Взмах веера

      День выдался достаточно выматывающим, как для группы, так и для стаффа с подтанцовкой. Они все только что покинули тренировочный зал, хотя время уже давно стремилось к полуночи. Субин, как заботливый лидер, подгонял ребят, чтобы добраться до общежития поскорее и лечь спать. Им всем нужно было отдохнуть после столь сложного дня. Макнэ группы засыпал даже на ходу, получая лёгкие щелбаны по лбу от лидера чаще, чем можно было себе представить. Раньше всех на следующий день нужно было проснуться Бомгю из-за необходимости в наращивании волос до, всем так запомнившегося в эру лузер лавер, маллета. Субин настаивал на том, чтобы составить другу компанию в раннем подъёме, но тот отнекивался, как только мог, ссылаясь на то, что старшему нужно отдохнуть перед выступлением на фестивале.       Как только группа переступила порог общежития, Субин побежал к себе в комнату, крича на ходу о том, что Оди остался без вечернего кормления. Кай ещё шутил, что лидера они больше не увидят — его попросту съедят. Ёнджун ходил с полуприкрытыми глазами, якобы экономя энергию, чтобы не свалиться прямо у двери. Самым бодрым в компании был однозначно Тэхён, который мало того, что не клевал носом на ходу, так ещё и нёс полуспящего Бомгю на своей спине.       — Может, ты встанешь на ноги и откроешь? — интересуется Тэхён, дергая за дверную ручку комнаты Чхве.       Нехотя Бомгю слезает со спины и достаёт ключ, благодаря которому дверь открывается, позволяя парням зайти внутрь. Окно не завешено шторами, и благодаря этому в комнату попадает свет уличных фонарей и звёзд. Гю достаёт ночник, от которого по комнате мягким светом расходятся бабочки, и благодарит друга за то, что донёс парня и не скинул с какой-нибудь лестницы.       — О, не хочешь печенье? — с этими словами Гю достает из прикроватной тумбочки небольшую коробку и протягивает Тэхену. — Боюсь, я купил слишком много, возьми.       Забрав то, с чем можно будет посмотреть какой-нибудь фильм перед сном, Кантэ желает другу спокойной ночи и оставляет в гордом одиночестве. Штора всё же закрывается, а сам Бомгю заходит в душевую и минут пять сидит на холодном полу кабины, борясь с навязчивыми мыслями и желанием спать. Вода льётся то холодная, то горячая, создавая превосходный контраст и не позволяя Чхве заснуть прямо на месте. Он размышляет о том, как его жизнь складывается в последнее время, даже возвращаясь в свою комнату он остаётся очень тихим, словно боится спугнуть не только сон уже засыпающих мемберов, но и собственные мысли.       А вот к самому Бомгю сон после душа никак не идёт. Голова наполнена всеми возможными сценариями его будущего, которые обычно приходят поздно вечером и заставляют грустить, ведь на самом деле всё не так ярко и солнечно. Хотя он был счастлив в настоящем, всё равно хотелось чего-то иного. Возможно, здесь играла роль его душа интроверта, жаждущая хотя бы недельки одиночества в кругу тишины, еды и хорошей дорамы. Однако, от компании одного человека он бы не отказался.       Раздается стук, который, на удивление, заставляет Бомгю вздрогнуть и сесть, сжимая подушку в руках. Внутрь заглядывает Ёнджун и удивляется тому, что младший Чхве все ещё не спит. В комнате Гю очень уютно. Здесь есть и плюшевые медведи, и кресла-мешки, и небольшой костёр, а в воздухе стоит лёгкий аромат корицы. Старший прекрасно знает, как Бомгю скучал по дому, пока они были в туре. Здесь он обустроил всё под свой комфорт и, совершенно невольно, под комфорт Ёнджуна. Ведь тот находит комфортным всё, что связано с Бомгю.       — Я боялся, что ты откинешься на прогоне от усталости, — шутя начинает Ён, садясь на кровать, — всё-таки в прошлый раз тур для тебя оказался очень выматывающим.       — Я боялся, что всё будет как тогда, но в этот раз всё прошло куда лучше, — улыбаясь говорит Бомгю, неловко сминая подушку в руках.       Ёнджун с теплом в глазах смотрит на младшего и улыбается. Они оба достаточно сонные, но хотят насладиться компанией друг друга как можно дольше. Старший садится поближе, наклоняясь к смущённому Бомгю и молча спрашивает разрешение на поцелуй, получая в ответ лёгкое касание губ младшего. Без ноток страсти, но куда более интимное, чем можно себе представить.       — Может мне пойти с тобой завтра? — улыбаясь спрашивает Ёнджун.       — Тебе тоже нужно спать, — отвечает Бомгю растягивая последнее слово и, обнимая старшего за плечи, ложится вместе с ним.       — Тогда мы увидимся на фестивале, — соглашаясь, отвечает Ён и обнимает в ответ.       Когда ранним утром в комнату Бомгю заходит Тэхён, на лице Кана нет ни малейшего удивления. За время тура он вдоволь насмотрелся на счастливых дураков и с уверенностью мог сказать, что был бы куда более шокирован, не окажись Ёнджуна в одной кровати с Бомом.       — Хэй, Бомгю-хён, — Тэхен осторожно теребит плечо друга и улыбается в ответ на реакцию Ёнджуна, который стискивает в объятиях Гю ещё сильнее.       Самый настоящий медвежонок с трудом открывает глаза, тут же пытаясь резко подняться, и понимает, что так просто он не уйдет.       — Тебя уже ждут снаружи, давай вставай, — Кантэ улыбается и выходит из комнаты, закрывая за собой дверь.       — Ёнджун-и, — тянет Бомгю, стараясь выпутаться из объятий старшего.       Парень поворачивается и оставляет поцелуи на лбу и щеках, стараясь разбудить хёна, потому что иначе из такой хватки выбраться слишком сложно. Тот слегка приоткрывает глаза и тут же ловит поцелуй Бомгю, отстраняясь почти сразу, и желая доброго утра.       — Мне нужно идти, ты же отпустишь меня? — Бомгю смеётся, стараясь убрать руку Ёнджуна со своей талии и ему это наконец удаётся, не без посторонней помощи.       — Конечно, удачи тебе.       И старший вновь проваливается в сон, позволяя Бомгю встать с кровати и собираться на процедуру. Когда ему сказали, что волосы нужно будет нарастить для фестиваля, он был слегка удивлён, но ничего против не сказал. Лишь добавил, что между первым и вторым днём волос на нём не будет, с чем довольно легко согласились и на этом они разошлись. Чхве спит на ходу. Даже покинув общежитие и прибыв на место, где его уже ждала девушка с капсулами, он продолжает ворчать и жаловаться на то, как сильно он хочет обратно в кровать к Ёнджуну, потому что с ним уютно и тепло. Остальные подтягиваются лишь спустя пару часов, когда Бомгю уже начинают красить.       И вот, до выхода на сцену час с небольшим. Подтанцовка, состоящая из великолепных девушек, слегка нервничает и сжимает веера. Субин с Каем и Тэхеном стоят и обсуждают варианты того, как можно отметить первый день фестиваля, а Бомгю и Ёнджун…       Младший Чхве стоит перед зеркалом и поправляет что-то наподобие юбки. В таком образе с нарощенными волосами он выглядел довольно необычно. Фанаты назвали бы его принцем, богом, сошедшим с небес, сравнили бы с японцем. Вполне возможно, что этот образ и правда ему очень идёт. Компания будто задумала обратить огромное количество внимания на медвежонка группы.       — Baby, are you okay? — со спины к Бомгю подходит человек, от которого он слышит эту фразу чаще, чем Субин строит из себя самого заботливого лидера всех времён.       Руки Ёнджуна аккуратно сжимаются на чужой талии, а нос зарывается в нарощенные пряди. По коже Бомгю пробегают мурашки, да и сам он спиной прижимается к старшему.       — Ты такой великолепный, — томно говорит Ёнджун, слегка отходя от младшего и кружа его, словно в вальсе, — моа будут в восторге.       — Я уже жду момента, когда они узнают, что они нарощенные, — улыбаясь говорит Бомгю, обнимая Ёна за плечи.       Старший смеётся, а затем достаёт веер, закрепленный на подобии юбки и подносит его к губам. Гю улыбается, наблюдая за намеками от своего парня, и всё же подходит, оставляя краткий поцелуй в щёку. На лице Ёнджуна появляется наигранная обида, он театрально вздыхает, словно находится при смерти и ложится на неподалеку стоящий диван, прикладывая ладонь тыльной стороной ко лбу. Правда, не прошло и пяти секунд, как на его бёдрах устраивается Бомгю, сдвигая веер к щеке. Их языки в следующую же секунду сплетаются в поцелуе. Если парням не изменяет память, то в помещении должна быть одна камера где-то в углу. Судя по всему, придётся разобраться с ней раньше, чем эти записи кто-то увидит.       Поцелуй становится всё более жарким, под стать их будущему выступлению. Руки Ёнджуна, которые уже были схвачены за запястья и прижаты к стенке дивана, не позволяют тому особо двигаться. Только Бомгю осторожно, чтобы не повредить макияж, целует его лицо, шею и ключицы. Лишь ему старший может позволить абсолютную свободу действий, зная, что палку тот перегибать не станет. Да и для старшего, в отношениях с Гю, на первом месте всегда стояло доверие.

✣✣✣

      Бомгю сидит в кресле девушки, которая на скорую руку поправляет его укладку, пока Ёнджун улыбаясь смотрит со стороны. Парни не до конца знали в курсе ли стафф об их отношениях или нет, но поскольку те начались совсем недавно — это было неудивительно. Младший признался во время тура, когда у Ёна возникли вопросы о том, почему тот всегда лезет целоваться. Бомгю всегда отшучивался, мол, он делает это со всеми, чем только заставлял старшего нервничать ещё сильнее. Но вот Гю оказался прижат к стене после того концерта с легендарным «Happy fools» и признаваться пришлось во всём, а затем ещё и целоваться с Ёнджуном, потому что взаимность чувств оказалась велика.

✣✣✣

      До выхода на сцену считанные минуты. Бомгю стоит за подобием кулис и нервно постукивает веером по ладони, определенно нервничая и волнуясь.       — 아슬아슬하게 아찔하게, — тихо напевает Ёнджун, кладя голову на плечо Бомгю, — 그대가 내 품에 들어오게.       Бомгю улыбается, поворачиваясь к Ёнджуну и кладя руки тому на плечи:       — 하늘하늘하게 촉촉하게, — в отличие от старшего, Гю совершенно не скрывает того, что заигрывает, пока поднимается на носочки и оставляет поцелуи на скулах, — 그대 가슴속에 젖어오게…       — У нас до выхода две минуты, вы же не собрались трахаться прямо здесь? — внезапно появившийся Тэхён заставляет Бомгю испугаться и отскочить от Ёнджуна под смех последнего.       — Тэхен-а, тебя не учили предупреждать? — скрестив руки на груди ворчит Бомгю, всячески пряча за маллетом пунцовые щёки.       — Как ты себе это представляешь, — Кан, повторив жест младшего Чхве, подошёл вплотную к Гю, — мне надо было кашлянуть или ударить тебя веером?       Ёнджун, смеясь, отводит своего парня за плечи и обнимает его. Тискает, как маленького ребёнка, пока Тэхён закатывает глаза и уходит на свою позицию.       — Эти чуть ли не трахаются на сцене, другие спят вместе, почему в моём контракте не было пометки, что я дебютирую с гей клубом?!       После выступления Бомгю все же снимает нарощенные пряди, что не ускользает от взгляда сасэнки, и фотографии, в подтверждение этих слов и действий, расходятся по интернету. Да, завтра утром их нужно будет наращивать снова и, наверное, было бы логичнее их оставить, но…       — Чудесно смотришься даже без них, — взъерошивая волосы говорит Ёнджун, который, стоило только Бомгю сесть в машину, обнимает парня и прижимает к себе, утыкаясь носом в изгиб шеи, — ты был так прекрасен. Я в восторге!       Старший оставляет короткий поцелуй на макушке, не обращая внимания на пораженного стаффа, который всеми силами старается держать себя в руках.       — Не меньше тебя, хён, — улыбаясь отвечает Бомгю и достаёт телефон, — парни хотят пиццу заказать, ты какую будешь?