — чего ты на земле холодной сидишь? не боишься заболеть? — голос был таким нежным и немного грубоватым, что слушать его было, словно попасть в сказку или услышать песнь загадочной арфы, затмевающий разум. — нет, не заболею — не только ноги, но и голос стал ватным и размякшим. — я буду в норме.. а ты пришёл навестить кого-то? — ну, ты стоишь у могилы моей матери, так что да. — с краткой усмешкой сказал мальчишка. — я фрэнк. фрэнк энтони томас айеро-младший! а ты? — засеяла улыбка на немного бледном лице, укрытым одеялом лунного света. орехо-карие глаза засверкали в ожидании, крохотные ручки игрались с букетом цветов, который он держал, чтобы подарить его мёртвой матери. пока же мальчик похожий на солнце ожидал ответа, на лице вампира случилась яркая палитра эмоций, состоящая из стыда и угрызений совести. он поджимал бледную губу, кусая её, отводил взгляд красных, как кровь, глаз в сторону и неловко перебирал пальцы. — я джерард. джерард артур уэй. — вампир тихонько встал, отряхивая с коленок своих чёрных джинс снег, он протянул свою холодную и мертвую руку новоиспечённому другу. слившись с тёплой и живой рукой фрэнка, они оба вздрогнули от необычных ощущений, поразивших их обоих. — мне недавно исполнилось двенадцать.. а тебе сколько, джи-джи? — айеро просиял, греющей, улыбкой, в которой джерард хотел бы утонуть. как и в его орехово-карих глазах. от милого прозвища и на лице вампира появилась холодно-тёплая ухмылка, а небольшие ямочки по обе стороны украсили его бледное лицо, покрытое лунным светом. — а мне вот четырнадцать скоро будет! не слишком ли я взрослый для тебя? — он тихо хихикнул, чем заставил маленькое сердце мальчика напротив сжаться от необыкновенных чувств. — совсем нет! мне пойдут любые друзья, джи-джи. даже такие взрослые и дряхлые, как ты. — настала очередь смеяться «солнышка» из-за чего в который раз уэй засмущался и совсем раскраснелся. — хэй! я не такой и старый блин.. — он закатил свои оливковые глаза, сложив свои холодные руки в общепринятой позе, которая всегда означала обиду на кого-то. но он не обижался на фрэнки. разве что немного. — хорошо-хорошо, джерард. а что ты здесь делал? — прогуливался. мне нравится здесь быть. особенно в морозную погоду.. а за тебя не будут волноваться? — взгляд зеленоватых глаз пытался сыскать своё счастье и умиротворение в снегу, но был вынужден метаться от белоснежного покрывала до лица айеро. — не думаю, что моему папе есть до меня дело. не хочешь прогуляться? — на краткое мгновение тёплая улыбка сползла с юного личика, но совсем скоро она вернулась с новыми красками, когда холодные руки джерарда коснулись вечно горячих ручек мальчика. они тихо шагали в унисон вдоль могил и скамеек около них, слушая хруст снега под ногами, глядя то на сияющую луну, то на друг друга. в скором времени фрэнк привёл джерарда к заснеженной лавочке под сухим деревом, он стёр свободной рукой белое покрывало, дарованное матушкой природой, и вдвоём парни опустились на неё. но руки расцепить они не решались. наоборот, младший взял в свои крохотные ладони чужие кисти и стал дуть на них, согревая их. сквозь хохот от приятного тепла, уэй спросил: — зачем ты это делаешь, фрэнки? — его улыбку не могла скрыть никакая ложь, какой бы сладкой она ни была. — твои руки такие холодные, джи-джи. хочу согреть их! — на это он лишь услышал тихое бурчание и томный вздох, но джерард плохо скрывал свою ложь и было видно, как ему приятно от такого. — а почему ты.. думаешь, что твоему отцу всё равно на тебя? — робко вырвалось с бледных губ вампира, пока его глаза сыскали успокоение в какой-то каменной глыбе, которая похоже была надгробием какой-то могилы. мальчик напротив тихо вздохнул, взгляд орехово-карих остановился же на холодных и длинных руках друга. — когда мамы не стало мой отец стал часто выпивать и пропадать в разных не очень хороших местах, — голосом выделил «не очень хороших». при жизни линда частенько так выражалась о разных клубах, кабаках и казино. — дома часто появлялись какие-то его друзья, с которыми он выпивал. или если не было их, то чаще всего он просиживал дни напролёт за просмотром старых фильмов. когда мы только потеряли маму, то он иногда ещё обращал внимание на меня, но сейчас ему не до меня. — недолго думая, джерард затянул фрэнка в тёплые объятья, крепко прижимая его и гладя по спине. мальчик долго ждать себя не заставил и ухватился за джинсовую куртку друга, кладя голову на плечо. с белоснежных щёк потихоньку стали катиться маленькие капельки слёз, которые немного искрились от яркого света луны. — знаешь, ты не одинок в этом, фрэнки.. — начал джерард, продолжая водить рукой по спине то вверх, то вниз, — моих родителей не стало, когда я появился. у меня остался разве что брат да дядя, и в момент, когда о смерти родителей стало известно всем в нашей семье, он принял нас к себе в замок. и как бы мы ни старались его внимания нам тоже не найти. я не виню его в этом, мне кажется было бы трудно уделить внимание каждому ребёнку из школы. но я знаю каково это виться вокруг родного человека, в попытках заставить посмотреть на себя. — юный вампир крепко сжал в кулаке тонкую толстовку своего друга. — давай всегда будем вместе и никогда не перестанем окружать друг друга вниманием? — давай.. — тихо прошептал фрэнк, уже захлёбывающийся в собственных слезах, похожих на маленькие капельки воды, капающей с сосулек. небольшой силуэт бродил под деревом по хрустящему белоснежному полотну из стороны в сторону уже около минут семи. костяшки рук, кончики ушей и щёчки с носом покрылись багряным румянцем, зубки тихонько стучали друг о друга от жгучего холода, и орехово-карие глаза всё мельтешили по ближайшим точкам в поисках другого «человека». — когда уже джи-джи научится выходить во время блин? — сквозь зубы прошипел фрэнк, всё ещё отчаянно ища глазами вышеупомянутую персону. где-то по правую сторону от него послышался хлопот и парень невольно вздрогнул. — снова эти летучие мыши.. — он закатил глаза и обхватил себя как можно крепче, но не так чтобы повредить подарок. айеро копил на эти мятные леденцы и чёрные перчатки с фалангами пальцев, которые светились в темноте, около недели, если не больше, и он очень жаждал отдать это все поскорее, чтобы посмотреть на реакцию друга. и вот через время на горизонте замелькала знакомая фигура мальчика чуть выше него. солнечный мальчик не заставил себя долго ждать и побежал на встречу, снося с ног приятеля своими объятьями. — и тебе привет, фрэнки! — с хохотом сказал джерард, потрепав младшего по каштановым волосам. на его щеках тоже красовались «поцелуи» зимы и замёрз он не меньше друга. — я вообще-то ждал тебя здесь минут десять, джерард! — немного приукрасил, но это было в благих целях. надо же было как-то заставить вампира покраснеть уже от стыда. но тот был невозмутим и лишь снова захохотал, растрепав волосы сильнее. фрэнк закатил орехово-карие глаза и, встав с уэя, протянул тому руку с порванной перчаткой, когда же тот встал, мальчик велел ему закрыть глаза, что тот послушно выполнил. маленькие руки айеро раскрыли чужие и, порывшись в карманах, достал «подарок», сложив его адресату прямо в руки. когда же джерард открыл свои оливковые очи, то его ждал приятный подарок, от которого по белоснежному лицу поползла тёплая улыбка, а за ней и ямочки по обе стороны. он аккуратно убрал конфеты в свою потрёпанную сумку с нашивками и поспешил надеть перчатки. с минуту парни молча стояли в глубине кладбища, лишь ближний лес окружал их, напевая свою зимнюю колыбельную. худощавые руки вампира потянулись к мальчику напротив, заключая в новые горячие объятья, в которых они начали таять, словно зажённые свечи медленно и осторожно. — теперь моя очередь закрыть глаза? — нарушая могильную тишину, прозвучал голос айеро, что начал отдаляться от друга. получив кивок, на его глазные яблоки пали уставшие и красноватые от недосыпа веки. в руках парень ощутил что-то гораздо большое и тонкое, открыв глаза он увидел собственный портрет и небольшой конверт с милой наклейкой летучей мыши. — откроешь дома, хорошо? — сладкий и успокаивающий голос джерарда тоже решил вмешаться в покой этого места. — спасибо большое, джи-джи. — на глазах снова выступили капельки солёных слёз, что вот-вот собирались сбежать из «укрытия» и прокатиться по красным щекам, но им помешала мёртвая рука в перчатке, принадлежащая вампиру. через мгновение фрэнк ощутил мягкое прикосновение холодных и чужих губ в районе своего лба. джерард бросил на кровать полупрозрачный пакет с продуктами и приземлился недалеко от него, стукаясь головой о стенку с плакатами. он тихо зашипел от боли, пока его друг стоял в дверном проёме, наблюдая за этим. — будь аккуратней, джи-джи. живёшь со мной неделю уже, а всё никак не запомнишь, что кровать не любит, когда на неё прыгают. — мальчик скрестил руки на груди, обречённо вздыхая. — ну, фрэнки! я та-а-ак устал!! мы тащили такой тяжёлый пакет на этот второй этаж блин, — скулил вампир наконец приподнявшись на локтях и перестав шипеть. — джер, там всего лишь молоко с печеньем и сироп карамельный. — каштановые брови встали «домиком» у переносицы, улыбка, что была на бледном лице минуту назад сменилась на недовольное личико. мертвец лишь продолжил скулить и делать гримасу страданий, мук и боли. — господи, в следующий раз сам понесу. — с ноткой злости в голове, айеро подошёл к столу, где стоял чайник с кофе, сахаром и двумя кружками: на одной были нарисованы тыковки с привидениями, а на другой большая летучая мышь посреди кладбища. он достал из сумки капучинатор, который стащил с кухни, что была буквально под ними, открыв его, сунул туда две пальчиковые батарейки и, нажав на кнопку, убедился, что устройство работает. джерард же в свою очередь тихо встал с кровати, прошипев что-то о месте, и подошёл к «солнышку» с пакетом. — я тебя видел, джи-джи, — стараясь скрыть нежеланную улыбку, фрэнк взял грязную ложку, лежавшую в блюдечке с сахаром. он закинул по две ложки сладкого песка и по одной кофе в каждую из кружек, и начиная искать маленькую кружку, в которую зальёт молоко. уэй же сразу поставил её, замечая, как его друг ищет предмет, а рядом с ней и все их покупки. младший мальчик стал открывать коробку с «природным подарком коровы» и налил немного в кружку, и добавил чайную ложку сиропа, слизывая остатки с столового прибора. рядом стоящий, джерард с интересом наблюдал за этим всем, но так чтобы не мешаться творцу. айеро нажал на кнопку, расположившуюся на электронном чайнике, и стал взбивать капучинатором молоко, когда же раздался характерный звук юноша прекратил приготовление второго ингредиента и залил кипяток в обе кружки по середину. в след за горячей водой в кружки попала молочная пенка с привкусом карамели. — уже предчувствую этот пряный и сладковатый привкус кофе с карамелью. — с краткой усмешкой уэй сел на стул за столом и стал дожидаться дальнейших действий. — ох, джи-джи, ты мне льстишь, — на этот раз улыбку скрыть не вышло и бледное лицо, словно засияло. — на самом деле этому научился я у мамы, — начал парень, садясь рядом и хватаясь за свою кружку с тыковками, — когда она ещё была жива и всё было хорошо, мы часто делали с ней такое кофе на завтрак. в последние года жизни матери мне пришлось приучить себя делать его самостоятельно. к тому времени она уже не могла вставать с постели либо делала это крайне редко. — фрэнк отпил немного от своего шедевра и принялся открывать упаковку печенья. взяв одно, он откусил кусочек и на стол упало несколько крошек, а некоторые остались у его рта. вампир немного потускнел от очередного рассказа друга, но в глубине души понимал, что мальчику просто не с кем общаться и это нормально, что он делиться такими вещами. да и сам мертвец был не против. главное, чтобы айеро был рад. заметив крошки у рта, шатен потянулся через стол к младшему и стёр их пальцем, от чего тот зажмурился и фыркнул. — не жмурся так. с минуту они сидели в полной тишине, пока фрэнк не выдал: — ты мне нравишься, джи-джи. очень сильно. — щёки двух парней покрылись багровым румянцем, но говорить больше никто не стал. он неспешно перебирал каштановые волосы своего друга, лежащего на коленях. орехово-карие радужки были спрятаны от этого мира, уставшими и темноватыми, веками, бледное личико таило в себе безмерное спокойствие и умиротворение, а маленькие ручки лежали на животе. джерард тихо напевал песню, что всегда напоминала ему о фрэнки. его орехово-зелёные глаза не могли оторваться от ненаглядного парня, на душе у обоих было безмятежно, и красные, покусанные, губы вампира приоткрылись, начиная затягивать песнь, которой страстно подпевал дождь, ливший всю эту ночь: — The other night dear, as I lay sleeping I dreamed I held you in my arms But when I awoke, dear, I was mistaken So I bowed my head and I cried — голос был, словно самый мягкий и бархатистый шёлк на свете или как сладкий, тягучий мёд, в котором айеро находил своё успокоение. внезапный, холодный ветер немного ободрил их, заставляя полу-спящего парня проснуться, но это не совсем и мешало им. наоборот даже, помогло немного. вампир положил свою свободную руку на бледную и холодную щеку человека, начиная поглаживать её, будто пытаясь согреть кожу и убрать излишнюю красноту, подаренную ветром и морозом. — you are my sunshine, my only sunshine you make me happy when skies are gray — мертвец немного облизнул пухловатые губы, обнажая свои клыки, затем освободив одну руку, он заправил тёмную прядку волос за острое ушко. — you'll never know dear, how much I love you please don't take my sunshine away. i've always loved you and made you happy and you promised to do the same never leave me to love another you'll regret it all someday. — фрэнк вот-вот бы уснул от тёплого и нежного голоса джерарда, который усыплял его, словно самое лучшее снотворное на свете, если бы не капелька дождя, попавшая ему на щеку. мертвец лишь тихо хихикнул, когда каштановые брови встали «домиком», а глаза юноши открылись. он осторожно положил руку на белоснежную щёку «солнышка», вытирая пятнышко и продолжил поглаживать по месту происшествия, пока мальчик на коленках не расслабился, вновь пряча взор под своими темными веками. лунный свет так подходил фрэнку, что иногда уэй мог часами молча наблюдать за ним, любуясь этой красотой, которая досталась ему в качестве друга. — you told me once, dear, you really loved me and nothing else could come between but now you've left me to love another you have shattered all of my dreams, — немного выражение лица вампира сменилось с полного спокойствия на некую тревогу. напевая каждую из этих строчек, его мёртвое сердце понемногу сжималось в неведомом страхе. а что если его милый фрэнки найдёт ему замену в лице друзей-вампиров из школы уэя? ох, как же он этого не хотел.. его брат и так шутит над ним каждую ночь, и их встреча повлекла бы больший шквал шуток. а берт бы явно обратил его уже и не стал бы ждать непонятно чего! но джерард не был таким вампиром, как они. он не хотел пить крови, обращать или убивать людей из-за жажды и пользоваться их доверием. айеро был для него всем миром и даже больше, и причинять ему вреда не хотелось. мальчишка был, словно личное солнце для такой луны, как уэй старший, его хотелось только оберегать и защищать, радовать и любить. — you are my sunshine, my only sunshine you make me happy when skies are gray you'll never know dear, how much I love you please don't take my sunshine away. — фрэнк действительно никогда не поймёт, как же сильно он любим вампиром. закончив же с песней, он несколько минут просто мурлыкал себе что-то под нос, но в какой-то момент мертвец засиял и в оливковых глазах появились искорки. ради этого ему пришлось убрать руки от айеро, но оно того стоило. порывшись в своей темно-зелёной сумке с нашивками, джерард вытащил маркер и снял с него колпачок. он наклонился ближе к лицу «солнышка» и стал соединять его веснушки, словно те были пунктирными точкам. — джи-джи, что ты делаешь? — сонливо и недовольно промурчал младший, иногда щурясь от прикосновений маркера к коже. — соединяю звёзды. — у меня нет звёзд на лице, джи.. — в голосе уже слышалось чёткое непонимание. — ещё как есть! ты — большая звезда солнце, а веснушки у тебя на щеках — другие маленькие космические тела. — на белоснежном, как снег, лице появилась довольная улыбка, обнажавшая клыки вампира. — ох, джи.. — закатив глаза, он снова закрыл их. айеро смотрел прямо в орехово-зелёные глаза, ища в них хоть капельку честности. говорить было безумно сложно, в голове творился полный кавардак, а сердце бешено стучало. — ты правда любишь меня, джерард? — горячий пар ворвался в холодное пространство между ними. — нет, фрэнки, я обожаю тебя, — бархатный голос так нежно растягивал каждое слово, что в какой-то момент могло показаться, что солнышко заколдовали или загипнотизировали. мертвец перед ним подвинулся чуть вперед, поближе к юноше, и расстояние между ними словно стёрлось, он чувствовал горячее дыхание на себе и видел каждый сантиметр кожи. уэй уже собирался вот-вот поцеловать его и кажется фрэнк даже ощутил на своих губах, давно желанные губы джерарда.. — фрэнки, просыпа-а-айся! — вампир тряс его, держа за плечи, и скулил, словно ребёнок лет пяти, когда ему не купили игрушку. орехово-карие глаза мгновенно открылись, на бледных щеках появился кроваво-алый румянец, каждый миллиметр тела переполняло чувство стыда и смущения. — ох! так ты проснулся! — с невинной улыбкой промолвил нарушитель покоя. — а чего красный такой? снова снилась та, девочка из твоей школы? — вовсе нет, джи-джи.. — застенчиво отводя взгляд, айеро скрестил руки на груди. — чего ты хотел? поздно сейчас вообще-то, да и у меня завтра тест утром. — как насчёт того, чтобы поиграть в прятки? на кладбище! — джерард улыбнулся во все тридцать два зуба, оголяя клыки, жмуря глаза и морща нос. — джи-джи, я не могу.. — а я тебя кое-что расскажу. о себе конечно. но это большая тайна, фрэнки. — вместо ответа он увидел сначала заинтересованный вид солнышка, а затем поплёлся за ним к подоконнику. мертвец предпочёл первым спуститься со второго этажа, спрыгнув с него и выставляя руки, чтоб дать понять другу, о возможности безопасного падения. а айеро долго уговаривать не нужно, он послушно спрыгнул с окна, приземлившись в руки приятеля. — тебя так донести, солнышко? — вырвалось с краткой усмешкой. — не нужно, лунышко. — мальчик спустился со своей «подушки безопасности» и протянул ему небольшую ладошку. уэй принял знак и, сцепив руки в замочек, побежал следом за другом. — а кто водит то? — послышалось спереди запыхавшимся голосом. — ты конечно! — сзади раздался замученный бегом хохот. белая пыльца, подаренная небесами, хрустела под подошвой ботинок и потрёпанных кроссовок, воздух был ужасно холодным, а лица мальчишек быстро покраснели не то от бега, не то от мороза. добрались же они до места быстро, всего за минут семь. — считай до.. хм, до двадцати, фрэнки! — хорошо-хорошо. — айеро прислонился к стволу старого дерева и закрылся руками, начиная отсчёт. когда же прозвучало: «двадцать! я иду искать», мальчик принялся заглядывать за каждую могилку и растение, он искал его везде, но найти совсем не мог. — джерард, выходи пожалуйста, я сдаюсь.. — голос начинал дрожать, от парализующего страха, а в уголках глазниц появились блестящие, хрустальные капельки. где-то сверху послышался какой-то хлопот и в скором времени джерард вышел в своему другу. вместо множества слов, он просто обнял его, прижимая голову к своей грудной клетке. — вот ты и попался! — раздался злорадный хохот и солнышко быстро отстранился от мёртвого тела, сковавшего его свободу. — ах, ты обманщик! — уэй уже собирался погнаться за айеро, но в мгновение и след от него простыл. то ли из-за туч, таивших единственный источник света, то ли из-за снега, что не переставал идти отпечатки ножек и в правду пропали. мертвец начал поиски маленького хитреца, но тот словно испарился в воздухе, не оставив и намёка на своё существование. в тёмной голове промелькнула мысль о том, что может фрэнк тоже вампир, но он быстро исключил это. они чувствуют друг друга за километр, что уж тут вблизи. как бы это ни было, юноша не сдавался и искал, и поиски окупились, он нашёл его, стоящим у могилы матери. джерард дотронулся до небольшого плеча, но не сыскав ответной реакции, подошёл к нему лицом к лицу. — мог бы спрятаться по лучше.. — с томным вздохом, старший закутал солнышко в свои холодные объятья, поглаживая его по темно-русым волосам. — знаю, джи-джи.. — голос звучал измученным и уставшим, взор орехово-карих глаз прятался в тени какой-то из чужих могил. — что ты хотел мне рассказать? — ты читал когда-нибудь про оживших мертвецов? — начал издалека вампир. — ты серьёзно веришь в это, джи? — вопросом на вопрос не отвечают! но как я понимаю, ты об этом знаешь.. — в горле образовался некоторый ком из сомнений и страхов, голова переполнялась криками о том, что не стоит этого делать, но уэй уже всё решил. — я давно хотел сказать тебе об этом, если честно.. — и что же это, джи-джи? — сердце фрэнка трепетало от счастья, он даже боялся, что его стуки слышен всему кладбищу, но если честно, ему было плевать. он поднял голову, упираясь подбородком в грудную клетку, в его глазах сияли искорки радости, а может даже целые салюты. ну не уже эта сцена из сна воплотиться в жизни? — на самом деле, я не человек.. — мертвец откашлялся, — я вампир, — он помедлил ещё секунду. — только прошу, не убегай от меня! — тревога была не только в разуме, но и в дрожащем голосе. айеро потупил несколько мгновений, просто хлопая тёмными ресничками, в попытке всё осмыслить. когда же осознание достигло корня его мозгов, а в голове появлялись картинки, где было хорошо видно эти признаки «вампиризма», он захихикал. — если ты хотел выпить моей крови, то мог бы так и сказать! — что? — вместо каких-либо объяснений, младший оттянул подол своей футболки и стянул с плеча тёплую рубашку. — кусай. — он наклонил голову немного в бок, в предвкушении следующих действий джерарда. а вампир лишь смотрел на него ошарашенным видом, будто ожидал чего угодно, но не этого. — ни за что! мало ли что может случится с тобой, фрэнки! а я не хочу терять тебя! — завопил мертвец, натягивая обратно одежду на солнце, — оденься блин. вздумал он на морозе полу-голым блуждать. — ты как мама, джи-джи, — захихикал младший, обняв друга крепче. — ты мне так нравишься, джерард.. — он положил голову на грудь, прикрывая глаза. в небольших руках он держал сверкающую заколку, сделанную из белого золота на конце которой находилось сердце из граната, чей блеск маняще переливался под лунным светом. за неделю до своей гибели его мама отдала её прямо в руки сына, сказав о том, что это украшение он подарит лишь тому человеку, которому отдал и своё сердце. только полюбил не человека, как узнал совсем недавно. по комнате разбежался приглушенный стук, доносящийся из окна, от которого невольно фрэнк дрогнул. похоже, что к нему снова заглянул вампир. парень ещё с несколько секунд смотрел на заколку и запихнул её обратно в карман толстовки. он потянулся к окну и, открыв его, нежно улыбнулся. — привет, фрэнки! — мертвец улыбался во все тридцать два зуба и крепко держал одной рукой темно-зелёную сумку, а другую прятал за спиной. несмотря на то что шёл он размеренно, щёки его горели алым, словно расцветающие розы. — и тебе привет, джи-джи. — айеро уже потянулся, чтобы оставить на холодной и бледной коже горячий поцелуй, но друг рефлекторно увернулся от него. юноша лишь закатил орехово-карие глаза и попытался заглянуть за спину, но даже так уэй увернулся. — что ты там прячешь, джи? —немного возмущался младший. — узнаешь, когда мы придём кое-куда! — раздался звонкий хохот и джерард кивнул головой в сторону выхода. солнышко прыгнул наружу и пошагал в след за другом, иногда пытаясь углядеть что же там припрятал для него старший. они уже успели прошагать мимо их любимого кладбища и уже стали приближаться к тёмному лесу, как на одного из них накрыло с головой чувство страха. — джерард, нам обязательно идти так далеко в лес? — в голосе была слышна лишь тревога. мальчик нервно смотрел по сторонам, боясь всего вокруг него и ожидая, что откуда-то вылезет страшный монстр. — нет-нет! мы совсем скоро будем на месте. — и в этом уэй был прав. через считанные секунды они оказались в прекрасном месте. это было что-то вроде обрыва, окружённого сухими и полу-мёртвыми деревьями по бокам, который кутала в своих объятьях луна. вампир быстро нашёл под одним из стволов, упавшее бревно, и парни решили сесть там. через несколько мгновений мертвец полез в свою сумку через плечо, пытаясь достать что-то. фрэнк всё ещё пытался заглянуть к нему, но тот уворачивался, не давая и шанса. совсем скоро он сам повернулся к нему. — фрэнки, я давно заметил как часто ты мёрзнешь, поэтому, — он помедлил, доставая из сумки, — я связал для тебя перчатки и шапку! но это не единственное, что я хочу тебе отдать, если честно. — в ответ его ожидали лишь крепкие объятья. — спасибо, джерард! я тоже хотел бы тебе кое-что отдать и рассказать. — айеро отстранился от уэя и стал ёрзать на месте, пытаясь усесться, когда же это случилось он стал смотреть на белоснежное покрывало под ногами и кончики своих ботинок. — знаешь, есть один человек, к которому я не безразличен. я часто признаюсь ему в чувствах, но он словно не слышит меня.. — так это твоя девушка со школы — джамия? ох, фрэнки, я с радостью.. я не стану мешаться! дерзай, и всё у тебя будет! — вампир просиял в улыбке и легонько толкнул того локтем в плечо. фрэнк перевёл на него озадаченный и немного озлобленный взгляд, закусывая губу и сжимая кусочек джинсовой ткани в руках. — да не джамии у меня не будет, а тебя! — в голосе отчетливо была слышна злость и некоторая грусть, тёмные брови приняли излюбленное положение «домиком», а нос немного поморщился. — что? — глаза джерарда невольно округлились и брови подпрыгнули вверх от шока. — ну как мне объяснить, что я люблю тебя и только тебя? — юноша сглотнул ком, образовавшийся в горле, и в уголках глаз появились маленькие, сияющие, как звёздочки, капельки слёз. мертвец лишь промолчал и потянул младшего в тёплые объятья, слушая его тихое хныканье. бледная и тощая рука приземлилась в каштановые волосы и зарылась в них, а другая поместилась на спине, начиная гладить того, словно котёнка. — ну какой же ты глупенький.. — со вздохом выдал старший, прикрывая глаза. прошло около часа после того, как айеро затонул в собственных слезах и уэй приютил его в своих объятьях. первый поднял голову, смотря на объект воздыхания уставшими и красными от слёз глазами, а тот лишь тихо глядел в ответ. — давай покажем друг другу, что мы там хотели? — внезапно выдал солнышко. ответа снова не нашлось, но мертвец полез в сумку и вытащил из неё два кулона: один с летучей мышью, а второй со звёздочкой. младший подался вперёд, прикрывая измученные глаза. холодные руки проскользнули по тёплой коже в попытке надеть подвеску и она обвенчалась успехом почти с первой попытки. он отдал мышь фрэнку и немного опустил голову. горячие руки касались мертвецки холодной кожи, а маленькие пальцы пытались справиться с застёжкой и вышло это спустя попыток пять. джерард лишь хихикнул, а мальчик стал шарить по карманам и в скором времени вытащил заколку. — не переживай, она из золота. — совсем тихо выдал айеро, потянувшись к уэю. тёплые руки прикоснулись к мёртвой коже и скоро послышался знакомый звук защёлкнутой заколки. — тебе идёт, джи-джи, — на белоснежном лице появилась небольшая улыбка. — моя мама подарила мне эту заколку за неделю до смерти. сказала, чтоб я подарил её тому человеку, которому отдал сердце. — он смущенно перевёл взгляд на куст по правую сторону от него. — это мило с её стороны, — и на лице вампира появилась милая и скромная улыбка, а вместе с ней и алый румянец на щёчках. затем он потянулся к своей сумке, доставая перчатки и шапку. — иди ко мне и дай свои ручки. — фрэнк не стал ёрничать и препираться, а лишь послушно подался вперёд к джерарду, позволяя надеть на себя что-либо. но видимо мертвецу показалось этого мало и он закутал его в своем чёрном пальто, прижимая к своей грудной клетке. совсем скоро айеро ощутил, как к его голове легонько прикоснулись губами, оставляя первый холодный поцелуй. джерард опирался спиной на краешек деревянного стола, дёргая ногой и покусывая бледную, уже изрядно измученную губу, пока рядом с ними сидел его брат, читающий что-то в учебнике. учебник по кровепитию с громким хлопком приземлился на стол. — джерард, что происходит? — взгляд зелёных глаз был прикован к вампиру напротив него. — я не понимаю о чём ты.. — нагло и мерзко лгать своему брату, но иного выхода не было. не говорить же, что он влюбился в парня, так ещё и в человека! кажется мёртвое сердце колотилось быстрее, чем сердце любого человека после бега. напряженные плечи майки опустились и он томно вздохнул. — джерард, я же вижу, что что-то не так.. тебе не нужно скрывать это от меня. я пойму тебя во всём и помогу, если это того потребует. я твой брат, джи, и я всегда здесь для тебя. — тёмные брови приняли расслабленное положение и с лица исчез любой намёк на былую злость. в ответ же его ждала тишина, но на это уэй младший лишь поправил очки, взял учебник и принялся читать дальше заданный параграф. гнетущее безмолвие длилось ещё какое-то время, пока читающий вампир не собрался покинуть огромную, старую библиотеку. — постой.. — голос заметно дрожал, а сам джерард нервничал больше обычного. — я хочу кое-что рассказать, но прошу.. не злись.. — майки развернулся на каблуках и подошёл к брату, молча ожидая продолжения. — так ты влюбился в человека? — младший уэй смотрел на старшего, пытаясь понять что же в этом такого. — да, но.. он парень.. и вампирам нельзя быть с людьми! — глаза покрыла серая пелина и всё плыло, словно тот находился в море, в горле поселился огромный ком размером с целый замок, грудную клетку прожигало от чувства боли, а бледные и худощавые руки дрожали. — ты не понимаешь.. это не правильно! не правильно, не правильно, не правильно! я весь неправильный, я — сплошная ошибка! — голос перешёл на крик и он стал закрываться руками, будто пытаясь скрыться от этого мира. слёзы лились рекой, в голове было множество ужасных мыслей и джерард чувствовал, как начинает задыхаться. послышался нудящий скрип стула, и старший вампир почувствовал, как кто-то обнимает его и кладёт голову на плечо. — ты абсолютно нормален, джерард, — тихо говорил майки, гладя брата по чёрным, словно смола, волосам. так они просидели почти до самого утра, пока школьный слуга не нашёл их, заснувшими в большой библиотеке. — псс, майки! — послышалось где-то по правую сторону от молодого вампира, старательно писавшего конспект по учебнику. он поднялся голову, как бы спрашивая «что?». — где джерард? — виновник потерянных минут, являвшийся ни кем иным, как берт, смотрел на уэя младшего в ожидании хоть какого-то ответа. — если бы я знал! — юноша лишь фыркнул и закатил свои зеленоватые глаза. — что за разговоры на заднем ряду? — послышался строгий и громкий тон учителя, который пристально следил за молодыми вампирятами. холодные, покрасневшие от мороза руки, крепко сжимали по-человечески тёплые, оливковые глаза искали утешение в снегу и надгробиях могил, мёртвое сердце колотилось, будто живое, а тревога переполняла каждый миллиметр ожившего трупа. он внимательно слушал жалобный хруст белого полотна под их ногами, пытаясь заглушить им собственные мысли. — джерард, всё хорошо? ты в последнее время сам не свой.. — фрэнк остановился, потянув за собой вышеупомянутого, и смотря на него немного удивленным взглядом, желая услышать долгожданный ответ. — фрэнки, есть одна вещь, которую я хочу тебе сейчас рассказать.. — взгляд орехово-зелёных глаз устремился на собственные кроссовки, на лице же выражалось полное смятение и тревога. — но я хочу, чтобы ты закрыл свои глаза и мы перешли в другое место, — продолжил он уже чуть живее насколько это возможно для живого трупа. — хорошо, — айеро послушно закрыл свои глаза, полностью доверившись джерарду в том, чтобы он вёл его до нужного места. посмотрев на солнышко, вампир крепко сжал его руку, словно боясь потерять его, и помчался куда-то вперёд. снег горько потрескивался, возвышенная над ними луна, прятала их в своих холодных объятьях, ветер ворошил тёмные волосы парней, заставляя краснеть щёки и кончики ушей от морозных поцелуев, горячий пар вырывался из их уст и теперь сердца бились в унисон. джерард остановился у какой-то статуи, над которой нависала совсем молодая плакучая ива, усыпанная белоснежным серебром, а за ней стоял старый и ржавый, железный крест. вампир приземлился под самым деревом и усадил друга близь себя, прячась от него в собственных коленках. — знаешь, я давно хотел это сказать, но у меня совсем не хватало смелости, — начал уэй, покрываясь ещё большим количеством багровых поцелуев, чем ранее. в грудной клетке неприятно жгло, а живот скрутило от нарастающей тревоги, что не хотела уходить. — мне кажется, что ты мне нравишься, фрэнки. я очень хочу встретиться с тобой в других жизнях и провести так всю вечность.. мне хочется поцеловать тебя, но это так страшно, — голос начинал дрожать, в уголках орехово-зелёных глаза выступили, искрящиеся, капельки слёз. айеро повернул голову в сторону, открыв глаза и закусив тонкую губу, стараясь ничего не говорить. — это так странно, фрэнки. я хочу поцеловать мальчика и мне кажется, что я люблю его! — вырвался около истеричный смешок. — обычно все считают, что мальчик должен быть с девочкой, а я.. а я чувствую себя испорченным за то, что люблю тебя больше своей жизни. мальчик не должен быть с мальчиком, фрэнки.. — по холодным щекам покатились горячие капельки, оставившие за собой влажные и солёные дорожки. джерард закусил бледную губу как можно сильнее, заставляя себя замолчать, и зарылся в свои коленки сильнее прежнего. но чья-то крохотная рука подняла его белоснежное личико, позволяя луне снова охватить его. сухие и тонкие губы прикоснулись к немного пухлым и бледным, затягивая в небольшой поцелуй. отстранившись же, он крепко обнял мертвеца, поглаживая его по спине и давая выплакаться. совсем скоро послышались тихие всхлипывания и ощутилась дрожь чужого тела. — джерард, я понимаю, что ты чувствуешь. когда я только понял, что испытываю к тебе что-то, то тоже начал думать, что сломан и испорчен. но, хэй! если б это было так, то меня бы не было и я вообще мгновенно бы попал в ад, в кипящий котёл с лавой. и как видишь, я ещё здесь и значит, что всё не так плохо, — айеро зарылся одной рукой в смолистые пряди, начиная ворошить их изнутри. — всё хорошо, джи-джи.. — вампир поднял голову, смотря на своё солнышко, а тот лишь поцеловал его в щёку, даруя самый морозный и тёплый поцелуй одновременно. — завтра ночью будет звездопад! мы обязаны пойти, фрэнки! — радостно восклицал уэй, сидя на кровати своего солнышка. — обязательно пойдём, джи-джи.— айеро расплывался в нежной улыбке, что не сползала с бледного лица с момента признания лунышко. он потянулся к своему собеседнику, оставляя на его лице «ангельский» поцелуй. весь день фрэнк провёл в ожидании ночи, и собирая тёплую одежду для этого момента, ведь он знал, что джерард снова разволнуется за него. с самого полудня погода за окном желала оставлять лучшего. лишь сильный, морозный ветер и бесконечные хлопья снега были теми, кто был вне своего тёплого местечка. но разве это могло остановить парочку влюблённых маленьких мальчиков? нет, конечно. они оденутся по теплее, обнимут друг друга и забудут обо всём на свете. когда единственный источник тепла исчез за багрово-оранжевым горизонтом, фрэнк стал собираться. сначала утеплённые носки, затем черные джинсы, любимый свитер и футболка с «the smiths», связанный джерардом шарфик, шапка со смешным помпоном, милые перчатки и парниша готов! осталось лишь дождаться своего вампира и быть терпеливым, что давалось очень трудно для него. в скором времени за окном послышался звонкий стук по стеклу, разбежавшийся по всей полу-пустой комнате. айеро сразу подбежал к подоконнику, открывая окно и получая свою долю морозного и свежего воздуха. — привет, фрэнки! — джерард наклонился к юноше и потёрся вечно холодным носиком, о такой тёплый нос солнца. — и тебе привет, джи-джи. — мальчишка потянулся к мертвецу, даруя очередной горячий поцелуй на такую холодную щёку. — идём сейчас или есть что-то, что ты хочешь показать? — пока что нет. мы можем идти, солнце. — вампир протянул худощавую руку, приглашая человека перед ним на ледяную улицу, тот лишь хихикнул и аккуратно спустился, на нетронутый никем участок снега. их контрастные ладони сплелись между собой, образуя почти равномерный баланс. щёки мальчишки младше стали покрываться румянцем от холода, в лицо дул морозный ветер, но на душе было безумно тепло. так они стали идти сквозь пургу, чтобы просто провести ещё один день вместе. снег жалобно хрустел под их ногами, а холодный ветер развивал тёмные волосы, обдувая багряные щёки. совсем запыхались, но не останавливались ни на мгновение, будто бы боялись разорвать связь между друг другом и потеряться в сумеречной, холодной мгле. — я хочу подарить тебе вечность, фрэнки! — кричал юноша впереди, жадно поглощая морозный воздух. — а я хочу подарить тебе февраль, джерард! — слышалось где-то позади почти что задыхающимся голосом. и так они добежали до самого леса, миновав страшное, но родное кладбище, в котором когда-то познакомились. солнце никогда уже не отпустит свою луну, а луна никогда не покинет солнца. — джи-джи, куда же ты ведёшь меня? — кричал айеро позади. — на наше место, солнышко! у меня есть сюрприз для тебя! — уэй развернулся как мог, чтобы просто подмигнуть, но кто же знал, что дерево спереди не оценит это и парни рухнули в сугроб. послышался хохот первого, а затем и второго, оба были все в снегу, но разве это было так важно для них? они вместе поднялись, не распуская рук, и побежали дальше, наплевав на то, что могли заболеть. в скором времени юноши прибыли к обрыву, где джерард подарил ему самодельную подвеску с перчатками и шапкой, а фрэнк заколку покойной матери, которую первый уже никогда не снимет. остановившись у бревна, влюблённые стали пытаться отдышаться от столь изнурительного бега. и через пару минут джерард встал на разлагающийся остаток былого дерева, ожидая дальнейших действий фрэнка. — что ты хочешь, джи-джи? — он озадаченно склонил голову набок. — чтоб ты залез следом, глупенький. — хихикнул вампир, начиная забираться по дереву, на которое он смотрел всё это время. рука за рукой, нога за ногой и мёртвое тело возвышалось над солнышком где-то на метра три, а на белоснежном лице сияла улыбка. немного потупив, мальчик стал следом забираться за мертвецом, размышляя что за очередной сюрприз его ждёт. быстро забравшись, он плюхнулся рядом с уэем, смотря на него в ожидании дальнейших действий. раздался маленький, приглушенный хлопок, а за ним и знакомый шум от крыльев летучей мыши. на колени фрэнка приземлилось небольшое и пушистое тело, которое всматривалось в лицо человека и позднее издало довольный писк. — ох, джи.. и в этом твой сюрприз? — он наклонил голову набок, улыбаясь уголками губ. в ответ лишь услышал очередной писк и через мгновение рядом с ним засел джерард. — а чем тебе это не сюрприз, солнышко? — немного расстроенно выдал вампир. — вполне хороший, лунышко! я ожидал, что ты подаришь очередной портрет или браслетик, или шарфик. — ой, да сделаю ещё! это же интереснее правда? — конечно! кстати, всё хотел спросить, как там поживает джерард-младший? — айеро расплылся в улыбке, вспоминая того славного котёнка, которого нашёл и подарил для вампира. — очень хорошо. только от дяди трудно спрятать, но я стараюсь.. честно! — за этими словами последовала серия кивков головой, в попытках доказать правдивость своих слов. — верю, джи-джи.. — на орехово-карие глазные яблоки пали темноватые веки, пряча их взор от мира сего, а сам мальчишка приземлился головой на колени мертвеца. тёмные и отросшие локоны плавно разбрелись по ногам, уэй лишь наблюдал за этим действием, думая о том, что снова придётся стричь парнишку. лунышко взял прядку каштановых волос и стал играться с ней, наматывая на палец и спуская иногда. — м, фрэнки.. — немного помедлил старший. — чего? — я соврал тебе.. — с секунду вокруг стояла полная тишина, — твои перчатки и шапку связала линдси. точнее, она помогла мне! но шарфик вязал я. — он отвёл взгляд оливковых глаз в сторону, смущаясь и покрываясь большим румянцем. фрэнки лишь тихонько хихикнул и приоткрыл занавесу ввиде его век, смотря на джерарда. — глупенький ты, джерард.. я так тебя люблю, лунышко. — я люблю тебя ни меньше, солнышко, — с этими словами вампир наклонился к человеку, оставляя небольшой поцелуй на тонких губах айеро. — и буду любить всю нашу вечность.