Исповедь

Опустевшие с началом ночи улицы Поэны скрылись за дверью, мгновенно освобождая горячую голову от накатившего давления. Лололошка опустился на кровать и тут же словно из воды вынырнул, когда тела наконец достиг долгожданный покой. Руки бил лёгкий тремор. Пережитки минувшего дня, пожалуй, оказали славное влияние на состояние мироходца, а убийство спасённого Ноктира казалось сильнейшим катализатором. Шатен взглянул на свои руки, медленно переводя взгляд на меч, небрежно брошенный на пол сразу же. Очередная дрожь. — Сан-Фран, чертов же ты эгоист.. — свой собственный шёпот показался совсем чужим, оказавшись лишь очередным раздражителем и заставляя лишний раз дернуться. Фантомное ощущение чужой крови на руках снова и снова напоминало о себе даже несмотря на то, что те были начисто вымыты ещё в мире Тринадцать. В отличии от одежды, на которой до сих пор красовались чужеродные разводы, слепящие глаза мерзким багрянцем.

Он действительно убил Ноктира. Спасённого им же Ноктира, позволившего заковать себя в цепи во имя мнимой власти.

В сознании гулкой болью отдались вполне резонные мысли: а кого ещё ему довелось лишить жизни под предлогом необходимости? И сколько еще дряни, черт возьми, сокрыто за занавесом посредственного беспамятства? До предела напряжённые пальцы глубже погрузились в волосы , своей резкостью едва ли заглушая мучительные головные спазмы. Простой стук в дверь показался громогласным ревом, вынудившим парня тут же поднять взъерошенную макушку. Повторного стука ждать не пришлось, не подобает. — Лололошка? В дверном проёме сначала показалась белая ткань, а после и ее величавый владелец, потерявший всякий шарм. Выглядит крайне удручающе. — Фран. — Идём. Лололошка обречённо взвыл в тот самый момент, когда холодная рука мертвой хваткой схватила его собственную. Он точно не рассчитывал на ещё одно приключение. — Объясниться не собираешься? Чужая кисть поднялась к предплечью, слегка убавив силу. В глазах Гаранта обнаружилась лишь безумная искра, сокрытая слоями тревоги. — Не собираюсь. Иди за мной, если не хочешь, что бы я тащил тебя подобно злобной училке. — было хмурые черты вдруг смягчились, а взгляд впервые задержался на лице соратника, — Пожалуйста. Шатен выдохнул, демонстрируя свое абсолютное повиновение. Сан-Фран понимающе кивнул, молча показывая на выход. От чего-то подобные беседы, не требующие лишних слов, западали в душу воина наиболее глубоко. Они вызывали ощущение неопределенной близости, позволяющей вести разговоры одними лишь взглядами, улыбками, прикосновениями. Совершенно бесшумно. — Прихвати меч, — грубо нарушая возникшую идиллию тихо, с присущей ему напористостью произнес Фран, окончательно отпуская парня, — мы идём за пределы Поэны. Новая необходимость взяться за орудие удручала Лололошку, что отчётливо виднелось на его лице. Выбора, однако, сейчас не наблюдалось. Правда, все никак не унималась раздражающая дрожь, то и дело настигая того с новой силой. Сан-Фран посмотрел на того с сочувствием, тут же кивком головы призывая выдвигаться. Городское умиротворение казалось как никогда чужим. Никогда ласкающая слух тишина сейчас напоминала настоящую пытку, разбавляемую лишь неслышными шагами мага и его собственными, непривычно тяжёлыми. От этого пришлось отвлечься только тогда, когда они приблизились к воротам. Из-за угла доносились знакомые голоса. — Ну ты представляешь, Лололошка? — раздражённо пробубнил Фран, тут же доставая из-за пояса палочку, — Не спят, полуночники. Было видно, как тяжело сдержаться от прямого оскорбления эльфу, однако этика тому потакала. Даже сейчас он не мог позволить себе прямую ругань, молча направляя свое оружие на несносных типов. — Сейчас исправим. Прямо на ходу он, ничуть не сбавляя шагу, начертил в воздухе сложную фигуру, в конце совершив внезапный выпад. Результат был незамедлительным: стражи, поздно среагировав на звук, тут же синхронно перевели взгляд на возникшие вокруг лазурные искры и все так же разом повалились на землю, ещё больше дополняя картину спящего города. Словно так и должно быть. Франческо самодовольно хмыкнул, тут же переменившись в лице. Былое беспокойство с новой силой окрасило его острые черты. Путь казался знакомым, как никакой иной. И если ещё пару минут назад Лололошка откровенно стеснялся спросить о месте назначения, то теперь он был абсолютно уверен. — Слушай, ты ведь в Эрессию меня тянешь, да? Сан-Фран кивнул, не оборачиваясь. Парень закусил щеку. — И с каких пор ты не можешь сделать портал прямо в моей комнате? На этот раз реакция не заставила себя ждать: маг, медленно повернув к нему голову, одарил того задумчивым взглядом. Негативного шарма картине придавала изогнутая дугой бровь, выражающая откровенное замешательство. — Прогуляться захотелось. — за сухим ответом последовало и былое положение. — О, вот оно что. — Не дуйся, я все тебе объясню. На это шатен лишь промычал что-то не просто нечленораздельное, так ещё и весьма недовольное. Впереди послышался вздох. Стабильные ландшафты лесов Междумирья давно перестали казаться чем-то сверхъестественным даже для привыкшего к зелени Лололошки, в какой-то период времени проводившего вне Поэны больше, чем в ее пределах. А от того "прогулка" казалась ему крайне неудовлетворительной. Благо впереди уже виднелся едва уловимый свет, дарящий в край отчаявшемуся мироходцу шанс на выживание без отказавших к черту ног. Странно было осознавать, что дело было не столько в усталости, сколько нежелании. В конце концов пришедший этой ночью, Сан-Фран, его друг. А друзьям у него отказывать не принято — это он для себя решил давно. Словно в Лимбо они стали как никогда неуклюже спускаться по давно развалившейся лестнице, с которой лакированные сапоги мага то и дело норовили соскочить. Душевного покоя ради позади идущий Лололошка заботливо подхватил того, пытаясь подстраховать от нежелательного падения. Впрочем, совсем не зря: даже самая неуловимая благодарность от кого-то вроде Франа казалась чем-то необычайным. Чем-то, на что можно поменять всякий душевный покой. Это состояние, однако, длилось ровно до того момента, пока маг не подтолкнул контра, намертво зависшего в собственных размышлениях, к сияющему порталу. Исходящая от него свежесть придавала его виду ещё более мистической атмосферы. — Давай, иди уже. Мы ненадолго. Парень вздрогнул, напоследок кидая на гаранта неоднозначный взгляд. Тот смотрел в сторону. Голубая дымка, исходящая из зарева портала, отторгала его своей неизвестностью так, как никогда ранее. Вариантов, правда, больше не оставалось. Осталось только шагнуть.