Давно не виделись

      Ворох чёрных перьев и дорогой ткани появился в склепе и рухнул на гранитный пол. Из этой кучи-малы появился статный мужчина, легко скидывая на пол мокрую рубашку. он откинул волосы назад одной рукой, а другой вытер с губ остатки крови своей жертвы. Его острое лицо будто стало ещё острее, приобрело черты хищника, зубы обрели форму клыков, челюсти стали шире, больше, губы и кожа будто высохли и были испещрены глубокими морщинами, будто он вымоченное яблоко. Его тонкие, длинные пальцы с узлами на суставах потянулись к бутылькам с эликсирами, когда он прошаркал к столу. После того как проклятый насытился кровью, нет смысла держать человеческую форму, соблазняя одним своим видом. Чёрные волосы начали стремительно седеть, опускаясь патлами на лопатки. Ведогор принюхался, ища по запаху нужный флакон. В темноте упырь не видел смыла даже открывать глаза, он был сыт, а от этого его размаривало, будто он напился на жаре. но нужно сохранить образец, чтоб в будущем не потерять этого замечательного мальчишку. Высунув свой длинный мерзкий язык, похожий на жало, он сцедил остатки крови что выпил в флакон. Вернув его на место, Маг довольно ощерился, любуясь своей коллекцией. Обычно он поступал так:       Искал себе идеальную жертву, питался ей какое-то время и уходил в спячку. Но чужая кровь оставалась, как ориентир, и в будущем он мог находить потомков смертных. Будто выдерживаю вино или сыр, думалось Ведогору. Это было отдельной игрой, просыпаясь сквозь века искать потомков тех, кого он терзал. Кто-то из них уже давно перестали существовать, кто-то стал влачить такое жалкое существование, что пить их кровь и энергию стало не интересно. И тогда он опустошал их флаконы и искал новую жертву. И всё это было неописуемо. Сейчас бы сказали, что он маньяк, но Князь считал это коллекционированием. Да, он одержим, но не больше чем филателисты одержимы своими коллекциями, и какая разница что подобные коллекции губят жизнь целым родам, превращая людей в безумцев? Это всего лишь люди, их столько расплодилось на этом свете, что исчезновение пары штук и не заметят. Полюбовавшись своей экспозицией, маг проследовал к гробу, попутно воззвав: — Ягнар! — Его голос стал хриплым, будто он вот-вот начнет кашлять, в сводах гранита он многократно отразился и усилился, создавая эффект многократного усиления, — Ягнар! где тебя носит! Ворон влетел в зал, опускаясь на руку упыря, готовый слушать своего хозяина. — Слушаю вас, Княже, — Птица сделала поклон, смотря на мага со всем уважением. — На расвете лети к матушке мальчишки. Слушай, наблюдай, запоминай всё. О нём, о ней, о их жизни, ты понял? — Слушаюсь и повинуюсь… Это всё? — Да, лети… Ягнар вспорхнул к потолку, устремляясь к выходу, оставляя Ведогора один на один со своими планами.

***

Святослав нервно потирал шею, вспоминая свой сон в ванной. Всё меньше это походило на галлюцинации и всё больше начинало пугать. По телу пробежали ледяные иголки, когда он вспомнил, какое возбуждение ощущал в этот момент. И хотя его понимание и самовосприятие было шире чем у большинства людей, и ебаться с мужиками его не смущало, но то что происходило было невообразимо. Он устало опал головой в столешницу и замычал. Его укрыли пледом и погладили по плечам. Ника сидела рядом, выслушав всё что он рассказал. Теперь от былого веселья и шуток не было следа, девушка не на шутку испугалась, когда её лучший друг появился на пороге её квартиры бледный как мел, с определённо понятными следами на шее и плечах. — Что мне делать, Ник… Я… Что я могу… Это действительно какой-то поехавший вампир, и я всё больше и больше уверен что именно на мне, — он оторвался от стола и жалостливо посмотрел на девушку. Та подсунула ему кусок варёной говядины и заставила жевать. — Что делать, что делать… Надо его отвадить… Чтоб он не смел подходить…Ты этот гребень выбросил? — Конечно… Как иначе… Я… Даже не могу зайти домой… Но там мама, а если он что-то сделает ей? — У юноши начали трястись руки и челюсть. Он прикрыл глаза, смаргивая слёзы. — Отставить панику… Если он ещё не навредил ей, значит она не в его вкусе. Поэтому за неё можем не волноваться, к тому же упыри присасываются к одной жертве на долгое время… — Никита поднялась и отошла к буфету, что стоял напротив стола. — Ищем способ отцепиться, у .... Бабули было много обрядов… Сейчас найдём как от этого избавиться, — С этими словами Ника плюхнулась на соседний стул и чмокнула Свята в щёку. — Не сцы, один обрядик и твоего упыря как не бывало.       Девушка перелистывает странички своими элегантными пальчиками, хмуря тонкие бровки, вчитываясь в содержание написанного. Она хмурится, непроизвольно закусывая губу, когда ей кажется, что обряд подходит. Свят залюбовался девушкой, выдохнул шумно. Ещё в том году он был очарован этим вихрем, который шумно ворвался в аудиторию, источая приятный запах сирени. Подобрав свою длинную юбку в руки, она яростно спорила с мужчиной, что вошёл следом. Уже позже он узнал, что спорила она с преподавателем, отстаивая честь всех астрологов мира. Её рвение поразило зелёного, только вышедшего из школы Святослава, которого все одиннадцать лет приучали к тому, что авторитет преподавателя непоколебим. Тогда ему казалось, что его окрыляет влюблённость в эту девушку, он даже подошёл к ней после посвящения, протягивая бутылку пива, неуклюже флиртуя. Но ах и ох, Никита Попова — оказалась не любительницей парней. Ей нравились нежные создания Венеры, поэтому, отпив пива, она разочаровала Свята. Но оказалось, что дружить с Никой ещё лучше, чем спать. Такого верного друга и безумную машину идей ещё поискать надо. Так что теперь Свят искренне, со всей любовью, ненавидит её подколы, терпит ужасные теории и даёт делать расклады на каждого, кто подаёт знаки симпатии в его сторону. И она, в свою очередь, обожает слушать его рассказы до поздней ночи, искренне смеётся с шуток, и готова дать пизды любому, кто посмеет обидеть её Свята. Ну а теперь она без вопросов поверила его бреду, понеслась варить ему мясо, чтоб восстановить кровь, и искать способ отвадить от него зло. — Ник… Спасибо… Правда… — Юноша аккуратно положил свою ладонь на чужую, сжимая её, — Ты лучший друг… — Свят, не говори так будто собрался помирать или уйти в монастырь, — Никита оторвалась от чтения, мягко переплетная их пальцы. — Я тебя в обиду не дам, чудо. Сегодня у меня останешься… Маме твоей позвоню, скажу что ты уснул… — Тебе не трудно? Ты вроде хотела пойти пить… — Выпить я ещё успею, не сцы… — Она листает страницы и победно вскрикнула — Нашла! Хе-хе! Хуй тебе, а не Святослав!       Она победно завертелась на стуле, протягивая Святославу книжку. В жёлтых страницах он увидел аккуратный мелкий почерк, что ровными буквами выводил слово за словом. — Думаешь, поможет? — Устало выдохнул жертвенник. — Если нет, я сама его найду и лично ему голову отрежу… И что-нибудь ещё… — Она важно подняла голову. устраивая руки на боках. Такой мини-генерал. — Мдааа… Он был прав… Богатыри нынче не те… — Ну тебя! — Девушка захихикала, ткнув острым пальчиком в бок юноши, — Лучше давай читай как там и что делать! — Да ну…читаю я…читаю…       Попова поднялась со стула, потягиваясь и отходя к плите. В своей маленькой квартирке, доставшейся ей от бабушки, она была будто маленькая лесная ведьма, этакая Баба Яга, в доме которой сплеталась старина и современность. Ну как новенькая варочная панель, могла соседствовать со старым буфетом, покрашенным уже тысячу раз? В её обители Святославу всегда казалось что стоит открыть шкаф, и он уже окажется в Нарнии или Стране Чудес. А Никита будет его личным проводником. — Чай будешь? — Она ставит старый чайник на конфорку, поворачиваясь к другу. — Только если без той странной травы, — парня передёрнуло от воспоминаний. — Ой-ой! будет тебе без той травы…

***

      Обряд проходит довольно весело, Свят сидит в окружении свеч, а Ника прыгает вокруг, и будто шаман какой-то. Спустя пару минут таких танцев, она рухнула на пол рядом, задувая свечи и пытаясь отдышаться. — Фух… Ну знаешь… Если после этого он от тебя не отвалится, я лично его пристрелю… — она убрала свои волосы с лица, улыбаясь другу. Святослав хихикнул, разваливаясь на полу, смотря в побеленный потолок. — Как думаешь… Почему он ко мне привязался? — он прикрыл глаза рукой, вдыхая тяжёлый запах ладана. — Без понятия… Но, что если ты ему просто понравился? Знаешь как бывает, ты кого-то встречаешь и понимаешь что вот оно, может это Любовь? — Она перевернулась на живот, со всей серьёзностью смотря в глаза лучшего друга — Бабушка говорила что нечисть любит таких как ты… Сильных, горящих… Они будто свеча в темноте, она говорила что нельзя светиться слишком ярко, иначе заберут, как детей… Дети они такие… — Ага, ещё скажи что он меня любит… — по рукам побежали мурашки от одной мысли, что эта полуворона-полумышь влюбилась в него. — Уж не знаю…но гребень не просто подарок…       Попова выдохнула, роняя голову на чужое плечо. Разбираться с моральной дилеммой или гей-драмой лучшего друга было уже не в её силах. — Так, считаю что решать проблемы нужно по мере поступления, поэтому пока мы идём спать. — Ника поднялась на ноги, протягивая руку Святославу. Уже укладывая это чудо в постель, ей пришла в голову гениальная идея.       «Мы можем вызвать его на разговор… Можем… Или я могу?» Но это будет уже завтра, а сегодня она просто ляжет спать, попытавшись защитить парня от нападок нечистой силы.

***

      Ведогор расправил плечи, старательно приводя себя в порядок. Сегодня в планах было прикинуться самым обычным смертным и подобраться к своей жертве близко-близко, разузнать о ней все самые потаённые секреты.       Завязав волосы в небрежный пучок и поправив брошь, он выпорхнул из склепа как ворон и направился по вечернему Питеру на зов своей жертвы, гребень манил его, кровь в чужих жилах будоражила сознание и распаляла аппетит, но нужно было держаться, Сегодня его ждёт не ужин, а разведка.       Приземлившись в кустах рядом с домом и приняв человечий облик, Ведогор направился к подъезду. На скамейке его приостановили две старушки. — Молодой человек! Стойте! Вы к кому? — Недовольно выговорила старуха Соломея, вглядываясь в лицо гостя. — Ваше какое дело, старые? — грубо ответил Князь, не собираясь останавливаться. — Хамло! Он небось к Ольге, она та ещё… Уж сколько лет без мужика, Сына то вырастила, и стала гулять…— возмутилась другая старуха, недовольно вскидывая руками. — Ну чего с неё взять, сама безотцовщина и сына таким же вырастила, тьфу-ты…       Упырь недовольно сморщился, слушая это, его глаза резко сверкнули зелёным и старушки на скамейке будто потеряли речь, из их ртов вылетали хрипы и громкие вздохи, но ни одного слова. Они с ужасом смотрели на незнакомца, не зная что делать. — Не гавкайте, собаки дворовые, — он выпрямил плечи и пошёл прочь, направляясь к входной двери.       Что-что, а пустые сплетни он терпеть не мог. В голове всплывали голоса дворовых девок из прошлого и их гнилые слова. «Подкидыш…» «Выродок...» «Нагуляла его Княжна…»       Ведогор тряхнул чёрными волосами и быстрее поднялся на нужный этаж. Это дело прошлого, он уже не тот что раньше, он уже давно не мальчишка с горящим сердцем, нет больше его, вышел весь. Остались только кровь и жажда. И Князя это не волновало.

***

      Ольга закинула полотенце на плечо и поспешила к двери, отбросила косу назад и, даже не посмотрев в глазок, открыла дверь. — Светик, ты чего так рано… — Она оборвала предложение, вставая на пороге как вкопанная, руки сжали ручку двери, взгляд острый, будто у орлицы, вот-вот и кинется в полёт. — Здравствуйте, вам… Кого? — Добрый день, — Упырь очаровательно улыбнулся, а глаза хитрые, щурятся, в уголках мягкие морщины. — Меня зовут Ведогор Олегович, я преподаватель Святослава, — он сделала паузу, осматривая женщину, будто поражаясь красоте, но сам-то он вдыхал аромат. Кровь почти так же прекрасна как и у сына. — Вы, должно быть, Ольга Константиновна, мне нужно поговорить с вами о вашем сыне…       Ольга непроизвольно повела плечом, взгляд у гостя был приятный, но чем-то пугал, отталкивал, она нахмурилась и отогнала мысли, пропуская гостя. «Не будь дурой, Оль, не каждый мужчина тебе враг…»       Мысленно проговаривала она, прикрывая дверь. А сама на замок не закрывает, вдруг что. Гость аккуратно прошёл в дом и остановился у зеркала, давненько он себя не видел таким. Привлекательный, красивый, молодой, даже не верится, что это он. — Разувайтесь, Ведогор… Эм… — Олегович, — подсказал мужчина и аккуратно снял обувь. — Да… Да… Вот тапочки, идёмте на кухню, я там готовила… — Женщина мягко улыбнулась, подавая обувь и провожая гостя, там она усадила его за стол и аккуратно отошла, вешая полотенце на крючок. — Может чаю? Кофе? — Спрашивает она, а сама смотрит внимательно, ждёт, того и гляди раскусит план, но на этот случай есть магия или укус, хоть пить её кровь и не было в планах. — Чаю… Да, спасибо… Вы извините, что я так, без предупреждения… — Начал Упырь, даже как-то неловко плечами ведёт, будто и правда ему не удобно что он в чужой дом пришел, ну актёр. — Да ничего… Хоть такое и редко сейчас бывает, обычно звонят…— ответила Ольга, брови наконец мягкие, успокоилась, такие жесты действительно в наше время редки, забавно даже. — Не люблю важные вопросы решать по телефону… Сами понимаете, зрительный контакт… — Князь улыбается, даже мило, и продолжает, Оля как раз ставит перед ним две чашки, сахар и печенье — Я бы хотел переговорить о том что ваш сын будет делать по завершению учения…— Слова подбирать было довольно трудно, оказывается, он пропустил много всего. — Тогда почему бы не спросить у него самого? — Ольга отпила из чашки и упырь сделал тоже самое, жидкость была горячая и безвкусная, как и любая человечья еда. — Да вот…парень у вас пригожий, но молодой, хотелось бы узнать к нему подход. Сами понимаете, настаивать не хочется, а предложений для него у меня несколько, да только у нас с ним не складывается… — Ведогор как бы неловко опустил глаза, выдыхая — Год не с того начали, а он парень способный…       Ольга хмурится, думает. Косу льняную в руки берёт, гладит, убедил все-таки. Победа. — А что вы хотите ему предложить? — Она не стала расспрашивать, что у них случилось. Если захочет, сам скажет. А нет - так нет. — Иностранные стажировки, диссертацию у меня писать, вы понимаете, я изучал западных славян, сам автор нескольких научных работ, довольно известных, с моим именем ему открыты многие дороги. — АХ, как заливает, как расписывает, людишки любят славу, любят успех. И так было всегда, было есть и будет, пока род людской есть на свете. И в глазах у Ольги он это видит, и уже готовит пасть чтоб поймать эту птичку и сожрать её дорого детя… — ОХ как славно, Светик так мечтал о чем-то таком… Вы только не говорите ему, но он ещё в детстве столько всего про всякую нечисть знал, заставлял меня читать ему книжки… А потом и сам, всё ходил и изучал… — Женщина с гордостью и нежностью говорит о сыне, гладит свою косу и прикрывает глаза, образ малыша со светлыми кудрями стоял перед ней и она улыбалась, — Он упрямый… Может быть немного резко или груб, но он хороший, энтузиаст.       Упырь с радостью впитывал всё, что исходило от человечка перед ним, не отрывая глаз от чужих рук, эти движения будто вводили в транс. И как же людишки могут любить своих отпрысков, удивительно. — Это я заметил… Смелый парень… — Да… Знаете, как сейчас помню… Первый класс, мы на линейку, а тут собака у дороги кошку на дерево загнала… И пытается достать, бедная вся трясётся, а мой, прям в костюме рванул, на эту собаку… Отогнал, и на дерево, кошку снимать… Она его по рукам, он и плюхнулся на землю… Ох, и встаёт такой: Мам… Она просто боится, не ругайся на неё… — Ольга засмеялась, и был этот смех такой живой, такой мягкий, совсем не тот, что мог изобразить Князь. Он и не знал как это — смеяться от души. — Так вот, вы если хотите его завоевать, говорите честно, прямо и потерпите его чуть-чуть… Он может выёживаться, но в конечном итоге поймёт что вы хотите лучшего… — О да, я желаю ему всего самого лучшего… Таким дарованиям нужно помогать…       Они всё сидели на кухне, упырь впитывал всё что мог от Ольги, а она говорила, всё говорила про сына, впервые за долгое время ей было с кем поговорить, выговориться. Поведать всё что она держала все эти годы про её Светика.       Уже собираясь уходить, Ведогор задал вопрос. Они стояли в коридоре, он поправлял пальто и ему стало интересно, даже у жутких тварей есть свои интересы. — Ольга Константиновна, извините за вопрос, но… У Святослава, кроме вас, есть кто-то ещё из родственников? — Он сделал обеспокоенный вид, заглядывая в глаза. — Нет… Я и он… — Глаза женщины похолодели, а голос приобрёл нотки метала. Она сжала край фартука, смело глядя на мужчину напротив. И было в этом что-то жуткое, мёртвое, даже для него. — Извините…просто, дело старое…нам и вдвоём хорошо… — Понимаю… Сам так рос, из таких детей получаются сильные люди… — Не сильные… Живучие… — Тихо произносит женщина, тут же улыбаясь. — Ну, не буду вас загружать, извините, если что не так…       Они попрощались, и, уже выходя из подъезда, Князь взмахнул рукой, Ольга забыла о том, что он приходил, забыла что кому-то что-то говорила. Будто и не было ничего. Но у Ведогора остались эти слова. «Не сильные… Живучие…»       Может, она и права… Кто же её знает… Зато теперь в его распоряжении столько интересного о своей жертве. Ему есть над чем подумать… На Санкт-Петербург опустилась глубокая ночь, глаза перестали болеть и теперь можно было вспорхнуть в небо птицей и исчезнуть в ночи.