С миру по плюшке. Часть 1: Рыбный рулет.

      Не ведал я, на что подписался. У меня взяли не только всевозможные анализы крови, но также слюну, частички кожи, ногтей, да даже костей! Естественно, всё было исцелено в лучшем виде, но осадочек остался. Здешний Казама Хиса напоминал сразу доктора Коннорса из «Марвел» и Акаги Рицко из «Евангелиона». Не сказать, чтобы совсем уж Менгеле, но человек крайне увлекающийся.       — Ну, что ж, молодой человек, пробуждение крови Узумаки тебе действительно грозит, — выдал ирьёнин, когда наконец оторвался от своих экспериментов. — Если раньше кровь Узумаки в тебе спала… В смысле ты не отличался от обычных детей по выносливости, если только немного, да и твой личный потенциал был где-то на уровне середнячка, то теперь у тебя начнётся взрывной рост выносливости. Тебе реально будет трудно уснуть, а спать ты станешь меньше, также начнёт изменяться как сама твоя чакра, так и твой потенциал шиноби, который также значительно возрастёт. Ещё у тебя укрепится здоровье. Возможно, ты вообще не будешь болеть. Твои раны будут заживать намного быстрее, чем у других людей. То есть тебе «грозят» фактически только плюсы.       — Фактически? — переспрашиваю я.       — Ну, минусы есть всегда, — вздыхает он. — У тебя заметно возрастёт аппетит. Тебе будет требоваться больше еды для насыщения. Тебе бы на подработку какую устроиться…       — Допустим, подработку я себе нашёл.       — Ну, тогда всё отлично.       — Господин Казама, у меня к вам есть просьба.       — Да? Я слушаю.       — Не могли бы вы заказать и оплатить миссию по изъятию из Деревни Травы двух куноичи? Деньги я отдам, но вот прямо сейчас у меня их нет.       — Так, — он сложил несколько печатей и хлопнул по столу. От его руки во все стороны побежали символы, которые покрыли собой пол, все стены и потолок. — А вот теперь поподробнее про эту миссию и этих куноичи, — требовательно сказал ирьёнин.       — Сегодня я проснулся с осознанием, что я — центр Водоворота, который уже пришёл в движение, — решил я выдать практически всё, как есть. — Этот Водоворот соберёт вокруг меня выживших Узумаки. И у меня появились знания о ближайших доступных Узумаки. Мать и дочь Узумаки осели в Траве после падения Узушиогакуре-но Сато. Водоворот приведёт ко мне Карин, но её мать до этого не доживёт, её буквально выпьют. Их ветвь Узумаки обладает особо целебной чакрой. В Траве используют крайне варварский способ. Раненые шиноби кусают её и впитывают поступающую к месту укуса чакру. А если полноценно обучить их на ирьёнинов… Эффективность их техник исцеления должна быть запредельной.       — Да уж… — скривился Казама. — Действительно варвары. Я уже сегодня закажу эту миссию. Но они обе будут обучаться у меня! Это не обсуждается! — отрезал он, едва я рот открыл. — Деньги за эту миссию мне не нужны, а вот пара хороших ирьёнинов значительно улучшит ситуацию в госпитале. А ещё толковый и успешный ученик — это отрада для учителя.       — Тогда, может, и я смогу стать ирьёнином?       — Хех… Ну, попробуй, — усмехнулся он. — Но сейчас об этом говорить ещё рано. Через пару лет в Академии тебе разблокируют чакру. Потом тебе надо будет тренировать контроль над ней. Одним из упражнений тренировки контроля является удерживание чакрой листочков. Вот когда ты сможешь держать сразу пять листиков на тыльной стороне ладони, мы снова вернёмся к этому вопросу. Договорились?       — Договорились, — киваю я. — А мне тогда пока стоит озаботиться жильём для родственников. Кстати, я видел на карте Деревни клановый квартал Узумаки. Как вы думаете, он всё ещё принадлежит клану?       — Скажу тебе так, Наруто-кун, твои родичи навертели там такого, что за все семь лет туда так никто и не смог попасть. Поначалу это было даже смешно. Вот только защита квартала не была ни терпеливой, ни гуманной. И среди самых настойчивых начались жертвы. Смертельных исходов не было, но оторванные конечности, полная потеря зрения, слуха, паралич разных частей тела… Хватало всякого. Так что, если тебе вдруг удастся туда попасть, и ты сможешь найти там неповреждённый дом, то можешь быть уверен, что эта территория будет только твоей и других Узумаки. Не думаю, что ты в ближайшие годы сможешь без подсказок старых Узумаки понять, как настраивается защита квартала.       — Благодарю вас, господин Казама. Я так и воспользуюсь этим неожиданным выходным.       — Удачи тебе, юный Узумаки, — пожелал мне напоследок ирьёнин, когда я уже выходил из его кабинета. — Быть может, ещё не поздно приложить усилия, чтобы отвести от Деревни ту бурю, что так долго на неё навлекали всякие невесть что о себе возомнившие старики… — продолжил он, но я его уже услышать не мог.       ***       Гулять по Конохе, когда нет этого гнетущего ощущения от ненавидящих взглядов окружающих, сплошное удовольствие. Сейчас, почти в конце октября, с природой здесь происходило то, что мы называли ранней осенью. То есть природа только начала менять свои краски со всех оттенков зелёного на жёлтые и красные. А природы в Конохе было очень много. Практически у каждого здания, кроме совсем уж ларьков и лавочек, был свой участок зелени.       Да и настроение окружающих было по большей части позитивным. Я поймал себя на мысли, что позитив, хоть и не направленный на меня, я тоже ощущаю. И это приятное ощущение.       Трижды сверившись с картой, я всё же добрался до места назначения. Довольно большой участок земли был обнесён высоким каменным забором, от которого сейчас остались одни развалины. Арка входа в квартал также сохранилась частично. И только мон клана выглядел как новый. Укор предателям, насмешка над врагами, напоминание всем.       Рядом с аркой входа сидел молодой парень с протектором Листа. Сидел он, расхлябанно развалившись на небольшом стульчике. На первый взгляд его можно было бы назвать чуунином, ибо жилет он носил, вот только СИМ его уровень выразила «???». Вряд ли в Конохе настолько суровые чуунины.       — Эй! Новенький! Я тебя здесь раньше не видел, — сказал вместо приветствия «привратник». — Тоже пришёл попробовать попасть в квартал Узумаки и добыть их несметные сокровища?       — Здравствуйте, — ответил я. — А что? Сюда приходят только затем, чтобы попытаться разграбить клан, что отразил атаку Девятихвостого?       «Привратник» с моих слов чуть со стульчика не сверзился.       — Умеешь же ты вывернуть слова, — покачал он головой, снова вальяжно устроившись на своём наблюдательном пункте. — Смотри, продолжишь в том же духе — имеешь все шансы попасть в команду отдела дознания. А это отнюдь не та работа, которой хотят заниматься, поверь мне. Хотя попытки взломать защиту квартала и можно расценивать так, как ты сказал, сейчас это больше демонстрация недюжинного ума и мастерства в фуиндзюцу. Узумаки в своё время навертели с этой защитой всего и столько, что силой не пробиться. Один из соискателей сказал, что квартал выстоит, даже если всю Коноху сровняют с землёй. Поэтому только ум и мастерство!       — Да? Ну, давай посмотрим, какие загадки ты загадываешь… — я подошёл в арке входа и, вытянув руку перед собой, коснулся невидимой преграды.       Внимание! Вы вошли в контакт с системой защиты кланового квартала Узумаки.       Защитный контур приведён в состояние «полная изоляция».       Инициирован протокол распознания…       Распознан носитель крови главной ветви клана Узумаки Наруто.       Предоставлен неограниченный вход/выход.       Предоставлена возможность провести спутников при чётко выраженном желании сделать это.       Для получения полного доступа к системам квартала активируйте Монолит.       Добро пожаловать, Узумаки Наруто.       Под офигевающим взглядом «привратника» я прошёл под аркой. Возможно, барьер ещё имеет элемент иллюзии, так как меня он перестал видеть. Он всё-таки упал со своего стула. Это вернуло ему трезвость мысли, ибо он быстро куда-то отправил клона. Хотя, куда он его мог отправить? Только Хирузену или Данзо.       Я же в свою очередь офигевал от того, как преобразился квартал. Вместо «бурелома, выросшего на руинах квартала» были целые и невредимые дома с несколько запущенной природой. Я на всякий случай стянул с головы бандану. Если тут есть выжившие, то голову с красными волосами они, по крайней мере сразу, рубить не будут.       Увы, вопреки моим ожиданиям, квартал оказался пуст. Неужели у Узумаки в то время не было ни одного ребёнка или просто кого-то на хозяйстве, кого не потащили воевать с Кьюби? Возможно, были и дети, и просто ещё не вошедшие в силу шиноби, но их просто эвакуировали куда-то ещё.       Внимание! Сгенерирован ситуационный квест!       Квест: Киньте клич!       Вы получили доступ к клановому кварталу Узумаки. Так созовите же на свою территорию выживших Узумаки!       Активировать в Монолите квартала функцию Призыв Узумаки.       Награда: выжившие Узумаки будут знать, что появился глава клана, и целенаправленно пойдут в Коноху; каждый Узумаки на инстинктивном уровне будет понимать, что теперь вы — глава клана Узумаки; установка управляющей надстройки Клан; 50000 опыта; 100000 рё.       Штраф: многие выжившие Узумаки могут просто не дожить до того момента, когда великий Водоворот приведёт их к вам.       Да кто же в своём уме провалит такой квест?! Осталось только найти этот самый Монолит. Вот только активные поиски Монолита постоянно плавно переходили в созерцательное исследование квартала. Помимо жилой, тут были торговая зона, собственная Академия шиноби, тренировочная зона, где находились полигоны, свой маленький госпиталь, парковая зона… Кстати, из квартала было ещё несколько арок выхода. Интересно, у каждой посадили по соглядатаю?       Наконец, я, кажется, нашёл, что искал. В центре круглой площади перед представительным зданием над каменным кругом, покрытом незнакомыми мне знаками и символами, висел в воздухе светящийся каменный Монолит. Он также был покрыт такими же символами и знаками. Стоило мне только прикоснуться к нему, как…       Внимание! Вы активировали Монолит кланового квартала Узумаки в Конохагакуре-но Сато.       Вы — единственный наследник прошлых хозяев этой территории.       Получен титул «Феодал».       Установка дополнительных надстроек…       Установка надстройки территориального менеджмента… ok.       Привязка надстройки к местности в собственности… ok.       Доступ к управлению принадлежащей вам территорией через окно База.       Установка дополнительных надстроек завершена.       Получен полный доступ к системам квартала. Присвоен ранг: Глава клана Узумаки.       После передо мной стали раскрываться окна самых разнообразных систем от охранных до подачи энергии на фуин-печати в домах. Отыскав наконец среди всего этого нужное окно, я активировал функцию Призыв Узумаки. СИМ не преминула среагировать:       Выполнен квест: Киньте клич!       Награда: выжившие Узумаки будут знать, что появился глава клана, и целенаправленно пойдут в Коноху; каждый Узумаки на инстинктивном уровне будет понимать, что теперь вы — глава клана Узумаки; установка управляющей надстройки Клан; 50000 опыта; 100000 рё.       Установка дополнительных надстроек…       Установка надстройки контроля многочисленного объединения иерархического типа… ok.       Доступ к управлению многочисленным объединением иерархического типа через окно Клан.       Установка дополнительных надстроек завершена.       Уровень тут же увеличился, да и увеличившийся виртуальный счёт в окне Инвентаря приятно грел душу. Но тут…       — Кхм-кхм! Молодой человек, прошу вас уделить мне немного своего времени.       За моей спиной оказался пожилой человек с бледно-красными волосами.       — Так получилось, что вы — последний представитель главной ветви клана Узумаки, — продолжал между тем он. — Будь это не так, Монолит активировали бы ваши родители. Я сожалею о вашей утрате, но вынужден просить вас собраться с силами. Сейчас от ваших действий зависит, сможет ли возродиться великий клан Узумаки, или же Водоворот впустую взбаламутит воду. Поэтому прошу вас быть очень внимательным…       — Эм… здравствуйте. Я Узумаки Наруто, а кто вы? Я обыскал весь квартал, но не нашёл никого живого.       — Кхм! Прошу прощения. Мои манеры… Я клон Узумаки Кендзи, которого запечатали в Монолите как раз на случай, если в клане останется единственный наследник, не получивший должного воспитания и обучения. Первое время я буду твоим советником. Продлить моё существование ты сможешь вливанием чакры в Монолит.       — Эм… По поводу чакры… Я, конечно, открыл её раньше времени, вот только с контролем у меня большие проблемы. Я являюсь джинчуурики Девятихвостого.       — Раньше времени? О чём ты, Наруто-кун? Тебе уже семь! В норме молодым Узумаки пробуждают чакру в возрасте пяти лет! В других кланах это происходит примерно в таком же возрасте, чтобы рост контроля чакры успевал за ростом её резерва. Впрочем, сейчас не об этом. Узумаки используют другой путь контроля чакры, не зависящий от размера резерва чакры. Ты, Наруто-кун, надеюсь, ещё не начинал тренировки по развитию контроля чакры?       — Ещё нет. Я только сегодня пробудил чакру.       — Это просто замечательно! — обрадовался Кендзи. — Не придётся переучиваться, что, смею заметить, намного сложнее, чем обучаться с нуля. Так как квартал полностью обезлюдел, то мы воспользуемся особыми запасами, сделанными именно на такой случай. Но сначала коснись, пожалуйста, вот этого знака, — указал он на символ на Монолите, — и не отпускай, пока не почувствуешь лёгкую слабость. Кстати, не подскажешь, сколько лет назад Узумаки ещё жили здесь?       — Примерно семь лет назад, — отвечаю я.       — Что ж, тогда все запасы должны быть в норме. Скажи, Наруто-кун, тебе обязательно появляться за пределами кланового квартала?       — Я обучаюсь в Академии шиноби, так что, скорее всего, как минимум пять дней в неделю с девяти утра и до окончания занятий я должен буду проводить там. Кроме того, я официально живу в выделенной мне, как сироте, квартире, и если я не буду появляться там хотя бы на ночь, то ко мне могут появиться очень неудобные вопросы у очень любопытных людей.       — Пфффха-ха-ха-ха… — прорвало старика. — Как культурно ты описал палачей из отдела дознания! «Очень любопытные люди»… Нет, ну надо же! Кхем! Выходит, что ты сможешь проводить здесь очень ограниченное время, — недовольно покачал головой он. — Это прискорбно. Но мы не хотим, чтобы новый глава клана сгнил в застенках этого крысёныша Данзо.       — Кстати, жители Конохи, когда не смогли сами проникнуть в квартал, устроили аттракцион и позволили всем желающим попробовать себя во взломе защиты кланового квартала Узумаки. Так что нужно как-то обыграть мою способность проходить в квартал, но при этом невозможность вынести отсюда даже конфетный фантик. Иначе Хокаге и Старейшины, считающие меня… не особо умным, могут посулить мне… Ну, например, прибавку к стипендии, которую я получаю, как безродный сирота, или добавочные купоны на бесплатное питание в одной раменной. Или, если наглости хватит, вообще запрягут «на благо Деревни».       — Да, Наруто-кун, теперь я уверен, что ты — сын малютки Кушины, — грустно улыбнулся Кендзи. — В юные года она уже была остра на язык.       — И скора на расправу, — добавляю я. — Насколько я смог узнать, её в Академии шиноби даже дразнили Помидором. Весь первый день. А потом она стала Кровавой хабанеро и никак иначе.       — Хех… Ну, тогда давай прикинем, как нам настроить систему защиты…       ***       После того, как мы на пару с Узумаки Кендзи подшаманили настройки системы защиты квартала, а я слил три четверти своего запаса чакры в Монолит, мы направились в местную Академию. По словам Кендзи, умные люди предполагали и такой вариант развития событий, поэтому сделали приготовления и на такой случай.       — В общем, есть ещё три десятка подобных мне клонов, которые, как и я, привязаны к накопителю чакры, — продолжил свои объяснения Кендзи. — Часть из них — клоны наших лучших учителей, которые время от времени пробуждались для обновления знаний, как, например, по той же геополитике, что изменяется постоянно, поэтому их знания могут отставать лет на десять в худшем случае.       — Как ни странно, но часть этих знаний даёт Академия шиноби Конохи, — усмехнулся я. — Да, со своими нюансами и толикой пропаганды, но тут уже никуда не деться. А действительно необходимые мне знания, которые я больше нигде не смогу получить, фундаментальны и не имеют тенденции к хоть сколько-нибудь быстрому изменению. Так что об этом можно не беспокоиться.       — Наруто-кун, твоя манера говорить…       — Случилось так, что я всё же умер, но у Шинигами или тех, кто стоит выше него, моя смерть в планы не вписывалась. Однако есть непреложное правило, что НЕЛЬЗЯ вернуть душу в тот же мир и в то же тело, где и кем она вот только что была. Есть, конечно, исключения из правил, но ко мне это не относилось. Но есть довольно простой способ обойти этот запрет. Мою душу отправили в другой мир, где я прожил целую жизнь, а затем снова вернули сюда. Таким образом я получил толику знаний, что могут быть мне полезны, а также некоторый боевой опыт, ибо в той жизни я был командиром небольшого подразделения, выполняющего особые задания. Но при этом я утратил всю память этой жизни. Когда я очнулся в госпитале, мне сказали, что я пострадал при взрыве газа, но по некоторым слухам это могла быть местная забава, которую проводят в день моего рождения и называют «Охотой на Демона», то есть на меня. И, вероятно, в этом году меня всё же смогли убить.       — НЕПРОСТИТЕЛЬНО!!! — взорвался эмоциями старик, придавив меня своей Яки (СИМ только и успевала строчить оповещения об отражении ментальных атак), однако, заметив это, он быстро взял эмоции под контроль. — Прости мою несдержанность, Наруто-кун. Но такое отношение к детям… Узумаки истребляли целые поселения и за меньшее!       — А что становилось с детьми из этих поселений? — уточнил я.       — Несмотря на всю нашу кровавость и жестокость, мы не детоубийцы, — усмехнулся Кендзи. — Большинство таких детей приживались в Узу. Всё же чакра чакрой, но доводить ситуацию до близкородственных связей, как те же Хьюга, мы не торопились. Именно поэтому у нас на протяжении всей истории клана были сильные и здоровые дети. Хьюга в этом плане, кстати, нереально повезло. Их линия крови и чакры восходит к Хамуре Ооцуцуки. Он и его брат, Хагоромо Ооцууцуки, более известный как Рикудо-сеннин, являются первыми людьми в этом мире, что от рождения владели чакрой. Это и хранит их, а также кланы Учиха и Сенджу от вырождение через кровосмесительные браки.       — Кстати, об этих кланах. Стараниями нынешнего Хокаге официально Цунаде, внучка Хаширамы, единственная из Сенджу, а Учиха в Конохе представляет только маленький Саске. Зависть и жадность до чужого в лице Шимуры Данзо сгубила эти кланы. Хьюга пострадали меньше, но лишь из-за того, что на фоне шарингана Данзо не видел ценность в бьякугане, поэтому этот клан задело лишь по касательной. Я также подозреваю его в том, что он и его люди не только предоставили армиям стран, напавших на Узушио, беспрепятственный проход по территориям страны Огня, но и устроили саботаж внутри Узушио. Без этого даже с силами биджу в Узушио было бы не прорваться. Узумаки просто подождали бы, пока противник выдохнется, а затем кого перебили, кого забрали бы для опытов. Для перезапечатывания хвостатых, например.       — Нда… Над этим стоит подумать. А пока мы пришли, — мы стояли перед собственной Академией Узумаки. — Иди за мной.       Некоторое время мы идём, пока не упираемся в стену. Но Кендзи просто складывает несколько печатей и активирует скрытый механизм. Стена отъезжает в сторону, открывая такой же коридор дальше. И здесь всего несколько помещений.       — Вот тут ты будешь учиться, — он показывает на классический классный кабинет, но всего на десять персон. — Предполагалось, что выживших может быть больше…       — Их и будет больше, — уверенно говорю я. — С помощью главы госпиталя я заказал миссию по изъятию двух Узумаки из Деревни травы. Их чакра настолько целебная, что исцеляет даже того, кто просто их укусит. Именно так одну из них там сейчас и используют. Но это не надолго. Господин Казама был ОЧЕНЬ заинтересован в них.       — Как ты сказал? — встрепенулся Кендзи. — Казама? Его имя Казама Хиса?       — Да, вы его знаете?       — Вот мелкий проныра! — улыбнулся Кендзи. — Узумаки, о которых ты говоришь, это потомки Узумаки Хоноки. Все её дети и внуки обладали чакрой с подобными свойствами. И к ней же в ученики напросился тогда ещё безродный генин, но очень целеустремлённый молодой человек Казама Хиса. Кстати, её клон будет обучать тебя ирьёниндзюцу. Не сомневаюсь, она будет рада увидеться с потомками. Кхм! Мы отвлеклись. Итак, в том сундуке находятся особые кристаллы-накопители. Их ёмкость намного больше всего, что мы когда-либо выпускали на рынок. И к ним привязаны клоны твоих наставников. Сейчас мы не будем их беспокоить, но в ближайшее время ты с ними познакомишься. Вот тут находится мастерская фуин, — открыл он комнату, где был один-единственный стол. Но какой это был стол! На нём можно было разместить даже тот свиток, в котором описывался ключ к печати на клетке Кьюби. А ещё в комнате было много самых разных свитков и заготовок а также самые разнокалиберные письменные принадлежности от очень мелких до кисти с взрослого человека размером. — Здесь же, — он открыл дверь, проход за которой был каменным и вёл вниз, — ты будешь отрабатывать различные техники. Предлагаю полностью познакомиться с кварталом в следующий раз, ибо уже дело к вечеру.       ***       Стоило мне только выйти за пределы квартала, как…       — Узумаки Наруто, тебя вызывает Хокаге-сама!       В следующее мгновение мне на плечо ложится рука, и пространство смазывается. Когда я прихожу в себя, мы уже стоим перед кабинетом Макака. Увидев, что я пришёл в себя, АНБУ постучал в дверь и, дождавшись разрешения, вошёл вместе со мной. Кстати, этот АНБУ был не один из тех, кого я уже видел.       — Хокаге-сама, Узумаки Наруто доставлен.       — Отлично, Медведь, — кивнул Хирузен. — Свободен.       И АНБУшник оперативно свалил.       — Присаживайся, Наруто-кун, — Сарутоби повёл рукой в сторону стула рядом с его столом. Раньше этого предмета мебели я по крайней мере не замечал. Он подождал, пока я займу указанное мне место, а затем продолжил: — Я слышал, сегодня у тебя был весьма продуктивный внеплановый выходной.       — Согласен, — подтверждаю кивком. — Господин Казама после проведённых тестов выяснил, что если изменения и будут, то только мне на пользу. А ещё во время прогулки я нашёл клановый квартал Узумаки. Там ещё рядом с аркой сидел шиноби, который заведовал аттракционом, взломай защиту Узумаки. Он и мне предложил. Там в арке была какая-то невидимая преграда, которая потом потеряла плотность, и я чуть не упал, провалившись сквозь неё.       — И что же ты нашёл в это квартале?       — Да ничего особенного. Заросшие руины. Но там есть несколько домов, пригодных для жизни. Поэтому, раз это квартал моего клана, то, наверное, я перееду туда. Всё же жить в доме лучше, чем в небольшой квартирке. Убирать его, конечно, будет та ещё морока, но плюсы всё равно перевешивают. Да и освобождённая мной квартира может быть нужна кому-то ещё.       — А почему ты непременно хочешь туда переселиться?       — Я нашёл в одном из домов замечательную поваренную книгу! Там так много рецептов всего вкусного! Но эта невидимая преграда меня не пропускала обратно, пока я не вернул книгу на место, — с кислой миной ответил я.       — А ты пробовал вынести оттуда что-то ещё?       — Нет. Да и зачем? В той квартире, куда меня поселили, всё есть. И еда, и вещи, и посуда, и школьные принадлежности.       — Кхем! Ясно. Но я бы не советовал тебе гулять по кварталу, а особенно переезжать туда жить. Не пойми меня неправильно, я не препятствую улучшению качества твоей жизни, но Узумаки были весьма искусны в плане разнообразных ловушек. Не хотелось бы, чтобы ты снова пострадал.       — Я буду аккуратным, — заверил я старика. — Тем более про всякие ловушки я в курсе. Мне тот шиноби много чего об этом рассказал. Поэтому я весь тот дом проверил…       — Как? — уставился на меня Хирузен.       — Бросал разные камешки и проверял длинной палкой, — бесхитростно ответил я. — Если бы там что-то было, оно бы сработало.       Хокаге чуть удар не хватил. Он даже за сердце схватился.       — Наруто! Большинство ловушек Узумаки не срабатывают на камушки или палку! Они срабатывают на человека, что зашёл в область поражения! Я запрещаю тебе соваться куда-либо, кроме этого дома! Кроме тебя, никто не может проникнуть внутрь квартала. Если с тобой что-то случится, никто не придёт тебе на помощь!       — Да понял я, понял, — опешил я от такого напора. — Никуда больше не соваться. Да мне, собственно, больше никуда и не надо. Там, кроме этого дома, есть ещё несколько, но они уже полуразвалившиеся, а ещё дальше вообще такой бурелом, что шею свернуть можно.       — Фууух… Наруто, не пугай меня так больше! — взяв себя в руки, строго посмотрел на меня Хирузен. — Если тебе так станет понятнее… Твои отец и мать отдали свои жизни, чтобы ты жил. Вряд ли они будут рады узнать, что ты так бездумно рискуешь своими здоровьем и жизнью! К тому же ты — последний из Узумаки, если ты умрёшь, твой клан исчезнет, оставшись только строчками в книгах по истории, что никому не нужные годами собирают пыль где-нибудь в библиотеке.       — Я всё понял, господин Хокаге!       — Я надеюсь на это, Наруто-кун. Ладно, ступай домой, уже время позднее.