Vampire heir's fangs

Свет от фар, проезжающей машины, пятном пробегает по стенам темной комнаты. Оставляя мрачный осадок. Спящий парень слегка поежился по одеялом, пряча светлую макушку еще больше. Минута тишины, настолько оглушающей, что могло зазвенеть в ушах, и резкий выдох. Парень садится в кровати, устало моргая и медленно переводит взгляд на окно, из которого на него смотрит полная луна, и недовольно морщит нос: мама всегда его пугала полнолунием, и что в это время всегда нужно закрывать окна, и сидеть в подвале, при этом сама она туда никогла не спускалась: ждала отца. И нет у них не прогнивший подвал, с крысами, паутиной и подобным, а нормальный подвал, где хранятся книги его деда. В детстве они с братом любили там играть, а сейчас он сидит с открытым окном, ничего не боясь, и не спускаясь в подвал, как раньше. После того, как отец сел в тюрьму за убийство мамы, все поменялось. Он встаёт с кровати и босыми ногами подходит к шкафу напротив кровати с зеркалом в пол, так же мать была жутко суеверной, и не разрешала спать напротив зеркала, а сейчас он считает что это бред, поэтому именно так его и расположил. Он смотрит на себя в отражении. Слабые руки, худые ноги, хрупкие плечи, синяки под глазами, веснушки на щеках и светлые, покрашенные волосы. Он смотрит кретикующе и недовольно. Потом фыркает и открывает шкаф. Достает джинсовые шорты и черную толстовку. Он стягивает спальные шорты, отбрасывая их в сторону, также поступает с футболкой. Одевает новое, и немного ежится от прохлады. Он идет в сторону двери, и резко останавливается: лучше обуться сразу, чтобы не мелькать у брата перед глазами. Он достает кеды, обувает их, и перед выходом из комнаты, захватывает небольшую сумку с блокнотом, закидывая туда телефон и проводные наушники. Он тихо спускается по лестнице, заранее предполагая, что брат развалился в гостиной перед телевизором, и он оказывается прав. Старший смотрит на него, поднимая от удивления брови, затем смотрит на наручные часы, и вновь поднимает взгляд на парня. –Феликс, пол третьего ночи, куда ты собрался? –гулять— шипит тот себе под нос, он уверен без сомнения, что второй услышал. –Опять до утра?— он садится прямо, и смотрит в упор, пытаясь что-то допытать. –не знаю. — заключение диалога, и громкий хлопок входной двери. Феликс садится в рандомный автобус и едет, подальше отсюда. Он вставляет наушники, врубая музыку погромче и достаёт блокнот, записывая туда все свои вопросы, теории и подобное. Игра в детектива — так говорит брат. Феликс придает этому значение намного больше. Год назад у него пропал друг, и это стало последней каплей подозрений, что что-то не так. И он завел этот дневник. «Ким Техен пропал в возрасте 15 лет, четвертого апреля. Странности: никто о нем ничего не помнит, ни одноклассники, ни его семья. Улики: » Была запись и о его матери, за что убил её отец, он так и не понял, отца сразу же посадили, а тело матери так и не нашли. Он остался с братом. Их всего двое и они против всех. Все это тревожило Феликса, и он искренне ничего не понимал. И почему его 17- летняя жизнь настолько ничтожна? Феликс вышел у какого забытого парка. Он шагнул вперед. Прохладный ветер моментально подул в лицо. По телу пробежали мурашки. И если честно стало слегка страшно, но все таки было любопытно что здесь, да и он не сыкло. Он делает шаги вперёд, рассматривая округу. Заросшие лавочки, сломанные урны, некошенные газоны и прочие признаки, того что в парке давно никого не было.  Конец парка был огорожен от леса живой изгородью, в которой Феликс увидел калитку, которой давно не пользовались. На ней уже начала разрастаться лоза и появились бутоны неизвестных цветов. В любой бы другой день Феликс бы монотонно промычал и пошел дальше, но не сегодня. Сегодня он дёрнул за калитку, лоза отделилась, петли издали противный скрип. Феликс делает смелый шаг за калитку и заполняет легкие кислородом. Воздух здесь другой. Более свежий с нотками прогнившей почты. Ему в лицо вновь дует прохладный ветер и он хмурит брови. Внутри что-то сжимается и останавливает, моля вернуться домой. Но Феликс настойчиво идет вперед по сухим веткам. От леса веет чем-то невнятным, чем-то гнилым, тревожным. У Феликса бегут мурашки, он вглядывается на каждый шорок. Но что-то тянет идти вперед. Спустя несколько пугающих минут, он видит лунный свет вперед и ускоряет шаг. Он останавливается на краю небольшого обрыва и смотрит вперед. На небольшой заброшенной площади виднеется церковь. Страх одолевает все больше, интерес растет вместе с ним. феликс неуверенно спускается вниз и идет к зданию, оглядываясь по сторонам. По коже бежит ощущение, что на него смотрят, и это пугает больше чем что-либо. Он делает глубокий вдох и с большей уверенностью идет прямо ко входу. Вся церковь обросла лазой, окна разбиты, вокруг куча мусора. Её словно бросали в спешке. Словно бежали отчего-то ужасного. Феликс хмурит задумчиво брови и трет руками плечи от ночной прохлады. Он подходит ко входу и слегка дергает дверь. Сейчас он сам без понятия зачем. Просто любопытно. И раз уж он здесь, то почему бы и нет? Дверь слегка открывается, создавая небольшую щели, Феликс одним глазом заглядывает внутрь и ожидает буквально что угодно: диких зверей, мусор, трупы, но видит лишь маленького ребёнка, спокойно играющего с плюшевым мишкой. –Малыш, как ты сюда попал? Тебе помочь вылезти? — Феликс никогда не был слишком эмоциональным, но когда дело касалось маленьких детей, он не мог оставаться равнодушным. Сейчас он уверен, что его испуганное сердцебиение слышно на несколько ближайших метров. Дыхание автоматически начало учащаться. В голове мелькали варианты, как вызволить маленького мальчика из западни. Он дернул руками дверь еще раз, но ничего нового не произошло, лишь противный скрип. Ребенок обернулся на него и стал внимательно рассматривать Феликса в шель, округляя и без того большие глаза. –Мне помощь не нужна, — его голос был шипящим и холодным. Полным равнодушия. Словно в нем нет ни капли живого, и он сам лишь какая-то игрушка. — а вот тебе— его глаза посмотри за мою спину, пытаясь что-то рассмотреть в темноте. –М-мне? — ошарашенно переспросил парень. — Я стою на свободен, а не заперт в какой-то церкви. — Феликс морщит нос, и продолжает смотреть на ребёнка, чьи глаза полны удивления. Малыш отошел в сторону, прижимая игрушку к себе, что-то щелкнул рядом с дверью, и она легко открылась настежь. –Видишь, я не заперт. — сказал он, заинтересованно наклоняя голову в бок, и смотря прямо в глаза, пытаясь залезть в самую душу. –А зачем ты запер её? — Феликс сел на одно колено  и начал хмурится, смотря по сторонам. Странный ребенок в странной церкви, посреди странной площади в странном лесу. Слишком много странностей. –Чтобы мне никто не помешал играть— в его круглых глазах, что-то мелькнуло. Внутри Феликса начало появляться чувство страха. –Но на улице ночь, где твои родители?— Феликс посмотрел по сторонам. –Мой отец умер 68 лет назад, а папа ждет брата дома. — Малыш моргал своими глазками-бусинаами, изредка поправляя синие шорты. Феликс медленно начал обрабатывать информацию, но происходил какой-то сбой, нестыковка. –Стоп. — обрывает Феликс. — Сколько лет? –68. — повторил мальчик. –В каком смысле... Тогда сколько лет тебе? –74—говорит ребёнок и пристально смотрит в самую душу. А Феликс искренне не понимал, что происходит, розыгрыш? У кого-то из них проблемы с головой? –Подожди— малыш резко замолкает, и смотрит на Феликса, принюхиваясь маленьким носиком. — Ты ведь... Человек? –Да. — Феликс удивляется еще больше, и слегка отдаляется.— А ты... Нет? –Нет— он улыбается и поднимает голову. В лунном свете глаза отсвечивают ярко голубым, очего кажутся безумно страшными и неживими.— По вашим меркам мне— он задумчиво закатил глаза— 6 лет. –По нашим? —спрашивает Феликс, но ответа не слышит. Ретеок смотрит за него, и взгляд мгновенно становится серьёзным. –Беги. –Чего? –Беги. Быстрее. В строну леса. — малыш срывается и бежит в направлении противоположной сторону, откуда пришел Феликс. Он срывается и бежит следом. Оставаться тут одному не очень хочется. В лесу запах старой крови. Запах безумно тошнотворный, и Феликсу приходится прикрывать нос рукавом. Ребенок идет молча, все так же крепко прижимая плюшевую игрушку. Вскоре виднеются разбитые руины, похожие на подземный туннель. Ретеок идет прямом вниз, призывая идти следом. Внизу они идёт долго, иногда поворачивая. Скорее всего уже наступил рассвет и Феликс решается прервать нагнитающую тишину. –У меня пара вопросов. –Каких? — ребёнок смотрит на него невинно, спокойно, словно ничего не произошло. –Кто ты такой? Почему тебе так много лет? Кого ты там увидел? И куда мы идем? — реьеок усмехается и опускает взгляд. –Я Хван Чонин, рад знакомству. Мне много лет по причине, о которой ты узнаешь позже. Я увидел там опасных для нас людей и очень надеюсь что они не идут за нами. А идем мы ко мне домой. — после этого впереди показалась лестница, по которой Чонин быстро проскакал наверх. —Идем, я познакомлю тебя с папой!— после этого он быстро побежал вперед, держа медведя за одну лапу. Феликс ускорился и пошел следом. Передо парнем было высокое здание, похожее на старинный замок. Некоторые окна были в паутине, еще многие кирпичи поросли мхом. Он шел с опаской смотря на все вокруг. Чонин убежал в розовый сад, и Феликс пошел за ним. Он забежал в беседку и бросился к стоящему там мужчине, тот взял его на руки, крепко обнимая. –Милый, у нас гости? — мужчина посмотрел в сторону парня и улыбнулся. — Я Джин. Приятно познакомиться, Феликс. — он улыбнулся неживой улыбкой, и на секунду показалось, что его глаза стали слегка бордовыми, или это из-за лучей только вставшего солнца. Парень начал хмурить брови. –Здравствуйте... А откуда вы знаете? — Феликс подходит ближе, сердцем чуя, что он рискует жизнью. А мужчина смеётся. –Ты в безопасности, мы ничего не сделаем.— говорит он, спуская ребёнка. Феликс остается в большем шоке. Что происходит? Как? Феликс мотает отрицательно головой, гоня вон дурные мысли. –Хенджин— внезапно зовет мужчина, когда из кусов выходит высокий блондинистый парень. –Позаботься о госте, а нам пора уже спать, шелкая по носу Сонина говорит Джин, и идет с ним в строну Замка. Все не как у людей. Ложатся днем, знают о чем думаешь. До Феликса доходит, что на улице рассвет и нужно позвонить брату, но телефон на зло разряжен. –Я Хенджин.— парень протягивает руку, и смотрит сверля дыру. –Феликс— он пожимает чужую руку, ощущая холод. —У вас холодные руки— поднимая голову, говорит Феликс, подтверждая очевидное. –Они всегда такие— расторгая рукопожатие, бросает Хенджин, после чего он стоят в угнетающей тишине. –А можно я позадаю вопросы? — спрашивает Феликс, бегая глазами по белым розам. –Задавай. –Что с ним, с Чонином, он сказал ему 74— Феликс улыбается — бред какой-то. –Ему и правда 74, а мне и правда 292 мы семья вампиров.