Čajový večierok

Олегсей нервно тряс ногой и покусывал ручку, всё время смотря на часы и дожидаясь конца пары. Через пару дней начинается сессия, а после выпускной. Но голова была забита далеко не тем. Парень с которым они знакомы около двух лет - Антон. Все мысли были заполнены им. Это началось не так давно. Просто в какой-то момент парень заметил, что на его присутствие тело подавало странные сигналы. Сердце бешено колотилось, щеки заливались лёгким, почти незаметным румянцем. Взгляд то и дело цеплялся за его прекрасное лицо. Как только стрелка часов указала на время окончания третьей пары, Олегсей забросил свои вещи в портфель и выбежал из аудитории. *** Солнце на улице ярко светило и грело своими лучами. Олегсей стоял в парке недалеко от университета. От пекущего солнца его закрывал огромный тополь. В руках он держал пушистую белую розу, в такой же молочной обёртке с аккуратным маленьким бантиком. По тропинке справа к нему быстрым шагом приближался Антон. – Олежа, извини что опоздал! - Сердце парня забилось в два раза сильнее. Многие называли его этим именем, но роднее и ближе всего оно звучало именно из уст Антона. – Ты кого то ждёшь помимо меня? - Антон вопросительно посмотрел на цветок в его руках. Олегсей ещё пару секунд посмотрел на Антона, а после замявшись протянул цветок. – А это... Тебе... - Он, смутившись, отвёл взгляд в сторону и немного покраснел. – Мне? - Парень удивленно смотрел то на Олежу, то на розу в его руках. Олегсей прикрыл глаза, после вздохнув повернул голову к Антону и посмотрел в его глаза. – Антон, выслушай. Я уже давно... - Олегсей чуть замялся и на выдохе произнёс – влюблен в тебя... Они смотрели друг на друга, казалось, целую вечность. Но отойдя от шока, Антон протянул руку к цветку и виновато взял его. – Олежа, извини, я не могу ответить на твои чувства взаимностью. - услышав эти слова, парень понуро опустил взгляд и натянуто улыбнулся. – Ничего, я с самого начала это понимал. Просто решил, что ты обязан о них знать. – Олеж, мы все так же можем продолжать общаться. Ты никак не изменится в моих глазах. Я все так же считаю тебя своим другом, и.. - не успев договорить, Олегсей раздражённо перебил его. – Нет, не притворяйся! Я знаю, что стал отвратителен тебе. Я это вижу. Не надо общаться со мной через силу, я все понял. – Нет же, Олеж, я бы не.. – Хватит! Правда, хватит! Я понял тебя. Даже если и так, то я все равно считаю, что это мёртвый номер. Как минимум с моей стороны. Извини, что побеспокоил. Прощай. - Олегсей смахнув слезы с глаз развернулся к выходу из парка, переходя с обычного шага на быстрый, после и вовсе побежал. Лёгкие болели от бега. Сердце выпрыгивало из груди. Слëзы ручьями текли по щекам. Остановившись у самой общаги, парень сел на холодный бетон около подъездной двери. Уткнувшись лицом в ноги, он судорожно приводил дыхание в порядок. Телефон в кармане надоедливо зажужжал. Достав его, Олегсей увидел входящий номер от сестры и быстро принял его. – Олежа, привет! – Привет! - стараясь не выдавать свой дрожащий голос приговорил парень. – Все в порядке? У тебя какой-то голос странный. – Да, все нормально! Я просто... - на глаза вновь накатили слезы. Олегсей случайно шмыгнув носом зажал себе рот. – Олеж, ты чего? Все нормально? Расскажи, что произошло. Парень поднялся с земли и медленным шагом двинулся за общежитие. – Алло, ты здесь? Олеж, что случилось? Дав волю чувствам, парень рассказал о случившемся. – Я... Оль, извини. - Это был первый раз, когда он кому-то рассказывал о своих чувствах. Это был первый раз, когда он признал свои чувства. Сидя на лавочке, на детской площадке, он дрожащей рукой закрыл своё лицо. Ему было стыдно за все. За то, что сказал Антону. За то, что рассказал все Оле. Ему было стыдно за свои чувства. – Олежа... Извини, это очень неожиданно. – Ничего, я все понимаю. Не извиняйся. - Парень убрал телефон от щеки и сбросил вызов. *** 6 июля. Мужчина лет пятидесяти чуть нахмурившись, вошёл в общежитие. Подойдя к вахтовой стойке он привлёк внимание пожилой женщины. – Добрый день. Я к Олегсею Душнову. 213 комната. – Здравствуйте! - скрипучим, но приятным голосом сказала женщина. Она поправила свои очки и открыв журнал провела пальцем по странице – Имя, фамилия? – Михаил Душнов. – Оо! Так вы отец Олегсея? - женщина удивленно, но в то же время радостно произнесла это, продолжая смотреть список. Мужчина сухо "угукнов" хмуро смотрел на женщину. – Та-ак... Извините, но вас нет в списке. Я не могу вас пропустить. – Мне что, нельзя пройти к собственному сыну? – Таковы правила. Но вы можете ему позвонить, чтобы он спустился и встретил вас. – Он не отвечает на звонки. Я поэтому сюда и приехал. - немного помолчав, мужчина продолжил. – А вы не можете как-нибудь связаться с ним? Подняться к нему? – Поймите, я сейчас работаю. Я не могу покинуть своё рабочего место. – Ладно. А вы видели его последнюю неделю? Может слышали, почему он не выходит на связь? У женщины в ту же секунду загорелись глаза. Она воровато оглянувшись продвинулась ближе к мужчине. – Знаете... Это конечно не моë дело, но хочешь, не хочешь все равно что-то да слышу. - Женщина вновь пробежалась глазами по сторонам и продолжила, пристально посмотрев Михаилу в глаза. – Но наш разговор должен остаться в секрете. – Я вас понял. - Мужчина лишь кивнул головой. – Все общежитие только и судачит о том, что Олеженька ваш... По мальчикам. Ещё месяц назад признался кому-то, да тот его и отверг. Говорят, Олегсей от позора и закрылся в себе. В тот же день и подслушали, как Олежа сидя на площадке за общежитием рассказывал об этом. - Женщина смотря на немного побелевшего и напряжённого мужчину с опаской отодвинулась назад, вновь смотря по сторонам. – Продолжайте. – Да что тут продолжать? Вот и вся история. Если честно, я догадывалась об этом всем. Знаете... Многое об этом указывало. Особенно его окружение. – Что-ж... Благодарю за информацию. - Мужчина покраснел от злости и отвращения к своему сыну, развернулся и быстрым шагом вышел из общежития. – Да не за что. До свидания. *** 13 июля. С того момента уже прошло больше месяца. Антон пару раз пытался дозвониться до него, но бросил это занятие после 20 пропущенного звонка. Оля так же пробовала позвонить брату пару раз, но парень решил на неопределённый срок отключить мобильный. Сегодня был выпускной день. Сессия закончилась, как и подошли к концу 4 года обучения в этом университете. Олегсей надел на себя клетчатую рубашку с брюками и уставшими глазами посмотрел на своё отражение в зеркале. Радости от окончания нелюбимого универа совершенно не было. Может он просто привык что в жизни все совершенно не так как ему хочется? Может он просто смирился с этой участью? Парень тяжело вздохнул, обвел взглядом комнату, после посмотрев на настежь открытое окно. На подоконнике сидел воробей и своими маленькими чёрными глазами с интересом оглядывался. Олегсей удивленно посмотрел на него и осторожно подошёл ближе. Птичка совершенно не испугалась его, а просто вглядывалась в лицо парня. Олегсей поймал себя на мысли, что чувствовал подобное ощущение далеко в детстве на кладбище. Хотел он было подойти ещё ближе к птице, как его действие прервал стук в дверь. Воробей испугавшись громкого звука чуть подпрыгнув вылетел в окно с оглушительным чириканьем. Олегсей проводил испуганную птичку грустным взглядом и тяжело выдохнул и развернулся, подойдя к двери. С тихим скрипом открыв её он, остолбенев, посмотрел на человека напротив. На него смотрел грозный и к сожалению очень знакомый взгляд. Отцовский взгляд. Его когда-то рыжие волосы порядком поседели, а морщины на лице прибавились. Олегсей уже давно перестал отвечать ему на входящие звонки, а если и отвечал, то говорил, что слишком занят учебой. Так и прошли последние 4 года, как он живёт вдали от него, потому он никак не ожидал увидеть отца на пороге комнаты общежития. – Отец? - с чуть дрожащим и удивленным голосом смог проговорить парень, впуская его к себе в комнату. – Здравствуй, сын. Между ними повисло неловкое молчание, от чего Олегсей неудобно потер затылок, наблюдая как отец осматривает его место жительства. – Ты хорошо здесь устроился. – Ага... Правда уже скоро съезжаю. У меня... У меня сегодня выпускной. Мужчина остановился и со строгостью посмотрел ему в глаза. – Да, я знаю. Поэтому и приехал к тебе. – Аа, вот как. Так... Я сейчас налью чай. Отец лишь кивнул и прошёл чуть дальше по комнате разглядывая её. Олегсей быстро наполнив и включив чайник вернулся к отцу, все еще с непонимание глядя на него. – Присаживайся, я сейчас... - не успел парень договорить, как его перебили. – На самом деле я приехал чтобы извинится. - коротко сказал мужчина смотря в распахнутое окно. – Что? – Извини, что был так строг к тебе. - на этот раз мужчина повернулся к нему, вглядываясь в удивленные глаза сына. – Я... Эм... - не найдя что сказать, Олегсей лишь промямлил что-то невнятное и опустил взгляд в пол. Мужчина подошёл к нему и похлопал по плечу. Чайник с громким щелчком оповестил о своей готовности, чем парень и воспользовавшись отошёл от отца, немного приводя свои мысли в порядок. Мужчина сел за стол наблюдая за действиями сына. Олегсей залил кипяток в две кружки с пакетиками чая, после поставив их на стол. Парень усевшись рядом с отцом, чувствуя себя не в своей тарелке собрал руки в замок и тяжело вздохнув, смотрел в одну точку перед собой. – Можешь принести сахар? – М? Да, да, сейчас! - Олегсей подскочив, пошел за сахарницей стоявшей на открытых полках шкафа. В этот момент мужчина оглянувшись, достал из кармана брюк маленькую баночку. Открыв её, он высыпал белый порошок в кружку сына, после быстро затолкав её обратно. Олегсей подошёл обратно, ставя сахарницу на середину стола. Сев обратно за стол, он насыпал себе чайную ложку сахара, интенсивно размешав напиток. – Как прошли экзамены? - Отец наблюдал за тем, как Олегсей взяв кружку в две руки грел их по бокам. – Все замечательно. Высший балл. Как всегда. - Парень посмотрев в своё отражение в кружке, поднес еë к губам и отпил чай. – Как и должно быть у моего сына. Олегсей чуть сморщился от горького привкуса во рту. Он закашлявшись поставил кружку на стол. – Наверное передержал заварку. - Проговорил парень откашливаясь. – Наверное. Олегсей хотел было встать из-за стола, как повалился на пол хватаясь за сердце. Пульс усилился, а грудную клетку до боли сдавливало. – Отец... - прохрипел парень затуманенным взглядом вглядываясь в силуэт мужчины. Михаил встал, смотря сверху вниз на сына. На парня накатила волна тошноты, не сумев сдержать рвотный позыв, его вывернуло на пол. Ротовая полость, как и глотка совершенно не чувствовалась, слюна вперемешку с желчью стекала со рта, капая на линолеум. –Ч-что со мной? - через силу выговорив слова, Олегсей ухватившись за стул попытался подняться. Всем телом дрожа, парень держался за спинку стула, на дрожащих коленях поднимаясь с пола. Паника и страх сковывали его тело, слезы невольно потекли из глаз. Мужчина смотря на жалкий вид своего умирающего сына, лишь с отвращением наблюдал за ним. – В моей семье нет места заднеприводным. Я не собираюсь терпеть этот позор. Ты мерзкий сосунок, который доставлял мне одни лишь проблемы с самого своего рождения. Легче убить тебя, чем знать, что в нашем роду есть такие как ты. Олегсея покрыл холодный пот. Мышцы сводило, от чего тело начало биться в судорогах. Его вновь вырвало, в этот раз не только желчью, а вперемешку с кровью. Мужчина обошёл тело и подхватил его со спины под мышками, потащил ближе к окну. Сил на то что бы вырываться или как либо сопротивляться не было. Закинув Олегсея на подоконник, мужчина посмотрел на закатывающиеся глаза сына. – Надо было тебя воспитывать ещё строже. Не медля, отец резко толкнул парня в грудь, от чего тот опрокинувшись назад полетел вниз. *** Стоял зимний морозный день. К кладбищу подъехала красная машина, из которой вышел Звёздочкин. Держа в руке букет синих гортензий Антон захлопнул дверь машины и прошёл к могиле Олегсея. Встав напротив деревянного креста, мужчина положил цветы. Выпрямившись, Антон окинул взглядом одинокую могилу и с тоской посмотрел на фотографию. – Олежа, извини меня. Я очень скучаю...