Don't you remember?

На полной скорости по трассе едет машина. За рулём сидит длинноволосый мужчина, крепко обхватив руками руль. Музыка(что-то попсовое, водителю откровенно всё равно) гудит не на полную, есть возможность размышлять. Не всегда здраво, но всё же... Очередные попытки обнаружить хоть один след Дина не увенчались успехом для Сэма. Он начинает опускать руки невольно, нет сил больше надеяться. Может, это и правда тот конец, который ему предначертан? Сэм вздыхает и ненадолго прикрывает глаза, после чего наклоняется к бардачку, чтобы достать кошелёк, не подозревая, что вот-вот врежется прямо в столб. Эта участь обходит его стороной. Машину немного крутит, но только и всего, а улицы и те безлюдны, лишь редкие старушки снуют туда и обратно по магазинам. Городок славный, Сэм впервые задерживается надолго, накапливает деньги и оправляется от больших потерь. Приходится жить одному и полагаться лишь на себя. Хоть Винчестер и не в родной Импале, — Детка смиренно ждёт только одного истинного хозяина в гараже под брезентом — он всё равно умудряется не разбиваться насмерть в таких ситуациях, как эта, и не растворяться в мыслях, полных внутренних самоистязаний. Становится почти легче отпустить... Винчестер абсолютно потерян для мира: его общение большую часть времени происходит только с кассирами и заправщиками. Он не находит в себе сил порой на обыденные вещи, что уж говорить о знакомствах. Сэм вздыхает в тысячный раз, не замечая тот миг, когда в его поле зрения входит какой-то человек... Удар. Крики женщины. Звук разбитого стекла. Сэм не двигается. Он только что сбил прохожего. В голове с минуту стоит писк. В окно стучится женщина и что-то говорит. Винчестер вылетает из машины, хлопает дверью и спешит на помощь пострадавшему. Человек стонет и пытается приподняться. На его теле ссадины и шрамы, синяки и порезы. Винчестер уверен, что столкновение с машиной в большинстве своем не настолько травматично. Парень скорее выглядит так, словно бы его день и ночь пытали... Сэма пугает не столько это, сколько внешность человека. Тот, кстати, уже молчит — потерял сознание от болевого шока. Винчестер же уверен на восемьдесят процентов, что... Это Габриэль. Тот самый архангел-пацифист, который вроде как погиб несколько лет назад, защищая их от Дьявола. Ну, или же, очень качественный его двойник, как под копирку перенявший все черты трикстера. Нет уж, вздор, это точно Габриэль. Только, какого чёрта? *** В больницу Сэм несёт тело пострадавшего на руках. Легко, по сравнению с теми тушами, которые таскал Винчестер. Пришлось долго отбиваться от истеричной женщины, что никак не пускала охотника на помощь Габриэлю. Обошлось. Сэм тут же побежал в ближайший госпиталь. Врач нашелся, Винчестер заполнил протокол и взял ответственность за жизнь и здоровье того, кого ненароком сбил. Ожидание в белом коридоре длилось вечность, а когда из заветной двери вышла девушка-медсестра, Сэм подскочил, как ужаленный. — Он жив? С ним всё будет в порядке? — Да, не беспокойтесь, сэр, он точно выживет. Только другое дело — компенсация вреда. Мы не нашли у него документов, телефона родственников нет, и врач не знает, куда отправить его после выписки. — Эм...Амелия, у меня есть предложение, - замялся Сэм, разглядев на халате подпись с именем и фамилией. - я могу конпенсировать ущерб и поручиться, что ему будет, где оправиться от травм. Сам я юрист, живу неподалеку. Если бы вы позволили... — Я поговорю с доктором Деккером. Подождите. - Амелия мило улыбнулась и ушла обратно за белую дверь. *** Как оказалось, доктор сегодня был в хорошем расположении духа, или же просто устал под конец дня, ведь разрешил Сэму взять пациента домой под его личную ответственность после долгой терапии, если только не объявятся родственники, желающие самостоятельно позаботиться о пострадавшем. Сэм легко согласился, ведь, насколько он знал, из нормальных родственников у Габриэля не было никого, а те, кто и были — не самые лучшие кандидаты. Прошло две недели. Сэм каждое утро приходил в больницу, следя за состоянием Габриэля. Даже когда архангел(всё ли ещё?) приходил в себя, это не было чем-то информативным. Габриэль просто смотрел в потолок, первое время даже пугаясь света ламп. Уверенность в том, что охотник не ошибся с личностью архангела, пришла неожиданно: в палате погас свет, Габриэль испугался, вскрикнул, и всё вокруг него ненадолго вспыхнуло янтарным светом, просвечивая за спиной тени крыльев. Сэм тогда не нашёл слов, но понял, что на верном пути. Расспросы про происхождение шрамов и ссадин не привели к толковому результату: Гейб упорно молчал, почему-то указывая на свои губы. Из глаз текли слёзы. — Врач вытащил оттуда нити, тише, тише, успокойся. - Сэм мягко держал его за плечо и больше ничего не спрашивал. Раны постепенно заживали, оставались шрамы, но они не были смертельными. Доктор разрешил забрать больного домой, как и обещал. Это было некой формой моральной компенсации. За неимением реальных родственников, дело сделалось намного проще. Сэм воодушевлённо помогал собирать немногочисленные вещи и рекомендованные лекарства. Перед выходом он повернулся к Габриэлю и тихо сказал: — Я надеюсь, ты сможешь справиться. Идём домой. Архангел послушно кивнул и пошёл следом за Сэмом. *** — Я приготовил поесть. Вот, держи. - говорит Винчестер, протягивая в дрожащие руки чашку с супом. Габриэль кивает и просто молча ест предложенное. Сэм же продолжает разговор(больше сам с собой, собеседник из Гейба сейчас не ахти) — Я не знаю, почему ты не говоришь, но я только хочу понять, как ты выжил? Люцифер же убил тебя. Ему нет ответа, вместо этого архангел отводит взгляд, глаза его также пусты, как и во все дни до этого. Что ж, в этой ситуации поможет только терпение. — Ничего. Можешь не вспоминать об этом. Лучше ешь, тебе нужны силы. Проходит неделя и Сэм не замечает, как начинает неосознанно улыбаться каждый раз, когда Габриэль делает что-то новое для своего нынешнего состояния. Бредёт к раковине, сам умывается, или просто не сидит в одном месте на кровати. Кровати сэмовой, стоит заметить. Чем она так приглянулась архангелу? Винчестер на счёт этого гадает до сих пор. Однообразие будней лечения и поправки Габриэля не тревожит Сэма, он неизменно добр и мягок к любым выходкам своего подопечного. Из ящика Винчестер достаёт бинт, слушая тихий скулёж. — Я просил тебя не трогать ножи, ты ведь знаешь, что не в состоянии ими орудовать. Хочешь без пальцев остаться? - в голосе строгость, будто ребёнка ругает. Но на деле только искреннее беспокойство. Гейб полез в его вещи и поранил ладонь, да так сильно, что кровит весь день. — Что подумает доктор Деккер, когда придёт проверять? Что я пытаю тебя? - Сэм усмехается растерянности архангела и встаёт, заканчивая перевязку. Он отходит достаточно далеко от кровати, когда слышит хриплое: — Не пытаешь. Винчестер роняет бинт и мазь. Поворачивается. — Что? — Лечишь. Ты. Меня. Спасибо. - еле разборчиво сказал было Габриэль и закашлялся. Сэм ринулся к нему, осматривая. Вроде в порядке, только бледный ужасно. — Ты что же, не напрягайся, иначе швы порвутся. Габриэль кивает, пытаясь выдать кривую улыбку. Сэм же лыбится в ответ, сдерживая непрошенные слёзы, двигается ближе и обнимает архангела обеими руками. Чувствует ответное тепло. — Не. Плачь. - хрипло раздаётся где-то рядом. Сэм Винчестер впервые за всю свою жизнь отказывается исполнять эту просьбу. *** Получилось так, что Габриэль не помнит Сэма от слова совсем. Он знает его как своего спасителя, ни больше ни меньше. Это некоторая проблема. — Я — Сэм Винчестер. Апокалипсис, Люцифер, твоя ложная смерть. Что-то из этого? Ничего не вспоминается? Габриэль мотает головой. В глазах сияет непонимание. Сэм тяжело вздыхает. Предстоит долгая дорога. *** Проходит ещё три недели, а память архангела хоть в чем-то из его прошлых похождений так и остаётся для него же загадкой. Нужно что-то делать, только вот что именно? — Твои крылья целы? Ты всё ещё архангел? Утвердительный кивок. — Ты был в плену? Ты сумел бежать? Снова этот же жест головой, но ни слова из его уст. Что Сэм выяснил — Габриэль точно побывал в плену, но вот у кого и при каких обстоятельствах, пока тайна. — Почему ты не помнишь меня? Я почти был там, когда Люцифер... Винчестер запинается, нет, не стоит давить на больную рану. — Что сделал Люси? - спрашивает архангел, перебирая кусок рубашки. — Ну, он...убил тебя в отеле тогда. Зарезал. Ты оставил нам запись с эротическим видео и... — Люси бы так не сделал. Он мой брат. - в медовых глазах снова искренность и чистая вера, Сэму так не хочется её рушить, поэтому он на время оставляет попытки докопаться до истины. *** Это случается на кухне в последний день месяца. Жизнь только вдвоём не чужда Сэму, он привык, но общество архангела-фокусника, пусть и временно слабого, это то ещё шоу. На поправку Габриэль шёл с завидным отрывом — ходил вполне прямо, ел в полной мере, иногда задерживался возле окна. Но что он делал ещё более часто — приходил к Сэму посреди ночи и сворачивался клубком на второй половине койки. Винчестер поначалу всё пугался, но быстро привык и к этому, и даже к случайным находкам фантиков в карманах собственной куртки, и к резкому появлению Гейба везде, где он бывал сам. На резонный вопрос: — Почему ты не улетаешь, раз можешь? Габриэль всегда уклончиво исчезал и находился потом Сэмом в разных уголках дома. В общем, парочке жилось вполне неплохо. Сэм недавно рассчитался с штрафом и моральным ущербом, когда-то причинённым. Но часто охотник думал, почему же архангелу так отшибло память? Это было печально, потому что душераздирающие подробности смерти Дина Сэм видел в кошмарах, а недоумённый Гейб сидел ночью рядом и ничего не мог понять. Но однажды это изменилось... В моменты, когда он бывал один, Сэм слушал музыку. И сейчас, когда Габриэль хозяйничал на кухне со сладким, готовя вроде как блины(обращение с плитой было проинструктировано Сэмом ранее), в наушниках заиграла странно подходящая под ситуацию песня. Отрывок её подходил уже к концу... Gave you the space so you could breathe Я не стеснял тебя, чтобы ты мог дышать, I kept my distance so you would be free Я сдерживался, чтобы у тебя была свобода. And hope that you find the missing piece А теперь, надеюсь, ты поймёшь, чего тебе не хватает To bring you back to me И вернёшься ко мне... Звук шагов по полу. Сэм смотрит в окно. За его спиной раздаётся хриплый растерянный голос... — Сэм?