ночь в лесу с Надеждой на жизнь.

Шевченко медленно убирает руку из-под футболки чернокнижника, мысленно проклиная одного из сыновей Дьявола за такие угрозы. конечно, Анатолий всё слышал, но говорить не смелился, ведь если скажет, то та лишь больше разозлится. она полностью вытащила кисть из теплого одеяния, которое согревается от горячего тела Матвеева. возможно, из-за всех этих событий у Дмитрия поднялась температура. и не только из-за них, а из-за волнения при скорой встречи с Череватым, которая может и не случиться, и незаметного страха перед страшным чудовищем. Надежда отошла от диванчика подальше и пошла к шкафу, находившемуся у стены, которая была параллельно стоящей той, где спал Дмитрий. она, присев на корточки, открыла нижнюю дверцу шкафа и вытащила оттуда что-то чёрное. выглядело как.плётка. на уме Шевченко были только слова Матвеева, которые ранили её хрупкое и ранимое сердце, что он хотел бы взять азиаток с плётками. только жалко, что чернокнижник сказал это в шутку, и взял бы он точно не азиаток, а кого-то получше. такой же чернокнижник, только не с Алиэкспресса. Владислав — самая лучшая кандидатура на роль шлюх на трассе. " Сука, отшлёпаю этого Димочку, чтобы знал, как не брать меня с трассы к себе в машину. Плётки то у меня есть, а у азиаток нет. " — Шевченко злобно улыбнулась, слегка почёсывая край носа. ей хотелось отомстить и сделать больнее Дмитрию. ведь если он не достанется ей, то, значит, дальше никому и никогда. она натерпелась и уже давно решила убить своего «любимого». она, захватив плетку, подошла сначала к столу, где оставила этот предмет, а после уверенно пошла к милому Матвееву, который мирно посапывает. что же она планировала сделать с ним.? наверное, просто отлупить плёткой, а после растерзать его, оставив мужское достоинство Дмитрия как трофей. нет уж, хотя. — Димочка, просыпайся.! — Надежда слегка погладила лицо чернокнижника, пытаясь пробудить его. тот лишь поморщился и потянулся, медленно открывая глаза и думая, что перед ним страшное чудовище. в этот момент у Матвеева пульс зашкаливал, и казалось, что Шевченко заметит и подумает, что тот знает о её ужасном образе. — Надежда, извините, а когда поедем. — хотел договорить Дмитрий, но Шевченко прикрыла его рот, чтобы тот замолчал. пальцы её чем-то пахли, не скажет Матвеев, что они выделяли запах прекрасной сахарной ватой. — Чш. — многоликая ведьма издала этот звук змеи, покачав головой по сторонам, а после продолжила свои сладкие речи. — Малыш, я знаю, что ты меня любишь. Давай поиграем в одну занимательную игру.? — она это всё говорила с улыбкой, пытаясь заворожить Дмитрия во второй раз и усилить эффект. — Давай, только можно поесть, а то живот болит, любимая. — после этих слов Надежда вспыхнула и решила идти к кухонным шкафам, где точно было что-то съестное. она открыла первую попавшуюся дверцу и ничего не увидела. открывая следующие шкафчики, Надежда в недоумении смотрела на их содержимое. там были какие-то черепа, но не еда, даже не ягоды и грибы. хотя что можно найти в незнакомом гараже.? правильно, что-то пугающее. пока многоликая ведьма осматривала шкаф за шкафом на наличие еды для чернокнижника, Матвеев тихо и медленно пытается встать с дивана, который в любой момент может заскрипеть и привлечь внимание женщины. ему нельзя рисковать так сильно, ведь он хочет выбраться живым из этого грёбаного и темного гаража, который так и пробуждает в подсознании Дмитрия страх и ужас. он уже твёрдо стоял на ногах, иногда покачиваясь от головокружения. он пытался понять как выйти отсюда незамеченным. парень, бегло пробегаясь взглядом то по Надежде, то по двери, размышлял над этим вопросом. дверь была приоткрыта, но она могла заскрипеть также как и диван, который, к счастью, не издал ни звука. конечно, Дмитрию хотелось убежать, но если не подготовиться, всё пойдет по полной заднице. медленно маленькими шажочками Матвеев идёт к заветной двери, которая подарит ему свободу. не хотелось бы тут остаться до конца жизни, в этом старом гараже, начиненным ужасными гадостями. чернокнижник почти дошел до двери, оставалось лишь пару шагов до неё, но многоликая Надежда окликнула парня пару раз, надеясь на то, что он проснется. возможно, она что-то нашла съедобное или по типу того. — Димочка, я надеюсь, что ты не уснул, любимый. Я нашла что-то, просто необходимо подогреть это, и ты сможешь поесть, — Надежда чем-то громко шебуршала там, но, несмотря на это, у Матвеева не прибавлялся аппетит из-за этих слов и звуков. она не услышала ответа спустя пару десяток секунд и решила повернуться, чтобы увидеть своего любимого мальчика. Дмитрий стоит возле старого дивана, приобнимая свой живот и ярко улыбаясь женщине, чтобы та поверила. она лишь недовольно кинула взгляд на него и не понимала, что заставило встать парня. её заговор лишал парня управления ногами, но, походу, он не сработал. — Дим, ты чего стоишь.? Подожди, я ведь даже не согрела его. — Надежда немного нервничает, ведь если заговор не сработал, то и Матвеев мог не влюбиться в неё. — Надь, не волнуйся, я просто смотрю на тебя и твою прекрасную фигуру. — Дмитрий лишь обворожительно улыбнулся, показывая передние зубы, и прикрыл глаза. Надежда Эдуардовна расплылась и забылась в таких комплиментах, ведь Дмитрий понравился ей задолго до этой программы, в которой они сейчас снимаются. Шевченко приглянулся он на съемках двадцатой битвы, это были первые серии, особенно отборочное испытание — багажник. Матвеев так радовался, когда увидел человека в заднем отсеке машины, что запал в душу к Надежде с ясными огоньками радости в глазах. когда появилась Астрид вместе с ним, тогда она и поняла, что никому не отдаст этого мальчика. — Димочка, ты посиди, пока я пожарю котлетки из фарша. Если что-то нужно, любимый, скажи. Минут десять или пятнадцать, и котлетки будут готовы. — Надежда пристально смотрела на Матвеева, заставляя его мысленно сесть на диван. он же решил хоть в этом не разочаровывать женщину и сел на скрипучую, но мягкую поверхность. она отвернулась, а Дмитрий начал размышлять дальше. " Блять, и что дальше делать, она меня съест, если я нечаянно сделаю что-то не так. " — Дмитрий перебирал в руках от волнения кольцо, которое подарила бывшая жена. всё-таки что-то хорошее можно вспомнить в этот страшный момент. Что делать.? Дим, не смеши меня. Что ты там придумать не можешь, мальчик-китаец. — Анатолий стебался над ним, но хотел помочь ему, ведь какая выгода бесу с того, что его раб, то есть Владислав, будет страдать. Дмитрий умрет, значит, Череватый сам покончит жизнь самоубийством, и Анатолий исчезнет. " Толь, она меня контролирует, я даже выйти не могу. Она нашла фарш из человека и хочет его мне втюхнуть в тарелку. " — Дмитрий не мог, его выворачивало от слов «фарш из человека», ведь он не людоед. Вот это у тебя деликатесы, а Влад то даже мозг не осиливает купить, у него видите ли, денег не хватает. Наслаждайся. А если по настоящему, то что у вас по обстановке.? — время сейчас не для шуток, ведь Череватый через пару минут подъедет, и выходить нужно было прямо сейчас. " У нас вроде всё хорошо, Надежда меня не подозревает. Дверь приоткрыта, на столе что-то на подобие плётки и ножа. Не думаю, что она меня выпустит просто нагулять аппетит. " — Дмитрий также нервничает, но уже с закрытыми глазами, немного покачиваясь вперед назад. боязнь смерти от страшного чудовища появлялась и разрасталась до огромной паутины, которая перекрывала надежду на спасение. Дим, Димаш, ты меня слышишь.? — говорил Череватый, на что Дмитрий лишь мысленно хмыкнул, надеясь на то, что тот услышит. — Живой. Смотри, скажи ей, что тебе холодно, и ты закроешь дверь. Понял.? Матвеев не ответил, он просто воодушевился идеей побега и решил, что лучше сейчас, чем смерть. чернокнижник посмотрел на Надежду, которая во всю стояла возле плиты с разгоряченным маслом и вонючим фаршем, который выпускал свой запах из-за ничего. — Любимая, можно я закрою дверь, а то холодно, дует мне. — Дмитрий сделал жалостный и слабый голос и, привлекая к себе внимание женщины, покашлял. та обернулась и, кивнув головой, разрешила ему, увидев этот болезненный вид Матвеева. парень медленно встал, также шел к двери, показывая, что ему плохо, хотя ему и вправду так. температура давала о себе знать, ведь тело знобило, появлялась реальная слабость. чернокнижник подошел к приоткрытой двери и, открыв её до конца, рванул вперед. он выбежал, ура. Дмитрий радовался за себя и свою спасенную тушу, но не так долго. конечно, Надежда сначала не заметила пропажу Матвеева, но как услышала шум на улице, поняла, что чернокнижник её надурил. парень упал, споткнувшись об пень. хорошо, что ничего не сломал. треск сучьев, которые лежали возле пня, заставил Надежду всколыхнуться и превратиться в зверя, который уже выходил из гаража. Матвеев на тот момент встал с этого пня и бежал четверть территории леса. он преодолел это расстояние со слезами на глазах, ведь на кону его жизнь. Димка, ты сможешь, я уже чувствую твою энергетику. Ещё чуть-чуть осталось. У меня дверь открыта, прям забегай в машину, и мы уезжаем отсюда. — говорил Череватый, пытаясь подбодрить запыхавшегося чернокнижника, глаза которого были в пелене из-за слез. оставалось меньше ста метров до Владислава, Матвеев уже видел светящиеся фары его машины. всё прекрасно, но за ним на расстоянии семидесяти метров было чудовище, которое сметало всё на своем пути. только Надежда уже устала, ведь старость не радость, и подводит организм. она шла медленно, глубоко вдыхая в свой огромный звериный нос воздух. " Влад, Господи, помоги. " — голова Дмитрия кружится, от чего тот непроизвольно шатается. ноги немного подкашиваются. Матвеев не хочет умирать, но и бежать он не может. чернокнижник медленно идёт, не оборачиваясь, ведь слышит, что что-то громко рухнуло, возможно, это и есть Надежда, которая устала бежать за своим любимым. она проиграла молодому и зеленому парню, которому не было суждено влюбиться в такую женщину. спустя пару минут Дмитрий дошел до машины Владислава, в которую он рухнул. Череватый сидел и смотрел на него, осматривая все его царапинки, которые Матвеев получил при падении из-за пенька. — Что, моя радость.? Сегодня без настроения или без секса с такой горячей женщины.? Не дала что ли. — Владислав несмешно пошутил, хотя это сложно назвать шутками. он посмеялся, а после посмотрел на измученное лицо Матвеева. — Череватый, во-первых, сейчас ты без секса останешься, а, во-вторых, это несмешно. Мне плохо. Голова раскалывается. — старший положил свою ладонь на плече чернокнижнику, после чего тот потерся об неё, нежно и тихо мурча как котенок. — Бля, Дим, ты горишь. Что там с тобой Надя сделала.? У тебя температура под сотку, если не выше. — Владислав возмущен и готов был убить эту женщину за такие выходки над его возлюбленным, но самому парню с горячим телом полностью насрать на ведьму. Сотка градусов тела может быть только у низших демонов, а Дмитрий, по-твоему, суккуб или инкуб.? —самый тупой вопрос от Анатолия в студию машины Череватого. конечно, его можно принять как суккуба, только в мужском обличии, который появляется и живёт прямо с Владиславом под одной крышей. — Влад, давай поедем уже в отель, а то я сейчас умру от жары и холода. — Дмитрий потянулся руками за ладонью старшего чернокнижника, которая лежала у него на плече. ухватив её, Матвеев потянул её к своим бедрам, где и оставил руку. чернокнижник накрыл руку Череватого своей и поводил ею по бедру, возбуждая старшего. Ой, Влад, походу зря мы ей тот заговор на секс дали. Я не думал, что он будет страдать из-за него. — вот в чём проблема жара Матвеева, во всём виноват этот ёбаный стишок, который несёт в себе замысел потрахаться. — Хорошо, Дим, поехали в отель. Проспимся и не только. — Владислав погладил парня по бедру и, убирая руку оттуда, потянулся целовать темноглазого в губы. тот не был против, и для него эти пару секунд были чем-то большим под воздействием этого "стихотворения" с иным замыслом. они разомкнули легкий и спокойный поцелуй. Череватый завел машину, после чего чернокнижники поехали по трассе в отель. — Помнишь, Дим. Ты говорил, что возьмешь двух азиаток с плетками на трассе, а я подумал, что возьму тебя с трассы и сегодня это свершилось. Ты сам сел ко мне в машину, накаченный всякими заговорами. — с усмешкой говорил Владислав, поглядывая то на дорогу, то на Дмитрия, который поглаживал свои коленки от нечего делать. на эти слова, конечно, Матвеев повернул голову на парня, который устремил свой взгляд на дорогу. — На что ты намекаешь.? — Дмитрий совсем не понимает на данный момент смысл данных предложений и причину сказанного. — Трасса, Дмитрий Матвеев, который накаченный "наркотой", то есть заговором, отель на двоих. Ничего.? — Череватый повернул голову на другого чернокнижника, который с вскинутыми бровями осматривал лицо Владислава. тот лишь улыбнулся, иногда проходясь по клыкам языком. — Димаш, не бери в голову, отдохни, пока едем. они ехали в тишине, лишь скрылась яркая луна, и солнце вставало, озаряя вокруг себя всё своими яркими лучами. прекрасный рассвет и два чернокнижника.