От ненависти до любви?

Эрик Картман лежал на кровати и не мог заснуть. Его просто разрывало от ненависти к этому человеку. Да это даже не человек, это ебанный еврей. Какого хуя он постоянно ему перечит? Почему никогда нельзя все делать так как он хочет? Он просто ненавидел его зелёную шапку и эти гребанные рыжие волосы, ненавидел этот нос с горбинкой и эту вечно выделяющуюся в толпе жёлтую курточку. Он ненавидел то, что ему сложно от него отвести взгляд и каждый раз при случайном касании, его бьёт будто электрошоком. Он ненавидел его смех и улыбку, и как же он ненавидел то, что он никак не мог перестать о нем думать. Вечно тусит с этим Стэном, обнимаются, будто педики и он всегда встаёт на его сторону. Может он ему ещё жопу полижет для полной картины?! А ещё он ненавидел себя за то, что он постоянно делает этому ебанному жиду больно. Но Картман просто не мог ему просто так уступить. Пока этот рыжий обращает на него внимание, он чувствует, будто сам мир меняется и сердце ускоряет ритм. Никто у него никогда не вызывал столько противоречивых эмоций. А когда Эрик столкнулся с этими эмоциями, он не понимает что делать. Просто поступает как привык. Он не умеет по-другому. Слезы начали застилать глаза. И все из-за этого ебучего Кайла! Почему все так получилось?! Эрик чувствовал себя самым несчастным человеком на земле. *** После уроков вся компания из трёх человек (Кенни то ли болеет, то ли умер, хуй его знает) вышла из школы и как всегда начали думать чем заняться — Можно посидеть у меня посмотреть телик или поиграть в приставку, предки уехали вместе с братом в ТРЦ какой-то, вернутся только под вечер — вдруг предлагает Кайл. В душе Картмана что-то шевельнулось. Ему нравилось дома у этого еврея, хоть он никогда ему это не скажет и не покажет. — Пацаны, сегодня без меня, я до сих пор под домашним арестом после нашей прошлой выходки — засунув руки в карманы, Стэн хмуро опустил голову И тут вдруг Эрика будто парализовало. Они. Вдвоем. С НИМ?! Это не может быть правдой. С тех пор, когда в этих двоих проснулась взаимная ненависть, Эрик с Кайлом уже практически вечность не проводили время вдвоем. И теперь предстоящая возможность показалась Картману чем-то волнующим, неловким, приятным и отвратительным одновременно. Парню казалось будто его сейчас разорвёт от эмоций и тем не менее он чувствовал себя практически счастливым. — Чувак, ты чё, серьезно хочешь оставить меня с этим жиртрестом?! — в сердцах выкрикнул Кайл, смотря на своего лучшего друга щенячьими глазами Укол. — А ты что, жид, уже боишься со мной наедине оставаться? Все штаны обмочил? — нагло ржёт Картман — Ничего я не боюсь, просто если ты снова мне сломаешь геймпад, когда я выебу тебя в игре, я тебя наконец-то пиздану! Я устал уже это терпеть! Ещё укол. — Ну, ладно, так уж и быть, обещаю себя сегодня хорошо вести, — с милым голоском и как можно более невинной мордашкой отвечает Эрик — Будем считать что я тебе поверил. *** В итоге после долгих переругиваний, споров и ссор они пришли к взаимному согласию на том, что делать им сегодня больше нечего и пусть будет как будет. Набрали еды, включили приставку и начали играть. *** — Иди нахуй, Кайл. Пошел в жопу. Ебанный еврей ты снова читтерил! Вы по-честному не умеете! Вам лишь бы кого-то наебать постоянно! Лучше бы вас все-таки всех сожгли нахуй, чтобы я тебя никогда не встречал в жизни! — эмоции из Картмана лились нескончаемым потоком и это даже не из-за игры. Скорее видеоигра была последней каплей. — Что ты сейчас сказал ебанный жирдяй?! — У Кайла уже горели глаза нескрываемой ненавистью, слезы начали наворачиваются, но они никогда не польются. Только не на глазах у этого психопата. — Я говорю, что я тебя, блять, ненавижу нахуй, тупой жид! — Не смей, блять, такого говорить! — Кайл уже подскочил к нему и взял за воротник Завязалась драка. Кулаки и ноги летали по всем направлениям. Два парня катались по полу изо всех сил стараясь друг друга искалечить как можно сильнее. Силы у них были примерно равны, но тут вдруг Картман прижал руки Кайла к полу, надавил своим весом и навис над ним в таком положении, вглядываясь в зелёные зрачки друга. Кайл знатно охуел, но его вдруг будто парализовало, сердце забилось быстрее, а щеки начали гореть румянцем. Он выглядел до сих пор злым, запыхавшимся, но что-то в его взгляде переменилось. Глаза Брофловски будто приобрели другой окрас, будто открыли его с другой стороны и Эрик завороженно уставился в них, пытаясь прочесть и запомнить эту его сторону от корки до корки. Его щеки тоже давно алели и тут взгляд Кайла переместился чуть ниже. Он будто сам не понимая что деает потянулся совсем чуть-чуть вперёд, но этого хватило Картману для решительных действий, он тут же прильнул к его губам. Глаза Кайла расширились от удивления, он резко оттолкнул Картмана от себя и вскочил, все ещё дотрагиваясь пальцами до своих губ. — Ты что делаешь, жиртрест? Ты что, педик ебанный?! Картмана как шоком ударило. Горло сдавило, а глаза защипало. Он точно сделал самую главную ошибку в своей жизни — Жид, ты ебанулся? Ты сам первый ко мне потянулся, не пизди! — он схватил его за руку и, резко прижав к стенке, так, что тот стукнулся головой, снова поцеловал. На это раз решительно, не допуская никаких возражений и рыпаний. А это и не нужно было. На этот раз Брофловски не возражал. Вся логика покинула его голову, отдаваясь новым эмоциям и ощущениям. Весь оставшийся остаток дня они провели в объятиях и поцелуях друг друга. *** На следующий день вся их компания была в сборе. Они стояли на перемене, перешучиваясь, когда вдруг Картман резко схватил Кайла и поцеловал. Тот краснея, смотрел на своих друзей, пытаясь его оттолкнуть, но тот просто не позволял ему, пока наконец-то не насытился эмоциями и близостью совего уже не совсем друга. — Ты, что, жиртрест, охренел?! Я же просил тебя не делать этого на глазах у всех! — красный как помидор Кайл, ошарашенно смотрел, на охреневших друзей, нервно смеясь — Ну, извини, пирожочек, ты такой сладенький, что я просто не мог удержаться — довольный как кот Картман, с наслаждением и умилением рассматривал растерявшегося парня — Я же вас всего на один день оставил, что блять произошло нахуй? — в откровенном ахуе заорал Стэн — Вот как бывает. От ненависти до любви, видимо, тоже один шаг — подвтожив засмеялся Кенни.