Мы пытали в первый раз, а ты взяла ...

Тёмный просторный склад, на котором совершается немало дел, что никогда не появятся в новостных сводках этого города. Даже обездоленные люди не решаются зайти на территорию влиятельной мафиозной группировки, которая и облюбовала это место. Так что данный склад был идеальной возможностью безнаказанно вершить суд над неугодными противниками и просто неудачно попавшимися в хитросплетение преступных сетей людьми. И вот, громкий хлопок тяжёлой железной двери, знаменующий появление новых действующих лиц в этом просторном складе, ударяется о потрёпанные стены. В дверях мелькают две плечистые фигуры, которые без труда волокут за собой хиленького паренька в официальном костюме и с плотным тканевым мешком на голове. Видимо, то была очередная жертва жестоких мафиози, которые никогда не отказывали себе в удовольствии шантажа сынков и дочурок местных толстосумов. За тремя новыми участниками внеочередного «собрания» появляется и исполнитель — вольготно вышагивающий мужчина средних лет. Он придирчиво оглядывает покорно повисшего в крепкой хватке своих охранников парнишку. В здании их уже ждут остальные участники группировки, которые с интересом наблюдают за новым «представлением». — Этот дохляк даже не сопротивлялся, — недовольно выплёвывает мужчина, проходя в небольшую комнатку, где их невольного гостя разместили на крепком, цельнометаллическом стуле. Громилы знающе хлопнули верёвками, довольно поглядывая на спокойного пленника. — Когда босс говорил, что этот заказ может стать проблемой, то я, признаться честно, ожидал большего. — Ха, да видно ж, что этот сопляк обделался, стоило нам подойти к нему, — ухмыляется один из громил, заканчивая нехитрый узел на тонких запястьях паренька. — Я вот только не пойму — когда мы стали заниматься запугиванием всяких малолеток? — Да вот я тоже не в ус ногой, — раздражённо фыркает исполнитель, кивая второму подчинённому и жестом приказывая сдёрнуть этот надоедливый мешок. Мужчина быстро понял чужое поручение и с готовностью схватил грубую ткань, одним слитным движением дёргая её с жертвы. Теперь в тусклом свете старенькой лампы можно смутно разглядеть черты спокойного лица пленённого юноши. Он несколько секунд морщится, промаргивается, дабы восстановить баланс света собственного зрения. Благо, с помощью чуть съехавших, но всё ещё держащихся на его носу очков, это не занимает много времени. — Ну что, голубчик, доскакался? — хмыкает исполнитель, оглядывая на удивление спокойное лицо парнишки. — Нам тут одна птичка насвистела, что ты увлёкся делами взрослых дяденек. — Вы о чём? — «искренне» удивляется брюнет, одним резким движением головы убирая разворошенные пряди волос с глаз и заодно возвращая свои стильные очки на место. — Вроде таблетки от простатита я не скупал. — Храбришься? Молодец, мне так даже больше нравится, — довольно ухмыляется мужчина, делая шаг к своей жертве и внимательно вглядываясь в черты чужого лица. — Да вот только шуточки тебе не помогут — инфа уже у нас, а от тебя требуется только её подтвердить и дать нам чуточку больше подробностей. — Пф, неужели ваши информаторы настолько плохо работают, что вы решили поискать чужих? — не теряя своего дерзкого настроя, усмехается парень. Он спокойно склоняет голову набок, с явным сомнением осматривая мужчин, которые собрались в этой комнате. — Вот только вы обознались — я не информатор. — А вот это уже совсем не важно, — чувствуя, как вспыхивает злоба внутри него, мужчина старательно её глушит, убеждая себя в том, что сопляк такой дерзкий только до первой явной угрозы. — Именно наши информаторы достали твоё досье, в котором мы нашли парочку весьма интересных записей. — Да? А вы там, случайно, не находили ещё купоны на скидку в кафе? — он с интересом переводит взгляд на «главаря». — А то я давненько их потерял, а степуха такая мелкая, что на неё только верёвку и мыло купить можно. — Ничего, если ты продолжишь в том же духе, то тебе не понадобиться покупать ничего из названного, — с натяжкой ухмыляется мужчина, порядком устав от чужого отношения к происходящему. С каждой секундой ситуация всё больше походила на какой-то абсурдный комедийный сериал. Хотя он, как исполнитель, встречал немало отбитых людей, но настолько самоуверенных и спокойных видит впервые. — Говори прямо — что ты знаешь о правящем костяке «Академии»? — Академия? Это, типа, того элитного учебного заведения у нас в центре? — подобно дурачку вскидывается юноша, делая задумчивое лицо. — Не, ребят, я, конечно, жутко привлекательный и гениальный, но туда берут только людишек с толстенными кошельками. А вы видели вообще мой кошелёк? Да его уже несколько лет не наполняли ничем кроме билетов из автобусов! — Молчать! — срывается мужчина, теряя последнее терпение. Его выводило из себя чужое спокойствие и наигранное непонимание. Теперь-то он понял, что главная проблема этого задания не в поимке объекта, а в его допросе. Ну что ж, не зря он столько лет верно служил своей группировке в качестве лучшего допросчика. — Хватит разводить тут смех, сопляк, — если ты не расскажешь мне то, что я хочу услышать, то я начну убирать лишние части твоей надоедливой физиономии. — Хм, пластическая операция? — абсолютно спокойно смотрит на сверкнувший в тусклом свете нож парень. — Не, мужики, мне моя мордашка нравится — Ди говорит, что из-за неё меня и любят все девчонки. — Ди? — вмиг замирает мужчина, пытаясь найти в своей памяти нужного человека с подобным именем. — Неужто ты заговорил о Диктатуре? — Фу, не говори его полное имя — оно даже хуже моего, — морщится парень, показушно высовывая язык для иллюстрации крайней степени отвращения. — Тем более, что Ди вам бошки открутит, если вы так его назовёте. — А у тебя, значит, особые отношения с шишкой из Академии? — ухмыляется мужчина, поймавший скользкую и вёрткую нить чужого признания. Это было сложно, но он всё-таки смог. — Что? Фу, не произносите это ТАК, — выделяя последнее слово, скуксился парень. — Этот дед настолько сварливый, что, кажется, может переспорить бабок возле моего подъезда. Так что у нас эта, как её… — парень делает очень задумчивый вид. — О, точно — взаимная ненависть! — Тогда, может, как главный ненавистник своего босса, ты выдашь нам парочку фактов о нём? — мужчина решает давить на первую вскрывшуюся болевую точку. — Тем более, что иначе нам придётся применить что-то эффективнее уговоров, — нож ловко скользнул в чужой ладони. — Э-э-э, — делая вид, что всерьёз думает над чужим предложением, парень откинулся на спинку стула и запрокинул голову вверх, — не-е-е, не хочу, — с довольной ухмылкой выдаёт пленник. — Вы, ребята, конечно, забавные, но меня Кэтрин на ветчину пустит, если я вам что-то расскажу. А вы бы знали, как она страшно ест бутерброды с ветчиной — бр-р-р, жуть, — он преувеличенно «дрожит», передёргивая плечами. — Довольно! — мужчина ясно понимает, что ничего из этого подлеца вытянуть не получится, поэтому стоит переходить к чему-то более убедительному. — Из-за твоей сопливости я слишком долго был добрым — и, видимо, зря. Так что, у тебя есть пять секунд, чтобы выдать нам всё, что тебе известно о правящем круге Академии. — Что, прям пять? — даже не дрогнул юноша, смотря на рассерженного собеседника. — Один, — чётко и громко объявляет мужчина. — Оу, ты реально будешь считать, — усмехается парень. — Два. — Знаешь, вообще-то секунды идут дольше. — Три, — мужчина показательно ускоряется. — У-у-у, я уже успел заскучать… — Четыре, — нож был перехвачен так, чтобы в любой момент можно было атаковать. — Ладно-ладно, вы настолько душные, что я даже не хочу слушать это до конца — я готов кое-что вам рассказать, — вздыхает парень, закатывая глаза, но его надзиратели этого явно не заметят за тёмным стеклом его любимых очков. — Выкладывай, — нетерпеливо рявкает мужчина, сверкая недовольный взглядом. Кажется, он был на пределе. — Не торопи меня, — показательно фыркает и прокашливается связанный парень. Он набирает полную грудь воздуха и протяжно выдыхает. — Я готов вам сказать, что… — он тянет последнюю букву, — пососите! — парень заливается довольным смехом. — Ах ты сучёныш! — мужчина дёргается, чтобы схватить тёмные патлы, но резкий звук взрыва и посыпавшаяся в с потолка штукатурка заставляет его замереть. — Какого… — Юху! Наши пришли! — довольно подпрыгивает на месте парень, почти искренне улыбаясь и пытаясь высмотреть дверь за спиной своего надзирателя. — Ну что встали, олухи, идите, получайте по шапке вместе с остальными! — Да я тебя!.. — исполнитель порывается ударить по надоедливой роже, но новый грохот заставляет его пошатнуться и обернуться в сторону старой двери. — Чёрт с ним! — сплёвывает на пол мужчина, оглядывая своих подчинённых. — Бросайте этого здесь — закончим позже! Два амбала пару секунд мнутся, но, стоит их «вожаку» выскочить за дверь, они покорно, как цепные псы, следуют за ним. Парень заливается хохотом от этой презабавнейшей в его понимании картины. Здание вновь сотрясается от непонятного грохота, но, кажется, парнишке глубоко плевать за хаос, творящийся вокруг него. Спустя минуту, когда тряска стихает, парень от скуки начинает насвистывать только ему понятную и знакомую мелодию. Он фривольно раскачивается на жалобно поскрипывающим от его дёрганий стуле и время от времени поглядывает на дверь. Вдруг, железная завеса дёргается и под громкий скрип отворяется. На пороге оказывается крепкий парень с вихрем каштановых волос. — Опти, твою мать, какого хуя? — недовольно выдыхает новый посетитель «пленного», закатывая глаза. — Гречин, дружище, сколько лет, сколько зим! — радостно приветствует старого друга Оптимист. — Я вас так заждался! — Заждался он — да Кэтрин с меня чуть три шкуры не сняла, когда наши информаторы принесли сведения, что тебя повязали! — эмоционально жестикулирует парень, совсем не спеша освобождать своего товарища. — Ты какого хрена позволил себя взять и даже нам сигнал не отправил?! — Гречин-Гречин, мой добрый, но твердолобый друг, — снисходительно качает головой Опти, спокойно выводя руки из-за спины, будто те и не были связаны на плотный узел. Вслед на первой верёвкой падает и вторая, приковывающая юношу к стулу. — Совсем ты не умеешь распоряжаться своими деньгами и временем. — Ага, это говорит мне тот, кто просадил всю стипендию в первый же день на бар, при этом пропустив день зачёта, — хмыкает Гречин, наблюдая за тем, как Опти с привычной ему элегантностью встаёт со стула и растирает покрасневшие запястья. — Это другое, ты не понимаешь! — клишировано восклицает оскорблённый Опти, наигранно хмурясь. — Я, вообще-то, сегодня сэкономил на проезде! — Ты о том, что сейчас мы нашли тебя связанного, на базе группировки, на которую рассчитывали нападать? — выразительно ведёт бровью Гречин. Он был знаком с Опти уже не первый год, поэтому догадаться о его «гениальном» плане было не так сложно. — Именно! — довольно восклицает брюнет. — Ну ты только представь — вы сейчас закончите, а на улице самый час пик. Да я же разорюсь на такси! А эти галантные джентльмены с комфортом довезли меня до места, так я ещё и вздремнуть успел! — Да уж, говорил же Кэтрин — не тебя нужно спасать от нападающих, а их от тебя, — хмыкает Гречин, смотря на эту театральщину. И ведь так, случайно встретившись с Опти во вне рабочее время, никто не скажет, что он является тем самым таинственным «Гробовщиком», которого мечтают найти многие группировки города. — Пф, да мы с мужиками почти побратались! — хмыкает Опти, оглядывая своего приятеля. — Так, а где мой прекрасный чемоданчик номер три? — Прямо сейчас он ждёт тебя за дверью, — закатывает глаза Гречин. — Впрочем, как и двенадцать других. Система тринадцати рабочих чемоданчиков Оптимиста оставалась тайной даже для его близких друзей. Казалось, будто и сам юноша выбирал их наобум, ведь каждый содержал идентичный набор инструментов, который невозможно отличить без соответствующего номера на обратной стороне крышки. Конечно, сам Опти не раз пытался объяснить свои принципы, но понимание его товарищей оканчивалось ровно на моменте с фразой — «каждое место преступления уникально, и ему соответствует определённый чемоданчик, наполненный особым духом». В общем, каждый раз приходилось брать дополнительного человека-носильщика для чемоданчиков Опти. — Вот это я понимаю — забота! — ухмыляется парень, выскакивая за дверь и сразу же натыкаясь на стройный ряд чёрных чемоданчиков с фигурным рисунком гор и хмурого парня рядом. — О, мой бог, ты тоже тут? — Твоими стараниями, — тяжело вздыхает Наклз, оглядывая своего товарища. — Я не знаю почему, но эти штуки чертовски тяжелые. — Это не штуки, а мои детки! — вмиг прижимает к себе ближайший чемодан Опти, выглядя как заботливая мама-птица. — Надеюсь, ты обращался с ними максимально аккуратно?! — Да меня бы Ди не простил, если бы я их хоть как-то повредил, — закатывает глаза парень, мечтая лишь о том, чтобы побыстрее передать нужный груз и вернуть оставшийся на базу. Конечно, он бы предпочёл более активную работу, но сегодня Кэт настояла, чтобы Наклз побыл в тылу, помогая нуждающимся. Видимо, именно на эту «помощь» и рассчитывала девушка. — Вот и славно, — вмиг расслабился Опти, подхватывая ближайший чемоданчик и направляясь в сторону основного помещения склада. По пути, то тут, то там, ему попадались кровавые подтёки и даже парочка мёртвых тел. Парень лишь на пару мгновений задерживал взгляд на почивших противниках, а после продолжал свой путь. Иногда приходилось перепрыгивать охладевшие конечности, чтобы не замарать свои великолепные туфли и брюки, которые он хранил специально для подобных миссий. Оказавшись в просторном помещении, где уже расположились его товарищи, Опти без лишних приветствий прошёл на середину. Он быстро осмотрел несколько мёртвых тел, которые лежали то тут, то там, создавая картину весьма зловещую, а в будущем явно зловонную. Неожиданно, Оптимист заметил тело смутно знакомого исполнителя, из груди которого торчал его же кинжал: — Хо-хо-хо, кажется, кому-то не повезло встретить нашу Кэтрин, — ухмыляется Опти, присаживаясь на корточки и открывая свой чемодан. Он в мгновение ока достаёт свои извечные белые перчатки, с лёгкостью надевая их на ладони. Указательный палец придирчиво касается рукоятки, проталкивая лезвие чуть глубже в бездыханное тело. — Ну, хорошо хоть нож свой, а то пришлось бы отмывать и передавать Кавкину. И всё же, даже некоторые из его товарищей с опаской оглядывались на невысокую фигуру в чёрном строгом костюме. По группировке Академия ходили страшные слухи о таинственном её члене, под кодовым именем «Гробовщик». Он появлялся после самых кровавых битв и наводил порядок, распоряжаясь телами и любыми уликами, которые могут помешать репутации мафии. Гробовщик действовал быстро и без малейшего продления, казалось, что талант по быстрой уборке людей был у него в крови. Люди всегда боятся неизвестного или отличного от них, именно поэтому Опти стал идеальным примером «свободного игрока», над которым властны лишь его желания и непонятная первостепенная цель. Гробовщик слишком специфичный и непонятный, так что контактировать с ним мог только правящий круг Академии, что неизвестно какими уговорами заимели такого сумасбродного товарища. — Ну, что ж, пора прибраться! — довольно улыбается Опти, возвышаясь над кровавой кучей тел и сверкая яркими, будто созданными в самой преисподней, глазами. Это будет очень интересно!)