Преемственность власти

      Владимир Владимирович забился в своём бункере, последнем, пока ещё, безопасном для него месте. Он уже получил информацию, что это «нацистское ДРГ» РДК, подпитываемое и растущее по пути частями и целыми батальонами уставших от войны солдат, благополучно добралось центров принятия решений, а также беспрепятственно вошли в Кремль. Вопрос в том, «что доберутся ли до него?» не стоял, а стоял скорее «когда? «. Стоит ли торговаться? Или до конца держать образ «жёсткой руки» и должным образом принять последствия. Всё-таки одно дело сесть на пожизненное в двадцать лет, а другое в семьдесят, подумаешь. Да ещё и сидеть не в русских православных казематах, а в современной чистенькой и одиночной палате где-нибудь в Нидерландах. Чем не перспектива на старости лет, ну не стреляться же, в самом деле, как некоторые? Но лучше было бы стреляться. Потому что одиночная палата была совсем не та, что ожидал ВВ.       До схрона бывшего «президента мира» добрались через пару часов, после того как над Кремлём поднялся бело-сине-белый флаг. И теперь как исчезла с государственного символа красная — кровавая полоса, ассоциирующаяся с жестокостью и насилием; должен был исчезнуть источник этой жестокости. Местные охранники и обслуга не стали не стали артачиться и позволили новому, будущему, лидеру страны сделать последнее дело. ВВ сидел за своим столом, только теперь ему было не до ловли карандашей. Ведь сейчас в его последний оплот вошёл сам Денис Никитин, или Капустин, или WhiteRex, здоровый, крепкий богатырь, боевая машина, в сравнении с бывшим «мачо» страны. Он объявил о необходимости проведения ритуала передачи власти, на что ВВ согласился, только не знал, что WhiteRex имел ввиду. Это оказалось не подписание бумажек о капитуляции, о сложении полночий, об отречении от власти и её передачи, далеко нет. Это даже не было пожизненным заключением в комфортабельной камере МУС. Нет. Хотя это было и одновременно капитуляцией, и сложением полномочий, и, что самое главное, передачей власти, ну и конечно же заключением. Но не в люкс камере в Гааге, и не даже не в подмосковной шарашке. А в другой тёплой, уютной вместительной, упругой камере внутри живота Дениса. Где ему оставалось просто раствориться и впитаться, вместе со всей своей полнотой власти, в могучее тело WhiteRеха, наделив его этой самой полнотой власти.