Слово пацана

Полина – понимающий человек, действующий по приказам исключительно собственных желаний и решений. Она прекрасно исполняет роль наблюдателя в классе, делая выводы о поведении каждого одноклассника. Девушка чувствует музыку коллектива, и даже мелодию каждого, кто ее окружает. Именно поэтому она первым делом подружилась с новеньким – Петровым Антоном. Ее зацепило в нем искусство рисования, а также скромность и храбрость в нужных моментах. Его драка в первый день учебы показала Полине, что Антон – крепкий орешек, и никакой Бабурин Семен не стоит и рядом с ним. А его красивые зеленые глаза – Полина чувствовала через взгляд настоящую натуру людей и понимала, что Петров такой же как она, – творческий человек, живущий искусством и любовью к тихой, такой комфортной обстановке. Однажды, когда она зашла в теплый класс с утреннего мороза, брюнетка застала следующую картину: Бабурин держал Антона за воротник около доски и пытался вытереть черным свитером новенького старые буквы, написанные мелом. Морозова подошла вплотную к толстому хулигану и попыталась разжать его руку, но парень лишь оттолкнул девушку назад. Растерявшись на секунду, Полина вновь накинулась на Семена, однако кто-то сзади аккуратно взял ее за локти и мягко повернул в сторону. Пятифанов мягко приобнял одноклассницу за плечи и отвел от предстоящего через несколько секунд зрелища. – Ты сделала, что могла. Дальше я сам! – подмигнул второй хулиган и одним, казалось бы, беззаботным ударом, откинул Бабурина чуть ли не на три парты назад. Парень упал на пол, и Полина вздрогнула, почувствовав, как он не слабо ударился об угол парты поясницей. Толстяк захныкал от обиды и яростно посмотрел на Рому. – Мы же друзья, Пятифан! Почему ты его защищаешь?! Шатен вздохнул и страдальчески закатил глаза, не стремясь переводить взгляд на бывшего друга. Семен поднялся на ноги, держась за ушибленную спину. Морозова отвернулась от Бабурина, взволнованно взглянув на Рому. – Я говорил о том, что Антон мне симпатизирует больше, чем ты. Однако я придерживаюсь своей позиции в этом классе, – парень положил руку на плечо Бяши, – мы с ним – команда, и Антон может присоединиться к нам, если хочет. А ты, свинья, гори в аду за то, что так отвратительно поступаешь. Полина провела взглядом Рому, который уселся за последнюю парту и закрыл глаза, будто бы погружаясь в сон. На самом деле он попытался мысленно себя успокоить из-за вспышки агрессии. Катя, вставшая со своего места, подошла к Полине и язвительно поинтересовалась: – Полиночка, а почему это ты полезла в драку? Неужто Антоша нравится? Брюнетка хотела ответить стерве класса, но посчитала это бесполезным: сколько глупому не объясняй – не поймет, не поверит и забудет. Кате не понравилось, что «какая-то девочка» ее игнорирует и поэтому, встав посередине свободного пространства около учительского стола и доски, прокричала: – С этой минуты мы устраиваем бойкот Морозовой! А кто его нарушит, мы накажем вдвойне сильнее! – светло-русая мечтательно улыбнулась, оголив острые клыки. Полина покрутила около виска. – Совсем поехавшая? В детские игры давно не играла? – Пятифанов и Петров, это вас тоже касается! – сказала Катя, в этот раз проигнорировав Полину. – Смирнова, завались на! – ответил Бяша, нахмурившись. Он посмотрел на Рому, который открыл глаза и мрачно посмотрел на Катю. – Ты хочешь, чтобы я подчинился твоему гнилостному мнению? Я сам решу, с кем мне общаться, а с кем нет! Нечего указывать, героиня собственного цирка, в котором ликуешь только ты из-за того, что весь его забор держит твоя мать! Класс притих, а кто-то даже смело присвистнул. Рома перегнул палку, но давать заднюю не собирался. Нахмурившись, он встал и подошел к старосте. – А если ты набросилась на Полинку, которая жаждет справедливости и понимает, что ты сейчас несешь всякую хуйню, то я тебе скажу, чтобы ты стала ценить то, что имеешь в данный момент. А еще почаще оглядывайся по сторонам, когда идешь домой. Староста замолчала, и от Полины не скрылось, что она напряглась от страха и прихлынувших слез. Глаза заметно увлажнились, и «гордость поселка» стремительно вышла в коридор. – Пятифан – ты труп! – прошипел Бабурин, ухмыляясь коричневыми от кариеса зубами. – Сегодня после уроков на заднем дворе. Я защищу честь Кати, а ты – своей обожаемой Полины. – Идет! – Рома проигнорировал стеб одноклассника и вернулся к своей парте. Не обращая внимания на пристальные взгляды, шатен плюхнулся на стул, погружаясь в сон. На самом деле, это не первый раз, когда Катя объявляет кому-то бойкот. Совсем недавно это произошло тоже с Полиной и Антоном – после того, как Морозова стала общаться наперекор всему общественному мнению с новеньким, Катя призвала одноклассников буллить музыкантку. Буллинг – дело весьма жестокое и по-глупому унизительное для его проводящих – слабые, до тошноты неуверенные в себе люди, применяющие моральное насилие в виде игнорирования, выставляя себя и свою никчемную жизнь напоказ. Первые дни Полина никак не реагировала на игнорирование класса – ей даже понравилось, что теперь в помещении шепоты и какие-то бурные возгласы превратились в гробовую тишину. Даже приятнее стало. Рома с Бяшей и тогда не поддержали идею выскочки, но и не привлекали внимание своим несогласием – они заняли позицию наблюдателей, как и сама Полина, и смотрели, выжидая момент «Х». Однако на переменах они подходили к однокласснице и говорили, что Полина всегда может обратиться к ним за помощью. Антону тоже было все равно на бойкот: он разговаривал с Полиной в столовой, замечая негодующие взгляды, но которые не грозили избиением, ведь в такие дни Семен, отвечающий за насилие, не появлялся в школе. А даже, если и приходил, то Петров продолжал разговаривать с подругой, не боясь толстяка. И всегда компания из четырех друзей – Ромы, Бяши, Антона и Полины, – воссоединялась после уроков, когда ребята не спеша шли домой. В это время они чувствовали, как кандалы унылого общества ослабевают, и одноклассники чувствуют свободу. А самое то смешное то, что Катя боялась авторитета Ромы и Бяши. Против них устраивать бойкот – дело, касающееся собственной угрозы. Поэтому, жертвами так и оставались Полина с Антоном. Но потом Смирнова предложила подкараулить одноклассницу после уроков и пригрозить тем, если она и дальше будет разговаривать с Петровым, то они сломают ее любимую скрипку и изобьют группой девушку. Некоторые одноклассники начали догадываться, почему жертвами Катя выставляет этих двоих. Староста ревнует Морозову к Антону, из-за чего хочет, чтобы брюнетка сдалась и оставила возлюбленного Смирновой в покое. В тот момент, услышав угрозу, Рома вздрогнул и дернулся к ножу-бабочке, который лежал в его кармане и дожидался нужного часа. «Только притронешься к ней – и твоя длинная коса полетит на пол, сука.» – сказал он мысленно, оскалившись. Но никто тогда не применил насилие в сторону Полины – все увидели, как после уроков девушка идет под руку с Пятифановым, и одноклассники, расстроившись от несостоявшегося зрелища, разошлись по домам. Мерзкие животные, лапы которых привязали нитками, и те выступали как истинные марионетки, которыми управляли два кукловода – Бабурин и Смирнова. Толстяк стоял около деревьев как тень и ухмылялся, провожая взглядом хулигана. Шатен выглядел скучающим, но, чего уж таить, ему было так приятно идти рядом со своей возлюбленной, чувствуя на себе эти противные взгляды одноклассников – пристальные, скользкие и до тошноты неуверенные. «Я защищу Полину любой ценой своей жизни.» – сказал мысленно Пятифан, галантно пропустив брюнетку вперед, когда они подошли к школьному забору. Через несколько дней Роме надоело то, что над Полиной все издеваются, и он решил, что сегодня поставит решающую точку в этих никчемных бойкотах. Лучше бы так Катю мучали – тогда он бы посмотрел, как девочка будет вести себя. А кто тронет Полину, тот захлебнется собственной кровью. После окончания уроков Полина нервно натягивала зимнее пальто, внимательно засматриваясь в окно, в надежде не увидеть ликующую толпу и отвратительное зрелище, симпатизирующее большинству подросткам – гадкое насилие, проявляющееся в лужах крови, стонах боли и ухмылках победителей в глупых поединках. Задний двор пустовал, и это немного успокаивало брюнетку. – Ты кого-то ждешь? Сзади к девушке подошел Рома, и Полина повернулась, тревожно заглянув в его глаза. – Рома, я переживаю! У меня сейчас сердце выпрыгнет! Обязательно ли драться? – девушка подошла ближе и положила холодные ладони на его плечи. Пятифанов нежно улыбнулся и натянул на темную макушку шапку, бережно поправив длинные волосы. – Обязательно, Полина. Кто-то ведь должен постоять за тебя. – Я сама за себя постою, а ты не жертвуй собой! – Они угрожают, что сломают твою скрипку. По-твоему это нормально? – нахмурился шатен. – Я считаю, что они как минимум должны лежать без сознания в снегу. Возомнили себя героями. – Рома… – прошептала одноклассница и обняла парня за шею, уткнувшись головой в его грудь. Пятифанов погладил девушку по волосам, а когда она посмотрела на него, поцеловал в лоб. – Все будет в порядке, Полина. Они вместе вышли на задний двор, держась за руки. Сзади, будто бы по сценарию, появились Бяша с Антоном, которые защищали возлюбленных со спины. Шатен ухмыльнулся, когда в поле зрения появился Семен. – Че, сука, думал, что все будет просто так, да? – к Пятифанову подошел ухмыляющийся толстяк, и Рома задержал дыхание, почувствовав гнилой запах изо рта своего бывшего друга. Антон с Бяшей взяли под руку Полину, и ребята отошли к деревьям, где стояли зеваки. Неожиданно Полина шагнула вперед и крикнула: – Ромочка, сзади! Пятифанов ловко обернулся и увидел двоих старшеклассников, которые уже нацелились на него. Увернувшись, он встал боком к Бабурину и парням, нахмурившись. – Мы собирались драться вдвоем, позорище! Тебе слабо победить одного меня, из-за чего ты взял с собой друзей?! – рыкнул он. – Я тебя убью, ебаная падаль! – Рома ловко достал нож-бабочку и схватился за оружие, угрожающе шагнув к Семену. – У нас не было правил о том, что мы деремся один на один. Никто этого не проговаривал! – гадко усмехнулся Семен. – Че, струсил, слабак? – Нет! – уверенно ответил Ромка, улыбнувшись. Старшеклассники накинулись на хулигана, но увидев вытянутую руку с ножом, остановились. – Сема, ты говорил, что мы деремся голыми руками! – возмутились парни. – Так отберите у него оружие, мать вашу! – прошипел толстяк. Парни не стали его слушать и взглянули на шестиклассников и в целом на ситуацию, словно со стороны. – Нет, Семен. Дерись-ка ты с ним один на один! – ответил один из старшеклассников. – Чтобы все было по-чесноку. Уж пусть лучше тебя он зарежет! Старшеклассники подняли сумки со снега и, закинув на плечи, покинули школьную территорию. Толстяк оскалился, что вызвало искренний смех у Ромки. – Смотри, свинья, не пукни! И Пятифан так же ловко спрятал нож-бабочку, ринувшись вперед на толстяка. Ударив кулаком в живот, тот скрутился, и Рома сделал шаг назад, показывая, что он не будет проявлять подлость в бою. Когда Семену стало легче, тот прыгнул на Пятифана, повалив в снег. Шапка упала в сторону, И Полина хотела побежать к другу, но крепкие руки удержали ее. – Полина, он по-честному дерется! Ты можешь нарушить кодекс! – осторожно сказал Антон, удерживая за локоть одноклассницу. – Вот если… И в этот момент все затихли, как и сам Ромка, когда позади него оказалась другая пара старшеклассников, которые со всей силы ударили Пятифанова по затылку сапогами, впечатав шестиклассника в снег. Рома простонал от боли. Бяша с Антоном подбежали к незнакомцам и попытались оттащить их от своего друга. Получив несколько ударов в солнечное сплетение, они продолжили стоять на ногах, однако не совсем устойчиво. Очки Петрова полетели в сугроб. Полина вскрикнула. – Не по-пацански поступил, падаль! – простонал Пятифан, поднимаясь на ноги. Отряхнув снег со штанин, он направил корпус вперед и получил в нос кулаком Семена, отчего резко упал на спину. Толстяк расплылся в улыбке. – Ну и кто тут из нас слабак? Пятифан рассмеялся и снова поднялся на ноги, размазав по лицу кровь. Подошел почти вплотную к Бабурину и прошептал: – Ты, свинья! И со всей силы ударил кулаком по виску. Семен ухватился за его кожанку и повалил парня на себя. Пятифан попытался подняться на ноги – он не хотел бить поваленного соперника, однако толстяк требовал другого. – Чего струсил? Бей меня, если такой смелый! И Рома не выдержал – ударил со всей силы, отчего щека Бабурина покраснела от лопнувших сосудов. Бывший товарищ заскулил, ухватившись грязными ногтями за сочные прыщики. Схватив толстяка за шею, шатен сказал: – Еще раз ты начнешь угрожать Полине, я выбью тебе все зубы и сдеру с тебя твою вонючую кожу! Рома снова ударил Семена, и еще раз, и еще, пока не почувствовал на руке гной от некоторых волдырей, из которых стала сочиться грязная кровь. Пятифанов провел рукой по снегу, счищая с нее подкожный жир Бабурина, и поднялся на ноги, пошатываясь от головной боли и тошноты. Одноклассники начали испуганно и потихоньку покидать школьную территорию. Катя подбежала к плачущему Семену и яростно взглянула на Рому. – И ты, крыса, если еще раз станешь угрожать моей Полине, я тебе обещаю сказочные вечера, пока ты, находясь одна в доме, будешь ожидать свою матушку с работы! Староста мрачно кивнула и помогла Семену подняться на ноги. Бой закончен, и Рома вышел победителем. Прокашлявшись кровью, он подошел к своей возлюбленной. Позади нее на снегу сидели Бяша с Антоном, восстанавливая дыхание. – Я же сказал, что я всегда тебя защищу… – прошептал Рома, прикрыв от боли глаза. Полина, не выдержав, громко заплакала, опустившись на колени. Пятифанов сел около нее, заключив подругу в объятья. – Зачем драться? Почему без этого нельзя решить проблемы? Зачем калечить себя?! Рома вздохнул и прижал темную макушку к своей груди. – Потому что мы живем по унылым законам насилия, которые до сих пор не оставили свою жалкую актуальность.

***

Рома с Полиной медленно шли по проселочной дороге, потому что у Ромки разболелась нога, и Полина помогла ему осторожно шагать по рыхлому снегу. Дойдя до дома, Морозова распахнула дверь, в прихожей расстегнула кожанку Пятифанова и сняла мокрую шапку. Хулиган скинул ботинки и прошел в обнимку с одноклассницей в ее комнату. Полина посадила хулигана на диван и подошла к аптечке – в воздухе запахло таблетками и спиртом. – Т-с!.. – прошипел от боли Рома, когда вата, пропитанная спиртовым раствором, коснулась раны на носу. Он сжал руки в кулаки и зажмурился, но вздрогнул, почувствовав легкий поцелуй на переносице, словно во время полета бабочка коснулась тонким крылом его кожи, а открыв глаза, увидел улыбающуюся Полину. – Я так тобой горжусь! Но все равно презираю драки! Пожалуйста, больше не дерись так яростно, а то останешься без чего-нибудь… – грустно вздохнула возлюбленная. – Я защитил твою честь… – тихо ответил Пятифанов, уже не чувствуя так сильно острую боль. – Я люблю тебя, Полина. – И я тебя, Ромочка… Брюнетка аккуратно поцеловала парня в губы, почувствовав языком вкус крови. Пятифанов обнял одноклассницу за талию, подталкивая к себе поближе. Отстранившись, Рома прошептал: – Вместе мы всегда справимся!