Причинная ревность

После того случая с Константином, прошло пару недель. Отношения Димы и Олега не изменились, только теперь Шепс уделяет Диме достаточно внимания, что не может не радовать чернокнижника. Сейчас Диме стыдно за тот поступок, за то, что он не смог просто поговорить с Олегом. Но теперь это все в прошлом, медиум не держит зла на своего парня, он бы и не смог на него злиться, ведь тот просто хотел внимания. Парни вернулись домой с вечерней прогулки, переоделись и пошли смотреть фильм. Во время просмотра Дима опустил голову на плечо парня, а тот обнял его за плечи, прижимая ближе к себе. — хочешь спать? — Олег провел ладонью по щеке Матвеева. — нет, хочу поцеловать тебя. — Дима повернул голову и нежно поцеловал своего медиума в губы. Олег ответил на поцелуй, углубляя его. Руки Матвеева обхватили торс Шепса. — нам завтра вставать рано, у тебя репетиция в студии, забыл? — сказал Олег, отстраняясь от парня. — ничего страшного, высплюсь в другой день. — после этих слов, Дима вновь примкнул к чужим губам, иногда прикусывал их, а потом зализывал ранки, оставленные на губах Шепса. — пошли в спальню. — Олег подхватил Диму на руки, тот был совсем лёгкий, отнес его в спальню, аккуратно положив на кровать, а сам навис сверху. Руки медиума блуждали по телу напротив, проводя пальцами по плоскому животу. Из Димы вырвался тихий стон, когда Олег сжал его бедро, а затем нежно провел по нему ладонью. Шепс быстро избавил их от одежды, она лишь мешала им сейчас. Поцелуями Олег спускался до живота парня, а затем снова начинал целовать чужую шею, губы, плечи. — Олег, прекрати медлить. — сказал чернокнижник, сжимая плечо Олега. — как скажешь кот. — дважды парню повторять ненадо, потому отстранившись он потянулся к тумбочке за смазкой, а затем снова поцеловал своего парня в губы. Выдавив смазку на пальцы, Шепс медленно вошёл в Матвеева двумя пальцами, растягивая парня, а через десятки стонов добавился и третий палец. Дима уже плавился от действий Олега и с нетерпением ждал, когда в нем окажутся уже не пальцы, а что-то поинтересней. Обмазав смазкой член, медиум аккуратно вошёл в чернокнижника, сжимая чужую талию. — Олег.— тихо прошептал Дима, ощутив в себе Олега. Матвеев выгибался в спине, издавал сладостные стоны, заставляющие Шепса активние вбиваться в парня. Утром Дима все же опоздал на репетицию.