Кровь и земля. Междоусобица в Камнеграде.

Два всадника в плащах и покрытой капюшоном головой ведут за собой колонну пеших ополченцев. В составе колонны два обоза с продовольствием и два с вещами личного состава. Близ обоза на лошадях два наёмника Синего Камня, которых приставили как дозорных и охрану. Один из всадников во главе колонны останавливается и даёт сигнал на остановку. Его внимание привлекает одинокий всадник, что галопом скачет к ним навстречу: «Милорд, я разведал окрестности Сероместа. Подозрительных лиц и солдат противника не обнаружено.» - запыхавшимся голосом доложил Дмитрию третий наёмник Евгении. «Хорошо. Прикажи ополчению разбить лагерь и выставьте посты наблюдения.» - как всегда спокойным голосом приказал Дмитрий. – «Я и Евгения отправимся в Серомест для переговоров.» На улице уже были сумерки и Дмитрий с Евгенией решили обыграть тот же сценарий, что и сам наследник в Саде Черногривых: они – пара паломников, что решили посетить все шахты и держат путь от самой Вольнодали, что находиться на северо-западе княжества у самой границы с северными кланами. Пара прибыла в деревню и сразу привлекла на себя множество взглядов: из окон хибар прямо из тени комнатушек, с парочки немногочисленных и уже прогнивших подобий скамеек, но главным уловом было - внимание старейшины Сероместа. «Что вас сюда привело?» - скрипучим старческим голосом обратился к паре старейшина. Он, как и все жители Сероместа, выглядил скорее как живой мертвец. Впалые глаза, сморщенная кожа, проступающие скулы, тело словно выжатый лимон, а ноги и руки явно не смогут поднять что-то, тяжелее одного палена. Сама же деревня выглядит запущенно и давно покинутой. Покосившиеся дома. Посеревшие доски. Сгнивший колодец. Поваленный забор. Скотт и вовсе питается только на полях, которые уже давно почти опустели и представляют собой голую землю с редкими вкраплениями травы. Они рассказывают свою выдуманную легенду старейшине: «Вольнодаль, значит. Славное место, что основали беглые тралы северных ярлов. Однако, слишком вы богато разодеты, молодые люди.» - старик достаёт из-за пояса(роль которого исполняет обычная верёвка) небольших размеров нож. Зеваки, что собрались по-ближе рассмотреть незваных гостей, тоже схватились за оружие. – «Стало быть вы лжёте, а лжецов мы не жалуем здесь. Говорите кто вы такие, а иначе вспорем вам глотки, как тем другим.» - на последней фразе старик указал ножом куда-то вправо, возможно, тела каких-то преступников местные закопали где-то неподалёку, а может быть даже и подвесили всем на обозрение. Дмитрий и Евгения осмотрелись и убедились, что их окружило в общей сложности шесть человек. Даже будь их втрое больше, парочка бы справилась крайне быстро. Дмитрий направил свой взгляд в глубину впалых глаз старейшины: «Мы пришли на переговоры о помощи и не хотим сеять смуту. « - после слов о смуте, на лице Евгении промелькнула еле-заметная ухмылка. – «Я – Дмитрий Черногривый. Моего отца убили, а братья решили идти своим путём. Я прошу у вас помощи в борьбе за освобождение Камнеграда и прошу вас предоставить ополчение Сероместа под моё командование.» Старик паник головой и громко выдохнул: «Почему вам так не имётся? Не проходит даже тридцати лет, как приходит новая война. Нет, милорд, Серомест уже как пятьдесят лет истощён и больше не станет поддерживать ни чью сторону.» Дмитрий не стал спорить со старейшиной, но попросил возможности отдохнуть здесь до ночи. Когда сумерки сменились звёздами, Дмитрий и Евгения ещё раз вспомнили и проговорили легенду о Мёртвом Лесе: Старый фермер уже не мог возделывать землю, а его сын был с рождения слабым и немощным. Старик обратился к Бабе Яге, что жила в глубине густого леса в своей избе. Он пожелал у неё вновь стать моложе и вернуть крепость рук, чтобы снова возделывать землю. Он вернулся домой и увидел тело своего сына. Былая крепость действительно вернулась к старику, но обратил он её против Яги. Он спалил весь лес и сам пожелал сгинуть в его пламени. С тех пор на месте того густого леса находиться Мёртвый Лес. Пара понимает, что их мысль с ног до головы пропитанная отчаянием, но выбора нет – им нужна армия. Дмитрий ушёл в лес один. Под покровом ночного неба, вездесущие голые ветви и прогнившие иссушенные кроны деревьев казались чем-то, а порой и кем-то иным. Блуждания длятся уже два часа. Факел Дмитрия на последнем издыхании и уже скоро потухнет. Его лицо переполняется отчаянием и злобой. Зубы оскалились так, словно вот-вот он закричит со всей силой. Его факел гаснет. Дмитрий падает на колени и опускает голову. Вдруг, он что-то слышит… Подняв глаза, он видит огни. Бегом, пробираясь сквозь болотистую почву и голые стволы деревьев, он выходит к этим огням. Его глазам открывается одиноко стоящая изба. Её брёвна уже давно сгнили и не ясно, какая сила не даёт ей развалиться. Магия? Окна избы горят ярким зелёно-оранжевым светом, а дверь в избу слегка приоткрыта. Принц приблизился к двери. Свою правую руку он положил на рукоять своего меча, а левой принялся медленно открывать дверь. С жутковатым скрипом она отворилась и перед взором Дмитрия предстала уютная коморка. Посреди залитой тёплым светом, почему-то уже без оттенков зелёного, комнаты стояла фигура невысокого роста. «Я ждала тебя, Дмитрий Завоеватель.» - голос старухи был одновременно приятен, скрипучий, словно визги двух разъярённых кошек и звучащий будто прямо в голове. «Так значит легенда вовсе не легенда.» - Дмитрий всегда был скуп на эмоции, но тут его лицо выражало и ужас и любопытство столь же ярко, как и радость от успеха своего блуждания. Не дожидаясь ответа Яги, он продолжил. – «Мне нужна армия, способная побелить всех моих врагов.» «Плату ты уже знаешь?» «Да. Я готов её потерять.» Она порезала его ладонь правой руки и дала крови стечь в чугунный котёл. Перемешивая эту субстанцию, она говорила заклинание на древнем языке. Свет, что доносился прямо из этого котла, заполнил собой всю избу и вызвал гигантских размеров луч, который устремился прямо в звёздное небо. Дмитрий открыл глаза уже лёжа на торфяной почве. Его окружал целый легион живых прогнивших деревьев. Глаза его сочились чем-то вроде плазмы, густой зелёной жижей. Дмитрий отдал свой приказ: «Мы идём на Камнеград.»