Два Солнца 2

Прошло два года. Потихоньку Алёна стала поправляться и уже передвигалась самостоятельно, опираясь на палочку. Арсений всячески поддерживал её и сам оплачивал лечение. Летом он решил отправить их втроём вместе с её матерью в санаторий, чтобы Алёна смогла восстановить свои силы, ведь там для неё были восстановительные процедуры и лечебный массаж. Вот только Даша заупрямилась и ни в какую не захотела никуда ехать. Она очень хотела вновь пожить у отца, ведь всё это время она постоянно была с матерью и бабушкой. Арсу с трудом удалось уговорить бывшую тёщу, ведь сама Алёна была не против. Только бабушка всё ещё презрительно относилась к бывшему зятю с тех пор, как узнала о его нынешнем образе жизни. Незадолго до их отъезда, Алёна с матерью сидели на кухне поздно вечером. Алёна вновь была вынуждена слушать недовольное ворчание своей матери о её бывшем муже, тяжко вздыхать на это, почти её не слушая, и уже в который раз пожалела, что рассказала ей об этом. - Алёна, ты должна тщательно следить за Дашей, она уже не ребёнок. Вот как ты её собираешься оставить в доме с двумя мужиками? - Мама, прекрати! - Алёна уже еле сдерживала себя. - Между прочим, один из этих мужиков её отец, и он никогда не сделает ей ничего плохого. - Да я не об этом, дочка. Ну неужели ты не понимаешь? А если она увидит их целующимися. Прости, Господи, - она перекрестилась. - Ты подумала, какой будет шок у неё, когда она узнает, что её отец гей и живёт с молодым мужчиной? - Мама, прекрати, Даша услышит! - Не волнуйся, она уже давно спит, я проверяла и дверь закрыта, - она понизила голос. - Алёна, зря ты согласилась оставить её с отцом, вот зря. - Всё, хватит, я не хочу тебя больше слушать, мама, - Алёна подхватила свою палку-выручалку и, тяжело встав, заковыляла из кухни. Женщина недовольно поджала губы. Вот только они не заметили, что в это время Даша встала, чтобы сходить в туалет, а услышав голоса на кухне, притаилась за дверью и слышала весь интересный разговор. Она стремглав бросилась обратно в комнату и, упав на постель, уткнулась носом в подушку и горько заплакала. Она была в шоке от такой новости. Её отец и Тоша! На утро она немного успокоилась и даже подумала, что может просто всё не так поняла. Весь день она ходила грустная и задумчивая, вспоминая Тошу.

***

Через пару дней Арсений отвёз всю свою женскую компанию до вокзала, чтобы потом поехать с дочерью к себе. Арсений тепло попрощался с Алёной, под недовольным взглядом бывшей тёщи. Он прям весь ёжился от её колкого взгляда. Проводив их, они с Дашей сперва заехали в магазин и накупили разных вкусняшек, а потом поехали домой. Всю дорогу Арсений улыбался, болтая с дочерью, не замечая её странного взгляда на себе. А Даша всё ещё не могла поверить в это, очень надеясь, что это неправда. Антон, как всегда, встречал их дома, уже думая, как же весело они опять заживут втроём. Если бы он знал, чем это всё обернётся, он бы так не радовался. Арсений тоже очень радовался приезду и общению с дочерью и не мог на неё наглядеться. Антон же заметил, как Даша сильно изменилась - ей уже не десять, а все пятнадцать. Она похорошела, слегка округлилась в нужных местах и превратилась в красивую созревшую девушку. Он очень старался также воспринимать её, как и пять лет назад, но Даша как будто специально делала всё, чтобы Антон краснел от смущения, пытаясь на неё не смотреть. По дому она ходила в коротеньких шортиках и откровенных открытых майках. Конечно, Арсений ничего не замечал, ведь он, как всегда, каждый день был на своей работе. А вот Антону некуда было деться, кроме своей мастерской, а Даша так и тёрлась возле него, заглядывая в его холст и мешаясь под руками. А вечером, когда появлялся Арсений, то она тут же переодевалась в длинную футболку почти до колен и вновь превращалась в любимую маленькую девочку для отца. Арсений тихо радовался, когда приезжал уставший домой. Дома его встречает любимая дочь и любимый парень, точнее уже не парень, а мужчина. Хоть им и приходилось пока сдерживать себя и спать по отдельности, пока с ними живёт Даша, но Арс всё равно чувствовал себя самым счастливым. Чего не скажешь об Антоне. Он чувствовал и замечал переменившееся её отношение к себе и это его очень пугало. Он не знал, что делать. Конечно, он ничего не собирался говорить Арсу, ведь он его прибьёт за такие мысли, и Антон просто решил держаться от неё подальше, на сколько это было возможным. Оставалось несколько дней её прибывания у них, и Антон очень надеялся на её благоразумие. Утром, как только Арсений уезжал, он запирался в своей мастерской и не выходил до вечера, даже в туалет старался не бегать, почти целый день ничего не ел и не пил. Даша каждый раз стучалась к нему и канючила, чтобы он её впустил, и постоянно ей что-то нужно было. А Даша таким образом хотела проверить его, всё ещё надеясь, что это неправда. Ведь она стала замечать, что похоже уже давно влюбилась в Антона. Даша грустная ходила по дому, когда Антон не хотел её впускать к себе в мастерскую. Как-то Антону всё же пришлось выйти из мастерской в туалет. Он быстро драпанул по лестнице вниз и забежал в туалет. Похоже, что Даша была в своей комнате. Антон с облегчением вздохнул и после, спокойно зашёл на кухню, хоть немного выпить воды от такой жары. И только он сделал глоток, как услышал сзади себя томной голосок: - Тоша, жарко стало? Он повернулся и аж поперхнулся водой, глядя на неё. Она выглядела сногсшибательно: в коротком облегающем платье без рукавов и с открытым декольте. Антон отвернулся, вновь делая глоток. - Тоша, нарисуй мой портрет, пожалуйста, - улыбалась она ему сладко. - Даша, мы же уже рисовали твой портрет, - говорит он, не глядя на неё и продолжая пить помаленьку. - Ну Тоша, это когда было-то, мне тогда только десять было. Ну ты же видишь, как я изменилась. Ну пожалуйста, что тебе трудно, что ли? Антон, наконец, повернулся к ней: - Хорошо, пойдём. Он обошёл её, не глядя, и быстро пошёл на второй этаж. Даша пошла за ним, довольно улыбаясь. Антон поменял холст на мольберте и решил пока выбрать краски, стараясь даже не смотреть на неё, пока она усаживалась на высокий стул. Он подошёл к мольберту и взглянул, наконец, на неё. Даша сидела, прям как Шерон Стоун в одном известном фильме, и выглядела также сногсшибательно. Антон только надеялся, что она не станет повторять её движение ногами. Он знал и был уверен, что девушки никогда не имели над ним власти, но почему-то с ней Антон чувствовал себя совсем не в своей тарелке. С тревогой он стал замечать, что она его волнует. Он помотал головой, отгоняя ненужные видения, и нацепив маску равнодушия, принялся за работу. - Тоша, а как мне лучше волосы уложить? Вперёд или лучше открыть грудь? - томно смотрела она на него. - Как хочешь, - безразлично сказал он, не отрываясь от работы. Даша улыбнулась и отбросила волосы назад, оголяя и так открытую грудь. Антон уже полностью абстрагировался и стал воспринимать её всего лишь как модель, не более, не замечая её томного взгляда. Через несколько минут она громко и протяжно вздохнула. - Тоша, я устала. - Отдыхай, - Антон быстро драпанул из комнаты, чтобы перекурить и немного успокоить нервишки. Он вышел во двор и присел подальше от крыльца у гаража. Даша наблюдала за ним из окна мастерской и думала, как же ещё его проверить. Антон скурил три сигареты, но легче как-то не стало. Он тяжко вздохнул и решил вернуться, чтобы поскорее закончить портрет, пока не вернулся Арсений. Антон вернулся в комнату. Даша сидела на диване, сложив ногу на ногу. Антон взглянул на неё и тут же отвернулся. - Ну что, отдохнула или продолжим завтра? - Отдохнула, - Даша встала с дивана и подошла к нему со спины. Антон, ни о чём не подозревая, продолжил предварительный набросок, стоя у мольберта. Он вздрогнул, когда Даша вдруг коснулась его тела и обняла его за талию, прижавшись к нему всем телом. - Даша, что ты блин делаешь? - в панике сказал он громко. - Тоша, - она погладила его по животу и поцеловала в спину, - я люблю тебя. Антон тяжело вздохнул, отложил карандаш и схватил её за запястья, отцепляя от себя. Он повернулся к ней лицом и посмотрел ей в глаза. - Что? - Ты разве не услышал? - недолго думая, она уцепилась за его шею и, с силой притянув к себе, коснулась его губ. Антон в панике выпучил глаза, пытаясь её отцепить от себя, но не тут-то было, на удивление она оказалась очень сильной. Но всё же ему удалось её отцепить, он оттолкнул её и отошёл подальше к окну. - Даша! - он в панике смотрит на неё и не знает, что сказать или сделать. - Ну с чего ты это взяла, как ты можешь меня любить? Ты же ещё девчонка совсем. - Ну так сделаешь меня женщиной, - улыбается она ему сладко и медленно подходит к нему. - Нет, Даша, я не могу, я же тебе в отцы гожусь! - Антон уже в панике, ведь скоро Арс вернётся. - Ты подумала об отце? Он будет в ярости. - Ну почему, Тоша? Ведь ты его друг, он любит тебя, как брата. Ведь так? - она вновь обнимает его за шею, пытаясь дотянуться до его губ. Антон отчаянно сдерживает её руками, схватив за плечи. - Пожалуйста, Даша, я не могу!! - кричит он уже и сурово смотрит на неё. - Почему не можешь? - смотрит она в его бегающие глаза и сразу всё понимает. - Потому что, ты и мой отец любовники? Антон выпучил глаза на неё и усиленно думал, что сказать. - С чего ты это взяла? - Разве это не так? - они стоят так близко, глаза в глаза, чувствуя дыхание друг друга. - Нет, кто тебе сказал такую глупость? - Антон даже пытается улыбнуться. - Тогда, никто нам не помешает, и даже папа будет рад, - улыбается она ему сладко, снова пытаясь его поцеловать. - Нет, Даша, нет!! - кричит он опять, отталкивает от себя и отходит от неё подальше. - Если ты всё же не хочешь портрет, то лучше уйди, Даша, я прошу. И тут они слышат звук подъезжающей машины во двор. - Даша, я прошу тебя, если тебе дорог отец, не говори ему ничего, - смотрит он на неё умоляющим взглядом. - Почему, думаешь, он будет ревновать? - Даша! - строго смотрит он на неё. - Ладно, ладно, - она спокойно поворачивается к двери. Антон облегчённо выдыхает, отвернувшись от неё. И тут он слышит звук рвущейся ткани и её страшный крик. Он в панике смотрит на неё и не верит глазам своим. Даша порвала на себе платье и, подойдя к нему, вцепилась в его плечи, больно расцарапав своими ногтями, и продолжая громко, истошно кричать. Послышался топот ног уже по лестнице, и в комнату вбежал испуганный Арсений. Он в шоке уставился на эту картину, не веря глазам своим. Антон лишь испуганно мотал головой, держа её за плечи. - Не трогай меня, аааа!! - кричала Даша. - Папочка, помоги! Арсений молниеносно оказался около Антона и вцепился в его шею, больно сжав, и отводя его подальше от дочери. - Антон, что ты себе позволяешь?! Ты сдурел совсем?! - он отпустил его и повернулся к дочери, осматривая её порванное платье. - Папа, он хотел меня изнасиловать! - плакала Даша, закрывая лицо руками. - Дочка, - Арсений в шоке подошёл к ней и обнял, поглаживая по голове и стараясь успокоить. Он никак не мог поверить в то, что увидел. - Иди к себе, переоденься. Я позже к тебе зайду, иди. Она кивнула и, шмыгая носом побежала вниз, украдкой улыбаясь. Арсений в ярости повернулся к Антону и посмотрел в его глаза. - Арс, я не причём, я ничего такого не делал, - мотал он головой. - Ты мне не веришь? - Ты меня за дурака держишь?! - кричит он. - Я всё прекрасно видел. Как ты мог, я же тебе доверял, я доверил тебе самое дорогое, что у меня есть! - Но я говорю тебе правду, Арс!! - кричит в отчаянии Антон. - Почему ты мне не веришь?! - Хватит!! - вновь кричит Арсений. - Хватит врать!! Я тебе этого никогда не прощу, никогда! - Арс, - Антон бросается к нему, хватая за плечи, но Арсений отдёргивает его руки и уже не в силах сдержаться, со всей силы бьёт его в челюсть. Антон падает на диван, схватившись за лицо. Сообразив, что он наделал, Арсений испуганно подходит к нему и садится рядом на диван. - Тоша, прости, - он хочет осмотреть его лицо, но Антон грубо отталкивает его руку и встаёт с дивана, ощупывая уже распухшую и кровоточащую губу. - А этого Я тебе не прощу, - зло смотрит он на него. - Иди, утирай сопли своей доченьки, раз ты мне не веришь. Уходи!! - кричит он на него и отходит к окну, хватаясь за влажные салфетки. Арсений в отчаянии встаёт с дивана и не знает, кому же верить. - Антон, прости меня. Ну как я не могу поверить дочери? Ну зачем ты мне врёшь? Тоша, зачем ты это сделал? - Я ничего этого не делал!! - опять кричит он и поворачивается к нему. - И если ты мне не веришь, то нам не о чем больше разговаривать! Уходи! - Антон подходит к нему, грубо выталкивает за порог и в ярости закрывает дверь на замок. Арсений в отчаянии хватается за голову и бежит вниз к дочери. Он стучится к ней в комнату, Даша испуганно открывает дверь. Увидев её заплаканное личико, он не может не поверить ей, он обнимает её осторожно и гладит по голове. - Дочка, расскажи мне всё по порядку, что же всё-таки у вас произошло? - он заглядывает в её заплаканные глаза. - Только правду, Даша. - Папа, я сказала тебе правду. Я попросила его нарисовать мой портрет, сначала всё было нормально, но потом он вдруг накинулся на меня и стал целовать, - Даша опять заплакала настоящими слезами. Арсений обнял её и не мог поверить, что Антон способен на такое. - Тише, дочка, тише, всё хорошо, папа рядом, - он тяжело вздыхает и не знает, что с этим делать. Когда она успокоилась, Арсений оставил её в комнате, а сам пошёл наверх. Он подошёл к двери мастерской и прислушался, было тихо, он тихонько постучал. - Уходи, я не хочу с тобой разговаривать, - грозно произнёс Антон. - Утешай и дальше свою дочурку. Арсений опять тяжело вздохнул и схватился за сердце. Он прислонился лбом к двери и осторожно дышал. Немного постояв, он медленно пошёл в спальню, чтобы поскорее принять таблетку, держась за сердце. Арсений положил таблетку под язык и осторожно сел на кровать. На следующее утро Арсений вновь захотел поговорить с дочерью, пытаясь по глазам понять - правду она говорит или всё же лжёт. Но она опять начала плакать, и Арсений не мог ей не поверить. После завтрака он сказал ей собирать вещи и что сразу же отвезёт её домой. Даша со слезами на глазах просила его ничего не рассказывать матери и он пообещал молчать. Стоя у окна в своей мастерской, Антон провожал их злым и обиженным взглядом. Арсений из машины заметил его и, тяжко вздохнув, отвернулся. Антон постоял немного, глядя в окно, и спешно стал собирать свои вещи. Он всё решил ночью, раз он ему не верит, то и нечего ему тут больше делать. Антон больше не собирается молить его о прощении, ведь и не зачем, он ведь ничего не делал, но Арс ему не верит. И уже никогда не поверит, даже если он будет его умолять. Он действовал быстро, боясь, что Арс решит вернуться или что-нибудь они забыли. Покидав в рюкзак и в спортивную сумку самое необходимое, он оглядел мастерскую. Его взгляд остановился на незаконченном портрете и, ухмыльнувшись, он подошёл к нему и осмотрел её красивые черты лица. Антон никогда бы не подумал, что Даша на такое будет способна, ведь всегда у них были хорошие, дружеские отношения, она даже называла его своим братом. Почему же она с ним так поступила? Антон вспомнил её слова про то, что они с её отцом любовники. - Неужели, это Алёна ей сказала? - думает он. - Но всё равно непонятно, почему же она это сделала, если знала о нас? Антон грустно вздохнул, подошёл к своему столу, вытащил канцелярский нож и, вновь подойдя к мольберту, без сожаления полоснул пару раз по незаконченному портрету. Отбросив нож в угол комнаты, он захватил сумку, закинул рюкзак на плечо и отправился вон из этого дома. Сначала он хотел даже ключи оставить, но всё же подумав, что не хорошо уходить, не закрыв дом на замок, закрыл дверь и прихватил ключи с собой, на всякий случай. Он не стал тратить время на такси, всё равно придётся долго его ждать, он пошёл другой дорогой, чтобы случайно не встретиться с ним по дороге. Уже в центре их района он взял свободное такси, не пожалев денег, ибо не хотелось ему трястись в переполненном автобусе. И вот сидя в машине, он не знал, куда ему теперь податься. Он назвал пока абстрактный адрес в Питере и грустно уставился в окно. Через несколько минут он вспомнил о единственном лучшем друге. Антон вытащил телефон и набрал номер Димы. - Тоха, привет! - радостно ответил ему Дима. - Как дела? - Привет, Дим. Дела хреновые, - вздохнул он тяжко. - Пустишь к себе временно? - Ого, что случилось-то? - Потом расскажу, Дим, я уже еду в такси. Где-то через час, наверное, буду. Ну так можно к тебе? - Конечно, Тоха, тебе повезло, что я сегодня дома, приезжай. - Спасибо, Дим, я в тебе не сомневался. Слушай, только если будет тебе кое-кто звонить, не отвечай или говори, что ты ничего не знаешь. Хорошо? - Хорошо, Тоха, я тебя жду. Они отключились, и Антон назвал водителю адрес Димы. Таксист кивнул и молча продолжил свой маршрут. Димка встретил его, как родного. Они тепло обнялись в прихожей, и Дима пригласил его на кухню. Антон бросил сумки в комнате, помыл руки и зашёл на кухню, где уже был накрыт стол. Он сел за стол и огляделся. - Дим, а есть что выпить? Хреново так, что хоть волком вой. Дима молча достал из холодильника коньяк, поставил его в центре стола и сел напротив. - Ну, чего случилось-то? - Сейчас расскажу, - Антон разлил по рюмкам понемногу. Выпив и закусив, Антон рассказал всё в деталях. Дима только диву давался, слушая его и подливая коньяк. - Капец, Тоха, ничего себе! - Вот и ничего себе, теперь понимаешь, как хреново я себя чувствую. - Мдаа, - вздохнул тяжко Дима. - Если бы только когда-нибудь моя дочь такое устроила, я бы не знаю, что с ней сделал, - погрозил пальцем в воздух Дима, уже изрядно захмелев. - Это ты сейчас так говоришь, Дим. Я думаю, на месте Арса любой отец поступил бы также. Ты просто не видел, как реально она играла, даже я уже сомневаться начал. Но несмотря на это, мне очень обидно и больно, что он мне не поверил, Дим, - Антон тяжко вздохнул и снова выпил. - Конечно, Тоха, я тебя понимаю. Они немного помолчали, погрузившись в свои мысли, потом Антон снова заговорил: - Дим, а чего у тебя так тихо? Где твоя детвора? - грустно улыбнулся Антон. - Прости, я даже забыл про них и не захватил гостинцев. - Да они у тёщи гостят на даче, - улыбнулся Дима, вспомнив своё семейство. - Да не надо, Тох, никаких гостинцев, что ты. - Ну я завтра что-нибудь куплю для них. Когда они вернуться? - Так до конца лета, - Дима вновь налил коньяк. - Решили пока лето, уж пусть лучше на даче бегают, свежим воздухом дышат. Я каждые выходные к ним езжу. Хочешь завтра вместе поедем? Отвлечёшься хоть немного. - Спасибо, Дима, ты самый замечательный друг, - они заулыбались, пожали друг другу руки и вновь выпили. Антон услышал звонок своего телефона, но не сдвинулся с места. - Наверное, Арс. Не хочу с ним говорить. Дим, если он позвонит тебе, ты возьми трубку, только не говори, что я у тебя. Скажи, что мы вообще давно не разговаривали. Дима кивнул, закусывая. И через минуту они услышали звонок Диминого телефона. Он лежал на столе, и Дима, тут же ответив Арсу, включил громкую связь. - Дима, привет. Скажи, Антон у тебя? - услышали они тревожный голос. - Привет, Арс, - ответил Дима. Антон ухмыльнулся. - Нет, я давно с ним не разговаривал и не виделся даже. - Понятно, - вздохнул Арсений. - Пожалуйста, если он появится или позвонит, скажи, чтобы позвонил мне, это очень важно, пожалуйста. - Хорошо, Арс, я передам. Пока. - Пока, Дима. Дима отключился и посмотрел на друга. - А он очень расстроенный. - Ну конечно, расстроенный, не на кого больше орать будет, не кем командовать и в рожу бить. Видеть его не хочу больше. - Тоха, ну ты не руби с горяча. Может, всё же девчонка признается, и вы вновь помиритесь. - Нет, Дима, я уверен, что теперь уж она будет стоять на своём и ни за что не признается, - Антон опять вздохнул тяжко, схватившись за голову. Он уже и вправду думал, что это конец, конец их отношениям уже навсегда.