under lock and key

***

             Чёрные как смоль берцы, они пропитаны кровью, потом. Зашнурованы с большой силой и до самых концов, мыски берц отточено сверкают от ежедневной чистки. Не особо широкие джоггеры на которых куча карманов, множество цепей и нож, что находится около бедренной части ноги. Поднимаясь выше, мы натыкаемся на кожаный пояс,что держит штаны, бронежилет обтягивает черный военный костюм. Ремни с петлями крепко держат бронежилет на теле, ремни для удержания автомата, крепко держат винтовку. Задняя часть шеи содержит защиту крепким воротником. На лице свойственная балаклава, сверху балаклавы надет шлем. Он защищает голову от разных легких и тяжелых ранений. Тяжелые шаги надвигаются и становятся всё громче с каждой минутой, словно вся земля содрогается под этими ногами. Вся земля легла под этими свойственно сильными ногами. Мускулистый мужчина ступает по коридорам большого здания, он выглядит довольно сурово и устрашающе. Тяжелые шаги настигают той самой комнаты, где сидит маленькая девочка лет 11. Она сидит на кровати с очень мягким матрасом, постельное белье имеется и оно окрашено в серо-белый цвет. Девочка сидит на окраине матраса ждя пока мужчина, что либо скажет. Скинни джинсы обтягивают худощавые ноги девочки, на ногах белые стертые кроссовки в грязи и еще чем то. Кофта, что явно намного больше обыденного размера для девочки висит на худощавом тельце. Тёмные черные волосы падают на плечи, челка лезет в глаза, а черные как омут глаза сковали своим взглядом самого высокого и массивного мужчину. Вид у девочки не самый лучший, круглые мешки под глазами, явно не выспалась сегодня как и вчера, глаза явно потухли и превратились в бездонные мрачные глаза, в которых виднеется лишь слёзы убитых душ. — Поднимайся, пришло время. — фыркает мужчина протягивая свою руку, чтобы девочка ухватилась за неё и последовала за мужчиной. громкий, звериный и твердый голос всё дальше отбивался эхом в черепной коробке. Голос явно соответствовал образу мужчины. — Пап, куда мы идём? — фыркает девчонка с неким тихим тоном в голосе, она плетется за быстро идущим мужчиной пытаясь его догнать, маленькие ноги чуть ли не спотыкаются об друг друга. — Терпение Рюджин, что я тебе говорил о терпении? — повторяет мужчина всё тем же глубоким и грозным голосом, вены выступают на его шее, а лицо хмурится, он поджимает губы и проводит дочь на улицу, с этого помещения. На улице до боли светло, солнце играет в злую шутку с землей, ярко освещая всё на своём пути, лучи солнца падают на лицо Рюджин и та явно морщится. Неприятно, но тепло. Старший Шин ведёт дочь к массивной черной машине. Машина явно не из бедных куплена, Lexus LX570 чёрного окраса. Отец открывает дверь машины и помогает своей маленькой дочери сесть в машину, что она и делает. Закрывая дверь, он проходит к водительскому сидению и садится в машину. Заводя мотор, мужчина даёт газу и отправляется в путь. Крепко сжимая руль в руках, он давит ногой по педали газа всё сильнее пока скорость не набирает отметку 80км/ч. Они успешно выезжают из города и едут в незнакомом направлении для Рюджин. Вокруг виднеются лишь деревья и поля. В машине царит неуютная атмосфера, салон пропитан вонючкой типичного авто, в салоне играет тихая музыка. Рюджин смотрит на мыски своих кроссовок и задумывается, что сейчас едет на работу к папе. Да, точно, бинго! Она всегда хотела узнать где работает отец и как стать таким же сильным и отважным как он, знала бы Рюджин на что соглашается и куда сейчас едет. Ведь совсем в недавнем детстве, Шин младшая произнесла те самые слова. 4 года назад. — Папочка, а какая у тебя работа? Я тоже хочу стать такой сильной как и ты! — фыркает младшая Шин пока отец расшнуровывал свои берцы. — Ты так уверена, солдат? — Усмехается Куан, он поднимает взгляд на светящуюся от радости дочь, расшнуровывая берцы, он поднимает голову и протягивает руку, чтобы погладить по голове Рюджин. — Я уверена, как никто! Даже если понадобятся тренировки, обещаю я справлюсь! — с восторгом в глазах умоляет Рюджин.       Эти слова пробиваются в голове нынешней Шин, закусывая нижнюю губу, во рту чувствуется неприятный привкус металла, но Рюджин видимо всё равно. тело покрывается холодным потом, девчонка начинает дрожать вспоминая через что пришлось ей пройти, через какой ад она прошла ради глупой работы отца. Ком застревает в горле, а глаза начинают жгуче слезиться, она не знает что делать, не знает куда она попала, и почему сейчас нету мамы рядом. Всё это сейчас происходит лишь по вине Рюджин, она будет всегда думать так, потому что правду не скроешь за горой лжи. Растерянность, потеря смысла, это всё что чувствовала Рюджин. Пустота, что заполняла ее сердце и душу с каждой минутой, она становилась марионеткой под властью огромных рук своего отца. Единственный выход, дождаться его смерти, хотя надо ли? Рюджин и вовсе потеряет чувства и станет продолжать дело своего отца.             

***

Спустя пару часов долгой поездки в авто, они наконец останавливаются, в каком то не особо крупном городишке. Маленькие дома заполняют пустой город. Куан выходит из машины и подзывает к себе дочь. Она тут же выходит и идёт в догонку к отцу. Вытирая рукавом кофты горячие слёзы, что выступили в машине, Рюджин уже заходит в какой то старый, дряхлый дом. Куан выбивает дверь с ноги не прикладывая особо сильных усилий ради этого, ведь сама дверь еле держалась. Проходя в дом, Рюджин остается в проёме и старается выдавить единый звук, всё тело бросает в дрожь, тело покрывается холодным потом, а глаза расширяются в разы больше. Она наблюдает за тем, как её отец приставляет пистолет к лицу чужого мужчины. Она застывает, словно видит в отце не родного и близкого человека, а монстра. Это уже не тот родной человек, которого она помнит, не тот Шин Куан отец маленькой дочери. Он монстр. В один миг, мир резко потерял весь смысл. Тот мир, что был раньше резко перевернулся и стал совсем другим. Ноги подкашиваются и обмякают, коленки дрожат пытаясь норовить и упасть. В горле стоит не приятный ком, из глаз текут жгучие разъедающие кожу слёзы. Сердце начинает бешено биться, легкие начинают дико гореть и обжигать каждым вздохом и выдохом. Дышать становиться всё труднее, со лба текут холодные капли пота. Слышится грохот, стены сотрясаются и резко повисает тишина. В далеке виднеется отец, что схватил парня за запястье и ведет к выходу, Рюджин тут же стирает слёзы и старается привести себя в порядок. Она выходит с дома и даёт пройти отцу с этим парнишкой. Видимо, что-то случилось. Явно, что-то да случилось. Парень смахивает на подростка лет 15, темные черные волосы до глаз, широкая серая футболка и черные шорты, босиком. Рюджин переплетает свои ноги и еле тащится до машины. Они едут на базу. Едут в тишине, снова видны те самые поля и деревья, день превращается в вечер и солнце начинает садиться. Они едут в тишине, парень, что сидит около Рю почти что не двигается и не издает лишних звуков. Он знает почему его забрали, а Рюджин нет. Не стоит задавать вопросы, нет, не сейчас. Может быть потом, но точно не сейчас. Рюджин это знает, не стоит строить и быть из себя ребенка, стоит уже наконец следовать словам отца. Она сама выбрала свой путь, свой обреченный путь. Именно сейчас Рюджин взвешивает все "за" и 'против". Именно сейчас она задумалась, сделала ли она верное решение для своей судьбы? Видимо нет, она потеряла частичку своей души. Потеряла эмоции, потеряла счастье. Назад пути нет. Как выясняется этот парень, Хван Хенджин, старший брат в семье Хванов. Хваны погрязли в долгах, и вообще чудо, что они остались живы, что таскмастер их не убил. Они просто отдали сына в солдаты этих гниющих людей, людей чьё название несет слово ГИДРА. Гидра - клан наёмных убийц, а глава их Таскмастер. Точнее отец Рюджин. Шин Куан и есть таскмастер, самый загадочный человек из всех. Жестокий, кровожадный, можно подумать, что он это делает лишь из-за наследия или еще чего либо. Что он добрый, не такой как говорят. Вы ошибаетесь, у этого человека нет души и никогда не было. Всё это для него игра в манипуляции. Игра в марионетки, все эти люди в Гидре, его рабы и подчиненные, что сидят за огромным замком. Время идет, а поля все так же провожают черный лексус. Они едут далеко не в Сеул, далеко не в родной город. Они едут убивать и становиться убийцами. Становится из людей в ничтожества, что все так бояться. Становятся монстрами, их примут в ряды других монстров. Наверное Рюджин никогда не хотела быть такой, не хотела себе такой судьбы. Не хотела быть марионеткой или же подчинённой. Она знает, что вырастет совсем другой. Она выбрала этот темный путь с её отцом.              

***

Лес, тёмный и густой лес. Запах хвои и шишек. В нос бьёт запах диких ягод. Шин старший ведёт детей к гуще леса, ветви деревьев царапают их лица и открытые части тела. Они доходят до боевой зоны, точнее до базы. База спрятана в гуще леса. Огромное здание с разными локациями внутри, выглядит как бетонная коробка. Снаружи виднеется боевая зона с множество манекенами, множество полей где тренируются всё те же монстры. Монстры под влиянием одного человека, таскмастера. Здесь уже совсем иной запах, запах кровожадности, убийц. Совсем иная атмосфера всех лесов. Ибо, обычно все леса такие загадочные, страшные, манящие. Но, атмосфера этого леса и этой базы отличается, в множество тысяч раз. Не поспоришь, тут тоже страшно, но всегда есть "но". На Рюджин переводят кучу взглядов, все подчиненные и рабы уставили свой взор на Рюджин. Именно на неё, впервые увидишь дочь таскмастера вживую, впервые. Такая беззащитная и жалкая. Страх до сих пор проводит Рюджин, до сих пор гонится с ней. Словно какая то игра в догонялки. Хенджин же лишь идёт рядом и не оглядывается, он знал, что так случится. Знал с чем ему придется идти, знал всё заранее. Он уже готов к этим жестоким глазам, готов к осуждающим плевкам и ударам в его сторону. Он уже готов Они подходят к более чем среднего размера здания, осматривают, цвета мрачные. Темные и серые, они все же заходят внутрь, условия вроде есть, но везде видна кровь. Везде видно кровь бедных людей, чья учесть постигла их. Бедные люди, пытались ухватить за единую надежду выбраться отсюда, видимо не смогли. Они заходят в незнакомую им комнату. Видны вешалки и металлические шкафчики, видно уже пережившие побои и удары по ним. Ржавые, пахнут потом в каких то местах. Шкафчики забиты военной одеждой и оружием. Шкафчики под номером 17 и 20 достаются Рюджин и Хенджину. Оттуда, Куан достает темные блестяще очищенные берцы, две пары берц. Отдаёт им и заставляет снять свою обувь и отдать ему. Для защиты стоит надеть спец.одежду. Куан так же достает форму, те же джоггеры с цепями и маленькими ножами, для детей удобнее поменьше. Бронежилеты и балаклавы со шлемом. Видимо с этого дня они начнут тренировки. Их заставляют снять свою одежду оставшись в одном нижнем белье, натягивают форму которую выдали и следом идут берцы с бронежилетом и прочими примочками. Надев всё что надо было, Куан выводит их из здания и ведёт к тренировочному полю. Первая тренировка на выносливость. Подходя к полю, Куан толкает их обоих на очень острые камни. Заставляя принять форму планки. — Первая тренировка на выносливость. Держите планку 10 минут, если не сможете, удар хлыстом по спине. — Фыркает Шин с довольно грубым голосом, этот голос больше не нежный и теплый как был раньше для Рюджин. Этот голос стал похожим на устрашающий, громкий. Хенджин держится все 10 минут, пока Рюджин падает после 8 минуты, удар. Это больно, хлыст обжигает участок кожи на спине Рюджин, сквозь одежку можно было ощутить этот удар, как хорошо, что не заставили снять одежду, было бы намного больнее. Спина начинает болеть такой болью, с которой Рюджин никогда не сталкивалась. Удар начинает неприятно жжечь и щипать. Но Рюджин старается терпеть, не показывать слабость. И так их мучали весь оставшийся день. В глубокой ночи, часов примерно в 2 ночи, они всё же пошли есть. Ели они овсяную кашу.       

***

Их апартаменты выглядели не самыми лучшими, но жить вполне можно. Потолки на которых еле держится люстра. Стены по которым расползаются паутинкой трещины. Дрожащие стены от любого шороха, штукатурка осыпается, обои облезшие. Два ребенка скромно и не очень громко идут по темному коридору, находя комнату, они все же открывают ее. Дверь жутко скрипит, но все же подается открытию. Открывая дверь, можно увидеть две кровати, две тумбочки. Маленькая лампочка, что еле висит, пытаясь держатся дабы не упасть. Рюджин скромно проходит к кровати слева в углу и садится на неё, начиная плакать. Слезы текут по щекам прожигая кожу, горячие и горькие слезы. Слышны всхлипы, шмыгание носом. — Не ной, ты сама выбрала такую судьбу. Теперь мирись с ней, даже в таком возрасте. — Фыркает Хенджин, он садится на кровать напротив, его брови хмурятся, на шее выступают вены от злости. Он цепится пальцами о кровать и начинает сильно сжимать. Рюджин же на против, маленькая и беззащитная, плачет не зная, что делать дальше. — Я же сказал, прекрати ныть. Мирись с тем, что ты сделала. Я тоже хочу плакать, но потопляю все чувства. Я тебе скажу так, там осталась моя сестренка, моя мама и мой придурок отец. — Хенджин прерывается пытаясь собраться с силами, чтобы продолжить диалог, ком застревает в горле не давая выдавить и слова, но Хенджин продолжает. — Тебе как и мне страшно, но нам стоит отказаться от чувств, чтобы не сделать себе хуже. — Фыркает Хван, тишина настигает комнату. У Рюджин миллион вопросов которые остаются без ответа, ведь Хенджин точно такой же как и Рюджин. Точно такой же беззащитный и жалкий, он тоже боится. Но почему он так говорит сейчас? Почему он встал на сторону отца. Почему он сейчас говорит это все? Разве пару часов назад, у него не было тех самых слезных глаз, что просили свободы. Видимо нет, всё окончательно рухнуло, больше нет никакой надежды и шанса на успешное будущее. Нету даже капли надежды на тупой универ, после окончания ты выйдешь замуж за очередного придурка. Родишь троих детей и будешь растить их. Типичная обыденная жизнь которую Рюджин уже не увидит. Вновь всхлип, но уже не от уст Рюджин. Хенджин заплакал. Рюджин поднимает голову и видит как по щекам стекается гора слез. — Мы должны держаться вместе. С этого момента, мы будем держаться вместе. — Фыркает Шин, после протягивает руку. Хенджин пожимает ее и они улыбаются сквозь слёзы.       

***

Спустя два года после события. И вот вновь они тут, в подземном городе. Здесь кучу душ, которые продают своих детей, проигрывают свои дома. Гнилое место как и все остальные организации по типу Гидры. Шин и Хван идут вместе, Шин Куан ведет их к очень обшарпанному и гнилому дому, где внутри уже сидит кое кто. Этот кое кто, на грани жизни и смерти. Подземный город не особо лучшее зрелище, вокруг облака дыма, из труб течет сырая вода. Мелкие пакетики с кокаином валяются под ногами, везде бычки от сигарет и бутылки от выпивки. Так же на дорогах валяются бомжи без дела, блюют, воняют. Все же немного осматриваясь, они заходят в дом напротив. Слышен выстрел, видимо таскмастер уже расправился. Сам сделал всю работу. Причина по которой он взял этих двоих, так это была миссия. Самая первая миссия после двух лет упорных тренировок. Они проходят выше где уже стоит Шин Куан, весь в крови и мелких царапинах. Видимо уже подрался, с заказом. Рюджин проходит в глубь комнаты и замечает детскую кровать?... — Хей, тут что-то да есть. — фыркает Шин подзывая к себе таскмастера и Хенджина. Она указывает пальцем на детскую кровать и там виднеется...ребенок. Живое существо, оно начало свою жизнь совсем недавно. Совсем недавно жизнь обрела краски и совсем недавно начало дышать. Что то совсем другое, новое. У Рюджин натягивается нежная и теплая улыбка, за все то время. То-есть, она улыбается? Она видела детей и раньше, но что-то кольнуло в груди, что-то совсем иное и другое. Что-то новое, она рада, улыбается словно это её ребенок. Но она одергивает себя сразу, как замечает лицо таскмастера. — Я не знал, что у него есть дочь. Тогда, она будет нашей. Заберем её, будет твоей сестрой. — фыркает Шин, он ухмыляется и переводит взгляд на Хенджина. И в прямь, этот ребенок заставил их улыбаться. Ребенок, что несет новую жизнь, что совсем недавно обрёл все звуки, краски мира. — Хорошо. — Вздыхая и находя воздух в легких парирует Рюджин. Подходя ближе к кровати, она поднимает ребенка на руки, начиная поглаживать по голове в попытке успокоить. — Ее будут звать Юна. Шин Юна. — фыркает Рюджин, она выходит из комнаты подзывая к себе Хенджина и таскмастера. Направляясь к выходу из дома, у Рюджин кучу мыслей, что же отец сделает с этой малюткой, тоже отдаст на тренировки? Вопросов много, ответов мало. Всё же выходя из дома, они направляются к черному лексусу. Быстро подбегая к машине, Шин открывает дверь и садит ребенка. Сама же проходит на переднее сидение. Хенджин садится рядом с ребенком. Выезд из подземного города, они уже выехали и едут по тем же пустынным полям, где иногда виднеются деревья. Вновь долгая дорога, которую они преодолевают. Шин уже который раз зевает и в зеркале замечает то как Хенджин иногда сюсюкается с младенцем. Видимо этот младенец напоминает ему сестру. Хван никогда не заводил тему на счет семьи, было до сих пор больно. Обидно и кипела злость внутри, то ли от того, что они отдали его. То ли, что отец сам пошел по этой темной тропе. Но всегда оставались теплые моменты и воспоминания. Что то до сих пор жило в его сердце, его сестра ради которой он сейчас старается. Ради которой он сейчас отдает дьяволу свою душу, вместо её души. Он рад, зная что его сестра в порядке. Зная, что сейчас она живет себе спокойно, пока Хенджин медленно умирает.       

***

Пустота, страх. Это все, что чувствует Куан сейчас. Это все, что можно почувствовать. Страх преследует каждую клетку тела, дрожь проходится и начинает пульсировать. Глаза бегают туда сюда, время страха. Обычно Куан не воспринимает эмоции и чувства лишь потопляя их в своем сознании. Старался оставаться хладнокровным и воинственным. Но сейчас все рушится на мелкие осколки не давая собраться обратно. Все что раньше копилось вырывается наружу без возможности вернуться назад. Он начинает вновь испытывать мандраж, то как тело предательски ноет и дрожит, холодный пот накрывает участки кожи и как глаза наполняются ужасом и страхом. Невозможно представить, насколько это страшно. Глаза наполняются слезами и горячо катятся по свойственно холодным щекам. Что же делать? Что? Ответов на вопросы нету, никогда не было. Вся жизнь проматывается перед глазами, время ускоряется. Обычно, время во много раз замедляется при таких критических случаях, но на этот раз все наоборот. Все ускоряется и каждое движение словно медлительное. Вот и жизнь пролетает перед глазами, то как он растил дочь, был счастлив. Но всегда есть нами любимое «но». Ему нельзя было все это делать. Выращивать дочь, любить и быть счастливым. Все это было строго под запретом, и он отлично знал это. Но обошел это стороной, пока его жену не убили. Это был роковой день как и для него, так и для дочери. Она не знала, что её мама мертва, что она уже валяется где то под землей и гниет. Как обычно, она прожила эту жизнь спокойно, пока не наткнулась на Куана. Как это обычно бывает, она влюбилась в него по уши. Свидания, гулянки, ссоры. Никак без этого или же можно? Просто эти отношения были не правильными, сложными, а главное тяжелыми. Но кое как, Шин Куан оставил наследие и это был далеко не парень. Маленькая крохотулька, дочь на которую не положишь весь свой отряд на ее плечи. Поэтому оставался лишь один вариант, отвернуться от семьи. Но он не смог, он слишком любил супругу даже спустя стольких ссор и недопониманий. Любил ее любой, от А до Я. Любовь иногда бывает безумной штукой, ведь так? Поэтому, он лишился жены, а в скором времени и дочь потерял, она стала совсем такой же черствой как и отец. Иногда он жалел, что вообще родился и продолжил дело своего отца. Задавался сомнениями и множеством необдуманных мыслей, ему было жаль. По настоящему жаль, это таилось в глубине души. Жаль не людей, жаль, что он обрекал свою семью на такой исход событий, что дорогие ему люди будут страдать из-за его же рук. Чувство вины пронизывало его тело, сердце колотилось в бешеном ритме, словно сейчас же выпрыгнет. Жутко болело и кровоточило изнутри, жар поднимался ко лбу. Наверное он заслужил такой исход событий сейчас. Он заслужил быть убитым, заслужил страдать. Он глубоко задумался и цедил в своих же мыслях — Власть — это рубашка из огня. Если умеешь носить её верой и правдой, она будет оберегать тебя и уничтожит твоих врагов. Однако, стоит поддаться гордыне и своё место забыть, тогда она самого тебя сожжёт. Тут же. — Проходило в мыслях у Куана. Последние слова перед смертью должны быть выражено ярко, много мыслей перепутываются создавая огромный ком. Он чувствует это, чувствует то как постепенно умирает, точнее умирает его душа. Душа покидает человека, но разум остается с ним. К виску старшего Шина подставляется пистолет. Раз. Два… — Твои последние слова. — голос грубый, явно властный. Но кто же этот человек, распознать не удается. В глазах все явно тускнеет и плывет. Посему Шин глубоко вдыхает и выдыхает, приводит более чем мысли в порядок и цедит. — В этом мире если ты не можешь перетерпеть то, что с тобой случилось, беды не оставят тебя, ты не сможешь даже сделать шага вперед. — завершает свои последние слова Куан и слышен выстрел в голову. Это конец.