Больше силы - больше ответственности

Пользоваться паутиной оказалось на удивление просто. Сперва я изучил информацию о Человеке-Пауке из СМИ и выяснил, что по городу он перемещается, цепляясь паутиной за здания и раскачиваясь, словно на канате. Мне казалось, что для того, чтобы научиться такому мне придётся потратить много времени, но, либо сработала мышечная память, либо инстинкты порождённые мутацией давали возможность исполнять невероятные акробатические трюки так легко, будто я был рождён для этого. Какое-то время мне пришлось потратить на прощупывание возможностей. Лазание по стенам и эквилибристика давались легко. А вот с веб-шутерами, как они были записаны у Паркера в дневнике, всё оказалось сложнее. Да, просто-напросто выпускать паутину было легко, достаточно было нажать на кнопку, расположенную на запястье. Но у Паркера было несколько лет для обучения владению ими, и я понимал, что понадобится время, чтобы достичь мастерства в их использовании. Костюм я тоже надел. Пока что есть смысл сохранять тайну личности и отрицать удобство такой одежды не было смысла. Питер сделал что-то наподобие очков на маске, чтобы можно было контролировать область обзора. Это помогало, так как во время полёта все чувства были обострены по максимуму. Выяснив, на что я способен, я тут же отправился к предполагаемому месту встречи преступников. Как минимум, по результатам этой ночи я надеялся узнать хоть какую-нибудь полезную информацию. А как максимум – забрать себе предмет сделки или деньги. Наверняка безумный учёный Осьминог хотел сбыть своё изобретение на чёрном рынке. Я выяснил о нём всё что мог из заметок и интернета. Паук уже не раз одолевал его, но по какой-то причине не доводил дело до конца. Ещё на подлёте к причалу мои чувства подсказали, что здесь что-то происходит. И действительно, когда я подобрался к месту, то обнаружил, что переговоры уже начались. Мне не нужно было подходить слишком близко, чтобы подслушать разговор – хороший слух тоже входил в комплект паучьих способностей. – Ты смог исправить пояс? – произнёс холодный безэмоциональный голос. – Всё как мы и договаривались, – ответил человек с немецким акцентом. Второй видимо и есть Осьминог, также известный как Отто Октавиус. – С тебя деньги, – продолжил Отто. Я подобрался поближе, чтобы посмотреть, с кем общается учёный. – Не волнуйся, всё здесь. Ничем не примечательный мужчина в костюме передал кейс Октавиусу. – Теперь пояс, – всё тем же холодным голосом потребовал мужчина. Закончив считать деньги, Осьминог, пользуясь одним из своих механических щупалец, протянул вещь незнакомцу. – Держи, обращайся, если нужно будет ещё что-то в таком духе. Человек в плаще принял пояс, надел его и, нажав кнопку, обрёл облик Октавиуса, только без щупалец. – Только не смей использовать моё лицо для своих грязных дел! – потребовал учёный. – Не бойся, Отто, – сказал самозванец голосом, точь в точь похожим на голос Октавиуса. – Твоя репутация и так уже на дне. Значит, Осьминог подрабатывает, чиня гаджеты для сверхлюдей. Надо проследить за ним и выяснить, где его логово. Уверен, там можно найти много интересного. Преступники разошлись. Октавиус был явно недоволен и бормотал себе под нос что-то об авторитете людей науки и о том, что он признанный гений. Он передвигался на своих щупальцах довольно быстро и я, держа дистанцию, отправился вслед за ним. В какой-то момент я было решил, что потерял учёного из виду, но моё чутьё подсказало, где он, и я вновь продолжил слежку. Логово Октавиуса оказалось в заброшенном складе. Вот только, когда мы дошли до места, цель снова пропала из зоны видимости моих чувств. И только я собрался начать осматривать здание, как интуиция забила тревогу. Не сразу осознав, что происходит, я начал озираться, но сзади меня охватил холодный металл. – Ты та ещё заноза, Человек-Паук. Отто Октавиус развернул меня своей клешнёй так, чтобы он мог видеть моë лицо, а, вернее, маску. Металлические пальцы сжимали крепко, не было даже шанса разжать их, находясь в таком положении. Я был словно скован титановым обручем. – И тебе не хворать, – ответил я. – Ну и крепкое у тебя рукопожатие. Октавиус сплюнул. – Твои шуточки у меня уже поперёк горла. Но теперь ты попался. И где твоя феноменальная ловкость, когда она так нужна? И что же ты сделаешь? – Теперь ты пойдёшь со мной. Давно у меня чесались руки узнать, кто находится под этой маской. Пока что всё идёт по сценарию, описанному Паркером. Перед встречей со злодеем я изучил всё, что мой предшественник про него писал. Кажется, они играли в странную пародию на кошки-мышки. Осьминог ловил Паука, затем Паук обезвреживал своего похитителя и сдавал властям, которые, в свою очередь, не могли удержать заключённого на хоть сколько-нибудь значимое время, и всё начиналось заново. Октавиус нёс меня без какой-либо видимости нагрузки. Для него ничего не стоило сжать меня как консервную банку. Но он этого делать не собирался. Когда Октавиус открыл вход в логово, я задал вопрос: – С каких пор ты заделался механиком для суперзлодеев? В дневнике Паркера не было ни слова об этом. Наоборот, раньше Осьминог тратил все силы на свои личные разработки. – Такое время. Иногда наступает момент, когда понимаешь, что без связей не выйдет. Поэтому я разжился, кхм… Небольшим количеством друзей. Интересно. И что же такого произошло? Октавиус бросил меня в клетку, перед этим сжав до боли мои запястья, чтобы сломать веб-шутеры. – Эти прутья сделаны из самой прочной стали, – заверил Октавиус, запирая замок. – Даже я не могу разрушить их. В подтверждение своих слов он обхватил щупальцами прутья и безрезультатно сжал. – Замок открывается лишь по моей биометрии. Ты будешь сидеть здесь, пока не придут мои товарищи. Что? А здесь уже есть смысл начать беспокоиться. – И кто они? – О-о, ты их знаешь, я уверен. Я уже сообщил им время и место встречи. Значит, надо действовать быстрее. Мне не нужно лишнее внимание – Ты их пустишь в своё убежище? Октавиус посмотрел на меня, затем поправил очки и развернулся в другую сторону и начал печатать руками на компьютере, пока его клешни делали ещё несколько дел одновременно. – Конечно, нет. Сюда никто не может попасть. Кроме меня, но открывать ему на это глаза не стоит. От дальнейших расспросов Октавиус лишь отмахивался и просил не мешать. Хорошо, раз он не хочет по-хорошему, пришло время действовать. Собрав всю энергию, что накопилась в нетренированном теле Паркера, я пальцем начертил на земле знак, который вызубрил из книги моей матери ещё в детстве. – Что ты там возишься? – Октавиус посмотрел на меня мельком, затем вновь отвернулся и тихо засмеялся. – Ты что, так и не вырос из песочницы?.. Отто вдруг замолчал. Пригляделся в пустоту, будто что-то увидел, затем начал махать руками как умалишëнный. – Что происходит? Это ты сделал? Сейчас перед его глазами, должно было, появилось множество паукоподобных существ. Знак, что я начертал, позволял наслать на цель наваждение, галлюцинацию в виде роя мелких насекомых. Мне лишь нужно было подправить одну линию, чтобы превратить их в то, чего так боялся Осьминог. Из сводок Паркера я выяснил, что его заклятый враг до ужаса боится пауков. Какая ирония. Изрядно напрягая почти опустевший резерв, я мысленно направил рой так, чтобы Октавиус попятился и приблизился ко мне спиной. Из-за паники он даже не задумался о том, что подошёл к пленнику на расстояние вытянутой руки. Дальше – лишь вопрос одного тычка. Я знал болевые точки людского организма в совершенстве и всё, что мне потребовалось – резко надавить в определённое место на шее учёного указательным пальцем. Осьминог тут же обмяк, а его щупальца замерли, будто для них время остановилось. – Говоришь, замок можешь открыть лишь ты? – я просунул руки сквозь прутья и схватил бесчувственное тело за плечи, направляя его к двери клетки. – Ну так открывай. Я снял его очки и приложил глазницу к сканеру сетчатки. Дверь отворилась. Всё прошло даже слишком просто. – Теперь дело за малым. Сперва я думал, что просто отпилю щупальца. Но осмотрев их внимательнее, я понял, что, во-первых, это будет сделать почти невозможно, либо займёт очень много времени, а во-вторых, они представляют важную научную ценность. Надо будет изучить их и узнать, как у Октавиуса получалось так ловко ими управляться. Так что я просто-напросто решил вырезать учёному позвоночник. Это сэкономит мне много времени и поможет понять, как протезы крепились к его организму. Над наркозом пришлось поработать немного и смешать имеющиеся в распоряжении химикаты, а всё остальное в лаборатории нашлось в избытке. Операция прошла на удивление успешно. Раньше я бы сказал, что успех подобного мероприятия составит пятьдесят процентов. Но со способностями Паука у меня не дрогнул ни мускул, и движения были идеально точными. Мне всё больше и больше начинал нравиться этот мир. По итогам я выяснил, что чип, отвечающий за управление экзоскелетом, сросся с нервной системой своего обладателя, по-видимому, в результате несчастного случая. То есть, повторить подобное не удастся. А жаль. Даже впечатляло то, какую свободу действий предоставлял подобный механизм, напрямую получавший импульсы из мозга. Но я определённо найду способ как использовать эту технологию. Пока я обыскивал лабораторию на предмет чего-нибудь интересного, в себя пришёл и пациент. – Где я? Я ничего не вижу, – хриплым голосом произнёс Отто. – Дело в твоих нервах, – пояснил я. – Во время операции не было возможным отсоединить твои щупальца без того, чтобы не повредить попутно половину окончаний. Я удивлён, что ты вообще можешь говорить. – Что ты наделал? – попытался крикнуть Октавиус, но получился только сдавленный шёпот. – Ты отнял мою силу! – О, ещё и половину позвоночника, и руки с ногами. – Кто ты такой? У тебя костюм и голос Человека-Паука, но ты не он. – Это всё ещё я. Просто я кое-что осознал. Ты мог убить меня ещё до того, как привёл сюда. – Но ведь я этого не сделал. – Да, и в этом твоя ошибка. Вместо того, чтобы убрать врага с пути, ты зачем-то привёл меня в своё логово и дал доступ к своим технологиям. Отто закашлялся. – Ты, идиот, совсем не понимаешь во что ввязался! Ты даже не можешь представить, на какие ставки сейчас идёт игра. – Уверен, ты задумал невероятно важный план по уничтожению или же "спасению" человечества. Но вот только в твоих планах не было такого исхода событий. Ведь Человек-Паук не убивает людей. – Ты не посмеешь! Они придут за тобой! – с отчаянием воскликнул Осьминог. – Кто будет скорбеть по злодею, терроризирующему город уже несколько лет? Тебя даже искать никто не будет. Твои дружки решат, что ты залёг на дно. Осьминог замолчал. Кажется, он всё понял. Отключив Отто Октавиуса от самодельного аппарата жизнеобеспечения, я сделал то, чего не мог добиться Человек-Паук за годы своей геройской карьеры – навсегда убрать с улиц Нью-Йорка одного из самых опасных представителей преступности в мире. У меня это заняло день. Теперь я имею доступ ко всем его наработкам. Ну что ж, теперь предстоит узнать, что это за таинственные друзья Октавиуса и что он хотел от них получить.