Конец пути героя

      Когда Айзава-сенсей дал старт тренировочному упражнению, Мидория сразу почувствовал, что что-то не так. Гудящий в венах «Один за всех» обжег его кожу изнутри, и он с хрипом рухнул на землю. Жар становился сильнее, и он дезактивировал причуду в попытке избавиться от этого чувства. Стало легче, но ненамного. Зрение расплывалось, а тело отдавалось глухой болью при попытке осуществить движение.       Он слышал тревогу в голосах предшественников в своей голове и тихий стон Шиномори, в котором отчетливо ощущались вина и страх. Мидория почувствовал резкую вспышку боли в районе правого бедра и мгновение спустя его костюм обагрился кровью. Пытаясь выяснить причину, он почувствовал под пальцами что-то напоминающее раскол или трещину.       - Ох… - только и смог произнести мальчик. На его глазах появились слезы.       Он понял, что это означает. Похоже, что судьбе было угодно, чтобы он разделил участь Четвертого носителя. Его жизнь не будет долгой, даже если не закончится прямо сейчас. Хотя он чувствовал, что скорее всего это конец для него. Его губы тронула горькая улыбка, пока еще только отдаленно напоминающая гримасу боли.       Он выполнил ту миссию, которую на него возложил «Один за всех», остановил Все за Одного и Шигараки, принес мир. И теперь «Один за всех» решил забрать его. Мощь причуды уже давно шагнула далеко за пределы сингулярности и теперь даже пустой сосуд не мог ее сдержать без того, чтобы разбиться вдребезги.       - Проблемный ребенок! – встревоженный голос учителя, склонившегося над ним, вернул его в реальность.       - Сенсей… - прошептал Мидория через боль, которая и не думала становиться слабее.       Позади своего учителя он заметил тени прошлых пользователей. В его голове было непривычно пусто. Похоже, что они смогли покинуть его разум и выйти в мир. На глазах большинства из них были слезы. Йоичи чуть выступил вперед.       - Прости, Девятый. – тихо сказал он – Прости, что сделали это с тобой. – его голос надломился с глухим рыданием.       Айзава настороженно обернулся. Его глаза расширились, когда он увидел группу призраков позади себя. Он рефлекторно активировал причуду, но ничего не произошло. Он почувствовал, что Мидория рядом с ним предпринял попытку приподняться.       - Это ведь именно то, что я думаю, да? – почти прошептал мальчик, глядя на светловолосого мужчину – То, что в конечном итоге случилось с вами?       Мужчина кивнул, на его щеках блестели слезы. Он медленно подошел к мальчику и опустился на землю рядом с ним. Его руки обняли ребенка и тот, всхлипнув, наклонился в его объятья.       - Он… Он сжигает меня. – сквозь слезы пробормотал мальчик – Мне больно.       Руки мужчины крепче сжали плачущего подростка. Его глухой сдавленный голос прозвучал мягко.       - Я знаю, малыш. Знаю… - он со вздохом погладил мальчика по волосам – Это не продлится долго. Обещаю.

***

      Айзава понимал, что с его учеником что-то происходит, и все его нутро кричало о том, что это что-то страшное и необратимое. И что кровь, обагряющая его костюм героя, вызвана не случайной травмой. Только не на этот раз.       Ему на плечо опустилась рука, заставив вынырнуть из пучины приближающейся панической атаки. Обернувшись, Айзава увидел над собой одного из призраков. Это был мужчина с красными глазами, колючими рыжими волосами и шрамом на пол лица.       - Давайте отойдем. – коротко сказал он – Девятому и так сейчас тяжело. Не нужно, чтобы он видел вас в эту минуту.       Айзава неуверенно подчинился. Он не хотел оставлять ученика, но какая-то часть его разума, которая еще сохраняла остатки прежней рациональности, понимала, что незнакомец прав. Его ученику не станет легче, если он увидит его таким.       - Что происходит? – глухо спросил он, когда они отошли в сторону за пределы слышимости – Что с Мидорией?       Стоящий рядом с ним мужчина взглянул на него, а затем перевел взгляд на мальчика. В его глазах невозможно было что-либо прочитать.       - Он умирает. – коротко ответил он – Ему осталось недолго.       Айзава почувствовал, что его сердце пронзила ледяная игла. Он понимал это, но не хотел подпускать мысли об этом слишком близко.       - Ему нужна помощь. – прошептал он – У него рана на ноге. Исцеляющая девочка…       - Она не сможет ему помочь. – прервал его незнакомец – Никто не сможет. Самое большее, что мы можем сделать, это попытаться успокоить его и быть с ним, пока не наступит конец.       - Но почему, чем это вызвано? – спросил Айзава – Ведь еще час назад все, казалось, было в порядке.       Мужчина коротко взглянул на него.       - Вы знаете, в чем заключается основной принцип «Одного за всех», верно?       Айзава кивнул.       - Мне сказали, что он накапливает силу.       Мужчина чуть наклонил голову.       - Это так. И этот процесс нельзя остановить. Однако существует предел, который способно выдержать человеческое тело. – Айзава побледнел – Мы уже сталкивались с этим во времена Четвертого. С ним произошло то же, что сейчас происходит с Девятым. Мы надеялись, что до этого не дойдет, поскольку сосуд Девятого изначально пустой, как и у Восьмого. Но похоже, что объем силы стал настолько велик, что даже пустой сосуд переполнился.       - Но «Один за всех» это же передаваемая сила, значит ее можно извлечь из него, верно? – спросил Айзава.       Мужчина несколько секунд смотрел на него.       - И да, и нет. Девятый все еще может отказаться от этой силы, но она не может храниться вне сосуда. Ее ядро всегда будет внутри кого-то. И отказ от силы автоматически предполагает, что ее примет следующий носитель. И поскольку даже пустой сосуд не справляется с удержанием, то с этой ношей не справится уже никто. А мы оба знаем, что Девятый не тот человек, что обменяет свою жизнь на жизнь другого человека. Даже при условии его добровольного согласия. К тому же, даже это уже едва ли поможет ему, поскольку процесс разрушения уже начался.       - Сколько… - Айзава сглотнул ком в горле размером с планету – Сколько это все продлится?       - Не знаю. – ответил мужчина, глядя на мальчика, к которому подошли другие носители – В случае Четвертого на это ушло несколько месяцев. Но это было несколько десятилетий назад. Для Девятого это вопрос одного-двух часов от силы. Скорее всего меньше.       Айзава не сдержал судорожного вздоха.       - Это к лучшему, поверьте. – в голосе незнакомца впервые прозвучал намек на мягкость – Его конец неизбежен. Но он по крайней мере будет более быстрым и менее мучительным.

***

      Изуку не смог сдержать болезненного вскрика, когда его кожа треснула еще в нескольких местах. Он чувствовал, как его костюм пропитывается его кровью. Всякий раз, когда это происходило, он рефлекторно крепче сжимал рубище Шиномори. Мужчина не отстранялся, он по-прежнему был рядом, шепча ему слова поддержки и утешения.       Изуку почувствовал, как рядом с ним опустился еще один из предшественников. Оглянувшись, он с трудом сфокусировал взгляд на Йоичи. На его глазах были слезы, но он мягко и тепло улыбался ему.       Подняв руку, он погладил мальчика по волосам, слипшимся от пота и крови.       - Осталось совсем немного. – тихо прошептал Первый – Не бойся. Мы с тобой.       - Не оставляйте меня. – всхлипнул мальчик – Не уходите.       - Мы никуда не уйдем, малыш. – глаза Йоичи сияли добротой, хоть и были наполнены слезами – Ты наш Девятый и это ничто не изменит. Мы не оставим тебя. Даже по ту сторону. Поэтому просто засыпай. Ты многое сделал для этого мира, теперь можешь отдохнуть.       Первый с мягкой улыбкой продолжал гладить волосы преемника, пока его глаза закрылись, а дыхание становилось все более слабым. Ему хотелось, чтобы мальчик чувствовал его, пока он еще способен чувствовать.

***

      Айзава почувствовал, что задыхается, рыдания вырвались из его сдавленной груди, когда он рухнул на колени, увидев перед собой ученика. В его улыбке притаилась мягкая грусть. Проблемный ребенок был одет в свой геройский костюм, на котором не было ни пятнышка крови. Осознание того, что это значит, заставило Айзаву до крови закусить губу в попытке удержать горестный вой внутри.       - Я понимаю, сенсей. – тихо сказал мальчик – Мне жаль. Простите.       - П-проблемный ребенок. – прохрипел мужчина – Почему… Почему я снова бессилен помочь? Почему я такой ужасный учитель, что мог только смотреть издалека как ты умираешь? Я не смог даже поддержать тебя, если уж не мог спасти…       Он почувствовал легкое невесомое прикосновение на своем плече.       - Айзава-сенсей, посмотрите на меня. – голос мальчика был тверд, а его глаза сияли решимостью, когда герой поднял взгляд – Вы были лучшим из учителей. Благодаря вам я смог добиться столь многого. Я не сожалею о том, что случилось. И я не хочу, чтобы вы винили себя. Каждый из нашего класса стал великолепным героем только благодаря вам. Вы научили нас всему. И я прошу вас продолжать это делать. Взрастите новых удивительных героев, что смогут сохранить тот мир, что нам удалось отстоять. Я горжусь тем, что именно вы были моим учителем. Спасибо вам за все, Айзава-сенсей.       Голос ребенка становился тише, он медленно начал исчезать. Его рука коснулась щеки мужчины, когда мальчик улыбнулся в последний раз, прежде чем не оставить никаких следов своего присутствия. Его предшественники также исчезли, Айзава остался один. Он медленно поднялся на ноги и подошел туда, где лежало тело его ученика.       Мужчина опустился на колени и поднял мальчика на руки. На губах ребенка навеки отпечаталась мягкая улыбка.       - Спасибо, что спас нас всех, проблемный ребенок. – прошептал Айзава – Надеюсь, что теперь ты сможешь отдохнуть.       Легкий ветерок проскользнул сквозь пряди его длинных черных волос.       - Мы присмотрим за Девятым. – легкий шепот нескольких голосов едва слышным эхом коснулся его ушей.

***

      Это день памяти. Памяти героя, что подарил надежду на мир всем, кто когда-либо видел его. Памяти друга, что всегда был готов протянуть руку помощи. Памяти ученика, который многому научил своих учителей.