ты въелся в сердце.

Еще с детства Кевин знал, как застирывать вещи, если те пачкались. Будь то свежая трава, когда тот выбирался на природу и не думая, усаживался на земной покров, следы крепкого кофе дяди, аромат которого вечно царствовал на кухне «Эвермора», или кровь, которая должна течь по венам, но почему то струится тонкой линией на футболке, попутно спускаясь вниз, желая загадить и джинсы. Как там обычно говорят? Всё можно отстирать порошком! Как обычно берешь свои грязные вещи, усердно заталкиваешь в барабан стиральной машины и сыпешь порошок. Либо специальную таблетку. И терпеливо ждешь, глядя на то, как окошко машинки заполняет пена. Отстирывалось всё. Чисто, свежо, опрятно. Будто и не было никакой грязи. Даже разводов от крови никогда не оставалось. Взрослый Дэй действовал точно так же, как и в детстве. Берёшь все свои проблемы в большую охапку, кидаешь куда подальше, а сам толкаешь в себя порошок, получая, обещанную всеми наркоманами, долгожданную свободу. Да, потом ты выходишь из состояния кайфа не опрятным, и не свежим. Но как там это комментируют?.. Чисто в голове. Мыслей ноль. Целей ноль. Чувств ноль. Из чувств только то, что подступающая тошнота и головная боль, обещающая вскоре и вовсе разорвать голову. «за то больше не разрывается сердце»- хохотали голоса в голове Кева, когда тот клал на мокрый язык разноцветную таблетку, которых было уже слишком много. Сейчас повторялось тоже самое, только рядом гордо стояла еще и бутылка богатого алкоголя, который тот сам когда то купил, обещая, что откроет его в какое-нибудь хорошее событие в жизни. Например.. праздник какой-нибудь! Тот же самый Новый год, или на торжество в честь победы на каком-нибудь важном турнире по экси. Но получалось как то не празднично. Стопка горького виски, пакет разноцветных таблеток и резво стучащий в дверь Аарон со своим «ты всё не так понял, блять», еще недавно валяющийся на чужой кровати совершенно голым и опьяненным любовью. Да, любовью, только не Кевина. «Удачно заходить в помещения.. это твой талант, Кев»- тянул счастливый однокурсник, лицо которого Кевин знать не знал, когда растерянный стоял в дверном проёме, буквально наблюдая за тем, как трахают его парня, который вовсе был не против. Даже, сука, и сам разделял его радость. Почему то боль, грозящуюся разбить хрупкое сердце, никто не разделял. Тот мучился с ней один. А компанию составляла наркота. Так было не в первый раз, а наркота внутри твердила, что и не в последний. Возможно, заходить в комнаты и заставать своего парня, это и правда талант, который в очередной раз рушил его жизнь. И он каждый раз прощал, так как не мог противостоять этим милым обещаниям «я ошибся, ты самый лучший», хотя и мозг сам понимал, что прощать не надо. Любовь к Миньярду была сильнее, и это убивало. И заветное желание, что тот образумится и перестанет, тоже было сильнее. Но снова это повторялось. Снова и снова. В один момент опьяненный мозг Дэя буквально крикнул о том, что пора прекратить, пока не стало еще хуже. Хотя казалось, что хуже уже некуда. - Кевин, ну Кевин- мычал за дверью Аарон, уже не так активно стуча в запертую дверь. Надо перестать. - Дэй, я ошибся- продолжал блондин. Он не исправился. - этого больше не будет. Это повторится. - это вышло случайно. Это точно повторится. - это всё тот пидор, я не хотел. Он этого хотел. - ты самый лучший, Кев. Я хочу быть только твоим. Блять Кевин Дэй. - я буду всегда с тобой. Я изменился. Кевин, сука, нет. Ему было плевать на разъебанное сердце, которое возможно на пару дней залечат, а потом всё повторится. Ему было плевать, что все наверняка повторится, потому что он привык. Привык к тому, от чего никак не мог убежать. Он открыл дверь, увидев напротив растрёпанного парня, который слишком хорошо умел играть растерянность. Руки Аарона плавно потянулись на плечи старшего, тут же его прижав к себе, пока тот лишь безмолвно глядел через него и нюхал слабые духи «того пидора», оставшиеся ощутимым следом на шее. И следом, которые хотел оставлять только Кевин. - прости- шепнул Миньярд, аккуратно гладя черную макушку. Погладь моё грёбаное разбитое сердце. И всё повторялось заново, а таблетки из прозрачного мешочка уходили слишком быстро. А мозг задавался одним и тем же вопросом практически каждый день: как отстирать сердце, если в него въелось противное пятно «ты»?