Болезнь

      Немо уже устал от того, что приходится так часто закрываться в ванной комнате, откашливая маленькие цветочки ландыша, вынимая застрявшие в горле стебли и листья цветка. Одно неверное действие — и он будет отравлен красивыми цветами. И почему он вообще влюбился в этого параноика? Почему вообще заболел ханахаки? Почему ему достались эти проклятые ландыши? Вот за что ему такое несчастье, ситуация без малейшего шанса.       Смывая окровавленные цветы, юноша и сам смывает кровь с лица, прежде чем покинуть туалетную комнату. Дорис смотрит на него обеспокоенно, уточняет, всё ли в порядке, однако он только отмахивается с улыбкой, заявляя, что всё в порядке. Проходящий мимо Яков смотрит на него недоверчиво и замечает, что тот ведёт себя подозрительно. Ему бы вообще лучше молчать. По крайней мере, так кажется Немо.       На тренировке сержанта Леманн ещё удаётся скрыть свою злополучную болезнь. А вот когда он выбирается с постели ночью и спешит в ванную, забыв даже закрыть дверь в неё, позади звучит насмешливый голос Якова:       — Ну и какие у тебя тайны, господин шпион? Что ты здесь скрываешь?       Тот резко оборачивается, не успевая вытереть кровь с губ и убрать цветы, что солдат, разумеется, замечает. Он переводит взгляд с окровавленных цветов на Немо, затем обратно, после вновь смотрит на юношу с амнезией.       — Вот незадача, похоже, наш шпион в кого-то влюбился, а теперь медленно умирает, — усмехается тот, несколько высокомерно глядя на напряжённого и испуганного парня перед собой. — Кто она? Из-за кого ты так болеешь?       Сердце проваливается в пятки. Яков просил ему доверять, обещал свою помощь, однако признаться в таком... Для Немо это слишком, у него язык не повернётся сказать, что он успел влюбиться в этого солдата, что тот привлёк его внимание, что он может стать причиной смерти юноши.       — Это моя проблема, Яков, — усмехается солдат с амнезией, прежде чем вновь согнуться над раковиной, откашливая цветы, едва не всхлипывая от причиняемой цветами боли. — К тебе не имеет никакого отношения. Если поможешь в расследовании, буду рад. Но здесь ты мне точно не помощник.       Чёрные глаза, напоминающие два камня гематита, сверлят его недовольно, однако тот не спешит сказать хоть что-то. Вероятно, подбирает слова.       — Не говори никому, — опередив его, просит Немо, на что тот отвечает насмешливо, чуть склонив голову набок:       — Боишься, что твоя ненаглядная узнает? Дорис, Хельга? Руф? Кто-то из другого отряда? Переживаешь, что она догадается о твоей влюбленности? Или что убьёт тебя, отвергнув признание? "От тебя только такого и ожидаю," — думает его собеседник, прежде чем повторить свою просьбу:       — Просто никому не говори. Я ведь могу доверить тебе эту тайну?       — Так и быть, господин шпион, — сдаётся Яков, вскинув руки, прежде чем направиться к выходу. — Я никому ничего не скажу. Храни свою тайну.

***

      Немо очень удивляется, когда во время тренировки Яков останавливает его и уводит за дерево, принимаясь яростно оттирать что-то платком с края его губ.       — Ты чего... — начинает было он, однако тёмные, словно ночь, глаза впиваются в него, выражая недовольство, а сам юноша цедит, не прекращая своей деятельности:       — Решил всё скрывать, а сам даже спрятать этого не можешь. У тебя кровь на губах.       Парень чувствует себя неловко, от того что едва попался остальным так легко. Он отводит взгляд в сторону, пока Яков не заканчивает с ним и не направляется обратно к дорожке для пробежки, бросив напоследок:       — Каждый раз спасать тебя не стану.       Немо кивает напоследок, прежде чем вернуться к бегу. Вот только скоро его выворачивает кровью и цветами за следующими кустами. Похоже, забота Якова сделала только хуже. При невзаимной влдблённости для парня его помощь хуже яда.

***

      Немо не может не заметить, что Яков всё чаще как-то помогает ему по мелочи: караулит, чтобы никто не заглянул в ванную, пока его рвёт кровью и ландышами, делится обедом, чтобы не пришлось питаться несъедобной стряпнёй их креативной Дорис, отдаёт какие-то каждый раз улучшенные таблетки, предупреждая, что они должны хоть немного помочь от ханахаки, ведь ему невыгодно, чтобы "господин шпион" умер и попал в штаб, мало ли, какие технологии уже на нём используют. А в один прекрасный день он предупреждает парня перед походом в душ, что будет ждать его ночью в кастеляной, где состоялся их разговор. Так что Немо просто не может не пойти.       Яков в самом деле дожидается его возле окна, уже переодетый в пижаму. Волосы слегка серебрятся в лунном свете, чёрные глаза сливаются с окружением, однако из-за Луны немо прекрасно видит его профиль да и вообще самого юношу. Тот смотрит на вошедшего немного насмешливо, прежде чем уточнить:       — Ты всё ещё не избавился от этой гадости?       — Как видишь, — выдыхает Немо, кончиками пальцев касаясь груди. — Кажется, всё разрослось. Так и до остановки сердца или нехватки кислорода в лёгких недолго.       Яков кивает, сохраняя при этом не слишком довольный вид, прежде чем подойти и положить ему руки на плечи. Пальцы сжимают пижаму солдата, когда он интересуется, едва не шипя, сверля собеседника раздражённым взглядом:       — Моя помощь что, вообще никакого эффекта не приносит? "Ну почему же, мне становится хуже, потому что я влюблён в тебя," — думает Немо, однако вслух произносит совсем другие слова:       — Бесполезно, Яков. Я всё равно умру, так что признаюсь перед смертью честно: я действительно нечего не помню. У меня правда амнезия, так что я даже не могу сказать точно, сколько мне лет и когда у меня день рождения. Ты зря старался всё это время вывести меня на чистую воду.       — Молчи лучше, — велит он, кладя руку на его затылок и притягивая парня к себе. — Я не намерен позволить тебе умереть. И дело не в моей уверенности, что ты что-то знаешь.       Губы юноши накрывают губы Немо, затягивая его в грубоватый, но при этом наполненный неподдельной любовью поцелуй. Он чувствует, как солдат с амнезией слегка дрожит в его руках, наслаждаясь моментом, прежде чем резко отстраниться, судорожно кашляя, задыхаясь и ревностно вынимая из горла небольшие окровавленные цветки на стеблях. В этот момент Яков всё понимает.       — Я был уверен, что ты сообразительнее, — усмехается он, глядя на мучающегося Немо сверху вниз. — Мог ведь с самого начала сказать, что я тебе нравлюсь, рискнуть, воспользовавшись возможностью выжить. А я ещё гадаю, почему мои попытки заставить тебя разлюбить того человека и полюбить меня совсем не работают.       Признание тут же приносит страдающему юноше облегчение, он чувствует, как цветы прекращают расти в нём и даже начинают засыхать. Он смотрит на своего спутника недоверчиво и удивлённо, в то время как тот усмехается и признаётся:       — Ты правильно всё понял. Я тоже в тебя влюблён.